Город в северной Молдове

Среда, 28.06.2017, 01:17Hello Гость | RSS
Главная | от архивариуса - Страница 20 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 20 из 20«12181920
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » НОВОСТИ из различных источников » Немного истории » от архивариуса
от архивариуса
KiwaДата: Воскресенье, 28.05.2017, 10:00 | Сообщение # 286
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 328
Статус: Offline
Думаю не все из нас знают что в основе гимна Израиля лежит первая строфа стихотворения «Тикватейну» («Наша надежда»), которое написал выходец из Галиции Нафтали Герц Имбер.
Первый набросок стихов был сделан в 1877 году (по другим данным, в 1876 или 1878) в Яссах (Румыния).
Первоначально эти строки были посвящены созданию поселения Петах-Тиква («Врата надежды») в Палестине.
В 1886 году стихотворение было издано в Иерусалиме в сборнике «Утренняя звезда» (ивр. ‏ברקאי‏‎). Полный текст включал 10 строф.
Шмуэль Коэн (1870—1940), выходец из Унген (Бессарабская губерния), поселившийся в Ришон-ле-Ционе, в 1888 году положил стихи Имбера на молдавскую мелодию.
По данным исследователя израильской песни Элиягу Хакоэна, Шмуэль Коэн вспоминал, что он спел текст на мелодию молдавской песни, названной им как «Ойс-ци».
Песня, мелодия которой сходна с «Атиквой», называется «Carul cu boi» (повозка с волом), и слова, похожие на «Ойс-ци», содержатся в её припеве.

...прислушайтесь, не правда ли, слышится что-то весьма знакомое в первые 70 секунд звучания песни:

https://www.youtube.com/watch?v=d1-rj9xl0ac



Мелодия этой песни, в свою очередь, восходит к мелодии, известной в Италии с XVI века под названием «Ла Мантована» (La Mantovana), или «Ballo di Mantova».
Её автор — итальянский композитор Джузеппино дель Бьядо, в сборнике мадригалов которого она была впервые опубликована около 1600 года с текстом Fuggi, fuggi, fuggi da questo cielo.
Позже она была известна в Шотландии как «My Mistress is Prettie», Испании как «Virgen de la Cueva» и на Украине под названием «Катерина Кучерява».
Ею же воспользовался Бедржих Сметана в цикле симфонических поэм «Моя Родина» (поэма «Die Moldau/Влтава»)...

С другой стороны, немецко-израильский музыковед Петер Эммануэль Градневиц (нем., 1910—2001) в книге «The Music of Israel» (1949 и 1996) утверждает, что Коэн положил «Ха-Тикву» на мотив литургической композиции знаменитого кишинёвского кантора Нисн Белцера - Бэлцер на идиш означает "из Бельц" (настоящая фамилия Спивак, 1824—1906), что всё же не исключает молдавского происхождения мелодии.
Песня приобрела огромную популярность и постепенно стала гимном сионистского движения, исполнялась на съездах и конгрессах. В апреле 1918 года, на благотворительном концерте в Народном доме в Петрограде, Ф. И. Шаляпин вместе с другими еврейскими песнями исполнил «Атикву»...

Из-за «чужого» происхождения музыки делались попытки сочинить другой гимн, но популярность «Атиквы» неизменно перевешивала и потому после образования государства Израиль «Ха-Тиква» де-факто стала гимном страны.
Однако официальный статус гимна за «Ха-Тиквой» был закреплён решением кнессета лишь 10 ноября 2004.


Сообщение отредактировал Kiwa - Воскресенье, 28.05.2017, 10:20
 
МарципанчикДата: Понедельник, 05.06.2017, 04:31 | Сообщение # 287
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 346
Статус: Offline
ЛЕТУЧИЕ МЫШИ НАД ДИМОНОЙ  или шило вылезло из мешка...

СЕГОДНЯ мы отмечаем 50 лет со дня начала Шестидневной войны, в которой вооружённые силы Израиля нанесли сокрушительное поражение армиям трёх арабских государств – Египта, Сирии и Иордании, навсегда изменив соотношение сил на Ближнем Востоке.

Статья написана Виктором Вольским 10 лет назад и раскрывает для всех, кому интересна история страны, некоторые тонкости происходивших в те дни событий...

Итак, основная канва событий, непосредственно предшествовавших войне, споров не вызывает:

16 мая 1967 года египетский лидер Гамаль Абдель Насер внезапно ввёл огромную армию в Синай и потребовал вывести оттуда миротворческие войска ООН.
Генеральный секретарь ООН У Тан услужливо поспешил выполнить требование Каира, и на следующий день египетские части заняли наблюдательные пункты “голубых касок”.
22 мая Египет закрыл Тиранский пролив для прохода израильских и следующих в Израиль судов, полностью заблокировав израильский порт Эйлат и создав классический сasus belli.
Но Насер, видимо, опасался, что недостаточно ясно обозначил свои намерения и 26 мая выступил перед руководством Панарабской федерации профсоюзов, заявив, что грядущая война будет носить тотальный характер и предназначена уничтожить Израиль.
А чтобы уж никаких сомнений не оставалось, глава Организации освобождения Палестины восторженный поклонник Гитлера Ахмад Шукейри объявил, что, победив в войне, арабы великодушно позволят уцелевшим евреям вернуться в страны исхода. “Хотя вряд ли кто-нибудь уцелеет”, - тонко улыбнувшись, добавил предшественник и ментор Ясира Арафата..

Израиль принял вызов.
23 мая премьер-министр Леви Эшколь подтвердил, что считает действия Египта объявлением войны, а 5 июня Армия обороны Израиля нанесла упреждающий удар...

“Миролюбивая общественность” в лице, например, редакции британского журнала Economist возлагает вину за войну на Израиль.
Да, Насер действительно предпринял демарш в Синае, но не мог же он бросить Сирию в беде. Однако на самом деле воевать он не собирался.
В сущности, египетский президент пошутил, а лишённая чувства юмора израильская военщина во главе с пресловутым милитаристом Моше Даяном воспользовалась случаем и, вырвав инициативу из рук в общем неплохого, но безвольного премьер-министра Леви Эшколя, ввергла Ближний Восток в пучину войны.
Такова “прогрессивная” трактовка причин Шестидневной войны.

Серьезные западные историки не столь пристрастно оценивают события.
Их общее мнение долгое время сводилось к тому, что война явилась результатом целого ряда недоразумений, то и дело возникавших в накаленной атмосфере взаимной подозрительности.
В своём капитальном исследовании “Шестидневная война: июнь 1967 года и генезис современного Ближнего Востока” историк Майкл Орен пишет: “Конфликт между арабскими странами и Израилем, между США и СССР, усугублявшийся внутренними стрессами в каждом из упомянутых государств, породил крайне взрывоопасную атмосферу. В таких условиях малейший предлог – скажем, террористическое нападение или ответный рейд возмездия – мог повести к необузданной эскалации, к цепной реакции вызовов и контрвызовов, авантюр и просчётов, которые неудержимо подталкивали Ближний Восток к войне”.

Однако в позже в монолите официальной версии появились трещины.
Выяснилось, что Советский Союз сыграл куда более активную роль в войне, чем предполагалось ранее.

Как сейчас стало известно, 13 мая Советский Союз оповестил Египет, что Израиль  сконцентрировал на границе с Сирией сорокатысячную ударную группировку при поддержке сотен танков и готовится к вторжению.
Насер никак не мог проигнорировать это сообщение. Ведь он был не только президентом Египта, но и главой Объединенной Арабской Республики (ОАР) – федерации Египта и Сирии.
То есть формально Сирия тоже была его страной. Насер немедленно отрядил в Дамаск начальника египетского генштаба Мухаммеда Фавзи. Генерал Фавзи совершил облёт приграничных территорий и доложил своему президенту, что советской разведке померещилось – никакого сосредоточения израильских войск нет и в помине.
Насер запросил у Советского Союза подтверждения, и его категорически заверили: никакой ошибки нет, израильский зверь вот-вот растерзает беззащитную Сирию.

Неважно, понимал ли Насер, что ему подкинули дезинформацию.
Египетский президент оказался в сложном положении.
Стараниями советской разведки во всех арабских странах уже знали о грядущем израильском вторжении в Объединенную Арабскую Республику. Все взоры были устремлены на Каир – хватит ли у президента ОАР мужества дать достойную отповедь ненавистному «агрессору», или же он сдрейфит и навеки покроет свои имя позором.
У кавалера Золотой Звезды Героя Советского Союза, претендовавшего на роль лидера арабского мира, фактически не было выхода. Он должен был воевать...

Однако даже признание того, что война была спровоцирована Советским Союзом, не слишком поколебало общепринятую оценку Шестидневной войны, в которой историки едва ли не единодушно оценивают как локальный конфликт.

Согласно модернизированному мнению Москва, дав изначальный толчок событиям, быстро опомнилась и попыталась предотвратить вооружённое столкновение, а когда её попытки не увенчались успехом, совместно с Вашингтоном сыграла решающую роль в прекращении конфликта.

Но недавно два израильских исследователя выступили с радикально новой теорией, которая полностью опрокидывает устоявшуюся версию.
В своей книге “Летучие мыши над Димоной: советская ядерная авантюра в Шестидневную войну” (Foxbats over Dimona: The Soviets’ Nuclear Gamble in the Six-Day War) Изабелла Гинор и Гидеон Ремез утверждают, что Советский Союз спровоцировал кризис, намереваясь вступить в войну с Израилем на стороне арабов с целью уничтожения израильского ядерного центра в Димоне.

(Коротко об авторах.
Гидеон Ремез – израильтянин-сабра, историк по образованию, известный журналист. На протяжении многих лет вёл ежедневную программу “Международный час” на государственной радиостанции “Коль Исроэл” («Голос Израиля»). Принимал участие в Шестидневной войне в десантных войсках.
Его жена Изабелла Гинор родилась и выросла на Украине. Эмигрировала в Израиль незадолго до Шестидневной войны. Работала советологом в ведущей израильской газете “Гаарец”, в настоящее время является научным сотрудником Труменовского института при Еврейском университете в Иерусалиме.)

В интервью с веб-сайтом frontpagemagazine.com Изабелла Гинор рассказала, что натолкнуло её и мужа на идею исследования, принёсшего столь сенсационные результаты.
Восемь лет назад, просматривая в обычном порядке прессу стран СНГ, она наткнулась в одной из украинских газет на поразительный материал: бывший офицер советской морской пехоты писал, что в первый день Шестидневной войны, будучи на борту фрегата в восточной части Средиземного моря, он получил приказ сформировать группу “добровольцев” в составе 30 человек и подготовиться к десантированию на побережье Израиля.
Операция несколько раз откладывалась, наконец был получен долгожданный приказ, но ...тут боевые действия прекратились, и Москва забила отбой.
В этот момент десантники находились всего в 20 милях от Хайфы - запланированного места высадки.

Гинор и Ремез не поверили своим глазам. Ведь ни в одном официальном источнике не было и намека на прямое советское военное вмешательство в ближневосточный конфликт.
Более того, все специалисты в один голос утверждали, что такое вмешательство было немыслимо и шло вразрез с принципами советской внешней политики.
Однако журналистское чутьё подсказывало израильским исследователям, что дело тут нечисто. Они решили довериться своим инстинктам..

Очень быстро выяснилось, что сенсационное откровение капитана Юрия Хрипункова - это лишь верхушка айсберга. Исследователи нашли в самых разных источниках, независимых друг от друга, подтверждения его рассказа, включая сходные сообщения моряков с других кораблей мощной советской Средиземноморской эскадры.
В их числе было и опубликованное в печати свидетельство другого офицера морской пехоты, который высадился со своим десантом на израильском побережье.
Его отряд был атакован израильской авиацией и, понеся тяжелые потери, вынужден был вернуться на свой корабль, а сам автор статьи был ранен.
В операции были также задействованы атомные подлодки, стратегические бомбардировщики, пилотам которых выдали карты целей на территории Израиля, истребительные соединения, получившие приказ прикрывать бомбардировщики и поддерживать арабские ВВС и т. д.
В частности, авторы книги приводят показания летчика Юрия Настенко о том, что вечером 5 июня 1967 года его часть, дислоцированная на Украине, была приведена в состояние полной боевой готовности, и у него не было сомнений, что ему предстоит участвовать в боевых действиях.
Изабелла Гинор и Гидеон Ремез подчёркивают, что, вопреки распространенному мнению, даже при Ельцине, не говоря уже о нынешних глухих временах, основные официальные советские источники информации – архивы Политбюро, Генштаба и КГБ –  были наглухо закрыты для историков. Тем не менее им удалось поскрести по сусекам и найти немало доказательств своей теории - кое-что в советских архивах, кое-что в архивах стран Варшавского пакта, кое-что в открытых источниках.
Они сопоставили собранные ими данные с материалами из архивов Израиля, США и ряда других стран и не нашли ничего, что противоречило бы постепенно складывавшейся картине.
Более того, их версия позволяла объяснить ряд загадочных, дотоле непонятных намёков в известных источниках.
Но зачем Москве понадобилось пускаться на авантюру, чреватую прямым военным столкновением с Соединенными Штатами?
Авторы книги нашли ответ на этот вопрос в интригующем меморандуме, который был  включён (авторы книги уверены - по счастливой случайности) в опубликованный в 2003 году под редакцией Виталия Наумкина сборник документов МИД СССР.
В меморандуме, датированном 23 февраля 1966 года, сообщается, что 13 декабря 1965 года “один из лидеров израильской компартии товарищ [Моше] Снэ поставил советского посла в Тель-Авиве в известность о своем разговоре с советником премьер-министра Израиля, Гариэлем [В.В. - бывший глава легендарной израильской разведслужбы “Моссад” Иссер Гарель], в которой последний объявил о намерении Израиля создать свою собственную атомную бомбу”...
К этому времени существование в Израиле ядерной программы не было тайной для советской разведки. А вот чего в Москве не знали, так это - на какой стадии находились работы, которые велись в израильском ядерном центре в Димоне. Сообщение Гареля было истолковано советским руководством в том смысле, что ядерного оружия у Израиля ещё нет, и поэтому пока ещё есть возможность не допустить его появления у еврейского государства, но действовать надо без промедления.
Последовала бурная вспышка советской дипломатической активности с целью запугать Израиль и заставить его заморозить свою ядерную программу.
Ничего не добившись, Москва переключилась на подготовку силового решения проблемы.
Судя по всему, среди советского руководства не было полного единодушия в отношении того, что следует предпринять.
Однако известно, что особенно жёсткую позицию заняли председатель КГБ Юрий Андропов и замминистра обороны Андрей Гречко.
Был разработан хитроумный план с целью спровоцировать Израиль на упреждающий удар.
“Советское руководство, - пишут авторы книги, - стремилось в максимальной степени снизить вероятность ответных действий со стороны Соединенных Штатов. Для этого необходимо было, в частности, заставить Израиль первым нанести удар, что навлекло бы на него международное осуждение и вызвало бы недовольство США.
Наконец, предлогом к войне должна была послужить израильская ядерная программа, из-за которой у Тель-Авива были серьезные разногласия с Вашингтоном, причём как раз в тот момент, когда перспектива появления у Израиля ядерного оружия тревожила Вашингтон почти в такой же степени, как и Москву”.
Изабелла Гинор и Гидеон Ремез также откопали так называемый “финский документ”, из которого явствовало, что ещё до начала Шестидневной войны Советский Союз заготовил ноту с поручением Финляндии представлять свои интересы в Израиле.
Из этого неопровержимо следует, что советский план предусматривал разрыв дипломатических отношений с Израилем после того, как он будет спровоцирован на упреждающий удар по Египту.
Историк Майкл Орен пишет, что решающим фактором, вызвавшим войну, был  “страх Израиля за свой реактор, а не страх Египта перед ним.”

Широко известно, что 17 и 26 мая 1967 года два самолёта совершили пролёты над ядерным комплексом в Димоне. Предполагалось, что то были египетские МИГ-21.
Но Изабелла Гинор и Гидеон Ремез доказывают, что разведывательные полёты над израильским ядерным центром оба раза совершил в то время ещё экспериментальный и сверхсекретный МИГ-25, который официально пошёл в серийное производство лишь в 1972 году.
В то время на Западе не было аналога этой машине, которая получила в классификации НАТО обозначение Foxbat (“Летучая мышь”).
Отсюда и название книги “Летучие мыши над Димоной”.
Авторы указывают, что израильские лётчики, знавшие МИГ-21 как свои пять пальцев, сразу поняли, что имеют дело с совершенно другой машиной: самолёт, дважды пролетевший над Димоной, шёл на такой высоте и с такой скоростью, что у поднявшихся на перехват истребителей не было никаких шансов его догнать.
Пролёты вызвали панику среди командования Армии обороны Израиля, которое (как оказалось, с полным основанием) усмотрело в них признак грядущего нападения на драгоценный ядерный комплекс. Тогда-то и было окончательно решено нанести упреждающий удар по Египту.

Версия Гинор-Ремеза вызвала недоверие среди историков.
Но израильская чета нашла подтверждение своей версии - упоминание в советской авиационной литературе о том, что “в конце 60-х годов” МИГ-25 проходил лётные испытания в ближневосточном регионе...
А вскоре обнаружился и прямой свидетель – бывший советский леёчик в генеральском звании, который засвидетельствовал, что в 1967 году он совершил полтора десятка полётов в воздушном пространстве Израиля, в том числе два полёта на МИГ-25, настолько секретные, что визу на них дал лично министр обороны СССР.

Уже когда их книга была в наборе, авторы получили ещё одно, решающее доказательство своей правоты: на сайте российского министерства обороны появилась статья за подписью официального представителя министерства, где подтверждалось, что оба полета над израильским ядерным центром в мае 1967 года были совершены “Летучими мышами”.
Однако вернемся к основной теме.
Гамаль Абдель Насер с энтузиазмом поддержал затею советских друзей.
20 февраля 1966 года в интервью с группой иракских журналистов он объявил: “Если Израиль создаст атомную бомбу, единственной ответной мерой с нашей стороны должна быть превентивная война. Арабские государства должны будут безотлагательно принять ответные меры и полностью лишить Израиль возможности производить атомную бомбу”.
В Средиземное море была направлена мощная советская эскадра в составе трёх десятков кораблей, включая ракетоносные подводные лодки: Египет был поставлен под защиту советского ядерного зонтика.
Замминистра обороны СССР Гречко срочно примчался в Каир, чтобы заверить египетских друзей в нерушимой поддержке своего правительства.
В мае 1967 в Порт-Саид прибыли “с дружественным визитом” советские десантные корабли с подразделениями морской пехоты, а на Украине было приведено в состояние полной боевой готовности авиационное соединение, причем небольшая штабная группа связи уже была переброшена в Египет.
Опираясь на советские ядерные гарантии, Египет разработал план “Операции Фаджр” (“Рассвет), которая должна была начаться на рассвете 27 мая 1967 года. Другой план, разработанный в ноябре 1966 года совместно вторым лицом в египетском  руководстве маршалом Абдель-Халимом Амером (тоже, кстати, Героем Советского Союза) и маршалом Гречко, назывался “Покоритель” и был основан на чисто советских стратегических концепциях..
Израильские войска захватили в Синае и на Голанских высотах трофейные документы (в том числе и на русском языке) с детальным описанием советско-египетского плана.

Приготовления к войне приняли особенно лихорадочный характер после того, как 7 апреля 1967 года в воздушном бою над Голанскими высотами израильская авиация сбила шесть сирийских МИГов, не потеряв ни одного своего самолёта.
На карту был поставлен престиж советской военной техники.

Советские генштабисты оценивали шансы израильских и арабских вооруженных сил как приблизительно равные. По их выкладкам ни та, ни другая сторона не должна была добиться решающего превосходства.
Это позволило бы Советскому Союзу в нужный момент бросить на чашу весов малую толику своей военной мощи и без особых усилий переломить ход войны в пользу арабских союзников.
При этом советская стратегическая авиация должна была под шумок разбомбить Димону.
Изабелла Гинор и Гидеон Ремез отмечают, что советское руководство всё очень точно рассчитало..
В полном соответствии с планом Израиль удалось спровоцировать на упреждающий удар. Соединенные Штаты, как и предсказывали советские политологи, выразили недовольство по поводу “агрессивных действий” союзника, объявили нейтралитет и вывели свой Шестой флот из восточной части Средиземного моря.
Но планы планами, а действительность обязательно вносит свои коррективы.
Известно, что генералы обычно представляют себе следующую войну как точную копию предыдущей. В
от и советские военачальники оказались в плену своих замшелых оперативных представлений, сложившихся во время Второй мировой войны. Им представлялось, что в Синае развернется нечто вроде сражения на Курской дуге – лобовое столкновение массированных пехотных и бронетанковых соединений, действующих на широком фронте.
Но ...Израиль смешал карты советских специалистов, отказавшись следовать их логике. Вместо этого израильская авиация нанесла молниеносный воздушный удар по аэродромам всех своих противников и в считанные часы полностью уничтожила их военно-воздушные силы.
Вслед за тем последовал сокрушительный израильский блицкриг в Синае, в Иерусалиме и на Голанских высотах.
Не учли в Москве и арабской психологии.
Исход войны был уже давно решён, а Насер продолжал засыпать союзников победными реляциями, наводя тень на плетень и мешая им составить ясную картину происходящего.
Советское руководство в течение пяти дней колебалось, не зная, что делать. Израильская авиация перепахала взлётно-посадочные полосы всех арабских аэродромов, приведя их в негодность, а без превосходства в воздухе пытаться реализовать первоначальный план было слишком рискованно.
На шестой день войны, когда бригада “Голани” пошла на штурм Голанских высот, Москва всё же решила действовать.
Но речь уже не шла о разгроме Израиля: нужно было срочно спасать Сирию.
Корабли средиземноморской эскадры получили приказ двигаться к местам  высадки десантов, но к великому облегчению советских руководителей военного вмешательства так и не понадобилось – Израиль согласился на прекращение огня..

По окончании войны Москва стала лихорадочно заметать следы.
Кремль был в шоке от сознания того, что наглые евреи дерзнули бросить ему открытый вызов и посмели отклониться от тактических схем, которые предписали им московские полководцы.
Огромное количество советской военной техники было уничтожено или оказалось в руках израильтян, которые, словно издеваясь над Москвой, устроили открытую распродажу советских трофеев – танков, грузовиков, артиллерийских орудий. Миллиардные дотации арабским друзьям были пущены на ветер, не принеся дивидендов.
Особенно унизительным был провал советской разведки, которая столь неверно оценила обстановку на Ближнем Востоке и перспективы арабо-израильского конфликта.
Советский престиж стремительно падал, особенно в арабских странах, которые возложили вину за свой крах на московских друзей и покровителей.
ЦРУ докладывало президенту Джонсону, что “Советы не в состоянии скрыть своего замешательства”.
В такой обстановке необходимо было по возможности затушевать факты причастности Советского Союза к столь позорной катастрофе.
По своим собственным соображениям в том же были заинтересованы Соединенные Штаты и Израиль.
Соответствующая документация во всех трёх странах была засекречена, архивы закрыты, советские “советники”, захваченные в плен на Голанских высотах, без лишнего шума отправлены домой..

Благодаря всем этим мерам в мировой историографии сложилось совершенно превратное представление о роли Советского Союза в истории Шестидневной войны, укладывающееся в благожелательную концепцию западных историков о том, что советское руководство, обжёгшись на кубинском ракетном кризисе, решило строить свои отношения с Западом на принципах разрядки напряжённости, в результате чего к 1967 году Москва выработала осторожный и ответственный внешнеполитический курс.
Да, никто не спорит, что Советский Союз по-прежнему боролся с Соединенными Штатами за влияние в мире, в том числе и на Ближнем Востоке, но не могло быть и речи о том, чтобы рисковать прямым столкновением между ядерными сверхдержавами, сколь бы высоки ни были региональные ставки в этой игре..

Поэтому, когда Москва пригрозила военным вмешательством (как это сделал 10 июня советский премьер-министр Косыгин в разговоре по «горячей линии» с Вашингтоном), то был обычный блеф, которому не следует придавать значения.

Изабелла Гинор и Гидеон Ремез сорвали покров с этой уютной, но фальшивой версии, вскрыв опасное прекраснодушие её авторов - западных историков и политологов, которые на протяжении десятков лет убаюкивали себя сладкими фантазиями о том, что-де советские руководители – трезвые и здравомыслящие люди, которые никогда не станут понапрасну рисковать и подвергать опасности дело мира.

Книга израильских исследователей воочию показывает, как опасно предаваться подобным иллюзиям и как близко подошёл мир к краю пропасти по милости преемников и верных последователей тирана-авантюриста Сталина, которого западные либералы умильно величали “дядюшкой Джо”.

*    *    *

Вместо послесловия:
Советский Союз не смирился с унижением, перенесённым в 1967 году, и спустя всего год навязал Израилю так называемую «войну на истощение».
В рамках операции “Кавказ” в Египет прибыли три советские бригады ПВО, оснащённые ракетами класса “земля-воздух” и радарами раннего предупреждения. Под их защитой в воздух поднялись советские истребители с египетскими опознавательными знаками.
Однако эта предосторожность никого не обманула: “арабские” лётчики переговаривались друг с другом и с землей по-русски и матерились без малейшего акцента на потеху сотрудникам израильской службы радиоперехвата.

Потеряв несколько самолетов, сбитых советскими зенитными ракетами, командование израильских ВВС решило проучить противника.
30 июля 1970 года вскоре после полудня два израильских “Фантома” атаковали египетскую радиолокационную станцию на побережье Суэцкого залива. Завидев легкую добычу, им навстречу поднялась эскадрилья МИГ-21 в составе восьми машин. Советские лётчики лишь с опозданием осознали, что израильские бомбардировщики прикрывала с большой высоты четвёрка истребителей “Мираж-3”.
В завязавшемся воздушном бою израильтяне, не понеся потерь, сбили пять МИГов. Лишь один советский лётчик смог катапультироваться, остальные погибли..

Это было последнее советско-израильское воздушное столкновение.
Получив наглядный урок, советское командование прекратило полёты своих лётчиков, боевой дух которых был фатально подорван таким чувствительным ударом по самолюбию.
А вскоре было заключено перемирие, которое продержалось вплоть до следующего большого конфликта – “Войны Судного Дня”...
 
KiwaДата: Понедельник, 12.06.2017, 01:51 | Сообщение # 288
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 328
Статус: Offline
11 июня 1937 года, был вынесен расстрельный приговор Михаилу Тухачевскому и другим высокопоставленным военным. Органы НКВД начали массовые аресты среди командиров Красной армии

Михаил Тухачевский, первый замнаркома обороны, маршал. Москва, 1936 год. 

Первомай в 1937 году отметили бравурным парадом. Гремели бодрые марши, по Красной площади двигались колонны бронетехники, в воздухе висело предчувствие близких войн и утрат… Современникам, правда, бросались в глаза беспрецедентные меры по обеспечению безопасности.

Советский разведчик Вальтер Кривицкий, руководивший деятельностью агентурной сети в нацистской Германии, в тот день находился в Москве. Получив пропуск на парад лишь накануне, утром он отправился на Красную площадь. «По дороге меня по крайней мере десять раз останавливали патрули, которые проверяли не только мой пропуск, но и документы», — вспоминал за границей Кривицкий, ставший одним из самых известных невозвращенцев. Повсюду под видом зрителей находились сотрудники НКВД, переодетые в штатское.
ТОСТ ТОВАРИЩА СТАЛИНА
Первый заместитель наркома обороны маршал Михаил Тухачевский в одиночестве прошёл через площадь к Мавзолею. Кривицкого удивило, что он всё время держал руки в карманах.
«Несколько минут спустя подошёл маршал Егоров, — писал разведчик. — Он не отдал чести маршалу Тухачевскому и не взглянул на него, но занял место за ним, как если бы он был один.
Ещё через некоторое время подошёл заместитель наркома Гамарник. Он также не отдал чести ни одному из командиров, но занял место в ряду, как будто бы он никого не видит».
Вскоре к Мавзолею пришли Иосиф Сталин и его соратники: Вячеслав Молотов, Лазарь Каганович, Михаил Калинин, Георгий Маленков, Никита Хрущев, генеральный комиссар госбезопасности Николай Ежов и другие верные сталинцы.
Сталин по очереди поздоровался с представителями высшего комсостава Красной армии, а с Тухачевским почему-то произошла заминка — но маршал, вынув руку из кармана, сам протянул её вождю.. 
В зловещем молчании, не замечая друг друга, командиры смотрели прохождение войск.
На демонстрацию трудящихся Тухачевский не остался и после парада быстро ушёл с Красной площади. Руки он продолжал держать в карманах… Как будто в каждом из них лежало по заряженному пистолету..
Праздник традиционно отмечали на квартире наркома обороны СССР маршала Клима Ворошилова, партийные вожди выпивали и закусывали с представителями командования Красной армии. Прошлогодний первомайский обед омрачила пьяная склока: Тухачевский в присутствии Сталина и Молотова обвинил Ворошилова в групповщине и узконаправленной политике, вредящей армейским интересам. Сталин предложил разобраться на Политбюро, но Тухачевский отказался от обвинений. Тем не менее стремление маршала добиться смещения бывшего луганского слесаря с должности наркома не вызывало сомнений.
Нынешний «ворошиловский» обед мгновенно приобрёл характер поминок, как только Сталин произнёс свой тост, от которого повеяло могильным холодом.
Содержание тоста известно в пересказе комкора Семена Урицкого, арестованного через полгода и расстрелянного в 1938 году.
В гнетущей тишине Сталин, не называя фамилий, пригрозил разоблачением замаскированным врагам, пообещав от имени партии стереть их в порошок, и предложил поднять бокалы и рюмки «за тех, кто, оставаясь верным, достойно займет свое место за славным столом в Октябрьскую годовщину». И выпил.
В ПРЕДДВЕРИИ АДА
Зимой 1937 года имя Тухачевского с компрометирующим подтекстом прозвучало на втором Московском процессе..
Удивительно, насколько апатично и бездеятельно отнесся к этому тревожному факту сам маршал, ведь печальные судьбы Николая Бухарина и Алексея Рыкова, чьи имена в соответствующем контексте прозвучали из уст подсудимых на первом Московском процессе 1936 года, заставляли задуматься: оба были арестованы в конце февраля..
На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) Ворошилов заявил: «Я уже говорил и ещё раз повторяю: в армии арестовали пока небольшую группу врагов; но не исключено, наоборот, даже наверняка и в рядах армии имеется ещё немало невыявленных, нераскрытых японо-немецких, троцкистско-зиновьевских шпионов, диверсантов и террористов».
Ворошилова беспокоило отставание военного ведомства в деле выкорчёвывания «врагов народа». Сопротивление чисткам и «гнилой либерализм» вызывали у Сталина подозрение в нелояльности. Вероятно, поэтому соратник Тухачевского и член ЦК ВКП(б), командарм I ранга Иона Якир, командовавший Киевским военным округом, выступил на пленуме за исключение из партии, предание суду и расстрел Бухарина и Рыкова.
На этом фоне популярная версия о фабрикации нацистскими спецслужбами документов, представлявших Тухачевского в качестве «заговорщика» и союзника генералов вермахта, вряд ли имела решающее значение для судьбы маршала. Сталин руководствовался исключительно логикой «ежовщины».
6 мая чекисты арестовали бывшего начальника Управления ПВО РККА комбрига запаса Михаила Медведева, к тому моменту утратившего влияние и возглавлявшего строительство больницы Западной железной дороги.
На допросах его беспощадно избивал начальник ГУГБ НКВД комкор Михаил Фриновский.
8 и 10 мая Медведев дал показания на Тухачевского: сломленный комбриг рассказал о существовании в армии конспиративной организации, ставившей целью «свержение Советской власти, установление военной диктатуры с реставрацией капитализма, чему должна была предшествовать вооруженная помощь интервентов».
Имена руководителей «организации» ему назвали следователи... 
Кроме Тухачевского, Якира и военного атташе СССР в Великобритании комкора Витовта Путны в их число вошли комкор Виталий Примаков, сидевший в НКВД с 1936 года, и начальник Военной академии им. М. В. Фрунзе командарм II ранга Август Корк — бывший подполковник старой армии и «военспец», сыгравший видную роль в штурме белого Крыма осенью 1920 года.
В июне на заседании Военной коллегии Верховного суда СССР Медведев отказался от ложных показаний о «заговоре», и на следующий день его расстреляли..
10 мая по предложению Ворошилова члены Политбюро понизили Тухачевского в должности и назначили командующим второстепенным Приволжским военным округом.
Якира перевели на должность командующего Ленинградским военным округом.
13 мая Тухачевский встретился со Сталиным.
После разговора с ним маршал связывал понижение в должности с арестом своей гражданской жены Юлии Кузьминой, обвиненной в шпионаже. Следовательно, Сталин мог намекнуть Тухачевскому на скорое возвращение в Москву, как только органы НКВД разберутся в ситуации.

14 мая показания чекистам дал Примаков.
По его словам, кандидатура Якира рассматривалась «заговорщиками» на должность наркома обороны после смещения Ворошилова. Это вполне могло быть правдой, если «заговорщиками» называть группу высших командиров РККА, недовольных некомпетентным наркомом.
Перед отъездом Тухачевский побывал у Ворошилова и сдержанно поблагодарил его «за оказанное доверие».
При разговоре нарком выглядел бледным и растерянным — Ворошилов уже знал об обреченности Тухачевского и смотрел на бывшего заместителя как на живого покойника.
16 мая Тухачевский приехал в Куйбышев. Маршал успел принять участие в окружной партконференции. Один из её участников, Павел Ермолин, будущий генерал-лейтенант, вспоминал: «Чувствовалось, что Михаилу Николаевичу не по себе. Сидя неподалеку от него за столом президиума, я украдкой приглядывался к нему. Виски поседели, глаза припухли. Иногда он опускал веки, словно от режущего света. Голова опущена, пальцы непроизвольно перебирают карандаши, лежащие на скатерти».
20 мая Ежов представил членам Политбюро показания заместителя командующего войсками Московского военного округа комкора Бориса Фельдмана и запросил санкцию на арест Тухачевского. Решение приняли четверо: Сталин, Молотов, Каганович и Ворошилов.
Молотов и через тридцать лет упрямо считал Тухачевского наиболее опасным заговорщиком, пойманным в последний момент.
21 мая Примаков назвал Тухачевского руководителем «заговора», связанного с Львом Троцким.
22 мая Тухачевский прибыл в Куйбышевский обком для встречи с первым секретарем Павлом Постышевым.
Здесь маршала арестовали чекисты во главе с заместителем начальника УНКВД по Куйбышевской области майором госбезопасности Рудольфом Нельке. (Его расстреляли в 1938 году, Постышева — в 1939-м).
В тот же день, 22 мая, в Москве был арестован председатель Центрального совета Осоавиахима комкор Роберт Эйдеман. 24 мая маршала доставили в Москву. Решением Политбюро арестованного исключили из партии на основании данных о его участии в «антисоветском троцкистско-правозаговорщическом блоке». С 25 мая Тухачевского начали допрашивать…
ФИНАЛ КАРЬЕРЫ
26 мая Тухачевский дал «признательные показания» после очных ставок с Примаковым, Путной и Фельдманом, назвал себя руководителем «заговора», основание которого датировал 1932 годом.
На протоколах допроса маршала остались пятна крови.
29–30 мая чекисты арестовали Якира и командарма I ранга Иеронима Уборевича, командовавшего Среднеазиатским военным округом (САВО).
Бывший начальник Политуправления РККА и член Военного совета САВО, армейский комиссар I ранга Ян Гамарник застрелился 31 мая у себя на квартире в Москве. «Врагом народа» его объявили посмертно..


Из пяти первых маршалов Советского Союза трое были расстреляны. Слева направо: (сидят) Михаил Тухачевский, Климент Ворошилов, Александр Егоров; (стоят) Семен Будённый, Василий Блюхер. 

Тухачевский признал себя виновным в подготовке «заговора» с целью установления военной диктатуры, причём переворот увязывался с содействием поражению Красной армии в войне против Германии и Японии.
Кроме того, «заговорщики» якобы передавали Абверу сведения военного характера, а также уличались в связях с Львом Седовым, сыном Троцкого, и троцкистами.
Сталин объявил о раскрытом «заговоре» на расширенном Военном совете РККА при наркоме обороне, состоявшемся 1–4 июня.
11 июня дело по обвинению Тухачевского, Уборевича, Якира, Корка, Примакова, Путны, Фельдмана и Эйдемана рассматривалось на закрытом заседании Специального судебного присутствия Верховного суда СССР под председательством армвоенюриста Василия Ульриха, одного из главных исполнителей сталинской репрессивной политики.
Приговор был предрешён.
В ночь на 12 июня в здании Военной коллегии Верховного суда (улица 25 Октября, ныне Никольская, 23) чекисты под руководством коменданта административно-хозяйственного управления НКВД СССР капитана госбезопасности Василия Блохина расстреляли осужденных.
Тухачевский, по одной из версий, успел крикнуть: «Да здравствует Красная армия!»...
Руководителем антисталинского заговора в 1937 году, скорее всего, Тухачевский не был, как не существовало и самого заговора: признательные показания были даны под пытками.
В мифическом «заговоре» нуждался Сталин, чтобы подвергнуть армию чистке и подавить в зародыше любые протестные настроения накануне большой войны.

«Дело Тухачевского» положило начало массовому террору в Красной армии.
По подсчетам историка Олега Сувенирова, в 1937–1939 годах из рядов РККА (без ВВС) были уволены по политическим мотивам и репрессированы 19 106 лиц комадно-начальствующего состава, из них затем реабилитированы и восстановлены в кадрах лишь 9247 человек.
Общее количество репрессированных лиц комначсостава составило 9859 человек.
Большинство из них погибло...


Кирилл Александров
 
ПримерчикДата: Понедельник, 12.06.2017, 16:13 | Сообщение # 289
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 401
Статус: Offline
Древности Яффо:

https://www.youtube.com/watch?v=LoQ4bp508x0

https://www.youtube.com/watch?v=gtZoGCduGgs

https://www.youtube.com/watch?v=591To0dWdd0
 
ПримерчикДата: Четверг, 15.06.2017, 01:53 | Сообщение # 290
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 401
Статус: Offline
Меир Д. Кахане

МИР ИСТУКАНОВ

(первая публикация на русском)

Когда американский президент в свое время сказал, что “массы – ослы”, он просто-напросто повторил старую еврейскую поговорку: “мир он истукан”.
Истукан, как известно, робот не способный самостоятельно мыслить, и подчинен желанию своего создателя. Несмотря на то, что кругом все меняется, у евреев ничего не меняется - “мир” действительно остается “истуканом”.
Я имею в виду удивительное желание еврея верить в любую ложь, фальсификацию и циничный трюк – пока все это дает ему возможность сохранять свои иллюзии и образы своих героев.
Я имею в виду непоколебимую способность политиканов делать и говорить всё, зная, что их поклонники будут продолжать видеть в них божественность и правду. И это несмотря на то, что их сторонники требуют голову других политиков, делающих и говорящих то же самое.
Эти слова я пишу в те минуты, когда секта поклонников Шарона быстро расширяет свои ряды в мире истуканов, в массах ослов.
По-видимому, есть люди, главным образом среди евреев, с потребностью в герое. Есть потребность поклоняться кому-то.
Ведь Господу Б-гу не хватает харизмы, так нужной модернизированному еврею…
…И потому каждое десятилетие есть кто-то, кому можно поклоняться.
Новый идол.
В прошлом это был Моше Даян, одноглазый мужчина с сердцем льва. Ведь галутные евреи, которых унижали 2 тысячелетия, нуждались в герое. И вот он встал Шимшон герой и побил гоев и дал галутным евреям гордость и самоуважение.
Тот факт, что этот Даян, неверующий и наполнен страхом перед гоями, вместе с Голдой Меир – ещё одна “успешная” – отказался от страха перед Америкой нанести по арабам превентивный удар перед началом войны “Йом-Кипур” - совершенно не важен.
Для этих евреев неважно, что более 4000 тысяч еврейских парней погибли из-за преступного решения этого Моше, героя с львиным сердцем, который в первую неделю войны заявил, что он видит “разрушение 3-го Храма”!!!
И кто помнит, или готов помнить, что этот Даян во время “Шестидневной” войны отказался выйти к Суэцкому каналу и завоевать Голаны, чтобы не произошло столкновение с СССР (И только Высшее Предвидение сделало так, что эти его приказы не дошли до командующих фронтами).
И кто помнит, или хочет помнить, что это Даян отдал тогда приказ не выгонять арабов, которые от страха все хотели удрать – и это, когда Мир стоял ошеломленный перед нашими успехами.
…И трагедия сегодняшних дней в огромной степени результат действий Даяна, еврейского “героя”.
Но, несмотря на всё это, Даян находится в национальном пантеоне миллионов евреев. Таков мир истуканов.
И Голда Меир, ответственная за гибель 4000 еврейских солдат, из-за её страха перед Миром.
Ответственная за её фразу, несомненно, вошедшую в книгу рекордов сумашедствия: “Я могу простить арабам, что они убили наших солдат, но никогда не прощу им, что они заставили наших солдат убивать их”… Тем не менее, эта женщина в глазах миллионов осталась “единственным мужчиной в правительстве Израиля”.
И Бегин. Что можно сказать о человеке, который вошел в историю как самый грустный и слабый из всех глав правительств Израиля. И в то же время он продолжает срывать лавры почитания у миллионов, составляющих мир безмолвных истуканов.
Если бы Перес отдал Синай и изгнал оттуда тысячи евреев; если бы это был Перес, который запретил Цаhалу уничтожить ООП в Ливане и привел к тому, что 650 еврейских солдат погибли напрасно. Если бы это был Перес, который возложил на своих офицеров ответственность за Сабру и Шатилу – Бегин и его поклонники вышли бы на улицы требовать головы “предателя”.
Но так как это был Бегин – его истуканы приняли его решение как результат “давление извне”.
Ну и мир! Ну и истуканы!
Каждое десятилетие. Каждый год. Истуканы находят для себя нового героя.
Шамир. Он лучше Переса. Почему? Только Б-гу известно. Почему человек, арестовавший и предавший суду еврейское подполье; почему при нем началась интифада (первая, прим. переводчика); почему он предлагает, чтобы арабы в Еhуда и Шомроне приняли участие в выборах в Кнессет и превратили Израиль в “Палестину”; почему он лжет, во всем, кроме дачи денег “религиозным” партиям – почему он превозносим истуканами.
Но хуже всех Шарон Ариэль.
Шарон свежий герой масс. Он “ястреб”. Он настоящий герой. Он серьезный. Он спаситель…
Массы. Ослы. Истуканы.
… Это было на исходе субботы. И Бегин готовился подписать сумасшедший договор в “Кемп-Дэвид”. Последним препятствием был категорический отказ Солдата, разрешить даже одному солдату остаться в Синае…
Бегин сомневался в одном человеке. В Шароне.
И он позвонил ему в Израиль из “Кемп-Дэвид”. Мы только можем догадываться, о чём они говорили.
И Шарон в Кнессете проголосовал за договор в “Кемп-Дэвид”. Даже Шамир воздержался. И Шарон тут же был назначен министром обороны.
И этот Ариэль Шарон, “ястреб”, спаситель на вертолете летал над Синаем и отдавал приказы выселить евреев из их домов. Если бы Перес делал это – что бы сказал “ястреб”?.. Ослы. Массы. Истуканы.
Что можно сказать о человеке, который в ноябре 1987 г., и снова в декабре, и снова после этого призывает мобилизовать арабов в Израильскую Армию. И обрушивается на Меира Каhана за то, что вместо этого тот предлагает выгнать их?
Ослы рождены ограниченными. Они не способны видеть. Они не способны осознать действительность.
Другое дело двуногие ослы. Они могут. Но они хуже четвероногих ослов, ибо отказываются видеть и признавать действительность. Ведь этот Шарон не человек слова (и я пытаюсь быть вежливым). В интервью газете “Маарив” перед выборами 1973 года, он сказал, что поддерживает равенство между реформистским, консервативным и ортодоксальным направлением в еврействе; требует работы общественного транспорта в субботу…
Сегодня он несется к Любавическому раву за получением благословения в борьбе против Шамира, который требует того же самого и участия арабов Еhуда и Шамрона в выборах в Кнессет. – И мир истуканов в экстазе от него.
…И остальные. “Тхия” и Геула Коэн, ненависть которой к Каhана более чем патологическая. В письме в “Гаарец” в июле 86 года она предлагает израильское гражданство всем желающим этого арабам Еhуда и Шомрона.
И профессор Юваль Неэман, вождь “Тхии”. Он действительно хороший человек, он лучше всех перечисленных; в интервью двум французским журналистам он заявил, что не является расистом и даже согласен, чтобы его зятем был араб, который, конечно, поддерживает государство Израиль…
И рав Левингер. Он человек хороший, точно, такие как араб, в которого он вынужден был стрелять для самообороны – плохой. Он - за сосуществование. И в конце концов арабы забросали его машину камнями (потому он стрелял. Прим. переводчика для тех, кто в те времена не был в Израиле)..
И он, будучи в 1984 г. в США сказал в интервью газете “Джуишь Пресс”: “В Еhуда и Шомроне, в общем, нет проблем. Арабы и евреи работают вместе. Ездят вместе. Хорошо жить в поселении рядом с арабами. А ещё лучше жить вместе с арабами”, (выделено переводчиком).
Я могу продолжить ещё, ещё и ещё. Я надеюсь, что тому проценту евреев, которые поднялись над миром истуканов и удостоились подняться на ступень выше ослов должно быть ясно:
будьте честными, будьте естественными, перестаньте быть идолопоклонниками.
Мерзость, которую сейчас творит Шарон точно такая же мерзость, которую творит Йоси Сарид.
Ликуд ничем не отличается от Аводы. Он то же самое, что и “Тхия”.
Он то же самое, что “Моледет”, вождь которой Рехавам Зээви-Ганди призвал избрать заместителем председателя Кнессета араба; который не устает заявлять, что у него нет никаких намерений изгнать арабов (“Я говорю только о трансфере по желанию”).


--
Статья написана в конце 1989 года и опубликована в книге “Коэн и пророк”, часть 1. (перевод: Найвельт Аhарон. Редакция М.Гольденберг).


Сообщение отредактировал Примерчик - Четверг, 15.06.2017, 02:05
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » НОВОСТИ из различных источников » Немного истории » от архивариуса
Страница 20 из 20«12181920
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz