Город в северной Молдове

Суббота, 24.06.2017, 13:21Hello Гость | RSS
Главная | ВСПОМИНАЯ МИНУВШИЕ ГОДЫ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
Главная » 2010 » Декабрь » 8 » дважды земляки...
08:53
дважды земляки...

От Бельц до Сдерота

Юлия Систер, Бецалель Гендлер, Реховот


  Вышла в свет книга жительницы киббуца Нир-Ам (расположен в двух километрах севернее Сдерота) Ханы Гершуни, которую можно назвать автобиографической или книгой воспоминаний.  Её книга – это история нашей страны, жизни людей её поколения.
Книга называется «Мой жизненный путь»
(Израиль, 2009, перевод с иврита Б.Гендлера).
 

                 Хана родилась в 1919 году в небольшом бессарабском городке Оргеев в семье Ципоры и Мордехая Рутков. У них было четверо детей – две девочки и два мальчика (Хана – старшая). Семья была среднего достатка, содержала лавку головных уборов. В доме соблюдались еврейские традиции, дети посещали первый в городе еврейский детский садик, который основали Мордехай и другие родители, изучали иврит. Родители придавали большое значение основанию и развитию еврейских культурных учреждений. После детского сада в 1925 г. была открыта еврейская начальная школа «Тарбут», где преподавание велось только на иврите. А Хана после начальной школы поступила в румынскую гимназию, которую успешно окончила. У девушки был твёрдый характер, она была очень активной и энергичной, уже в 13 лет присоединилась к молодёжному сионистскому движению «Гордония»*. Её младшая сестра Хадасса последовала её примеру. Хана была инструктором, и хорошее знание иврита ей пришлось весьма кстати. Отец Ханы был сионистом, поддерживал дочерей. Родители понимали, что вскоре они покинут родительский дом и уедут в подмандатную Палестину. Мордехай решил уехать туда первым, чтобы получить визу для всей семьи. Через год он вернулся с необходимыми документами, и начались приготовления к отъезду. В августе 1936-го семья отправилась в путь на телеге, запряженной двумя быками, добралась до Кишинёва, оттуда поездом до Констанцы. Затем пересели на пароход и продолжили свой путь. На пароходе встретили группу молодёжи из Бессарабии, тоже направляющуюся в Эрец-Исраэль. Настроение у всех было приподнятое, до поздней ночи пели, танцевали. 16 августа прибыли в Хайфский порт. Репатрианты направились в Гиват ха-киббуцим (возле Реховота), а семья Ханы остановилась в Хайфе у друзей. Затем они переселились в Тель-Авив. Хана присоединилась к группе девушек-социалисток, они устраивали дискуссии по идеологическим вопросам, часто встречались, что для новой репатриантки было очень важно. Отец устроился на работу в Керен ха-Йесод (фонд сбора денежных средств для Эрец-Исраэль). А через три месяца пришел секретарь ячейки группы халуцим (первопроходцы) Цви Гершуни и предложил Хане переехать в Гиват ха-киббуцим. Она согласилась. Здесь проживало 25 энтузиастов, жили в палатках. Помощь им оказывал Сохнут. Хана быстро вошла в жизнь коллектива, работала на кухне, готовила еду, закупала продукты. Для этого ходила пешком в Реховот. Правда, пища была скудной, но овощной суп был всегда, иногда ели хлеб с повидлом. Некоторое время Хана работала на заводе «Тнува», мыла посуду, стеклянные банки. Мужчины работали тяжело - в основном, копали ямы для посадки цитрусовых.
 
 
Девушки разбивают камни для мощения дорог (Хана – третья)
 
Затем Хану перевели в Сабинию возле Кирьят-Бялика. Девушки тяжело работали: большими молотками разбивали камни для строительства дороги от Кармиэля до Хайфы. Юноши (в том числе и Цви) работали в Хайфском порту, перетаскивали сотни килограммов угля, пшеницы, ящики с цитрусовыми. Это была каторжная, изнурительная работа. Возвращались уставшие, в угольной пыли, принимали душ, кабинки которого смастерили из жести. Горячей воды не было, поэтому девушки грели воду на примусах. Пришлось Хане освоить и профессию метапелет, т.е ухаживать за детьми и вести хозяйство в семье начальника порта в течение трёх лет. Этой деятельностью она занималась и в последующие десять лет в разных местах. За это время она прошла курсы повышения квалификации в Иерусалиме по уходу за младенцами. Немалые расстояния ей приходилось преодолевать пешком с больным ребёнком на руках до ближайшего врача. Интересна в книге небольшая глава, посвящённая созданию киббуца Ханита. Руководство Хаганы приняло решение овладеть возвышенностью для основания сельскохозяйственного поселения методом «Стена и башня»**. Название Ханита упоминается в ТАНАХе, и поселение получило это название. Для выполнения задачи были мобилизованы жители мошавов и киббуцев. Хана попросила, чтобы и её мобилизовали. Разрешение было дано, и она получила пистолет. Всех мобилизованных собрали, провели инструктаж перед предстоящей операцией. Через десять дней пришёл приказ начать выполнение задания. Ночью незаметно прошли арабскую деревню, на грузовиках перевезли необходимое снаряжение, добрались до определённого пункта на горе, где разбили палаточный лагерь, который должен был стать временным поселением Ханита. Операция была успешно завершена. Все пошли спать. Внезапно лагерь был атакован, раздавались выстрелы, два человека были убиты. Это были первые жертвы. Хана оставалась в Ханите одиннадцать месяцев. За это время был установлен забор с северной стороны. Позже, в 1963 году, Хана в числе других покорителей Ханиты получила благодарственное письмо от главы правительства Давида Бен-Гуриона, в котором он пишет, что за много лет с момента покорения Ханиты произошли большие события в нашей жизни, но в памяти живёт радость от сообщения, что вы первыми поднялись на землю Ханиты.
 
 


Хана и Цви Гершуни
 
Среди мобилизованных был и Цви Гершуни, Хана имела возможность с ним встречаться, так как молодые люди полюбили друг друга. Вскоре они решили пожениться. Свадьба состоялась в Тель-Авиве, в Суккот 1938 года в присутствии родителей Ханы и других родственников. Девушка была в белом красивом платье. Цви одолжил обручальное кольцо в магазине, которое вернул после хупы.
  В тот же день молодожёны вернулись в свою группу, в их честь была устроена вечеринка. Их «квартирой» была палатка. Ящик с «Тнувы» служил шкафом для вещей, стол и два стула сделаны из веток деревьев, покрытых фанерой. Для освещения использовалась керосиновая лампа. Прошло более года, прежде чем Хана и Цви переселились в барак. Через некоторое время у них родилась первая дочка - Тамар.
  Приблизительно через полгода после свадьбы из Бессарабии приехал отец Цви Гершуни – Яков. Около месяца они провели вместе, посетили разные места, много времени провели в Иерусалиме. Котель (Стену Плача) запрещено было посещать. Но они встретили старика, который хорошо знал все улочки и привёл их к священному месту. Перед ними предстал Котель – стена, которая выглядела более впечатляющей, внушительной и значительно выше, чем сегодня.
  После семи лет пребывания в Сабинии Хану и Цви перевели на юг, в пустыню Негев – с целью заселения этого района, несмотря на их возражения, ибо они с самого начала стремились жить в Галилее. Но приказ пришлось выполнить. Некоторые члены коллектива, которым тоже предложили переехать в Негев, покинули группу. Хана и Цви на новое место переехали в декабре 1943 г. Имя группы Нир-Хаим поменяли на Нир-Ам («Пашня народа») и отметили новоселье. Они являются одними из основателей киббуца Нир-Ам. На новом месте было много трудностей, не было электричества, воды. Поскольку у Ханы был опыт работы с детьми, её решили направить на полгода в больницу Эмек в Афулу.
  Тяжело было оставить двухлетнюю Тамар, у Ханы была возможность видеть её раз в три недели. И у Цви появилось дополнительные заботы: он был секретарём группы, но должен был ухаживать за дочкой, которая в это время заболела ветрянкой. В соседнем ишуве жили друзья, которые ему помогали.
  В сентябре 1945 г. у них родился мальчик, которого назвали Яковом в честь отца Цви, которого к этому времени уже не было в живых (он погиб в ГУЛАГе). В июле 1946 г. Ц.Гершуни направили в Европу в числе посланцев, в миссию которых входило найти евреев, уцелевших в Катастрофе, и помочь им прибыть в Эрец-Исраэль. Миссия продолжалась 15 месяцев. Хана тяжело переживала разлуку, пока Цви находился в Мюнхене. Во время исполнения своей миссии в Европе у Гершуни было право принять участие в 22–м Сионистском конгрессе в Базеле (9-24 декабря 1946 г.), где он видел и слушал Хаима Вейцмана. Обсуждались проблемы нелегальной алии и борьбы с британскими войсками.
   Конгресс принял решение об основании еврейского государства и отверг программу Моррисон-Грейди о разделе Эрец-Исраиль на три части – еврейскую, арабскую и британскую, которые находились бы в подчинении англичан. Хана с двухлетней дочкой и восьмимесячным сыном пережили тяжёлый период – связи с мужем почти никакой не было.
  Письма приходили раз в несколько недель, телефона тоже не было. Через 15 месяцев Цви приехал в отпуск, всей семье предложили выехать с миссией. Хана отказалась, и они остались в стране. Гершуни вернулся к своей прежней деятельности. Хана описывает в книге события, связанные с войной за Независимость, первые жертвы и разрушения.
  Киббуц Нир-Ам обслуживал военную базу (Второй батальон ПАЛЬМАХа). Цви Гершуни тоже был участником этой войны. Под землёй была скрыта больница, рядом был аэродром. Там же располагалась большая строительная компания, которая строила дороги, а также возводила здания для всех поселений Негева. Автор подробно описывает, как эвакуировали женщин и детей, так как район служил важной стратегической базой и обстреливался днём и ночью.
  В том же 1948 г. на Севере, в районе горы Гильбоа, погиб брат Ханы - Менахем. Родные тяжело пережили эту утрату. Война окончилась, хозяйство было разрушено, повсюду - канавы, окопы, траншеи. Потребовалось много времени на восстановление, прежде чем Хана с семьёй смогла вернуться в свой дом. В то же время освободилось место медицинской сестры, и Хане предложили работать в поликлинике. Она согласилась.
  Врач, который взял над ней шефство, оказался замечательным специалистом и хорошим человеком, помог ей освоить специальность, старался во всём помогать. Она проходила курсы повышения квалификации, относилась к работе очень ответственно, была преданна ей и никогда не ошибалась в диагностике, спасала жизнь детей. 25 лет жизни Хана посвятила работе медсестры, пользовалась заслуженным уважением персонала и населения. Люди ей доверяли самое сокровенное, ибо она относилась к той породе людей, которые умеют слушать и слышать.
  В 1950 г. в семье родился третий ребёнок – дочка Ирит. А Цви Гершуни в это время был секретарём киббуца Нир-Ам и в руководстве объединения киббуцев. Он также занимался хозяйственной деятельностью (птицеводство и др). Цви входил и в руководство Рабочей партии, дважды избирался членом Кнессета седьмого и восьмого созывов (1969-1976), его поддерживало население киббуца Нир-Ам и Негева. В день присяги вся семья приехала в Иерусалим, в Кнессет. В тот год (1969) выдалась холодная зима, пришлось купить новое тёплое пальто. Гершуни много внимания уделял поселениям, развитию сельского хозяйства. Был членом финансовой и экономической комиссий (в период седьмой каденции). Хана часто приезжала к нему в Иерусалим. К сожалению, Цви болел (у него было больное сердце), Хана в это время бывала с ним в больнице Адасса эйн-Керем. Во время второй его каденции он перенёс тяжелый инфаркт, и снова Хана была с ним в больнице. Это был тяжёлый период в их жизни; Хане пришлось совмещать работу с частыми поездками к Цви несколькими автобусами с пересадками. Хана попросила, чтобы её освободили от работы медсестры. Просьбу удовлетворили, и она перешла работать на кухню, где она была менее занята и имела возможность ездить к мужу.
  Дети выросли, в 1969-70 гг., младшенькая, Ирит, была солдаткой, окончила офицерские курсы. Гершуни очень гордился, когда она навещала его в чине офицера.
 
 Кнессет был в отпуске, но 1 сентября 1976 г. финансовая комиссия собралась на специальное заседание. Гершуни поехал в Иерусалим, Хана его сопровождала, как уже было много раз в связи с его болезнью. Перед утренним заседанием он прошёл медицинскую проверку в больнице и поехал на заседание в Кнессет. Хане сообщили, что Цви себя плохо почувствовал и его госпитализировали. Она тут же поехала к нему. На пороге больницы её уже ждал товарищ Цви - Давид Корен - с ужасным сообщением: «Гершуни умер». Всё было как в тумане. Она вспомнила, что утром, перед отъездом в Иерусалим, Цви сказал ей: - Ханочка, я люблю тебя.
  В книге Хана также рассказывает о своих детях, внуках, а их у неё 11, правнуках (пока их 15). Семья очень дружная, сплочённая. Доброта Ханы, её порядочность, доброжелательное, чуткое отношение к людям невольно передавались всем, кто её окружал, особенно родным.
  Хана с болью описывает тяжёлый период, длившийся около 8 лет (с 2000 г.), в течение которого их район постоянно обстреливался ракетами и миномётными снарядами. Многие жители Нир-Ам погибли под обстрелами. Но, оптимист по натуре, она верит, что все эти обстрелы скоро закончатся и наступят спокойные дни. Ещё при жизни Ц.Гершуни к ним домой пришли председатель Совета Шаар ха-Негев и директор школы, которых он пригласил для обсуждения вопроса о денежной помощи студентам, членов киббуцев района, которые хотели получить образование в разных областях. Для этих целей Гершуни предложил создать фонд. Были заседания, на которых обсуждались возможные источники финансирования. В фонд часть суммы внесла семья, все киббуцы, банк Апоалим и др. Цви умер, так и не увидев осуществления своей идеи. Фонду присвоили его имя. Через год после его смерти первые студенты получили денежную помощь. С тех пор ежегодно в дни Хануки проходит церемония вручения стипендий из фонда имени Гершуни.
 
 
Хана зачитывает список стипендиатов фонда им. Гершуни

В последнем разделе книги Хана рассказывает о жизни Гершуни с раннего детства в Бессарабии и до конца его дней. Эту главу она назвала «В память о Гершуни».
  Он родился в 1915 г. в Бельцах в семье Эстер и Якова Пинкензон, которые были сионистами, много сделавшими для еврейской общины, для создания еврейской гимназии, начальной школы, включая Талмуд-Тора, еврейской библиотеки, учреждений социальной помощи (еврейская больница, дома для престарелых). Они были сторонниками фракции вейцманистов.

Цви посещал еврейский детский сад, учился в хедере, а затем в еврейской гимназии сети «Тарбут» с обучением на иврите. С детства его называли Гершуни.

Гершуни прекрасно учился – был отличником по всем предметам, главным образом в изучении языков, свободно владел несколькими языками. Вместе с одноклассниками стал активистом молодёжной сионистской организации «Маккаби», занимающейся спортивной и культурной деятельностью. Их поддерживало движение «Цеирей Цион» («Молодёжь Сиона»). Они часто проводили литературные диспуты, обсуждали новые книги, а также готовились к экзаменам. Уже тогда Цви выделялся способностью точно и ясно выражать и обосновывать свои мысли. Он также стремился не отставать от сверстников в области спорта, прилагал в этом направлении особые усилия.

В то время «Маккаби» переживало не лучшие времена, было на грани распада. Молодые люди начали интересоваться социальными вопросами, углублённым изучением книг по различным вопросам истории, разными течениями в области политэкономии, идеями социализма. В это время прибыли первые посланцы молодёжного сионистского движения «Гордония», которые нашли среди молодёжи своих единомышленников. Цви Гершуни и его друзья покинули «Маккаби» и присоединились к «Гордонии», которая была ближе им по духу и мировоззрению. Несмотря на молодость, Гершуни стал инструктором, сумел полностью выразить свои взгляды и убеждения, приобрёл знания в области иудаизма и вообще в области общечеловеческой культуры. Цви оказался прекрасным инструктором, его все любили и уважали.
 
 
Цви - инструктор в группе девушек "Гордонии", 1933 г., Бельцы
 
Цви окончил школу и по совету родителей записался для продолжения учёбы в Бухарестский университет. Он надеялся, что сможет сочетать учёбу с активной сионистской деятельностью. Вскоре он понял, что это невозможно, и оставил учёбу. Сосредоточился на работе в «Гордонии», став одним из его руководителей в Румынии (Бессарабское отделение). Через несколько лет успешной деятельности Гершуни решил заняться практической работой, оставив руководящую работу, т.к. считал, что должен обучать группу, которой предстояла репатриация в Эрец-Исраэль (впоследствии группа Нир-Хаим). Вблизи Бельц существовала специальная ферма «Массада» по подготовке будущих репатриантов к работе в сельском хозяйстве, самостоятельной фермерской деятельности. Цви также и себя считал кандидатом на переселение в Эрец-Исраэль, в Гиват ха-киббуцим. Совершенно случайно Хана и Цви оказались на одном пароходе, который привёз их в Хайфский порт. Эта случайность привела к тому, что Хана оказалась в одной группе с Гершуни, а впоследствии к созданию общего семейного очага, общей судьбы, о которой Хана ярко рассказала в своей книге.
 
 
Примечания:

* Гордония – молодёжное сионистское движение – возникло в конце 1923 г. в Галиции и распространилось почти по всему еврейскому миру. Движение старалось вовлечь в свои ряды представителей всех слоёв общества и формировать их характер в духе учения великого гуманиста того времени, последователя идей Л.Н.Толстого А.Д Гордона (1856, Житомирская обл.- 1922, Дгания-алеф, Израиль) , чьим именем было названо движение. Перед началом Второй мировой войны оно насчитывало 40 тыс. членов.
**Киббуц Ханита был основан в 1938 г. в период, известный как «Стена и Башня» («Хома у-Мигдаль») (1936 – 1947 гг.) в качестве ответа на запрет властей британского мандата строить новые поселения.
Просмотров: 1444 | Добавил: papyura
Всего комментариев: 1
1  
Да,интересная история нашего города и его людей!
Знаю,что и сегодня в киббуце Ханита живёт и работает бельчанин-он там с конца 80-х,приехал в то время,когда Ханита праздновала своё 40-летие-Нюма(Нахум) Авербух.
Надо бы и у него поинтересоваться...может что интересное порасскажет...

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Профиль




Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Календарь
«  Декабрь 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
Архив записей
Друзья сайта
Наш опрос
Что Вы можете сказать о Бельцах?
Всего ответов: 185
Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz