Город в северной Молдове

Суббота, 19.08.2017, 02:36Hello Гость | RSS
Главная | МОЛДОВА И ЕВРЕИ... - Страница 3 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 3«123
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » Наш город » ... и наша молодость, ушедшая давно! » МОЛДОВА И ЕВРЕИ... (репортаж Александра Ступникова в четырёх частях...)
МОЛДОВА И ЕВРЕИ...
KiwaДата: Четверг, 04.05.2017, 01:48 | Сообщение # 31
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 339
Статус: Offline
Знаменосец Азрил

Я стоял на городской площади и смотрел на движущиеся колонны демонстрантов. "Да здравствует 71-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. Ура, товарищи!" - прозвучало по радио.
Внезапный порыв осеннего ветра принес опьяняющий запах молодого вина и коньяка. Я не ошибся. На площадь вышел победитель межгородских социалистических соревнований – коллектив винно-коньячного комбинат. Впереди колонны красовался мой сосед Азрил, держа на вытянутой руке знамя комбината. На его груди алела лента с надписью "Ударник коммунистического труда".
Постояв еще немного и выслушав праздничные призывы в адрес партии и правительства, я направился домой. И тут меня окликнул Азрил, но уже без знамени, хотя лента ударника по-прежнему красовалась на его груди.
- Можешь меня поздравить! - с радостью сказал он.
- С праздником!
- Да нет, я вызов получил и уже подал документы в ОВИР. Это, наверно мой последний парад в Бельцах. "Ой-ой-ой, Бэлц, майн штэйтэлэ Бэлц!" - пропел он несколько слов из популярной песенки о нашем городе.
"Да здравствует СССР - оплот мира и социализма!" - снова прозвучал голос диктора.
- Ты знаешь, как расшифровать на идиш СССР? - спросил меня внезапно Азрил, хитро улыбаясь.
- Нет.
- Сыз нышт гевэйн, сыз нышту, сыз ныт зайн, рэхцэх нышт (Не было, нету, не будет, и не надейтесь). Кстати, сосед, сто грамм выпьешь для согрева? У меня с собой отличный коньяк КВВК (коньяк ворованный высшего качества).
- Нет, спасибо, я не пью.
- Да я тоже, но, сам понимаешь, какой праздник у меня. Жена моя, правду тебе скажу, не очень хочет ехать, неизвестность пугает её, но я ей твержу: тебе хорошо живется тут, а в Израиле будет еще лучше. Со мной, милая, не пропадёшь, вертеться я умею.
Поговорив ещё немного, мы стали прощаться.
- Ты куда? - спросил меня Азрил.
- Домой.
- Не спеши, останься со мной, посмотрим парад, а заодно я тебе расскажу, какими большими трудовыми успехами я прославлял наш город и при этом от такой жизни получал "глубокое моральное удовлетворение".
Мы стояли невдалеке от городского рынка.
- Здесь, на этом базаре, я начал свой парнусевич, проработав год мясником, - начал Азрил. - Обманывал честно, как любит говорить нам знаменитый фокусник Акопян. Мой брат изготовил мне парочку облегченных гирь, в каждой не хватало по 100 граммов весу, от настоящих не отличишь. Представляешь, при месячной зарплате 300 рэ я каждый день приносил домой (сколько ты думаешь?) не меньше 50 рублей. Все шло прекрасно... тут афцэлухыс (назло) пришла повестка в армию. Это не входило в мои расчёты. Ну, ничего не поделаешь...
"Да здравствует Бельцкий птицекомбинат - предприятие высокой культуры производства!" - прозвучал голос диктора.
- На этом комбинате я тоже, между прочим, работал. Зарплата - копейки. Надо было как-то выкручиваться. Мой портрет даже красовался на Доске почета. Как рационализатор, я изготовил пресс-молоток с небольшим металлическим столом, на котором помещалась курица. Клал цыпленка животиком вниз, а дальше пресс делал свое дело, удар - и цыпленок превращался в пластину, примерно 15 мм толщиной, точно как цыпленок табака. Тугими резинками я привязывал цыплят себе на руки и ноги и спокойно выносил через проходную комбината. Мой личный рекорд - двенадцать штук за раз.
Я слушал его и вспомнил монолог героя из фильма "Джентльмены удачи": "Какая же я сволочь, всё ворую и ворую". Но Азрил никогда не скажет таких слов.
Вдалеке показалась новая колонна демонстрантов.
- Приветствуем предприятие коммунистического труда - мясокомбинат, - прозвучал по радио торжественный голос.
- И здесь, если хочешь знать, не без пользы для своей семьи я проработал несколько лет, - вспомнил неутомимый Азрил.
- А скажи мне, сосед, это правда, что один шофёр вывез через проходную мясокомбината целую свиную тушу?
- Чистая правда! - с энтузиазмом воскликнул мой спутник. - Этот "артист" посадил свиную тушу рядом с собой в кабину, привязал, надел на неё пиджак, галстук, а шляпой накрыл морду. Охранница на проходной, проверив машину, спросила у шофера:
- А что с экспедитором? Пьяный?
- Жена его в роддоме, две ночи не спал бедняга, - ответил шофер.
И был отпущен с миром. И с тушей.
- Да, рисковал, конечно, но молодец: пронесло, - заметил я.
- Я такими методами не пользовался. У меня всё было проще, - не без гордости сказал Азрил. - На комбинате я работал газоэлектросварщиком. Токарь выточил мне две заглушки, одну для кислородного баллона, другую - для газового. Я наполнял их колбасой и мясом. За территорией комбината находился детсад, куда я часто наведывался, чтобы что-нибудь починить. Благополучно миновав проходную, сдавал свой товар знакомой воспитательнице детского сада. А кому, скажи, могло прийти в голову, что мои баллоны затарены мясными деликатесами?
- Азрил, скажи, пожалуйста, а по какой специальности ты думаешь работать в Израиле? Как я слышал, там тяжело с работой и не воруют, как у нас.
- Сосед, за меня не беспокойся, я всё учел. Тридцать ящиков багажа я себе уже приготовил, что в них будет, может быть, когда-нибудь если встретимся, расскажу, а сейчас это секрет.
- Азрил, как я понимаю винно-коньячный комбинат - последнее место твоей работы в Бельцах?
- Да, ты прав, - с грустью ответил он. - Видишь, как меня ценят, даже знамя комбината доверили нести. Ты же знаешь, на комбинате с воровством очень строго. Так как я работаю мойщиком цистерн, то всегда хожу на работе в резиновых сапогах. Заливаю в каждый сапог по литру и спокойно выношу через проходную. Для меня это норма. Рисковать не люблю. Как говорится в нашей еврейской пословице "Рэбэ хот гехэйсн фрэйлэх зайн, нор нышт мэшиге" (Рав велел быть веселым, но не дурным). Дома коньяк фильтрую, заливаю в бутылки с наклейками, закручиваю, от настоящей не отличишь! Продаю по пять рублей. Это неплохой доход в бюджет семьи.
Кстати, я тебя не таким коньяком хотел угостить. Ну, сосед, будь здоров. Мне пора. Иду жену встречать. Думаю, что и ты скоро подашь документы на выезд...
...Прошло несколько лет. Я уже находился в Израиле и случайно в Иерусалиме на митинге встретил Азрила. Он бы в фирменной кепке и с лентой на груди, на которой яркими буквами было написано "Иерусалим неделим". Он стоял в группе демонстрантов и пел: "Иерушалаим шель заав".
- О, какая встреча, как вы поживаете, Азрил? - спросил я его.
- Отлично! Живу на Севере. Вот митингую. А то дай нашим врагам палец - всю руку откусят.
Тут я вспомнил о его багаже, и мне стало интересно, что же всё-таки он привез. Он посмотрел на меня и, кажется, догадался, о чем я хочу спросить.
- Ты хочешь знать, что я привез сюда в 30 ящиках? Это уже не секрет. В каждый ящик я вложил 10 тысяч пар носков. Итого 300 тысяч. Жена продала по шекелю пару. Купил квартиру без машканты, а остаток закрыл в банке.
- Да, Азрил, ты в своем репертуаре, нигде не пропадёшь. - Ну, а в общем-то, как жизнь?
- Скажу тебе откровенно: в Израиле уже нечего ловить, и мы с женой думаем уехать, - доверительно сообщил мне Азрил.
- Куда это?
- "Амэрика, Амэрика", - пропел он на мотив гимна США.
И откуда у него взялся английский акцент?
Как бы прочитав мои мысли, он сказал:
- Я ещё в Бельцах всё предусмотрел. Дочку отправил к родственникам в Америку, она там вышла замуж. Теперь мы поедем к нашей Кларочке-американочке. Так что, все о'кей, сосед!
Я расстался с ним со смешанным чувством , уже знал, чем закончился вояж бельцкого гешефтмахера в Израиле и готов был воздать молитву, чтобы этот «знаменосец» поскорее отсюда уехал...


Мендель Вейцман, Беэр-Шева
 
ПинечкаДата: Вторник, 09.05.2017, 09:27 | Сообщение # 32
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1094
Статус: Offline
Доктор Музыка

Понимаете, если вы рождаетесь в семье еврейского врача, то сначала вам всё равно придётся стать врачом, а потом вы уже можете делать со своей жизнью всё, что вам заблагорассудится: родитель свою часть договора выполнил, а остальное зависит от вас.
 Поэтому Марк Копытман сначала окончил черновицкий мединститут в 1952 году и уехал во Львов работать врачом, но главное – в свободное от работы время учиться в Львовской консерватории.
А когда после её окончания Марк поступил в аспирантуру при Московской консерватории, медицина окончательно смирилась с потерей талантливого сына и после защиты им кандидатской по теории композиции даже признала, что, возможно, он в чём-то прав..

  В 1963 году Марк Копытман переезжает в мой родной Кишинев преподавать в тамошних консерватории и институте искусств.
Он пишет одновременно и серьёзную музыку, и теоретические работы, а в 1966 году – оперу "Каса маре" по пьесе Иона Друцэ.
Опера была поставлена Молдавским государственным театром оперы и балета, основанным десятью годами ранее другим выходцем из Украины, Давидом Гершфельдом.
Гершфельд, кстати, и написал первые две молдавские оперы – "Грозован" и "Аурелия", а Марк Копытман продолжил славную традицию еврейских композиторов писать молдавскую национальную музыку.
Ещё в Кишинёве знакомый пианист наигрывал мне молдавские народные мелодии, постепенно замедляя их темп до получения народных же, но уже еврейских с ашкеназским акцентом..


Да и что есть сам гимн Израиля, как не молдавская песня "Carul cu boi" (повозка с волом), слегка переделанная выходцем из Унген композитором Шмуэлем Коэном, который хотя и был перевезён в Палестину родителями в возрасте 8 лет, но не забыл молдавские мотивы и на исторической родине...



В 1972 году в Израиль репатриировался и Марк Копытман, оставив за собой целую плеяду учеников, самым известным из которых впоследствии стал Евгений Дога.
В иерусалимской Академии музыки и танца имени Рубина Копытмана ждали: вначале он был назначен профессором композиции, а через два года – заведующим кафедрой теории музыки и композиции.
На пенсию он уйдет проректором академии...
 Всего, созданного им в Израиле, не перечислить, но навскидку: вокальные и хоровые произведения на основе фольклора йеменских евреев, стихов еврейских средневековых поэтов и каббалиста Авраама Абулафии, переработанный для виолончели и струнного оркестра "Кадиш" памяти отца, камерная опера о жизни Зюскинда из Тримберга (еврейского врача и миннезингера XIII века).
Вероятно, Копытман не смог пройти мимо удивительной биографии своего двойного собрата – по медицине и творчеству. А параллельно он писал теоретические работы на английском языке, по которым до сих пор учатся студенты академии.
 Уже на пенсии Марк Рувимович Копытман написал книгу воспоминаний "Voices of Memory".
Он умер в восемьдесят один год и похоронен в Реховоте.
Доктор медицины, избравший делом своей жизни исцелять не таблетками, а музыкой.
Не худшее лечение, как по мне.


 Ян Каганов
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » Наш город » ... и наша молодость, ушедшая давно! » МОЛДОВА И ЕВРЕИ... (репортаж Александра Ступникова в четырёх частях...)
Страница 3 из 3«123
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz