Город в северной Молдове

Суббота, 21.10.2017, 13:08Hello Гость | RSS
Главная | линия жизни... - Страница 17 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 17 из 22«1215161718192122»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » Наш город » ... и наша молодость, ушедшая давно! » линия жизни... (ДИНА РУБИНА И ДРУГИЕ)
линия жизни...
KiwaДата: Пятница, 27.11.2015, 17:05 | Сообщение # 241
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 348
Статус: Offline
После введения в Венгрию германских войск 19 марта 1944 года дипломатическое представительство Швеции приступило к операции по спасению евреев от депортации в лагеря смерти.

Только что созданный в США Комитет по делам военных беженцев также начал сотрудничать со шведским правительством, чтобы помочь венгерским евреям. Вскоре шведская дипломатическая миссия в Будапеште  попросила направить к ним специального представителя, который и будет заниматься выдачей документов.
На должность первого секретаря шведского посольства в Будапеште с предоставлением всех дипломатических прав был назначен Рауль Валленберг.
Валленберг в мундире шведской армии

Перед отъездом он попросил дать ему свободу и право принимать решения в отношениях с венгерским руководством...

Валленберг родился в 1912 году в известной аристократической семье Швеции.
Вернувшись из США, где он изучал архитектуру, вошел в семейный бизнес.
А в начале 40- годов он совершил несколько деловых поездок в разные страны Европы, включая Венгрию, где и стал свидетелем преступлений нацистской Германии на оккупированных территориях...
В Будапешт Рауль прибыл 9 июля 1944 года со списком людей, которые нуждаются в помощи, и 650-ю охранными паспортами для евреев, имевших какие-либо связи со Швецией. Вскоре однако он расширил границы своей опеки и начал выдавать охранные письма тысячами и приобретать дома, на фасады которых водружал шведский флаг, тем самым превращая их в неприкосновенную территорию.
В эти дома, находящиеся под защитой Швеции, он поселял евреев, а  охранные документы позволяли их обладателям выехать в Швецию либо другие страны, представителем которых являлась Швеция. Около 4 500 евреев имели такие бумаги, защищавшие их от принудительных работ и ношения еврейской звезды.
В октябре 1944 года ситуация в Будапеште резко ухудшилась: фашистская партия «Скрещенные стрелы» захватила власть и ввела режим террора.
Одних евреев убивали прямо на улицах; других тащили к берегу Дуная, где расстреливали либо топили в ледяной воде.
Все больше людей нуждались в шведских защитных паспортах и  Валленберг использовал все возможные и невозможные методы, в том числе - подкуп и шантаж, чтобы финансировать и руководить масштабной операцией по спасению евреев.
Вскоре в его конторе трудились 340 работников. Опасность возрастала и он стал выдавать защитные бумаги всем без исключения.
Шведской территорией в Будапеште считались 32 здания, две больницы и бесплатная столовая...
Вместе с другими посольствами и международными организациями, Валленберг устроил своеобразное международное гетто, охраняемое нейтральными странами.
Молодые евреи «арийской» внешности исполняли обязанности охранников; некоторые из них, особенно дерзкие, надевали форму «Скрещенных стрел».
17 октября 1944 года, в Будапешт вернулся Эйхман и немедленно распорядился о депортации евреев.
Защитные документы были объявлены недействительными. После протестов со стороны Валленберга и его коллег их правовая сила была восстановлена, хотя, следует заметить, что для «Скрещенных стрел»не существовало ни документов, ни законов...

Однако план депортации евреев в лагеря был временно заморожен: железнодорожные пути пролегали слишком близко к линии фронта. Тогда, не желая менять своих планов, Адольф Эйхман приказал отправить десятки тысяч людей к австрийской границе пешком «маршем смерти».
Валленберг и представители других нейтральных стран следовали за колоннами на своих машинах, раздавая продукты питания, одежду и медикаменты.
Ему удалось вызволить многих евреев, утверждая, что они находятся под защитой Швеции.
Он продолжал выписывать паспорта даже после того, как охранники из «Скрещенных стрел» пригрозили ему своим оружием.
Дерзкие методы Валленберга ставили его в очень опасное положение, но он и не думал сдаваться...
Во время осады города войсками Красной Армии он оставался в Будапеште с «охраняемыми» им евреями и угрозами добился у немецкого командования и вождя партии «Скрещенных стрел» не причинять вреда оставшимся евреям.
Перед появлением советских войск в городе он сказал Перу Ангеру, своему коллеге в Шведском посольстве: «Я взялся за это задание и никогда не смог бы вернуться в Стокгольм не будучи уверен, что сделал все возможное для спасения как можно большего количества евреев».

Когда Красная Армия вошла в город, за Валленбергом пришли два русских солдата, предположительно, для того, чтобы проводить его на встречу с командующим 2-м Украинским фронтом Р.Я.Малиновским.
Это произошло 17 января 1945 года.
Наверное, он почувствовал опасность, потому что по дороге к машине сказал: «Не знаю, кто я - гость или пленник».
С того дня больше никто Рауля Валленберга не видел.

В первые годы после его исчезновения Советы утверждали, что им ничего не известно о человеке по имени Валленберг.
Но находились люди из числа бывших заключенных советских тюрем, которые утверждали, что встречали его.
В 1956 году Советы, наконец, заявили, что он умер в тюрьме в 1947 году...
Свободный мир встретил это заявление с недоверием.
В 1989 году дипломатический паспорт Валленберга, портсигар и другие личные вещи были обнаружены в подвалах главного управления КГБ в Москве и возвращены его семье.
Под давлением общественности была создана российско-шведская комиссия, в 2000 году опубликовавшая результаты своей работы... Прошло 55 лет со дня изчезновения Рауля Валленберга.
Комиссия подтвердила, что Валленберг, вероятно, умер в тюрьме в 1947 году, но не нашла никаких подробностей о его аресте, смерти и почему советская власть в свое время отказалась предоставить информацию о его судьбе.
26 ноября 1963 года Яд Вашем удостоил Рауля Валленберга почетным званием Праведник народов мира.
Его мать отказалась получить награду вместо сына, веря, что он вернется и только в 1979 году, после ее смерти, на Аллее Праведников в Яд Вашем было посажено дерево в честь героя.

В 1987 году Валленбергу было предоставлено Почетное гражданство государства Израиль.
Американский конгресс также предоставил ему Почетное гражданство США - ходатайство было выдвинуто членом Конгресса Томом Лантошем, чью жизнь спас Валленберг...
В своем обращении, зачитанном его дочерью в Международный день Катастрофы в январе 2008 года, Лантош сказал о Валенберге: «Во время нацистской оккупации, этот молодой герой-дипломат оставил удобный и безопасный Стокгольм ради спасения человеческих жизней в том аду, каким стал Будапешт. У него было мало общего с этими людьми: он был лютеранином, они – евреями; он - шведом, они – венгерскими гражданами. Мужественный и деятельный человек, он спас жизни тысяч мужчин, женщин и детей, предоставив им защиту шведской короны».

Немало памятников сооружено по всему миру в честь Валленберга; учреждения и улицы носят его имя; о его истории сняты фильмы, она описана в книгах и статьях.
И по сей день Рауль Валленберг является одним из самых почитаемых и известных спасителей евреев в годы Катастрофы...
 
МенестрельДата: Среда, 02.12.2015, 04:16 | Сообщение # 242
Группа: Гости





несколько строк о братьях Шаргородских...

Лев Шаргородский родился в 1934 году в Ленинграде. Вырос, учился, образование, как говорил Жванецкий, – “никакого, то есть высшее техническое”.
Типичная биография еврейского мальчика из большого советского города.

А потом Лев Шаргородский стал писателем, что менее типично, хотя и это бывает.
И не один стал, а вместе с братом (родился в 1943-м году, в эвакуации, в городе Ачинске...) Александром, что совсем уж редкость...
Более тридцати лет они писали вдвоем. Кроме коротких юмористических рассказов ими написаны повести, пьесы, киносценарии...
В 1989 году они уехали на Запад и после долгих мытарств поселились в Женеве.
И снова писательство. И вновь успех, уже “там”.
Братьев Шаргородских называли “русским Вуди Алленом”, “Шолом-Алейхемом двадцатого века”, “Бабелем с Невского проспекта”»...
За время пребывания на Западе издано тридцать шесть книг в Израиле, Франции, Америке, Германии, России, Латвии, Украине, Швейцарии и в других странах, по их сценариям поставлено несколько полнометражных фильмов в Германии, Франции, Канаде, Швейцарии, Польше, их пьесы были представлены на сценах Швейцарии, Израиля, России, Германии.


«Во времена не столь отдаленные на просторах бывшего Советского Союза не было, пожалуй, газеты популярней “Литературки”.
Вы, конечно, помните знаменитую шестнадцатую страницу этой газеты с ее “Клубом 12 стульев”, где появилось более пятидесяти рассказов братьев...по их сценариям были сняты телефильмы и короткометражные фильмы, «Фитили», во многих театрах страны шли пьесы.

О брате
– Вы не думали написать книгу воспоминаний о вашем брате?
– Не думать об этом нельзя. Но я пока понимаю, что еще не готов.
– В этом году десять лет со дня его смерти.
– Да, Алик умер в августе 1995 года. Рана живая, кровоточащая. Пока я не могу писать, потому что для меня он жив. Наверно, должно пройти больше времени.
– После его смерти вы несколько лет не писали.
– Я думал, что я брошу писать. Может, это было бы разумно.
Я не хотел писать без него и в течение трех лет не написал ни одной строчки. Сегодня, когда я вернулся к литературе, мне кажется, что он сидит там, где он обычно сидел, – справа, что он держит ручку, что он произносит какие-то предложения, что он подсказывает, что он выступает против...
И я прислушиваюсь. Я пишу с ним. Он и сегодня рядом, поэтому я часто говорю “мы”.

Об отце
«Каждое утро отец улыбается мне с фото.
Он только что затянулся папироской, ему ничего не нужно, ему хорошо…
Он улыбается, он хочет научить меня правильно воспринимать жизнь.
– Улыбайся, – говорит он, – жизнь улыбается только в ответ».
«Иерусалимские сны», братья Шаргородские

О матери
«Ну что мне вам сказать? Вы, конечно, можете не верить, но меня, Розу Абрамовну, во время войны спасли немцы, чтоб они сгорели! Точнее, немецкая бомбардировочная авиация. Если б это чертово Люфтваффе вовремя не налетело – я бы погибла. Думаю, перед вами уникальная личность, которая осталась жить благодаря бомбежке...
Если вы жили в Ленинграде, то должны знать, что до войны я была Джульеттой. Семь лет никому этой роли не поручали, кроме меня...
Перед самой войной Джульетта влюбилась, – нет, не в Ромео, это был подонок, антисемит, а в Натана Самойловича, очередного режиссера, – и должна была родить. Аборты в то время, как, впрочем, и все остальное, были запрещены. Что мне было делать – вы представляете беременную Джульетту на балконе веронского дома Монтекки?.. Нет повести печальнее на свете...
Я кинулась в “абортную” комиссию к ее председателю, удивительному человеку Нине Штейнберг. Она обожала театр, она была “а менч”, она б скорее допустила беременного Ромео, чем Джульетту, и дала мне направление на аборт. Оно у меня до сих пор хранится в шкафу, потому что Натан Самойлович, пусть земля ему будет пухом, сказал: “Пусть я изменю искусству, но у меня будет сын. Шекспир не обидится...”».
"Венецианский купец", братья Шаргородские

О времени
«Первые часы мне подарила тетя Маша в июле моего четырнадцатого лета. Какое прекрасное время показывали они!..
Часы были марки “Победа” с белым циферблатом, позолоченными стрелочками и ремешком из свиной кожи. У них была и секундная стрелка, которая куда-то радостно спешила. Часы показывали только счастливое время: еще сорок минут купаться, всего полчаса до пинг-понга, еще на пять минут вишневого мороженого…
С тех пор, какие бы часы я себе ни покупал, – ни “Сейко”, ни “Лонжин”, ни “Картье” – ни одни из них не показывали того времени, что простые часики марки “Победа”, подаренные тетей на Рижском взморье моей четырнадцатой весной.
Все часы показывали скучное время: двадцать минут до начала работы, сорок – до окончания, через пятнадцать – к нотариусу, через десять – к дантисту.
Черт бы их всех побрал!
Часы показывали паршивое время: надо пойти, надо сделать, надо вставать. Часы мои показывали взрослое время – скучное и постное, как обед бюргера».
«Иерусалимские сны», братья Шаргородские.



Я так думаю, что пока есть люди, умеющие так писать, часы будут показывать прекрасное время...
 
ИмммигрантДата: Вторник, 08.12.2015, 10:30 | Сообщение # 243
Группа: Гости





Появление 150 лет назад Сибелиуса на свет произошло в самый удачный момент: Финляндия, чья вековая связь со Швецией была оборвана в 1809 г., теперь искала свою собственную национальную индивидуаль­ность, будучи частью Российской империи. Началось развитие своего языка и культуры...

Ян Сибелиуссамый известный и уважаемый финский композитор, один из наиболее выдающихся авторов симфоний и симфонических поэм 20 в., да и всей истории музыки — является основоположником финской музыки.

Юхан Кристиан Юлиус Сибелиус, в семейном кругу Янне, родился в Хямеенлинне, в маленьком гарнизонном городке, в котором его отец Кристиан Густав Сибелиус работал городским и военным врачом.
Отец имел степень доктора медицины, но по характеру был представителем богемы. Таким образом, когда мать Сибелиуса Мария после короткого брака (1862-1868) осталась вдовой (Кристиан Сибелиус умер от брюшного тифа), оставленное наследство состав­ляли главным образом неоплаченные счета. Мария переехала вместе с детьми обратно к своей матери.
Янне, потерявший отца в трехлетним возрасте, рос в женском окружении.

Музыка захватила Сибелиуса уже в раннем детстве. В отличие от И.С. Баха и В.А. Моцарта, он, конечно же, не принадлежал к музыкальному роду, хотя его отец любил петь популярные песни К.М. Беллмана и шведские студенческие песни Веннерберга под аккомпанемент лютни, а мать немного умела играть на клавире.
Первые уроки игры на фортепиано Сибелиус начал брать в семи­летнем возрасте у своей тётки Юлии.
Уже тогда свободные импро­визации брали верх над упражнениями для пальцев и на одном из семейных вечеров он представил свою импровизацию «Жизнь тети Эвелины в нотах»...

Первое собственное сочинение датируется прибли­зительно 1875 г., когда Янне сделал нотную запись «Капель воды для скрипки и виолончели».
Оно доказывало, что у него уже были представления об основах классической композиции.
Показательным является весьма колоритное использование инструментов (пиццикато) для достижения нужного настроения.
Уроки игры на скрипке под руководством местного военного дири­жера начались, лишь когда Сибелиусу было около 16 лет, и с самого начала, как вспоминал сам композитор, скрипка всецело захватила его. «Десять последующих лет моим самым искренним желанием, моей самой честолюбивой целью было стать великим скрипачом-виртуозом».
Фортепиано «не поет», как комментировал сам компо­зитор, и этот инструмент был для Сибелиуса главным образом средством для сочинения.
Музицирование в обществе друзей, а также с его сестрой Линдой, игравшей на фортепиано, и братом Кристианом, игравшим на виолончели, стало стимулом и для собственного творчества.

Помимо венских классиков, образцами для Сибелиуса служили Феликс Мендельсон, Эдвард Григ и Петр Чайковский.

Осенью 1885 г. Сибелиус поступил на юридический факультет Алек­сандровского университета в Хельсинки и одновременно начал учебу в Хельсинкском музыкальном училище...
... но университетские учебники покрывались пылью, и осенью следующего года уже и речи не шло о продолжении учебы в универси­тете: музыка поглотила молодого начинающего композитора.

Под руководством широко образованного ректора музыкального училища Мартина Вегелиуса Сибелиус изучал предметы из области теории музыки, но все время в тайне от учителя сочинял произведения в своем собственном стиле...
В частности, он написал множество небольших пьес, посвященных друзьям, брату и сестре... было написано около сотни произведений: песни, сочинения для различных камерных составов - трио для фортепиано, скрипичная соната и струнный квартет. Сибелиус быстро продвигался в учебе, и довольно скоро его стали называть музыкальным гением...

За четыре года Сибелиус вобрал в себя все, что мог предложить Хельсинки. Настала очередь учебы за границей.
Однако его путь лежал не в Петербург, где к его услугам был бы оркестровый гений Николай Римский-Корсаков...
...первым местом учебы за рубежом стал Берлин, где учителем Сибелиуса стал академический теоретик Альберт Беккер.
А с осени 1890 г. Сибелиус продолжил учебу в Вене.
В этом городе он чувствовал себя намного уютнее: «Вена — место, которое больше всего мне по вкусу».
Открытая, интер­национальная атмосфера Вены, общество, румынские и венгерские музыканты, с которыми он познакомился, доносившиеся отовсюду вальсы Штрауса пленили его.
Некоторые полученные тогда музыкальные впечатления существенно повлияли на его дальнейшее становление.
Вена также оказала еще одно важное влияние на Сибелиуса: в нем неожиданно проснулся интерес ко всему финскому и к финскому языку.
Сибелиус заинтересовался «Калевалой» и открыл для себя её таинственный мир, а вернувшись летом 1891 г. из Вены в Финляндию, Сибелиус продолжил работу над симфонической поэмой «Куллерво», премьера которой 28 апреля 1892 г. имела огромный успех.
«Оглушительный весенний поток финских мелодий мощно устремился из пустыни», — так охарактеризовал Каянус этот ключевой момент в финской истории музыки.
Финская музыка была создана, и Сибелиус оправдал возложенные надежды.

В июне того же года состоялась свадьба и с течением лет в семье родилось шестеро дочерей, из которых одна умерла во младенчестве.
Чтобы обеспечить семью, вплоть до рубежа веков Сибелиус вынужден был преподавать игру на скрипке и теоретические дисциплины в музыкальном училище и в оркестровой школе...
... формой музы­кальной драмы для Сибелиуса стала симфоническая поэма, а композиторским идеа­лом — Ф. Лист.

Романтический период творчества Сибелиуса закончился в 1899 г. написанием Первой симфонии, выдержанной в духе Чайковского.
Вместе с тем, обращение к симфонии привело Сибелиуса к идеалу абсолютной музыки...
В 1896 г. Сибелиус участвовал в конкурсе на должность препо­давателя музыки в Хельсинкском университете, но место досталось Каянусу...
В качестве компенсации Сибелиус, к своей радости, получил годичную стипендию, которая позднее стала его пожизненной пенсией.
Весной 1908 г. у Сибелиуса вырезали опухоль в горле, и не случайно, что к этому периоду относятся его наиболее содержательные и самые сложные для понимания публики произведения...
В это время появляются симфоническая поэма «Ночная скачка и восход солнца» (1908), струнный квартет «Voces intimae» («Сокровенные голоса», 1909), Четвертая симфония (1911), симфонические поэмы «Бард» (1913) и «Богиня природы» (1913)...
В начале 1910-х гг. Сибелиус много концертировал, посетив, в частности, Гетеборг, Ригу, Копенгаген и Берлин.
Его международная известность начала закрепляться.
Мировая война 1914-1918 гг. была для Сибелиуса трудным вре­менем, как в душевном, так и в материальном плане.
Сложности с передвижением привели к изолированности, государственная пенсия уменьшилась из-за инфляции, не поступали авторские гонорары от его немецкого издателя Breitkopf & Hаrtel.
Для Сибелиуса, с его образом жизни, и его семьи это означало бедность, настоящее жалкое существование. Чтобы хоть как-то поддержать семью, он вынужден был сочинять небольшие произведения: песни, сочинения для форте­пьяно, а также произведения для скрипки и фортепьяно.

   грустный вальс

Среди этих сочинений, которые сам Сибелиус называл «бутербродными», тем не менее, встречаются превосходные жемчужины — композитор умел соединить общедоступность с высоким качеством...
Тяготы военного времени отступили лишь в 1919 г., когда Сибелиус с женой поехали в Копенгаген на Дни музыки северных стран.
После творческого перерыва 1920-1922 гг. начался поздний сим­фонический период Сибелиуса. Он продолжал свои зарубежные выступления и написал Шестую (1923) и Седьмую симфонию (1924)...
Над созданием восьмой симфонии Сибелиус бился вплоть до 1943 г., но в конце 1940-х гг. композитор сжег целый ряд произведений, и лишь «Траурная музыка», написанная на похороны многолетнего друга Сибелиуса, художника Аксели Галлен-Каллелы (1865-1931), указывает на то, что потерял мир с уничтожением Восьмой симфонии.

В конце жизни Сибелиуса общепризнанно относили к числу вели­чайших композиторов его времени. Его музыка исполнялась повсе­местно, в его честь устраивались фестивали.
Поток посетителей в Айнола не прекращался, а когда композитору исполнилось 90 лет, бывший премьер-министр Великобритании сэр Уинстон Черчилль послал Сибелиусу коробку его любимых гаванских сигар.
Два года спустя, 20 сентября 1957 г., Сибелиус скончался в результате мозгового кровоизлияния...

Вейо Муртомяки
 
KiwaДата: Воскресенье, 20.12.2015, 12:55 | Сообщение # 244
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 348
Статус: Offline
Бабур (Захир-ад-дин Мухаммед Бабур) родился в г.Андижане (14 февр. 1483 г.), в семье эмира Ферганы, правнука Тимура, в 11 лет сам стал правителем Ферганы, а в 1526 г. в Индии основал централизованное государство бабуридов, которое просуществовало до завоевания Индии (1848 г.) англичанами. Умер в г. Агре (26 дек. 1530 г.)

Главный труд Бабура – автобиография «Бабур-наме», первый образец этого жанра в исторической литературе, излагает события с 1493 по 1529 годы, живо воссоздаёт детали быта знати, нравы и обычаи эпохи.

Поэтическое наследие Бабура многогранно и богато.
Он написал стихи  более чем в 10 жанрах восточной лирики.
Основу поэзии Бабура составляют стихи любовно-лирического содержания. Мастерство поэта выражается в оригинальном литературном стиле и умелом использовании наиболее выразительных средств тюркского языка.

Можно сказать, что стихи Бабура - автобиография поэта, в которых поэтическим языком, трогательно излагаются глубокие чувства, мастерски рассказывается о переживаниях, порожденных в результате столкновения с жизненными обстоятельствами.
Одной из важных сторон его творчества является воспевание подлинно человеческой, земной, реальной любви.
Лирика поэта пропитана вдохновенной поэзией Алишера Навои.
В своих газелях и рубаи он поднимает такие проблемы человеческих отношений как любовь, дружба, стремление к прекрасному.

Рубаи

Ты затруднение мое, художник, разреши:
Здесь на платке узор такой искусный напиши,
Чтоб мысли все мои на нем любимая прочла,
Чтоб ей открылся весь тайник тоскующей души.

* * *

Ты - роза яркая, но я ничтожный соловей.
Ты - пламя жаркое, но я зола, - возьми развей.
"Нет соответствия!" Но ты не избегай меня:
Народам царь - я стал рабом по прихоти твоей.

Газели

Если стану воздыхать я по подруге несравненной,
Ясный день от дыма вздохов станет полночи темней.

Но исчезнет тьма густая, о Бабур, когда в газелях
С солнцем лик ее сравнишь ты, с месяцем дугу бровей.

Мне радость пиршеств не нужна, когда с тобою разлучен я,
Благословенны времена, когда с тобой я буду рядом!

Земную любовь поэт воспевает как самое высокое человеческое достоинство:

Без луноликой не светло от солнечного света,
Несладок сахар без нее, чья сладость мной воспета.
Без тонкостанной - кипарис мне грудь стрелой пронзает,
Без розоликой - нет у роз ни запаха, ни цвета.
Что стану делать я в раю? Хочу быть с нею рядом,
Зачем же мне другой приют в садах другого света?
Пусть голову из-за нее, тебе, Бабур, отрубят,
Но невозможно оторвать от милой сердце это!


Любовь для Бабура - верность, преданность, благородство и человечность.
Он ставит ее превыше всего: богатства, общественного положения и всех земных благ.

Поэт в своих совершенных газелях создает образ прекрасной возлюбленной, наделяя ее небывало красивой внешностью, богатым внутренним содержанием, духовным совершенством. При этом он умело использует оригинальные художественные средства.

Мне красавица эта, чья плоть так нежна, - нужна,
Словно солнце, чьим светом душа зажжена, нужна.
Мне, упавшему ниц, не михраба священный свод -
Эта бровь, что искусницей насурьмлена, нужна.
С головою, о сердце, простись, - иль влюбленных путь
Обходи, коль тебе непременно она нужна.
Всякий павший к ногам ее, может к устам припасть,
Коль ему лишь могила для вечного сна нужна.
Что с того, что с тобой неприветливы все, Бабур?
Ведь тебе лишь улыбка подруги одна нужна.
 
shutnikДата: Вторник, 05.01.2016, 17:19 | Сообщение # 245
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 391
Статус: Offline
    Лилия Скляр: "Эта страна мне не по зубам"

Психолог, журналист, поэт, лауреат международных литературных конкурсов, Лилия Скляр уже давно живет не в Биробиджане, а в канадском городе Торонто, куда перебралась из Израиля.

- Лилия, расскажите немного о том, чем вы занимались в Биробиджане.

- В Биробиджане я родилась, училась в школе, в педучилище, потом уехала учиться дальше - в педагогический институт Комсомольска-на-Амуре. А уже в следующий раз вернулась в свой город в тридцать лет с маленьким сыном и уже будучи журналистом. Год проработала в "Биробиджанер штерн" и два - в "Биробиджанской звезде".
А еще мы с Сашей Драбкиным и Леней Школьником параллельно выпускали независимую газету "Взгляд", ровно год. Потом Леня уехал, оказалось - навсегда. И мы благополучно похоронили нашу печатную "независимость".

- А когда и почему вы решили уехать?

- Уехала я в конце 1992 года, потому что хотелось перемен к лучшему, в Биробиджане я себя исчерпала.
- Что эмиграция, а точнее две - в Израиль и Канаду - поменяла в вас?
- До эмиграции мне было 33, теперь - 53. Это - главные перемены. А вообще, отвечая на этот вопрос, можно написать памятку или инструкцию по адаптации в чужеродной среде для эмигранта...
Я уже не помню подробностей, поскольку 20 лет в эмиграции.
Сегодня это понятие - "эмиграция" - потеряло свою эмоциональную окраску. Мир ничтожно мал, а жизнь коротка.

- Вы ведь стали довольно успешным человеком в чужой стране. Не всем это удается.

- На мой взгляд, успешен как раз свободный художник, с крышей над головой и куском хлеба в холодильнике, несмотря ни на какие трудности.
Работа для меня - нечто материальное, даже если она связана с творчеством.
Это ведь упорядоченная продажа своего творчества и укладывание его в прокрустово ложе заказчика-плательщика. Нет ничего успешнее любви.
Но это - тема не нашего формата...

- Вы всегда преодолевали сложности так спокойно?

- В том, что жизнь спихивает тебя с дороги, можно при желании найти и некоторые положительные стороны: к примеру, появляется шанс переосмыслить жизненные задачи для продолжения отведенного свыше отрезка пути. Безвыходная, на первый взгляд, ситуация может обернуться одновременно удобным моментом и отличным материалом для занятий словотворчеством.

Где стихи писались лучше? Там или здесь? Важны ли для вас биробиджанские мотивы?

- Стихи я пишу практически последние три года. Есть несколько, посвященных Биробиджану и моему детству. К сожалению, не могу вас порадовать признанием в ностальгии. Мне нравится жить и писать там, где я сейчас нахожусь.
Недавно была в Москве и Болдино. Никаких сентиментальных чувств не испытала. Эта страна мне не по зубам.

- А что для вас вообще поэзия? Есть ли какие-то авторы, о текстах которых вы думаете "почему не я?"

- Поэзия для меня - спасение. И, конечно, есть любимые поэты.
Прежде всего - Марина Цветаева. Понимаю, неоригинально, но никуда от этого не деться.
Кроме Марины, Анны, Осипа Эмильевича, Александра Сергеевича, назову, конечно же, Иосифа Бродского, Арсения Тарковского, Бориса Рыжего и из современных - Олесю Николаеву, Веру Павлову, Михаила Юдовского.

- В ваших стихах очень часто присутствует детство, мотив взросления, точнее, невзросления. Это важно для поэта - оставаться ребенком?
- Для поэта важно все. А насчет невзросления - это, скорее, жеманство.

- Расскажите о своей нынешней жизни. Чем вы сейчас занимаетесь?

- О, я много чем занимаюсь!
Я - официальный представитель в Торонто Международной федерации русскоязычных писателей, хозяйка литературно-музыкальной гостиной, сценарист и режиссер театра поэзии "Удивительная кошка".
Готовлю к изданию второй поэтический сборник "Цветной песок", публикуюсь в русскоязычных изданиях Торонто, участвую, и весьма успешно, в международных литературных конкурсах.
В этом году вышла в финал итальянского конкурса "Школа Букеровских лауреатов", английского "Пушкин в Британии", бельгийского "Эмигрантская лира" и еще по меньшей мере пяти поэтических турниров.
Не слишком ли я занялась саморекламой? Опять жеманство...

***

и парочка стихов этого замечательного автора:


Эс ред Биробиджан

Я родилась давно там, где весна
багульником в тайге благоухает,
где слух не раздражали имена:
Бенюмен, Голда, Ицик, Рива, Хая,
где птичий идиш лился по утрам
то песней мамы, то отца вопросом,
и радио: "Эс редт Биробиджан!"
на идише приветствовало взрослых.
Тот город мой не город был, а сквер,
расчерченный на классы мелом ярким,
и с новостей в "Биробиджанер штерн"
день начинался в тесной коммуналке,
чуть-чуть евреем каждый русский был,
а Дом культуры - центром мира просто,
там на восьмушке-скрипочке учил
меня играть Семен Наумыч Гросман,
а в "Родине" шло лучшее кино,
и сапоги-чулки входили в моду...
там малым детям не дают давно
имен: Бенюмен, Хая, Ицик, Голда.

С правом переписки


когда мы, покидая город детства,
в высь поднимались в лайнере крылатом,
в нас не стреляли " при попытке к бегству",
вдогонку не кричали: "Жид пархатый!"

и виза, клерком шлёпнутая в паспорт,
нас не лишала права переписки,
и, в общем-то, всё складывалось классно,
и стюардесса предлагала виски.

вот за бортом - "немытая Россия",
а впереди – заморская удача,
подносы стюардесса разносила,
нас балуя горячим сытным ланчем.

парило в небе душ переселенье,
и лёд бренчал в стаканах непривычно,
никто не назначал нам поселенья,
его мы выбирали самолично.

всё складывалось веселей и круче,
и дальний берег становился близким,
но сны на русском вижу, на" могучем",

не на иврите и не на английском.
на чёрно-белых снимках сцены детства
мелькают, как вагоны на вокзале,
в нас не стреляли "при попытке к бегству",
мы сами за собой мосты сжигали.

в тумане – очертанье Моисея,
за ним сестёр и братьев вереница,
нас, по закону жанра ждёт спасенье,

вот только знать бы, за какой границей.
 
МенестрельДата: Понедельник, 11.01.2016, 03:28 | Сообщение # 246
Группа: Гости





юбилейная дата имевшая место быть 9-го января - а именно : 125 лет со дня рождения самого читаемого чеха, КАРЕЛА ЧАПЕКА, писателя, драматурга, общественного деятеля и философа заставила меня вспомнить о самом крупном и всемирно известном его произведении - романе "Война с саламандрами", успех которого  объяснялся тем, что в жанре фантастики Чапек рассказал о той опасности, которую несут людям войны, национализм и безответственное отношение к экологии планеты...

Карел Чапек увлекался многими вещами: в частности, коллекционировал ковры и даже слыл экспертом в области ковроведения. Коврам посвящены замечательные рассказы «Редкий ковёр» и «Восток».
Любил кактусы и в этом деле тоже преуспел. Кактусы им были воспеты в «Похищенном кактусе» и «О любителях кактусов».
Любил собак, да... ...правда дрессировать их не умел. Подробности изложены в «Минде, или О собаководстве» и в «Дашеньке, или Истории щенячьей жизни».
И уж конечно нельзя не упомянуть об увлечении фотографией!
Рассказ «Человек и фотоаппарат», посвящённый борьбе начинающего фотографа с непослушной техникой, актуален и по сей день...


Чапек был основателем и первым председателем чехословацкого Пен-клуба (1925-1933), членом комитета Лиги Наций по литературе и искусству (с 1931 года), а в 1935 году он выдвигался на должность президента Международного Пен-клуба Гербертом Уэллсом, его тогдашним президентом, но отказался от поста по причине болезни...

те, кто ещё помнит как читать книги, могут сделать это перечитав знаменитое произведение чешского автора, те же, кто привык к новшествам сегодняшнего дня, могут найти в сети и скачать для себя этот роман, записанный известными чтецами...
я же предлагаю вам один из апокрифов автора, который читал ещё будучи студентом, лет эдак сорок назад:


О падении нравов

Тихо было у входа в пещеру. Мужчины, размахивая копьями, с самого утра отправились к Бланску или к Рейце, где выследили стадо оленей; женщины тем временем собирали в лесу бруснику, и оттуда доносились их пронзительные голоса и перебранка; дети, вероятнее всего, плескались под горкой в речушке ― да кто уследит за этими пострелятами, за этой мелюзгой беспризорной! А первобытный старик Янечек дремал себе в тиши на мягком октябрьском солнышке; вернее сказать ― храпел, и в носу у него посвистывало, но он прикидывался, будто вовсе не спит, а охраняет пещеру своего племени и властвует над ней, как оно и полагается престарелому вождю.
Жена его, старуха Янечкова, разложила свежую медвежью шкуру и принялась скоблить ее заостренным камнем. «Делать это надо основательно, пядь за пядью, не так, как молодая сноха, ― подумалось вдруг старой Янечковой. ― Эта вертихвостка только поскоблит спустя рукава, да и бежит нянчиться с ребятишками. В такой шкуре, ― думает старуха, ― и прочности-то никакой ― и-и, милые, мигом порвется да сопреет! Да только я ни во что вмешиваться не стану, коли уж сын ничего ей не говорит, ― тянутся старушечьи мысли. ― Эх, не умеет сноха вещи беречь! Батюшки, а шкура-то прорвана! Да еще на спине! Ох, люди добрые, ― обомлела старая дама, ― и какой же это нескладеха ткнул медведя в спину? Теперь вся шкура попорчена! Нет, мой ни в жизнь не сделал бы так, ― с горечью думает старуха. ― Мой всегда норовил попасть прямо в горло...»
― Э-кхе, гм, ― закряхтел в это время старик Янечек, протирая глаза. ― Наши-то не вернулись?
― Где там, ― проворчала супруга. ― Ишь чего захотел.
― Ох-ох-ох, ― вздохнул старик, сонно моргая. ― Куда им. Да ну их. А бабы где?
― Караулю я их, что ли? ― сердито отозвалась Янечкова. ― Ясно, шляются где-то.
― А-а-а-а, ― зевнул дед Янечек. ― Шляются. Нет, чтобы... нет, чтобы скажем, того... Да уж! Вот какие дела...
Снова стало тихо, только Янечкова проворно, со злобным усердием, скоблила сырую шкуру.
― А я говорю, ― начал Янечек, задумчиво почесывая спину, ― вот увидишь, опять наши ничего не притащат. Еще бы – куда им с этими новыми костяными копьями, от них и проку никакого... Внушаю, внушаю сыну: пойми, говорю, нет такой прочной и твердой кости, чтобы делать из нее наконечники для копья! Вот и ты, хоть баба, а должна признать: ни в кости, ни в рогах нет... такой пробивной силы, что ли? Ударишь по кости-то ― да разве костью кость перешибешь? Ясно как день! Вот каменный наконечник, это, брат... Оно конечно, с камнем-то возни побольше, зато инструмент какой! Да разве сыну втолкуешь?
― Известно, ― с горечью поддакнула старуха Янечкова. ― Нынче никому не прикажешь.
― Да я никому и не приказываю! ― вскипел дед. – Так ведь и советов не слушают! Вот вчера ― нашел вон там, под скалой, славный такой плоский кремневый обломок. Его бы чуть обтесать, чтоб поострее был, и готов наконечник для копья, лучше не надо. Ну, принес домой, показываю сыну: «Гляди, мол, ничего камушек-то, а?» ― «Ничего, говорит, только куда его, батя?» ― «Ну, говорю, можно его приладить для копья». ― «Да ну вас, батя, говорит, очень надо с ним возиться! У нас в пещере целые кучи этого старого хлама, и проку никакого; они и на древке-то не держатся, как ни привязывайте ― так на что он?» Лодыри! ― взорвался вдруг старик. ― Нынче всякому стало лень как следует обработать кусок кремня, вот в чем дело! Разбаловались! Конечно, такой костяной наконечник в два счета сделаешь, так ведь ломается же бесперечь! «Ну и что ж такого, ― говорит сын - Заменишь новым, и делу конец!» Ох-ох-ох, и до чего этак люди докатятся? Чуть что ― новое копье! Ну, сама скажи ― виданное ли дело? Да такому славному кремневому наконечнику годами, брат, износу не было! Вот попомни, еще выйдет по-моему: вернутся они, да с каким удовольствием вернутся-то, к нашему старому доброму каменному оружию! Я и приберегаю, коли что найду: старые наконечники для стрел, молоты, кремневые ножи... А он говорит ― хлам!
Горечь и возмущение душили старого вождя.
― И я говорю, ― отозвалась старуха, желая отвлечь мужа от печальных мыслей. ― Вот и со шкурами то же самое. «Матушка, ― говорит мне сноха, ― ну зачем их так долго скоблить? Себя пожалейте; попробуйте-ка выделывать шкуру золой, хоть вонять не будет». Нечего меня учить! ― набросилась старая Янечкова на отсутствующую сноху. ― Я и сама знаю, что надо! Испокон веков шкуры только скоблили, а какие шкуры получались! Ну, конечно, если тебе работать лень... Так и норовят, чтобы поменьше работать! Вот и выдумывают без конца да переиначивают. Выделывать шкуры золой! Слыханное ли дело?
― Ничего не попишешь, ― зевнул старик. ― Куда там, наши старинные обычаи ― не по них. Толкуют, будто каменное оружие неудобно для руки. Оно отчасти и верно, да только мы не очень-то гонялись за удобствами, зато нынешние ― так и смотрят, как бы ручки себе не отбить! Скажи сама, до чего этак дойти можно? Возьми ты нынешних детей. «Отстаньте вы от них, дедушка, пусть играют», ― говорит сноха. Ну, хорошо, а что получится?
― Хоть бы они не устраивали такого содома, ― посетовала старая дама. ― Что верно, то верно, держать себя не умеют!
― Вот тебе и нынешнее воспитание, ― назидательно произнес Янечек. ― А если иной раз скажешь что-нибудь сыну, отвечает: «Вы, батя, этого не понимаете, теперь другие времена, другая эпоха...» Ведь и костяное оружие, говорит, еще не последнее слово; когда-нибудь, говорит, люди придумают еще какой-нибудь материал. Ну, знаешь ли, это уж слишком: разве видел кто материал крепче камня, дерева или кости! Ты хоть и глупая баба, а должна признать, что... что... ну, что это переходит все границы!
Бабка Янечкова опустила руки на колени.
― Послушай, ― сказала она. ― Откуда только у них все эти глупости берутся?
― Говорят, это нынче в моде, ― прошамкал беззубым ртом старик. ― Да вот, взгляни в ту сторону, там, в четырех днях ходьбы отсюда, стало стойбищем какое-то неведомое бродячее племя, ну, сказать, голь перекатная, будто бы они такое делают... Так и знай ― все глупости наша молодежь переняла от них. И костяное оружие, и прочее. И даже ― они его даже покупают у них! ― сердито воскликнул дед. ― Отдают за это наши славные шкуры! Да когда же это бывало, чтобы чужие с добром приходили? И нечего связываться со всяким неведомым сбродом! И вообще наши предки правильно нам завещали, на любого пришельца надо нападать без всяких там околичностей да отсылать его к праотцам. Так бывало испокон века: убивать без долгих разговоров! «Да что ты, батя, ― говорит сын, ― теперь другие отношения, теперь вводится товарообмен!» Товарообмен! Да если я кого убью и заберу, что у него было, вот тебе и товар, и ничего я ему за это отдавать не должен ― к чему же какой-то товарообмен? «Это не верно, батя, ― говорит сын, ― ведь вы за это платите человеческой жизнью, а ее жалко!» Видала ― жалко им человеческой жизни! Вот тебе нынешнее мировоззрение, ― расстроенно бормотал старый вождь. ― Трусы они, и все тут. Жизни им жалко! Ты вот что мне скажи ― как сможет прокормиться такая гибель людей, если они перестанут убивать друг друга? Ведь и теперь уже оленей осталось до чертиков мало! Им, вишь, жалко человеческой жизни; а вот традиций не уважают, предков своих и родителей не чтят... Черт знает что! ― крикнул вне себя дед. ― Смотрю это раз, вижу ― малюет этакий сопляк глиной бизона на стене пещеры. Я дал ему подзатыльник, а сын говорит: «Оставьте его, бизон ведь как живой вышел!» Это уж слишком, знаешь ли! С каких это пор люди занимались такими пустяками? Коли тебе делать нечего, так обтесывай какой-нибудь кремешок, а не малюй бизонов на стенках! На что нам такие глупости?
Бабка Янечкова строго поджала губы.
― Кабы только бизон... ― пробормотала она через некоторое время.
― А что? ― спросил дед.
― Ничего, ― возразила старуха. ― Мне и выговорить-то стыдно... Ты знаешь, ― наконец решилась она, ― сегодня утром я нашла... в пещере... обломок мамонтова бивня. Он был вырезан в виде... в виде голой женщины. И грудь, и все ― понятно?
― Да брось ты, ― ужаснулся старик. ― Кто же это вырезал?
Янечкова возмущенно пожала плечами:
― Кто его знает! Видно, кто-то из молодых. Я бросила эту мерзость в огонь, но... а грудь была ― вот такая! Тьфу!
― Дальше некуда, ― с трудом выдавал из себя дед Янечек. ― Да ведь это разврат! Скажи на милость ― а все оттого, что они вырезают из кости всякую чепуху! Нам такое бесстыдство и в голову бы не пришло, потому что из кремня этого и не сделаешь... Вот оно куда ведет! Вот они, их изобретения! И ведь будут выдумывать, будут какие-то новшества заводить, пока все к чертям не полетит! Нет, говорю я, ― вскричал первобытный старик Янечек в пророческом вдохновении, ― долго так не протянется!
 
1931
 
отец ФёдорДата: Среда, 27.01.2016, 03:28 | Сообщение # 247
Группа: Гости





...директор Музея истории и культуры евреев Беларуси Инна Герасимова, работая в Национальном архиве, обнаружила письмо политрука Николая Киселева, которое он направил Первому секретарю ЦК КП Белоруссии П.К.Пономаренко в 1944 году.

В письме была изложена история переправки через линию фронта евреев, бежавших из гетто в белорусских местечках Долгиново, Илье, Княженцы и других.
На этом документе никаких резолюций не было. Похоже, в руки адресата письмо не попало.

Герасимова упорно продолжала поиск и через какое-то время обнаружила детей Николая и Анны Киселевых.
А затем и участников беспримерного перехода линии фронта.
Вот эти живые свидетели и поведали необычную историю благородного подвига русского солдата...


Самой важной находкой Герасимовой явился документ, хранящийся в Национальном архиве Республики Беларусь.
То был приказ Белорусского штаба партизанского движения от 14 января 1943 года «О награждении денежной премией 8 партизан под командованием Киселева Н.Я. за вывод из немецкого тыла 210 еврейских семей.
Так была прочитана еще одна ранее неизвестная страница истории Катастрофы белорусских евреев.

К слову сказать, сам Николай Киселев в своих автобиографиях никогда не писал об этом событии. Возможно, по-скромности.
Не считал боевое задание времён войны чем-то особенным.
Но очень может быть, что общая атмосфера царившего в то время антисемитизма, не позволила ему в полной мере оценить содеянное. Действительно, кого в послевоенные годы интересовали люди, спасавшие евреев.

Тем не менее данное обстоятельство никак не умоляет благородную суть подвига Николая Яковлевича Кисилёва.
Благодарные граждане Израиля и в первую очередь спасённые политруком люди и их потомки свято чтят память этого мужественного великодушного человека...

Вот небольшой рассказ о подлинно рыцарском подвиге офицера:

Осенью 1941 года рядом с белорусской деревней Долгиново, что в 100 км к северу от Минска, стрелковая рота под командованием политрука Николая Киселева попала в окружение. Завязался бой, во время которого Николая ранили. Он попал в плен.

Неделю находился в лагере для военнопленных под Минском. Затем всех погрузили в эшелон, и отправили в Германию. На первой же остановке Николаю удалось бежать. Охрана открыла стрельбу, но Киселеву повезло и он успел укрыться в лесу.
Через пару дней Киселёв вернулся в район еврейского местечка Долгиново, в котором проживало на начало войны около пяти тысяч евреев.
Спасаясь от нацистского уничтожения, еврейские жители Долгиново скрывались в лесах и близлежащих деревнях.
Зима 1941–1942 гг. выдалась на редкость суровой. Морозы опускались до - 30. Людям приходилось туго. Немало из них замёрзло.

Те, кто не мог или не захотел бежать и остался в местечке, были обречены на медленное методичное истребление, растянувшееся на год. На этот раз нацисты не расстреляли всех евреев разом, как это они обычно делали, посчитав такой способ экономически нецелесообразным: в местечке проживало много ремесленников: пекари, сапожники, портные, кузнецы и всех их принудили обслуживать местный гарнизон.

Поэтому евреев расстреливали по мере того, как отпадала необходимость в тех или иных профессиональных услугах...
Тем не менее в Долгиново еврейский вопрос был решён окончательно намного раньше, чем во всей остальной Европе.
К 5 июня 1942 года ни одного живого еврея там не осталось.
В этот же день само местечко было буквально сожжено дотла.

Из 5-ти тысячного еврейского населения местечка выжило всего 278 человек. В основном старики, женщины и дети, успевшие уйти в лес или те, кому повезло отсидеться в погребах хат белорусских соседей. Уцелевшие люди прибились к партизанскому отряду «Мститель», где Николай Киселёв был политруком...

Но у партизан не было никакой возможности содержать всех этих людей. Они не могли их даже элементарно прокормить, не говоря уже о том, что беженцы мешали боевой деятельности.
Командир отряда запросил Москву, и вскоре поступил приказ вывести евреев за линию фронта.

Исполнение невероятно сложного и опасного задания было поручено шестерым бойцам партизанского отряда «Мститель» под командованием Николая Киселева.
К группе присоединился доброволец – 19-летняя Аня Сироткова.


По занятой фашистами территории, предстояло пройти почти полторы тысячи километров. В начале августа 1942 года 270 человек, в том числе 35 детей в возрасте от 2 до 15 лет, вышли в беспрецедентный поход. Шли ночами, преодолевая по 30-40 километров.
Днем, пока беженцы отсыпались, бойцы вели разведку, искали безопасный путь, добывали продукты.
Несколько раз натыкались на немцев и бойцам охранения приходилось вступать в перестрелку...
Многие получили ранения. Раненная пожилая женщина и мальчик не смогли продолжить путь и их пришлось оставить в лесу.
Но они выжили...
После одного из столкновений недосчитались 50-ти человек. Что с ними произошло выяснить не удалось...
Однажды угодили в болото, из которого с невероятным трудом удалось выбраться. Порой казалось, что идти дальше невозможно. Но всякий раз Киселёв находил способ поднять людей, побудить их продолжить рейд.
А вот что вспоминает Иосиф Кремер, один из участников того бесконечного перехода:

Как-то беженцы оказались в непосредственной близости от расположения большой воинской части фашистов. В любой момент людей могли обнаружить. Двухлетняя Берта, дочь Кремера, все время громко плакала.
Отец пришёл в отчаяние, но успокоить дочь не мог. Да и сил нести её у него уже не осталось. И тогда Николай Киселев взял девочку на руки. Она затихла и уже до самого конца похода политрук нёс её на руках. Больше Берта не плакала.

Девочка выжила, она живет в Америке, у нее уже есть внуки...

В конце октября отряд беженцев, обойдя стороной город Великие Луки, вышел к реке Западная Двина. На противоположном берегу уже находились войска Красной Армии. С большим трудом, ночью, под проливным дождем удалось переправиться через реку.

И, когда казалось, что цель уже рядом, произошло неожиданное:
как только беженцы выбрались на берег, на них наткнулась диверсионная группа фашистов, переодетых в форму бойцов НКВД. Они остановили шедшего впереди отряда Киселева. Якобы для проверки документов.
Однако политрук вовремя заметил неладное и первым выстрелил в диверсанта..... подоспели бойцы охранения, завязался скоротечный бой. Несколько фашистов было убито. Остальные растворились в темноте октябрьской ночи.

В это время беженцам удалось уйти на безопасное расстояние.

А к утру они уже находились в расположении частей Красной Армии. Переход, длившийся более месяца, был завершён.

Впрочем, радость освобождения была очень сильно омрачена. Похоже, кто-то из диверсантов с точными данными, добрался до своих. Немецкая авиация обрушила на позиции советских войск мощный бомбовый удар.

Погибло много солдат и беженцев...

А тут ещё по подозрению в дезертирстве Киселева взяли под стражу ( у него не оказалось документов. Они остались у немецкого диверсанта, которого политрук ранил или убил)...

Однако за своего спасителя стеной встали спасенные Киселёвым евреи.

... удалось связаться с руководством партизанского отряда "Мститель" и Николая Яковлевича освободили из-под ареста.
А уже в декабре он вместе Анной Сиротковой и шестью товарищами по оружию вернулись в отряд.

О своём беспримерном походе Николай Киселев составил подробный отчёт, который был отправлен в штаб партизанского движения. В нём он в частности указал, что с оккупированной территории было выведено 218 человек. К отчёту прилагался так называемый «список Киселёва», в котором были перечислены имена и фамилии всех спасённых людей.

После войны Николай Яковлевич Киселёв окончил Академию внешней торговли в Москве и работал в системе Внешней торговли. Они с Анной Сиротковой поженились, воспитали дочь. О своем подвиге Киселёв практически никому не рассказывал. Разве что родным и близким друзьям.

Умер Николай Яковлевич Киселёв в 1974 году в возрасте 62 лет...

Инна Герасимова первой обнаружившая документы сообщила в открытой печати об этом уникальном переходе линии фронта, а в архиве Компартии Белоруссии она же обнаружила тот самый отчёт, который политрук Киселёв в 1942 году направил в штаб партизанского движения...

Этот высоконравственный подвиг высоко оценило государство Израиль:
Николаю Яковлевичу Киселёву было присвоено почётное звание Праведника народов мира.
Его имя навечно занесено на стену Почета в Саду Праведников мемориала Яд Вашем в Иерусалиме.

Сегодня насчитывается более 2200 «детей Киселева».
Практически все они живут в Израиле и Америке.
Только Иосиф Каплан – в России.

Николай Киселев никогда не встречался со спасёнными им евреями. А вот его дочь несколько раз приезжала на встречу в Израиль, где каждый год 5 июня, в день последнего расстрела узников Долгиновского гетто, выжившие «дети Киселева» собираются в Тель-Авиве, чтобы вместе почтить память своих родственников, сгоревших в огне Холокоста.
На этих траурных собраниях всегда звучат слова искренней благодарности Николаю Яковлевичу Киселеву, праведнику, которому все они обязаны своими жизнями.

У этих людей уже давно есть свои дети, внуки и даже правнуки.
Так что вполне можно сказать, что Николай Яковлевич Киселев спас не 218 жизней, а намного-намного больше...

Спасённые Киселёвым люди, их дети и внуки, которых насчитывается более 2200 человек, сравнивают с Моисеем, выведшим из рабства еврейский народ...

посмотрите фильм "список Кисилёва":

 
duraki19vseДата: Вторник, 16.02.2016, 03:37 | Сообщение # 248
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 140
Статус: Offline
Еврейский сочинитель гопака

« - Какая      нация, - прошептал старик, -
жидки ваши, в них  дьявол сидит».

Исаак Бабель, «История моей голубятни»

В конце сороковых годов прошлого века население Советского Союза, газеты и журналы, радио и устная пропаганда с утра и до поздней ночи клеймили «буржуазных космополитов», «безродных бродяг в человечестве», «иванов, не помнящих родства»  (под которыми имелись в виду как раз не «иваны», а «абрамы»)…
Школьникам вдалбливалось в голову, что паровую машину изобрёл не Джеймс Уатт, как считалось до сих пор, а гениальный  русский умелец Иван Ползунов, радио – детище не итальянца Маркони, а  русского учёного Попова, у Пушкина в его лирике вовсе не было «байронических» мотивов, и на Карамзина, с его «Бедной Лизой», вовсе не повлияли западные сентименталисты..
Тогда я впервые и услыхал по радио сенсационную передачу о том, что в Одесском архиве обнаружена симфония не известного до сих пор композитора конца XVIII – начала ХIХ века Николая Дмитриевича Овсянико-Куликовского.
Находку стали исполнять в радиоконцертах, а в восторженных комментариях, которыми награждали специалисты-музыковеды разысканное произведение, звучали самые лестные эпитеты: и определения – новонайденного композитора нарекли  гением!
Вскоре нашу семью постигло несчастье: родителей, обоих в один  день, арестовало МГБ и после двух-трёх месяцев так называемого следствия они были заочно осуждены на десять лет лагерей как якобы «антисоветчики». В последующие несколько лет мне было не до Овсянико-Куликовского с его симфонией – я и думать об этом забыл...
В 1953 году, осенью, моя сестра уехала с мужем, молодым специалистом, в сельскую местность, куда его назначили инженером  межколхозной МТС, а я, оставшись один в крошечной комнатке, куда нас после ареста родителей выселили, пригласил в компаньоны приятеля-студента, одессита  Фиму Бейдера.
Это был обаятельный, чертовски остроумный и, по тем временам, весьма свободомыслящий  человек. Например, он меня сразу поразил своим метким наблюдением:
– В  нашей стране, – сказал   Фима,  – самое  страшное – это анкетный подход к человеку.
Именно от него я и узнал впервые подоплёку той сенсации, которая заключалась в открытии миру  имени гениального композитора  Овсянико-Куликовского и его 21-й симфонии.
– Эту  симфонию, – сказал  Фима Бейдер, – написал   одесский музыкант. Ему самому как еврею никак не давали  ходу в советской музыке, вот он и решил сочинить сразу и украинскую симфонию, и украинского композитора. Овсянико-Куликовский на самом деле был  не композитор, а ... помещик. И его 21-ю симфонию от начала до конца придумал  этот еврей…
Тут мой друг Фима назвал какую-то типично еврейскую фамилию, но я её не запомнил. Однако сюжет о музыкальной мистификации  надолго засел в моей голове и вспомнился лишь недавно…
В довольно обширном  списке моих  литературных работ есть цикл так называемых «Чужих рассказов»: в течение жизни знакомые, иногда и случайные, делились со мною эпизодами  из  своей или чьей-то жизни, и в моей голове скопилась целая коллекция таких сюжетов, которые я изложил и частично опубликовал в печати, каждый раз ссылаясь на источник.
Вспомнив теперь Фимин рассказ, я решил дополнить им этот цикл – и для интереса, набрав в поисковой строке Интернета: «21-я симфония Овсянико-Куликовского», получил огромный список файлов, в том  числе и статью в Википедии…
Нашёл и воспоминания подлинного создателя симфонии, приписавшего её  никогда не существовавшему композитору – им (создателем) оказался одесский музыкант, скрипач, дирижёр и композитор Михаил Гольдштейн – родной брат знаменитого ещё в тридцатые годы прошлого века вундеркинда «Буси»  (Бориса) Гольдштейна!
Оба брата – ученики таких великих музыкальных педагогов, как Пётр Соломонович Столярский и Абрам  Ильич Ямпольский, но Михаил из-за травмы руки был вынужден сосредоточиться на композиторской деятельности.
Однажды (это было как раз в период «борьбы с космополитизмом»), как пишет Михаил в своих воспоминаниях, он сыграл  на публике своё сочинение на украинские музыкальные темы. Оно вызвало резкое осуждение со стороны некоего музыкального критика (фамилия которого не упомянута):
– Вы  не можете правильно понимать украинскую музыку, ибо у вас другая кровь, от другой национальности, - заявил критик.
Ему тут же возразили: но ведь писал же на украинские народные темы немецкий композитор  Бетхован.  А Гольдштейн всё-таки на Украине  родился и живёт…
– Но Бетховен не был евреем! – отрезал критик. (Итак, даже немцу разрешается писать на украинские темы, но никак не еврею!)
Гольдштейн не прислушался к мнению националиста. Тем более, что не все украинцы думали так, как этот. Например, щирый (истинный) украинец, Всеволод Андреевич Чаговец, историк и либреттист, рассказывая Михаилу о своих встречах с Шолом-Алейхемом, с восторгом отзывался о писателе.. и по поводу  слов того критика посоветовал Гольдштейну:
- А ты ему докажи, что он ничего в музыке не понимает. Напиши симфонию на украинскую тему и выдай её за сочинение украинского композитора. Скажем, был в Одессе в начале ХIХ века помещик Овсянико-Куликовский. Он создал из своих крепостных оркестр и подарил его здешнему оперному театру. Вот пусть он и станет «автором» твоей симфонии!.
Вскоре этой идеей Михаил поделился с приехавшим в Одессу композитором Исааком Дунаевским. Тот идею одобрил и даже записал для  коллеги  одну  (по его словам – «украинскую») мелодию - то была тема  будущей песни «Ой, цветёт калина…»
Гольдштейн её несколько видоизменил, инструментовал для симфонического оркестра и включил в своё сочинение как танец, который назвал «Казачок». Потом приписал к этой части другие – получилась симфония на украинские народные темы. Он тщательно  стилизовал своё произведение в духе музыки конца восемнадцатого – начала девятнадцатого века и показал партитуру руководителю Одесской филармонии Казневскому  как якобы найденную в архиве рукопись, сочинённую Овсянико-Куликовским.
Казневский готовился выехать в Киев, где ему предстояло занять высокую командную должность в руководстве культурой. Он обрадовался случаю привезти начальству сногсшибательную сенсацию – «находку» Гольдштейна…
Готовясь пересказать нынешним читателям эту давнюю, но подзабытую миром  историю, я связался со своим заочно знакомым  музыковедом, живущим в Беэр-Шеве бывшим профессором Казанской консерватории  Георгием Кантором:  известна ли ему эта история?
– Конечно , - ответил мне по «скайпу» собеседник – и заливисто рассмеялся. – На материале этой симфонии была написана не одна диссертация по истории и теории музыки!
Я стал рассказывать о том, что 21-ю симфонию Овсянико-Куликовского с огромным успехом и не раз исполнял оркестр Ленинградской  филармонии под руководством Евгения Мравинского!
– Представьте , ваш знаменитый родственник и мой друг Натан Григорьевич Рахлин ещё раньше  также дирижировал этой вещью, – отозвался   Георгий Михайлович. – Мы потом вместе  смеялись над этим жизненным анекдотом!
(Н.Г.Рахлин был и сам родом с Украины, любил и тонко знал украинскую музыку… Это не помешало властям республики  в годы продолжившихся  гонений на еврейскую интеллигенцию сместить его с поста главного дирижёра государственного симфонического оркестра УССР).
«Шутка» М. Гольдштейна была воспринята всерьёз всей командной верхушкой тогдашней украинской культуры. Никто поначалу не подверг его «находку» ни малейшему  сомнению. «У меня даже не потребовали манускрипта», - пишет он в воспоминаниях.
Ловкачи от искусствоведения сочинили неизвестному композитору богатую биографию, придумали ему годы рождения и смерти. К Гольдштейну пристали с расспросами: это первая симфония Овсянико-Куликовского?
– «Нет, 21-я», ответил «от фонаря» мистификатор.
На том и порешили! Тем больше чести «украинскому  гению»: шутка ли, у него ещё целых двадцать неизвестных симфоний – а вдруг найдутся?!   Статья о «гениальном музыканте»  была включена во 2-е издание Большой Советской Энциклопедии!..
Всё же со временем от «нашедшего» рукопись стали требовать её подлинник. Истинный автор перестал скрывать истину и, чтобы облегчить себе жизнь, уехал из Одессы.
Лишь в 1959 году в «Литературной газете» появился разоблачительный  фельетон Яна Полищука  «Гений или злодей?», и  «композитор» Микола Овсянико-Куликовский, наконец-то, приказал долго жить.
Но тут взялись за создателя «его» симфонии. Как ни странно, Михаилу Гольдштейну (которого таскали на следствие в милицию, а по некоторым сведениям, даже и в КГБ) пришлось ещё и доказывать, что украинскую симфонию, действительно, сочинил он, Гольдштейн, а вовсе не «подпоручик Киже», как известно, «фигуры не имевший»…

Читателю полезно будет узнать, что  симфония несуществующего композитора – не единственная музыкальная мистификация М. Гольдштейна: он приписал свои собственные сочинения также действительно жившим композиторам: Ивану Хандошкину (1747—1804)– концерт для альта с оркестром, Милию Балакиреву (1836 – 1910) –  «Экспромт»…
Однако в истории музыки он далеко не единственный фальсификатор: собственные сочинения приписывали другим также французский композитор Франсуа Куперен, венгерский -  Ференц Лист, австрийский - Фриц Крейслер… П. И. Чайковский  написал мазурку «а ля Шопен», подражания Шопену создавал и Шуман…
Но этой компании всё простительно.
А вот насколько же ядовитой оказалась мистификация Гольдштейна – еврея, создавшего «гопачок»… ой, нет: «казачок»!
Закрутившего вокруг этого танца  целую симфонию и приписавшего её  ясновельможному украинскому пану…  (Не забудем, что мелодия песни Дунаевского "Ой, цветёт калина..." была использована великим мэтром для его музыки к кнофильму "Кубанские казаки", а казаки Кубани веками говорили на самой "щирой" украинской мове!)
Вот уж, действительно, каковы они, «эти жидки» - в них дьявол сидит!


Феликс Рахлин
 
KiwaДата: Четверг, 18.02.2016, 07:22 | Сообщение # 249
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 348
Статус: Offline
Мars является одной из самых загадочных компаний на американском бизнес-олимпе



И хотя ее доходы исчисляются миллиардами долларов, а продуктовый портфель содержит более 10 известнейших брендов, вокруг каждого из которых можно было бы построить отдельный бизнес, компания продолжает до сих пор являться частной.
Ключевые роли в сегодняшнем Mars по-прежнему играют члены одной семьи, являющиеся внуками основателя компании.
Статус частной компании, а может расположение рядом со штаб-квартирой ЦРУ привели к тому, что Mars всегда была закрытой компанией.

Ее основатели никогда не стремились к личной известности, и эта закрытость породила массу слухов, циркулирующих вокруг компании.
Как бы там ни было, стоит приоткрыть завесу тайны над Mars, рассказав об этой компании.

Основание компании

История Mars уходит корнями к  1883 году когда на свет появился будущий основатель шоколадного гиганта Франклин Клеренс (Фрэнк) Марс.
Родители Фрэнка жили достаточно бедно, так что ему рано пришлось повзрослеть, выйдя на работу и ... в 19 лет он уже вовсю торговал сладостями.
Именно с этого момента он вошел в индустрию, которая и определила всю его жизнь.  Фрэнк поднимался по службе, купил собственный дом и женился на девушке по имени Этель, которая станет его главным партнером по бизнесу...
В возрасте 28 лет Фрэнк оставляет работу и решает начать собственное дело: он с женой начинают торговать сладостями, открыв  кондитерский магазин прямо в своем доме ... торговля шла через окно кухни семьи Марсов.
Продажи быстро росли и супруги основали компанию под названием Mar-O-Bar. Это случилось в 1911 году.
Основным ассортиментом кондитерской семьи Марс в то время были  конфеты с  разнообразной начинкой.
Идея, изменившая всю жизнь Фрэнка, пришла к нему совершенно случайно, когда он вместе с сыном зашёл в магазин. Форрест (так звали маленького Марса) попросил отца купить ему шоколада, который тогда продавался только на развес. Это было не очень удобно и клиенты быстро пачкались им.
Именно в тот момент Фрэнк подумал, а почему бы не начать продавать небольшие ломтики шоколада, завернутые в фольгу?
Идея показалась ему перспективной. После разговора с женой он пришел к выводу, что стоит попробовать. Попробовали...
Батончик Milky Way стал хитом в считанные дни и к 1925 году Milky Way стал признанным лидером на рынке.
В 20-е годы у Mars появилась своя фабрика в пригороде Чикаго, появились новыу продукты, среди которых и легендарный шоколадный батончик Snickers, до сих пор являющийся одним из флагманов продуктовой линейки Mars.
Тем временем Форрест Марс заканчивает Йельский университет и отправляется в Англию...
В 1932 году Форрест Марс приобретает помещение под фабрику в городе Слоу. Наняв нескольких сотрудников, он начинает производство.
Именно на этой фабрики впоследствии родится еще один легендарный батончик, ничуть не уступающий по известности Snickers – Форрест назовет его Mars...
Ему не чужда была идея дифференциации : именно с его легкой руки в ассортименте компании появились корма для животных, такие как Whiskas  и Pedigree.
Но главное открытие Форреста появится несколько позже – им станут популярные ныне конфеты M&M...

«Тает во рту, а не в руках»

Если отец Форреста придумал знаменитую шоколадку Milky Way, то сыну принадлежат не менее известные конфеты M&M...
Приехав в Испанию, чтобы решить кой-какие проблемы, связанные с его бизнесом,  он и увидел конфеты, ставшие прообразом M&M.
Проблемой большинства шоколадок того времени было то, что они быстро таяли в руках. Особенно, в жаркие летние дни.
Её и решил Форрест Марс при помощи специальной защитной оболочки, которой покрывались все конфеты M&M. Так появилась сладость, о которой очень давно мечтали потребители!
Надо ли говорить, что M&M в одночасье становится главным продуктом компании ... успех был настолько велик, что Марс-младший принял решение сменить название компании на M&M Ltd.
Следующим важным шагом для Марса стала покупка компании Uncle Ben’s, который в то время был одним из лидеров на рынке риса быстрого приготовления.
Имея столь сильный ассортимент товаров, Форрест стал все чаще наведываться в Америку и в 1964 году  объединил свою компанию с детищем отца.
Так появилась компания M&M/Mars, которая уже тогда поражала своей мощью, и количеством успешных брендов в продуктовом портфеле. Однако, ни о каком выходе на биржу даже и речи не было:  Форрест считал, что компания должна оставаться достоянием семьи...
Конечно, о возвращении Форреста в Mars писали все бизнес-журналы того времени. Это было действительно знаменательно событие для всей Америки.

Революция в управлении

Форрест Марс никогда не афишировал свой достаток, ему не нравилось красоваться на обложках бизнес-журналов и совершенно не интересовался сопутствующей славой. По своему устройство Mars того времени очень сильно напоминала современный Apple...
В Mars присутствовал очень жесткий контроль за качеством продукции, он был поставлен не настолько хорошо, как у японцев, но за качеством в Mars следили...
Форрест Марс открыто критиковал своих сотрудников, но прекрасно понимал, что судьба его компании зависит от них, и старался организовать для них самые лучшие условия.
Второй важный момент заключался в том, что в Mars отказались от личных кабинетов и каких-либо перегородок, отделявших сотрудников друг от друга. Это было сделано специально, чтобы сотрудники могли почувствовать себя командой. Кроме того, данный ход позволял каждому гораздо быстрее донести информацию до другого человека, в том числе и руководителя...
Стоит отметить, что в середине XX века у компании появился свой центр обучения, что было действительно революционным новшеством.
Сегодня Mars принадлежит уже третьему поколению семьи и судьбу компании решают внуки Фрэнка – Жаклин, Форрест-младший и Джон.
При этом от непосредственного управления компанией они отошли, а генеральным директором Mars является наемный управляющий Пол Майклс.

Mars до сих пор является частной компанией, возможно, самой крупной в мире: доход её за 2007 года составил 25 миллиардов долларов, а по данным за тот же год в ней работало 48 тысяч человек.
Mars владеет всемирноизвестными брендами в трех отраслях: кондитерская, пища дли животных, рис...

Все знают бренды, как Milky Way, M&M, Twix, Skittles, Snickers, Whiskas, Chappy, Pedigree, Incle Ben’s, Dove Chocolate, Bounty, Royal Canin и многие другие, которые просто бессмысленно перечислять...

Наконец, Mars первой представила автоматы для выдачи напитков, которые были способны принимать бумажные деньги.
Это еще одно направление деятельности компании, о котором мало кто знает, что, однако, не мешает автоматам приносить солидную прибыль в копилку Mars.

Mars сегодня

Сегодня бренд старается соответствовать времени и прилагает все усилия для того, чтобы использовать высокие технологии в своем продвижении, а заодно сделать свою продукцию более полезной для здоровья (да, в Mars отказываются от многих вредных ингредиентов)...  Mars изменила содержание большей части своих продуктов.
Так, одноименный батончик стал менее калорийным, и лишился различных искусственных ароматизаторов.
Кроме того, в Великобритании бренд постоянно устраивает рекламные акции, с целью привлечь англичан к проблеме здорового образа жизни...
 
REXДата: Воскресенье, 21.02.2016, 04:47 | Сообщение # 250
Группа: Гости





хотел бы добавить эту статью к материалу № 253 подробности жизни брата сочинителя гопака:

http://berkovich-zametki.com/2006/Starina/Nomer7/Shtilman1.htm
 
ПрохожийДата: Четверг, 25.02.2016, 04:25 | Сообщение # 251
Группа: Гости





 Misha Gromov - родился в семье Леонида Громова и военного врача Лии Рабинович -двоюродной сестры шахматиста Михаила Ботвинника.
Учился в 217-й школе (б. Петришуле) г. Ленинграда, где закончил университет в 1965 году и защитил кандидатскую (1969) и докторскую (1973) диссертации.
Его научным руководителем был Владимир Абрамович Рохлин.
В этом же университете с 1967 года работал ассистентом и доцентом, затем научным сотрудником Ленинградского гидрометеорологического института и Центрального НИИ целлюлозно-бумажной промышленности.
В 1974 году с семьёй покинул Советский Союз по израильской визе и через Италию переехал в США.[5][6] До 1981 года был профессором Университета штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук, в 1981—1982 годах — Университета Парижа
С 1982 года работает в Институте высших научных исследований во Франции, где занимает позицию постоянного профессора.
В 1991—1996 годах — профессор Мэрилендского университета в Колледж-парке. С 1996 года — профессор Нью-Йоркского университета...

международные награды и премии:

Премия Вольфа (1993)
Медаль Лобачевского (1997)
Премия Бальцана (1999)
Премия Киото (2002)
Премия Бойяи (2005)
Абелевская премия (2009)

немного о последней из них...

Премия Абеля – высшая математическая награда в мире, точный аналог Нобелевской (математикам, как известно, Нобелевскую премию не присуждают).
Решение принимает Норвежская академия наук и искусств по предложению Международного комитета, премию вручает король Норвегии.
А присуждают её с 2003 года и лауреатов – включая Громова – всего девять...

Сегодня Громов - гражданин Франции и РФ, академик Французской АН и Национальной АН (НАН) США, лауреат 12 (!) международных математических премий – постоянный сотрудник французского Института высших исследований.

Кстати, в Институте всего шесть постоянных сотрудников, из них три – из России.
Кроме Громова – М. Концевич, 1964 года рождения и Н. Некрасов, 1972 года рождения.
Концевич – также академик АН Франции и лауреат высших международных премий, а Некрасов считается одним из самых талантливых молодых математиков в мире...

Нет «обиды за державу» не имеется: если державе не нужны Громов, Концевич, Некрасов, если с нее хватает Жириновского и депутатов от «ЕР», то что ж «обижаться» за (да и на) такую державу! Туда, как говорится, и дорога…

Возраст учёных РАН колеблется от 70 до 90 лет(самому "юному"-58 лет!) и нет среди этих мужей науки, сопоставимых с тем же Громовым или членами НАН США – Поляковым (член АН Франции, крупнейший физик-теоретик), Варшавским (лауреат десятка премий, молекулярный биолог), Маргулисом (лауреат высших международных премий, математик).

Громов, Поляков, Варшавский, Маргулис – почти ровесники, им от 62 до 65 лет.
Они могли создать научные школы в России, продолжить традиции Ландау и Гельфанда.
Однако они бежали, одни от госантисемитизма в 1970‑х, другие – от развала науки во время "перестройки"…
Сейчас они с учениками дают научный озон Западу.
А в России востребованы – кто?
ТВ‑юмо­ристы, олигархи, политтехнологи.
Что ж – евреи и тут рады помочь России чем могут…
Каждой стране – свои евреи.
 
etelboychukДата: Вторник, 08.03.2016, 14:11 | Сообщение # 252
старый знакомый
Группа: Пользователи
Сообщений: 46
Статус: Offline

Умение лгать — одна из немногих вещей, которая отличает человека от животных. 


Умберто Эко

Я родился в Алессандрии — том самом городишке, что известен шляпами-борсалино.
Не стоит полагать, что Италия — это страна интеллектуалов. Тот факт, что Рафаэль и Микеланджело родом отсюда, на самом деле не значит ничего.
Каждый европеец, выходя на улицу, видит средневековые церкви, поэтому его не интересует Средневековье. Другое дело — Индианаполис. Самые интересные письма я получают из таких мест.
Меня за уши не оттащишь от Средневековья — примерно так же, как иных людей за уши не оттащишь от кокосов.
Думаю, если бы я родился в Средние века, я был бы уже мертв.
Мой отец был бухгалтером, а его отец — типографом. Мой отец был самым старшим из тринадцати детей, а я был его первым сыном. Моим первым ребенком также был сын, и аналогичным образом сын был первым ребенком моего сына. К чему я это? Если вдруг выяснится, что семья Эко происходит от византийских императоров, мой внук будет считаться дофином (наследник королевского престола. — Esquire).
Мой отец в юности был большим любителем книг. Но у его родителей было 13 детей, семья едва сводила концы с концами, и покупку книг мой отец позволить себе не мог. Тогда он стал читать в уличных киосках. Подходил, брал с прилавка книгу и начинал читать до тех пор, пока хозяин не гнал его прочь. Тогда он переходил к следующему киоску, открывал книгу на той странице, где остановился, и продолжал читать. Я очень дорожу этим воспоминанием — его упорной погоней за книгами.
Когда мой дед вышел на пенсию, он занялся переплетением книг на заказ. Старинные, прекрасно иллюстрированные издания Готье и Дюма лежали у него дома повсюду. Это были первые книги, которые я увидел. Когда он умер, в 1938-м, многие владельцы книг не стали забирать свои заказы, и книги просто сложили в огромный ящик, который вскоре оказался в родительском подвале. Время от времени меня посылали туда — за углем или за вином, — а я только и ждал этого.
Да, я тоже писал стихи. Когда-то я сказал: в определенном возрасте поэзия сродни подростковым прыщам. Это этап, без которого нельзя. В пятнадцать или, скажем, в шестнадцать поэзия — это мастурбация. И отличие плохого поэта от хорошего заключается в том, что хороший поэт сжигает все свои ранние попытки, а плохой — публикует.
Несколько месяцев назад за пару тысяч долларов я купил себе трубу. Вы ведь знаете: для того чтобы играть на трубе, нужно постоянно тренировать губы, но я не делал этого уже очень и очень давно. Так что сейчас я играю плохо, а вот в двенадцать лет я играл превосходно. Но я купил трубу не для того, чтобы играть на ней. Я купил трубу как свидетельство того, каким я когда-то был.
Какого бы персонажа ты ни выдумал, так или иначе он будет выращен из твоего опыта и твоей памяти.
Настоящий герой — всегда герой по ошибке. На самом деле он мечтает быть честным трусом, как и все вокруг.
Возможно, вам будет небезынтересно узнать, что однажды я опубликовал структурный анализ типичного сюжета Иена Флеминга (автор серии книг о Джеймсе Бонде. — Esquire).
Детективная литература привлекает меня тем, что задается центральным вопросом философии — кто все это сделал?
Когда я приступал к написанию «Имени розы», я, безусловно, не знал, что именно могло содержаться в утерянном томе аристотелевской «Поэтики» (исследование теории драмы в двух книгах, из которых до наших дней дошла только первая, посвященная трагедии. — Esquire) — том самом, что был посвящен комедии. Но в процессе написания книги я, кажется, стал догадываться.
Каждый раз, когда я начинаю писать книгу, я чувствую себя приговоренным к двухлетнему сроку, потому что книга сродни ребенку. Сначала ты должен дать ей жизнь, потом заботиться о ней, и только затем она начинает ходить и, наконец, говорить.
Хорошая книга всегда умнее своего автора. Зачастую она рассказывает о вещах, о которых автор даже не догадывался.
Первостепенная обязанность культурного человека — всегда быть готовым переписать энциклопедию.
Я люблю телевидение и полагаю, что нет на свете ни одного серьезного гуманитария, кто не любил бы смотреть телевизор. Возможно, я просто единственный, кто не боится признаться в этом.
Меня мало волнует количество пользователей, находящихся в данный момент онлайн. Все, что они делают, — разговаривают с призраками.
Я не знаю, что означает правота, и хотя бы в этом я прав.
Возможно, я не так мудр, как думаю сам, и уж тем более не так мудр, как полагают люди.
Все это мифы, распространяемые издателями, — будто люди хотят читать легкую литературу.
Люди очень быстро устают от простых вещей.
Всегда очень легко найти параллели между любыми явлениями. Вы дадите мне 50 долларов, и я напишу вам эссе, где обозначу параллели между сегодняшним днем и миром, в котором обитали неандертальцы.
Я никогда не считал Средневековье темным временем. Это была плодородная почва, на которой выросло Возрождение.
Вся мировая культура хочет одного — сделать бесконечность постижимой.
Я абсолютно уверен в том, что любая прочитанная книга заставляет тебя прочитать следующую.
Нет никаких правил и нет никакого правильного режима, если ты хочешь написать книгу.
Иногда я переписываю одну страницу по дюжине раз, а если и это не помогает — читаю написанное вслух, пытаясь таким образом понять, что не так.
Написать книгу не всегда означает наносить слова на бумагу. Ты можешь написать в уме целую главу, пока завтракаешь или гуляешь.
Умение лгать — одна из немногих вещей, которая отличает человека от животных.
Предел человеческих возможностей чрезвычайно скучный и разочаровывающий — смерть.
Чужая глупость никогда не уменьшит твою.

такие вот правила ЖИЗНИ ушедшего от нас 19 февраля итальянского учёного, философа, писателя и публициста...
 
СонечкаДата: Суббота, 19.03.2016, 10:33 | Сообщение # 253
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 222
Статус: Offline
По биографии Пинхаса Рутенберга легко снимать сериал – настолько она была насыщена эпохальными событиями. Он менял имена и фамилии, вероисповедания и партии, переезжал из одной страны в другую, сидел в тюрьмах и занимал высшие государственные посты, общался с Лениным и Керенским, Муссолини и Черчиллем, Жаботинским и Бен-Гурионом, занимался терроризмом и бизнесом. В его честь названы улицы и электростанции, а созданная им компания снабжает электричеством весь Израиль...

Разрушитель

«Родные, кровью спаянные братья, товарищи-рабочие! Мы мирно шли 9-го к царю за правдой… И что же? Невинная кровь все-таки пролилась. Пули царских солдат, убивших за Нарвской заставой рабочих, несших царские портреты, простреливали эти портреты и убили нашу веру в царя. Так отомстим же, братья, проклятому народом царю, его министрам и всем грабителям несчастной русской земли! Смерть им всем!»
Эти строки написаны 9 января 1905 года, вечером «Кровавого воскресенья», после расстрела войсками массового шествия петербургских рабочих к Зимнему дворцу.
Официально их автором считается православный священник Георгий Аполлонович Гапон, более известный как поп Гапон.
Но к сему руку приложил и  «Петр Рутенберг, учитель и друг попа», как охарактеризовал его Максим Горький.
И судя по воспоминаниям Рутенберга, организатором шествия 9 января можно считать, скорее, его самого, нежели Гапона:
«Гапона я смог увидеть только 9-го утром. Я застал его среди нескольких рабочих, бледного, растерянного.
– Есть у вас, батюшка, какой-нибудь практический план? – спросил я.
Ничего не оказалось.
– Войска ведь будут стрелять.
– Нет, не думаю, – ответил Гапон надтреснутым, растерянным голосом.
Я вынул бывший у меня в кармане план Петербурга с приготовленными заранее отметками. Предложил наиболее подходящий, по-моему, путь для процессии. Если бы войска стреляли – забаррикадировать улицы, взять из ближайших оружейных магазинов оружие и прорваться во что бы то ни стало к Зимнему дворцу!»...


Так кто такой был Рутенберг?
Точнее, кем он был в 1905 году? Уроженец города Ромны Полтавской губернии, сын купца второй гильдии Моисея Рутенберга, внук кременчугского раввина Пинхаса Марголина. Образование – хедер, Роменское реальное училище, Санкт-Петербургский технологический институт, который Рутенберг окончил с отличием.
Работает он накануне Первой русской революции заведующим инструментальной мастерской Путиловского завода. Судим и отбывал ссылку – естественно, за участие в студенческих волнениях.
Вероисповедание, и тут неожиданность, – лютеранин. Женат, да и крестился именно для того, чтобы вступить в брак с Ольгой Хоменко – хозяйкой издательства «Библиотека для всех».
По политическим взглядам – социал-демократ, сторонник крайних мер. Партийная кличка – Мартын, под ней он и выводится в пролетарском романе Горького «Жизнь Клима Самгина».
После «Кровавого воскресенья» и Мартын-Рутенберг, и Гапон бегут в безопасную Европу..
Из «Воспоминаний и впечатлений» революционера и писателя Анатолия Луначарского за 1905 год: «Не помню, в каком именно месяце, но сравнительно вскоре после января в Женеву явился Гапон. В одно утро Владимир Ильич, встретившийся со мной за чашкой кофе, сказал мне несколько таинственно, что накануне виделся с Гапоном, которого привез один “небезынтересный человек” и который ведет переговоры с разными революционными организациями, в том числе и с нами, большевиками, относительно некоторых совместных действий».
Владимир Ильич – это, разумеется, Ленин, «небезынтересный человек» – Петр Рутенберг, а «некоторые совместные действия» – поставка в Россию оружия для революционных организаций.
Крупнейшей операцией должен был стать ввоз оружия, купленного якобы на деньги «американских миллиардеров» (а на самом деле – японской разведки), на зафрахтованном в Англии пароходе «Джон Крафтон».
Вернувшийся в Россию и живший по двум чужим паспортам Рутенберг стал ответственным за приобретение оружия для партии эсеров. А также вместе с Савинковым и Азефом разрабатывал план подрыва на железной дороге между Петербургом и Москвой.
Но «Джон Крафтон» сел на мель, оружие в Петербург не попало и взрыв моста на железной дороге тоже не состоялся. По доносу провокатора Рутенберг был арестован и просидел в Петропавловской крепости до амнистии 17 октября 1905 года, по которой из тюрем вышла часть задержанных революционеров.
В феврале 1906 года произошло еще одно важное в жизни Рутенберга событие – Гапон передал ему предложение вице-директора департамента полиции Рачковского о сотрудничестве с властями.
Завербовать убежденного революционера не удалось. Более того, Рутенберг сообщил о предательстве Гапона руководству партии эсеров, и оно вынесло решение о ликвидации и Гапона, и Рачковского. Организовать их устранение было поручено самому Рутенбергу. Однако Рачковского предупредили о грозящей опасности, и ему удалось спастись. Гапону повезло чуть меньше.
Убийство Гапона 28 марта 1906 года – один из самых тёмных эпизодов в истории русского революционного движения: кто кого подставил, кто был провокатором, кто именно лично затянул петлю на шее Гапона – Рутенберг или Александр Дикгоф-Деренталь – об этом написано множество статей и книг, авторы которых приводят самые разные версии.
Сейчас можно однозначно сказать лишь то, что Гапон был действительно убит, хотя и этот факт долгое время подвергался сомнению, а Рутенберг снова бежал в Европу - Англия, Германия, Италия, дача Горького на Капри, где из застольных рассказов Рутенберга писатель Леонид Андреев создает свою «Тьму», нарушив тем самым обещание не превращать в печатное слово байки бывшего террориста...

Созидатель


Во Флоренции разочаровавшийся революционер проходит обряд покаяния и возвращается к вере предков. Теперь он снова, как в детстве, не Петр, а Пинхас. Он вместе с Зеевом Жаботинским и Иосифом Трумпельдором разрабатывает план создания «Еврейского легиона», который должен помочь Великобритании отвоевать у Османской империи Палестину. Он изобретает новую систему строительства плотин для гидроэлектростанций, разрабатывает план ирригации и электрификации Эрец-Исраэль.

Но одновременно знакомится с известным журналистом, редактором журнала «Классовая борьба» Бенито Муссолини…

Какое-то время русский революционер Петр и еврейский инженер и сионист Пинхас существуют параллельно.
Книгу «Национальное возрождение еврейского народа» он пишет по-русски в Италии, а издает ее на идише в США.
Но после Февральской революции 1917 года Рутенберг возвращается в Россию, где Временным правительством руководит его бывший соратник по партии эсеров Александр Керенский, назначивший Рутенберга замглавы Петрограда, а 4 ноября 1917-го, за несколько дней до захвата большевиками власти, Керенский вводит его в состав Высшего совета, наделенного чрезвычайными полномочиями.
Но было уже поздно...
На самом деле, Рутенберг еще в октябре предлагал Керенскому казнить Ленина и Троцкого, чтобы сохранить порядок в Петрограде.
Арестован Рутенберг был при штурме Зимнего вместе с членами и защитниками Временного правительства, посажен в Петропавловскую крепость и выпущен только по личному ходатайству Горького.
А после неудачного покушения на Ленина и развернувшегося вслед за этим красного террора, в 1919 году Пинхас Рутенберг снова покидает Россию. На этот раз уже навсегда.
Через Киев, столицу независимой в тот момент Украины, через белогвардейскую Одессу, где он некоторое время задерживается, чтобы возглавить снабжение осажденного большевиками города.
А потом, когда Одесса капитулировала, на пароходе «Кавказ» за компанию с писателем Алексеем Толстым – в Стамбул, оттуда во Францию, затем в Англию и, наконец, – в Палестину.
В 1920 году он становится одним из организаторов Хаганы – отрядов еврейской самообороны в подмандатной Палестине. И также выдвигает план строительства 13 электростанций общей мощностью 548 тысяч лошадиных сил для снабжения электроэнергией Западной Палестины, Трансиордании, части Сирии и Ливана.
В таком виде план осуществлен не был, но Рутенберг сумел заручиться поддержкой идеи электрификации Палестины британского министра по делам колоний Уинстона Черчилля и президента Всемирной сионистской организации знаменитого химика Хаима Вейцмана.
Взять на себя частичное финансирование строительства согласился барон Эдмон Авраам Биньямин Джеймс де Ротшильд.
И вот, 21 сентября 1921 года Рутенберг получает от британских властей концессию на строительство плотины на реке Яркон и снабжение электричеством центральной части Палестины, в том числе маленького, но быстро растущего еврейского городка – Тель-Авива, а в будущем – всей Палестины, включая Трансиорданию.
Всё, казалось, уже было решено, как вдруг возникла неожиданная проблемка – грек Еврипид Мавроматис, у которого на руках оказалась такая же концессия, только выданная еще до Первой мировой войны предыдущими властями Палестины – Османской империей.
Никаким электричеством Мавроматис заниматься не собирался, ему просто были нужны деньги. «Шантажист», как его называл Рутенберг, просил за отказ от своей концессии совершенно нереальную по тем временам сумму – 375 тысяч фунтов стерлингов. Дело дошло до Постоянной палаты международного правосудия в Гааге, которая вынесла соломоново решение: за Мавроматисом было признано право снабжать электричеством Иерусалим, после чего он продал свою концессию британской компании Balfour-Beatty, которая и занималась снабжением Иерусалима и его окрестностей вплоть до войны Израиля за независимость.
Электрификацией остальной же территории занялась созданная в 1923 году компания Jaffa Electric, принадлежащая Пинхасу Рутенбергу. Позже она была поглощена Palestine Electric Company и совместно преобразована в нынешнюю государственную и неповоротливую электрическую монополию Израиля.
Но начиналось все с трех частных дизельных электростанций – в Тель-Авиве, Тверии и Хайфе.
9 января 1926 года, ровно через 21 год после «Кровавого воскресенья», Пинхас Рутенберг стал первым из вернувшихся в Эрец-Исраэль евреев, получившим гражданство Палестины по недавно принятому британскому закону.

Годом раньше в СССР были переизданы воспоминания Рутенберга о «Кровавом воскресенье» и убийстве Гапона, в предисловии к которой туманно сообщалось, что редакции, увы, не удалось связаться с автором.

А в 1927 году начались работы над главным проектом Рутенберга – комплексом гидротехнических сооружений «Нахараим» («Двуречье») в Иорданской долине, в месте впадения Ярмука в Иордан.
Они были построены уже к началу 1932 года, но из-за проливных дождей вышедшие из берегов реки затопили ГЭС.
И только 6 июня 1933 года наконец прошла торжественная церемония пуска электростанции.
Эмир Трансиордании Абдалла поднял символический рубильник, и ГЭС «Нахараим» дала ток. Она проработала 15 лет и была уничтожена иракской армией за день до провозглашения независимости Государства Израиль.
Сейчас руины этой ГЭС можно увидеть неподалеку от киббуца Гешер, на так называемом «Острове мира», формально принадлежащем Иордании, но де-факто относящемся к упомянутому киббуцу.

В 1930 году американский журнал Popular Mechanics писал, что в Палестине есть два слова для обозначения электричества – танахическое «хашмаль» и «рутенберг».
«Я себе рутенберг провел», – хвастался друзьям житель Эрец-Исраэль тех лет...
А еще Пинхас Рутенберг дважды избирался главой Ваад Леуми – представительного органа евреев подмандатной Палестины, еще был одним из инициаторов строительства морского порта в Тель-Авиве и создания национальной авиакомпании EL Al.

И этих «еще» еще очень много.
Он скончался от рака желудка 3 января 1942 года в больнице «Хадасса» в Иерусалиме.
Свое состояние он передал в фонд, который должен был заниматься просвещением молодежи.
В его доме в Хайфе, который так и называется «Дом Рутенберга», до сих пор действует центр молодежного творчества, предлагающий на выбор множество самых разнообразных занятий.
Даже израильская штаб-квартира популярной игры Dungeons & Dragons находится в нем же..

Дом Рутенберга стоит на вершине горы Кармель. С террасы или балкона открываются потрясающие виды на Средиземное море и Хайфский залив. Видна и хайфская электростанция.

Интересно, что еще видел, сидя на своем балконе и глядя на море, владелец крупнейшей компании Палестины?
Кровь и мёртвые тела на заснеженной мостовой, питерскую подворотню и швейцарский нож с набором лезвий, одним из которых он срезает волосы с головы своего мертвого друга, потому что длинные волосы – особая примета, а этот труп будут разыскивать?
Попивающего пивко в швейцарском кафе социал-демократа, который потом так увлечется электричеством, что придумает свой план ГОЭЛРО?
Или флорентийскую синагогу, в которой Петр Рутенберг снова стал Пинхасом Рутенбергом?!..
 
ПинечкаДата: Среда, 23.03.2016, 03:30 | Сообщение # 254
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1105
Статус: Offline
Великий дирижер АртуроТосканини был итальянцем, но фашистская пропаганда вмиг окрестила его «почетным евреем» за нежелание сотрудничать с нацистским режимом...


http://www.jewish.ru/history/facts/2016/03/news994332896.php
 
chu-chaДата: Вторник, 29.03.2016, 13:33 | Сообщение # 255
Группа: Гости





Сегодня 80-летний юбилей отмечает выдающийся советский и российский режиссер, актер и сценарист Станислав Говорухин...



Детство Станислава  было тяжёлым: мать, Прасковья Афанасьевна работала портнихой, одна воспитывая двоих детей и
стараясь поставить детей на ноги,  всю жизнь скрывала, что муж был репрессирован... 
Правду об отце Станислав и его старшая сестра узнали лишь после ХХ съезда партии...

В 1958 году Станислав Говорухин окончил геологический факультет Казанского государственного университета, начал работать по специальности. Но скоро понял, что это - не его...

Как раз в это время в Казани открывалась первая студия телевидения. Станислав стал одним из её основателей... Однако отношения с высоким партийным начальством не сложились и в 1961 году он был вынужден уехать в Москву, где поступил на режиссёрский факультет Всесоюзного государственного института кинематографии.

Хрущёвская «оттепель» - в это благодатное для отечественного искусства время Станислав Говорухин шагнул в кинематограф: в 1966 году он с отличием окончил ВГИК, его дипломной работой стал фильм "Вертикаль" и сразу получил место режиссера на Одесской студии художественных фильмов, где проработал 22 года...


"Биография художника - это его произведения, - говорит Станислав Сергеевич. - Моя биография - это мои фильмы".

Он снял 13 художественных фильмов, среди которых "День ангела", "Белый взрыв", "Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо", "Место встречи изменить нельзя", "Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна", "В поисках капитана Гранта", "Десять негритят", "Ворошиловский стрелок", "Благословите женщину", "Не хлебом единым" и написал 14 сценариев (в частности - к самому кассовому фильму советского проката "Пираты ХХ века") и ... три книги – ("Великая криминальная революция", "Страна воров", "Неизвестное об известных").
Особое место в творчестве режиссёра занимает публицистическая, художественно-документальная трилогия - "Так жить нельзя" (1990, приз Союза кинематографистов "Ника" за лучший фильм 1990 года), "Россия, которую мы потеряли" (1992), "Великая криминальная революция" (1994).

С середины 1990-х гг. Станислав Сергеевич увлекается живописью. Предпочитает лирический пейзаж в традициях русской живописной школы.
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » Наш город » ... и наша молодость, ушедшая давно! » линия жизни... (ДИНА РУБИНА И ДРУГИЕ)
Страница 17 из 22«1215161718192122»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz