Город в северной Молдове

Среда, 20.09.2017, 03:10Hello Гость | RSS
Главная | воспоминания - Страница 17 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 17 из 26«1215161718192526»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » всякая всячина о жизни и о нас в ней... » воспоминания
воспоминания
ПинечкаДата: Среда, 18.06.2014, 10:02 | Сообщение # 241
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1101
Статус: Offline
чудо - шарфик

 
ГостьДата: Воскресенье, 22.06.2014, 06:35 | Сообщение # 242
Группа: Гости







СЕГОДНЯ - 22 июня - памятный день истории страны, которой уже нет...

 
REALISTДата: Пятница, 27.06.2014, 13:51 | Сообщение # 243
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 153
Статус: Offline
http://www.adme.ru/hudozhn....g.likes

элегантность и красота архитектуры Захи Хадид
 
ПинечкаДата: Вторник, 01.07.2014, 15:54 | Сообщение # 244
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1101
Статус: Offline
"Я СТОЛ НАКРЫЛ НА ШЕСТЕРЫХ..."

Тех, в чьей памяти фамилия Тарковский ассоциируется лишь с сыном Андреем, знаменитым кинорежиссёром, на фото - ребёнком, уютно устроившимся на руках отца, прошу поверить: это поэт масштаба ничуть не ниже цветаевского.

И Арсений Александрович, и Марина Ивановна были и остаются ярчайшими звёздами на небосклоне российской словесности. Но речь сегодня не об их творческих достоинствах или вкладе в русскую поэзию, а о том, как по прихоти всё той же мало предсказуемой судьбы неожиданно пересеклись в одной точке их творческие и жизненные судьбы, да ещё и в такие знаковые, переломные времена.
"Времена не выбирают,
в них живут и умирают..."
Не выбирали и наши герои эти самые трагические тридцатые и роковые сороковые,
"когда свинцовые дожди
хлестали так по нашим спинам,
что снисхождения не жди".
В 1939-ом году Марина совершила роковую ошибку, вернувшись в Россию с двумя детьми вслед за своим мужем Сергеем Эфроном, попавшимся на крючок НКВД. Сразу после их приезда муж и дочь были арестованы, и судьба их была ужасна: дочь Аля 15 лет скиталась по тюрьмам и ссылкам, мужа в 1941-ом расстреляли.
Настоящие стихи в те годы не могли быть напечатанными, и поэты с большой буквы, чтобы не помереть с голода, вынуждены были перебиваться переводами национальных знаменитостей вроде Джамбула и Сулеймана Стальского. Вот в доме такой переводчицы, строчившей подстрочники, и произошла первая встреча двух поэтов. Ему было 32 года, ей - 47. Был ли у них роман? Никто не знает. Известно лишь, что вышли они оттуда вместе.
Сам Арсений Александрович отрицал близкие отношения. Однако целый цикл стихотворений, посвящённых Марине, чувство колоссальной и непреходящей вины автора перед ушедшим из жизни его другом-кумиром, пронизывающее эти исповедальные стихи, упорно свидетельствуют об обратном:
"Где лучший друг, где божество моё, где ангел гнева и праведности?... И чем я виноват, чем виноват?" Нельзя не почувствовать какой-то скрытый подтекст, известный только им двоим, в стихотворении "Из старой тетради" того же 1939-го года:

Я слышу, я не сплю, зовешь меня, Марина,
Поешь, Марина, мне, крылом грозишь, Марина,
Как трубы ангелов над городом поют,
И только горечью своей неисцелимой
Наш хлеб отравленный возьмешь на Страшный суд,
Как брали прах родной у стен Иерусалима
Изгнанники, когда псалмы слагал Давид
И враг шатры свои раскинул на Сионе.
А у меня в ушах твой смертный зов стоит,
За черным облаком твое крыло горит
Огнем пророческим на диком небосклоне.

Но удивительнее всего диалог поэтов, дошедший до нас вопреки всем временам и обстоятельствам.
В 1940 году Арсений Тарковский, вспоминая всех своих безвременно ушедших родных и близких, написал проникновенное стихотворение:

Стол накрыт на шестерых -
Розы да хрусталь...
А среди гостей моих -
Горе да печаль.

И со мною мой отец,
И со мною брат.
Час проходит. Наконец
У дверей стучат.

Как двенадцать лет назад,
Холодна рука,
И немодные шумят
Синие шелка.

И вино поет из тьмы,
И звенит стекло:
"Как тебя любили мы,
Сколько лет прошло".

Улыбнется мне отец,
Брат нальет вина,
Даст мне руку без колец,
Скажет мне она:

"Каблучки мои в пыли,
Выцвела коса,
И звучат из-под земли
Наши голоса".

Через год уже и встречи с Мариной стали невозможны. А с начала войны и по декабрь 1943-го Тарковский постоянно на фронте, в редакции газеты 11-ой гвардейской армии, где был тяжело ранен и чудом остался жив, потеряв ногу.
Неведомо какими путями это стихотворение было услышано или прочитано Мариной. 6 марта 1941-го года, в один из самых тяжёлых периодов своей жизни, она нашла в себе силы ответить на него не менее проникновенным криком души:

Все повторяю первый стих
И все переправляю слово:
"Я стол накрыл на шестерых"...
Ты одного забыл - седьмого.

Невесело вам вшестером.
На лицах дождевые струи...
Как мог ты за таким столом
Седьмого позабыть - седьмую...

Невесело твоим гостям,
Бездействует графин хрустальный.
Печально - им, печален - сам,
Непозванная - всех печальней.

Невесело и несветло.
Ах! не едите и не пьете.
Как мог ты позабыть число?
Как мог ты ошибиться в счете?

Как мог, как смел ты не понять,
Что шестеро (два брата, третий-
Ты сам - с женой, отец и мать)
Есть семеро - раз я на свете!

Ты стол накрыл на шестерых,
Но шестерыми мир не вымер.
Чем пугалом среди живых -
Быть призраком хочу - с твоими,

(Своими...),
Робкая как вор,
Я - ни души не задевая! -
За непоставленный прибор
Сажусь незванная, седьмая.

Раз! - опрокинула стакан!
И все, что жаждало пролиться, -
Вся соль из глаз, вся кровь из ран -
Со скатерти - на половицы.

И - гроба нет! Разлуки - нет!
Стол расколдован, дом разбужен.
Как смерть - на свадебный обед,
Я - жизнь, пришедшая на ужин.

... Никто: не брат, не сын, не муж,
Не друг - и все же укоряю:
"Ты, стол накрывший на шесть - душ,
Меня не посадивший - с краю".

Простим автору аберрацию памяти, немного трансформировавшую первую строку стихотворения Тарковского. Это были её последние стихи.
Кроме прошений, заявлений и записок с просьбами к знакомым и не очень людям она больше уже потом ничего не писала. А через полгода, 31 августа 1941-го года, Марины Ивановны не стало.
В захолустной эвакуационной Елабуге, отчаявшись найти работу, помощь своих собратьев по перу и какие бы то ни было средства для существования, она повесилась в сенях хибары добросердечной женщины, приютившей на время их с 18-тилетним сыном...
Сам же Арсений Александрович прочитал последнее стихотворение Марины Цветаевой лишь в 1982-ом году, после публикации в журнале "Огонёк", когда ему было уже 75 лет. Очевидцы, видевшие его в этот день, единодушны в оценке тогдашнего душевного состояния поэта, характеризуя его одним словом: катарсис.

garus, 2010г.

***    ***

Он стол накрыл на шестерых,
Она – седьмая.
Я в отдалении от них
Стою немая.
Не видно мне их светлых лиц,
Здесь всё иначе.
Пред Временем паду я ниц
На Стену Плача.
Святой земли набравши в горсть,
Весь мир отрину.
Я – гость, он – гость, ты – тоже гость,
«Прощай, Марина…»
И только слышен стон строки,
Ушедшей в сени…
И не вплетённое в стихи
«Прощай, Арсений…»


Диана Леонова, 2014г.
 
отец ФёдорДата: Среда, 09.07.2014, 10:44 | Сообщение # 245
Группа: Гости






Сегодня актеру по имени Томас Джеффри Хэнкс исполняется 58 лет


Отец Тома служил шеф-поваром в местном ресторане, мама там же работала официанткой. Когда мальчику было 5 лет, родители развелись и по закону младший ребенок остался с мамой, а трое старший, в том числе и Том, с отцом. Папа отправился на заработки и часто переезжал из города в город.
Детей каждый раз ждали новый дом, новая школа и неприветливые соседи. Будущий актер очень тосковало по маме, и мечтал когда-нибудь встретить ее на пороге своего дома. Однако он видел лишь все новых женщин отца...

«Кривляние»

Том был молчаливым и замкнутым мальчиком и всегда ощущал себя чужаком в любой компании. В каждой школе Хэнкс записывался в театральный кружок и уже в 12 лет решил стать актером.
Отец к такому решению сына отнесся скептически, он не поверил, что «кривляние» может принести деньги.
В юности Том Хэнкс начал проявлять актерские способности и подкупать окружающих своим чувством юмора. Молодой актер с воодушевлением выходил на школьную сцену, а руководители драматических кружков всячески его поддерживали.

После школы Том поступил в Калифорнийский университет на актерский факультет. Теория, однако, оказалась слишком суха, преподаватели были занудны, а сокурсники полагались не на талант, а на звучные фамилии.
Хэнксу были по душе экспериментальные постановки, молодые режиссеры, дерзкие девушки. Все удивились, когда Том влюбил в себя своенравную однокурсницу Саманту Льюис, которая стала его подружкой.

Несмотря на отсутствие родственников-актеров, Том Хэнкс сыграл в «Вишневом саде» Чехова, после чего был приглашен на шекспировский фестиваль Великих Озер. Там он сыграл Грумио в постановке «Укрощение строптивой». Это была первая большая роль.
Не заставили себя ждать и первые награды ... после них Том решил, что учиться больше ни к чему, бросил университет и вместе с Самантой пошел в небольшую драматическую труппу, которая в то время гастролировала.

Крутые перемены

Том женился на Саманте и довольно скоро стал отцом.
рождением сына жизнь круто изменилась. Актер не мог получить роли. Дома ждали жена и ребенок, которые стояли выше творческих амбиций.
Том целыми дня бегал по городу в поисках работы и хватался за любое предложение.
В 1980 году он снялся в ленте «Он знает, как вы одиноки», а затем получил предложение работать в телесериале «Закадычные дружки». Том работал без удовольствия, лишь зарабатывал деньги. Их требовалось все больше, поскольку вскоре родилась дочка.

На съемках «Закадычных дружков» Тома заметил Рон Ховард и пригласил на главную роль в настоящее кино: в 1984 году вышла комедия «Всплеск», в ней игра Хэнкса пришлась зрителям по душе...

Шокирующее открытие

Пока Том пропадал сутками напролет на работе, супруга начала воспринимать мужа как машину для зарабатывания денег. Актер понял, что он тоже человек и новая шуба или машина не стоят жертв с его стороны. А когда Саманта заявила, что планирует уехать на недельку отдохнуть без детей, то понял, супруга сильно изменилась. Голливудская богема тоже не сильно жаловала. Том предпочитал добросовестно работать и избегать светских тусовок. В результате, актер оказался чужим и в собственной семье и на работе.
Однако через несколько лет Том опять заставил о себе говорить. В 1988 году на экранах появилась лента «Большой» о мальчике в облике мужчины. На эту работу Хэнкс соглашался с одной мыслью – заявить миру о себе. Так и вышло. За работу Тому присудили награду «Золотой глобус» с теплыми отзывами критиков.
Тогда же актер сыграл в фильмах «Изюминка», «Предместье», «Тернер и Хуч».

Полоса везения

В 1992 году актер сыграл в фильме «Их собственная лига».
Это был режиссерский дебют Хэнкса. Для роли Том даже набрал вес, и был неотразим в виде грубого и вечно пьяного тренера женской бейсбольной команды.

Творческой победой оказалась и работа в лирической комедии «Неспящие в Сиэтле». Отец-одиночка полюбился зрителям, а сама картина собрала неплохую кассу.
Неожиданная роль в 1993 году в драме «Филадельфия» помогла Тому сменить свое амплуа с комического на драматическое. Актер сыграл больного СПИДом молодого гомосексуалиста, которого отторгнуло общество. Ради образа Хэнкс даже похудел на 10 килограммов, обрился наголо, и работал, отдавая себя всего. За это и получил «Оскар», и стал одним из востребованных актеров Голливуда.

Впрочем, главный триумф был впереди:
Вышедший на экраны фильм «Форрест Гамп» произвел настоящий фурор.
Том Хэнкс с достоинством сыграл простоватого малого, над которым постоянно
насмехаются. Лента сделала из актера настоящего любимца публики...
«Форрест Гамп» собрал огромную кассу – 500 миллионов долларов, а актеру роль принесла 6 «Оскаров», в том числе в номинации «Лучший фильм года».

   Хэнкс во время съёмок «Форреста Гампа», 1994 год

После успеха Том решил сниматься только в одной картине за год: он хотел быть поближе к семье.
Так, в 1995 году актер снялся в довольно успешном «Аполлоне - 13» Рона Хауэрда. Скромно была принята романтическая лента «Вам Письмо», но публика обрадовалась «Неспящим в Сиэтле».
После чего Хэнкс опять выступил в роли режиссера и снял картину «То, что ты делаешь».

Подпитала звездный статус картина «Спасти Рядового Райана» Стивена Спилберга в 1998 году. Популярными стали и фильмы «Зеленая миля» и «Изгой». Немало шума наделали и драмы «Поймай меня, если сможешь» и «Проклятый путь».
Вскоре Том Хэнкс заинтересовался продюсированием.
Все рекорды в прокате побила малобюджетная лента «Моя большая греческая свадьба» - касса составила более 100 миллионов долларов.

Личная жизнь

После распада брака с Самантой Льюис Том женился на актрисе Рите Уилсон:
ему понравилось некоторая молчаливость девушки...
Они вместе уже 26 лет и Рита родила Тому сыновей Честера Марлона и Трумана Теодора.

1 февраля 2011 года Том Хэнкс стал дедушкой: у его сына Колина родилась дочь Оливия.
В июне 2013 года у Хэнкса родилась вторая внучка Шарлотта...

Говоря о своих религиозных взглядах, Хэнкс произнёс:
Когда я хожу в церковь — а я в неё хожу — я обдумываю эту тайну. Я задаю себе несколько вопросов: «Почему?», «Почему люди такие, какие они есть?», «Почему плохие вещи случаются с хорошими людьми?» и «Почему хорошие вещи случаются с плохими людьми?».
Я считаю, что эта тайна объединяет нас, ведь она создала ещё одну теорию о возникновении человечества...
 
FireflyДата: Воскресенье, 13.07.2014, 08:33 | Сообщение # 246
Группа: Гости





вот так история!

Жительницу Белоруссии, пропавшую в четырехлетнем возрасте, удалось через 17 лет разыскать в Молдавии, где девушка успела стать королевой красоты. Об этом сообщается на сайте МВД Белоруссии...

«Меня воспитывала бабушка-цыганка. В детстве меня продали в цыганскую семью, в которой не было девочек. Я жила в этой семье, меня любили, тряслись надо мной, но я чувствовала, что это не мое, что я другая», — рассказала девушка о своей судьбе в видео-интервью, размещенном на сайте МВД Белоруссии.
Как выяснилось, в 1997 году настоящая мать Ольги, жительница Минска, вместе со своей дочерью отправилась в Молдавию по приглашению знакомых. Несколько месяцев она прожила с ребенком в пригороде Кишинева, где занималась попрошайничеством.
Затем, при невыясненных обстоятельствах, девочка пропала, а женщина вернулась домой одна. Долгое время расследование, проводившееся работниками уголовного розыска Белоруссии, не давало результатов, запросы в адрес молдавских правоохранительных органов результатов также не приносили.
Тогда девочка была объявлена в межгосударственный и международный розыск по линии Интерпола.
В июне 2014 года стражам правопорядка удалось, наконец, установить, что в молдавских Сороках проживает девушка по имени Мария, которая даже по внешнему виду сильно отличается от своих «родственников».
Оказалось, что она сохранила свою детскую фотографию. По ней родственники разыскиваемой подтвердили значительное сходство с пропавшей когда-то четырехлетней малышкой.
Проведенная генотипоскопическая экспертиза подтвердила, что жительница Молдавии и разыскиваемая МВД Белоруссии девушка — один и тот же человек.
Ольга намерена получить документы на свои настоящие фамилию и имя...

 
дядяБоряДата: Вторник, 15.07.2014, 05:07 | Сообщение # 247
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 434
Статус: Offline
любовь и память...

Мой отец чеченец и мама чеченка. Отец прожил 106 лет и женился 11 раз. Вторым браком он женился на еврейке, одесситке Софье Михайловне. Её и только её я всегда называю мамой. Она звала меня Мойше.
-Мойше, - говорила она, - я в ссылку поехала только из-за тебя. Мне тебя жалко.
Это когда всех чеченцев переселили в Среднюю Азию. Мы жили во Фрунзе. Я проводил все дни с мальчишками во дворе.
-Мойше! - кричала она. - Иди сюда.
-Что, мама?
-Иди сюда, я тебе скажу, почему ты такой худой. Потому что ты никогда не видишь дно тарелки. Иди скушай суп до конца. И потом пойдёшь.
-Хорошая смесь у Мойши, - говорили во дворе, - мама - жидовка, отец - гитлеровец... Ссыльных чеченцев там считали фашистами.
Мама сама не ела, а все отдавала мне. Она ходила в гости к своим знакомым одесситам, Фире Марковне, Майе Исаaковне - они жили побогаче, чем мы, - и приносила мне кусочек струделя или еще что-нибудь.
-Мойше, это тебе.
-Мама, а ты ела?
-Я не хочу.
Я стал вести на мясокомбинате кружок, учил танцевать бальные и западные танцы. За это я получал мешок лошадиных костей. Мама сдирала с них кусочки мяса и делала котлеты напополам с хлебом, а кости шли на бульoн.
Она умела из ничего приготовить вкусный обед.
Когда я стал много зарабатывать, она готовила куриные шейки, цимес, она приготовляла селёдку так, что можно было сойти с ума.
Мои друзья по Киргизскому театру оперы и балета до сих пор вспоминают: "Миша! Как ваша мама кормила нас всех!"
Но сначала мы жили очень бедно. Мама говорила: "Завтра мы идём на свадьбу к Меламедам. Там мы покушаем гефилте фиш, гусиные шкварки. У нас дома этого нет. Только не стесняйся, кушай побольше"...
Я уже хорошо танцевал и пел "Варнечкес". Это была любимая песня мамы. Она слушала ее, как Гимн Советского Союза.
И Тамару Ханум любила за то, что та пела "Варнечкес".
Мама говорила: "На свадьбе тебя попросят станцевать. Станцуй, потом отдохни, потом спой. Когда будешь петь, не верти шеей. Ты не жираф. Не смотри на всех. Стань против меня и пой для своей мамочки, остальные будут слушать".
Я видел на свадьбе ребе, жениха и невесту под хупой. Потом все садились за стол. Играла музыка и начинались танцы-шманцы. Мамочка говорила: "Сейчас Мойше будет танцевать".
Я танцевал раз пять-шесть. Потом она говорила: "Мойше, а теперь пой".
Я становился против неё и начинал: "Вы немт мен, ву немт мен, ву немт мен?.."
Мама говорила: "Видите какой это талант!"
А ей говорили: "Спасибо вам, Софья Михайловна,что вы правильно воспитали одного еврейского мальчика. Другие ведь как русские - ничего не знают по-еврейски...
Была моей мачехой и цыганка. Она научила меня гадать, воровать на базаре. Я очень хорошо умел воровать. Она говорила: "Жиденок, иди сюда, петь будем".
Меня приняли в труппу Киргизского театра оперы и балета. Мама посещала все мои спектакли. Мама спросила меня:
-Мойше, скажи мне: русские -это народ? -Да, мама.
-А испанцы тоже народ? -Народ, мама.
-А индусы? -Да.
-А евреи - не народ? -Почему, мама, тоже народ.
-А если это народ , то почему ты не танцуешь еврейский танец?
В "Евгении Онегине" ты танцуешь русский танец, в "Лакме" - индусский...
-Мама, кто мне покажет еврейский танец?
-Я тебе покажу.
Она была очень грузная, весила, наверно, 150 килограммов.
-Как ты покажешь?
-Руками.
-А ногами?
-Сам придумаешь.
Она напевала и показывала мне "Фрейлехс", его ещё называют "Семь сорок".
В 7.40 отходил поезд из Одессы на Кишинёв. И на вокзале все плясали.
Я почитал Шолом-Алейхема и сделал себе танец "А юнгер шнайдер".
Костюм был сделан как бы из обрезков материала, которые остаются у портного. Брюки короткие, зад - из другого материала. Я всё это обыграл в танце.
Этот танец стал у меня бисовкой. На "бис" я повторял его по три-четыре раза.
Мама говорила: "Деточка, ты думаешь, я хочу, чтоб ты танцевал еврейский танец, потому что я еврейка? Нет. Евреи будут говорить о тебе: вы видели, как он танцует бразильский танец? Или испанский танец? О еврейском они не скажут. Но любить тебя они будут за еврейский танец".
В белорусских городах в те годы, когда не очень поощрялось еврейское искусство, зрители-евреи спрашивали меня: "Как вам разрешили еврейский танец?". Я отвечал: "Я сам себе разрешил".
У мамы было своё место в театре. Там говорили: "Здесь сидит Мишина мама"...
Мама спрашивает меня: -Мойше, ты танцуешь лучше всех, тебе больше всех хлопают, а почему всем носят цветы, а тебе не носят? -Мама, - говорю, - у нас нет родственников.
-А разве это не народ носит?
-Нет. Родственники.
Потом я прихожу домой. У нас была одна комнатка, железная кровать стояла против двери. Вижу, мама с головой под кроватью и что-то там шурует. Я говорю:
-Мама, вылезай немедленно, я достану, что тебе надо. -Мойше, - говорит она из под кровати. - Я вижу твои ноги, так вот, сделай так, чтоб я их не видела. Выйди.
Я отошел, но все видел. Она вытянула мешок, из него вынула заштопанный старый валенок, из него - тряпку, в тряпке была пачка денег, перевязанная бечевкой.
-Мама, - говорю, - откуда у нас такие деньги?
-Сыночек, я собирала, чтоб тебе не пришлось бегать и искать, на что похоронить мамочку. Ладно похоронят и так.
Вечером я танцую в "Раймонде" Абдурахмана. В первом акте я влетаю на сцену в шикарной накидке, в золоте, в чалме. Раймонда играет на лютне. Мы встречаемся глазами. Зачарованно смотрим друг на друга. Идёт занавес. Я фактически ещё не танцевал, только выскочил на сцену. После первого акта администратор подает мне раскошный букет. Цветы передавали администратору и говорили, кому вручить. После второго акта мне опять дают букет. После третьего - тоже. Я уже понял, что все это- мамочка.
Спектакль шёл в четырёх актах. Значит и после четвёртого будут цветы. Я отдал администратору все три букета и попросил в финале подать мне сразу четыре. Он так и сделал. В театре говорили: подумайте, Эсамбаева забросали цветами.
На другой день мамочка убрала увядшие цветы, получилось три букета, потом два, потом один. Потом она снова покупала цветы.
Как-то мама заболела и лежала. А мне дают цветы. Я приношу цветы домой и говорю:
-Мама, зачем ты вставала? Тебе надо лежать. -Мойше, - говорит она. -Я не вставала. Я не могу встать.
-Откуда же цветы? -Люди поняли, что ты заслуживаешь цветы. Теперь они тебе носят сами.
Я стал ведущим артистом театра Киргизии, получил там все награды. Я люблю Киргизию, как свою Родину. Ко мне там отнеслись, как к родному человеку.
Незадолго до смерти Сталина мама от своей подруги Эсфирь Марковны узнала, что готовится выселение всех евреев. Она пришла домой и говорит мне:
-Ну, Мойше, как чеченцев нас выслали сюда, как евреев нас выселяют ещё дальше. Там уже строят бараки...
-Мама, - говорю, - мы с тобой уже научились ездить. Куда вышлют, туда поедем, главное - нам быть вместе. Я тебя не оставлю.
Когда умер Сталин, она сказала: "Теперь будет лучше".
Она хотела, чтобы я женился на еврейке, дочке одессита Пахмана. А я ухаживал за армянкой. Мама говорила: "Скажи, Мойше, она тебя кормит?" (Это было ещё в годы войны).
-Нет, - говорю, - не кормит. -А вот если бы ты ухаживал за дочкой Пахмана...
-Мамa, у неё худые ноги. -А лицо какое красивое, а волосы... Подумаешь, ноги ему нужны.
Когда я женился на Нине, то не могу сказать, что между ней и мамой возникла дружба.
Я начал преподавать танцы в училище МВД, появились деньги. Я купил маме золотые часики с цепочкой,  а Нине купил белые металлические часы. Жена говорит:
-Маме ты купил с золотой цепочкой вместо того, чтоб купить их мне, я молодая, а мама могла бы и простые носить. -Нина, - говорю, - как тебе не стыдно. Что хорошего мама видела в этой жизни? Пусть хоть порадуется, что у неё есть такие часы.
Они перестали разговаривать, но никогда друг с другом не ругались.
Один раз только, когда Нина, подметя пол, вышла с мусором, мама сказала: "Между прочим, Мойше, ты мог бы жениться лучше".
Это единственное, что она сказала в её адрес.
У меня родилась дочь. Мама брала её на руки, клала между своих больших грудей, ласкала. Дочь очень любила бабушку. Потом Нина с мамой сами разобрались. И мама мне говорит: "Мойше, я вот смотрю за Ниной, она - таки неплохая. И то, что ты не женился на дочке Пахмана, тоже хорошо, она избалованная. Она бы за тобой не смогла все так делать". Они с Ниной стали жить дружно.
Отец за это время уже сменил нескольких жён. Жил он недалеко от нас. Мама говорит: "Мойше, твой отец привёл новую никэйву. Пойди посмотри." Я шёл.
-Мама, - говорю, - она такая страшная!
-Так ему и надо.
..Умерла она, когда ей был 91 год. Случилось это так. У неё была сестра Мира. Жила она в Вильнюсе. Приехала к нам во Фрунзе. Стала приглашать маму погостить у неё: "Софа, приезжай. Миша уже семейный человек. Он не пропадёт месяц-другой без тебя".
Как я её отговаривал: "Там же другой климат. В твоём возрасте нельзя!"
Она говорит:"Мойше, я погощу немного и вернусь". Она поехала и больше уже не вернулась...
Она была очень добрым человеком. Мы с ней прожили прекрасную жизнь. Никогда не нуждались в моем отце. Она заменила мне родную мать. Будь они сейчас обе живы, я бы не знал, к кому первой подойти обнять.

Литературная запись Ефима Захарова.  (Из книги Е.Захарова и Э.Менашевского "Еврейские штучки")



Сообщение отредактировал дядяБоря - Вторник, 15.07.2014, 05:53
 
shutnikДата: Вторник, 22.07.2014, 09:41 | Сообщение # 248
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 393
Статус: Offline
ОКАЗЫВАЕТСЯ...

Чтобы соблюсти русские традиции, прощальные стопки нужно пить в такой последовательности:
1. Застольная — в знак уважения к остающимся;

2. Подъемная — при покидании стола;

3. На ход ноги — движение от стола;

4. Запорожская — при преодолении порога помещения, в котором происходит застолье;

5. Придворная — при выходе во двор;

6. На посошок — гостю вручали посох и ставили на него рюмку. Если гость проливал вино, ронял стопку, не доносил до рта, то его полагалось оставить ночевать в гостях;

7. Стременная — прежде чем поставил ногу в стремя;

8. Седельная — за то, что поднялся в седло;

9. Приворотная — перед выездом за ворота;

10. Заворотная — за то, что все-таки сумел выехать...
 
ПинечкаДата: Суббота, 26.07.2014, 09:01 | Сообщение # 249
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1101
Статус: Offline
если соблюсти всё это - никогда домой не попадёшь, даже если выедешь...
 
МарципанчикДата: Суббота, 02.08.2014, 08:42 | Сообщение # 250
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 362
Статус: Offline
Однокурсница позвонила моей жене в слезах: муж, бросив ее и двух их детей, ушел к другой. Тот брак давно трещал по швам, и звонившую задел не столько факт ухода мужа, сколько то, что у новой избранницы...аж трое своих ребятишек. Прозвучало это так, будто рождение детей в глазах окружающих делает женщину порочнее, а не благороднее. 

Позволим себе лишь единую строчку, повторив до боли знакомое русское, бабье, сказанное в сердцах одной товаркой другой: «Что он, себе без ребенка бабу найти не мог?!» 
Повторим обидную глупость лишь для того, чтобы обозначить тему - в России каждая третья семья растит детей от предыдущих браков супругов. Слово-то какое выдумали семьяведы - «сводные» братья и сестры. Сводные - то есть слитые предыдущей жизнью родителей.
В сказках детей пугают мачехой. 
А в жизни? 
Всякое бывает.
В моем досье скопилось много примеров на эту деликатную тему. Я без комментариев приведу примеры, а вы думайте.

Борис Гребенщиков (Б.Г.) воспитывает четверых детей - своих и детей своей третьей жены Ирины. (Бывшей жены бас-гитариста группы «Аквариум» Александра Титова). Дочь Б.Г. Алиса говорит, что рада иметь двух пап, двух мам и троих сводных братьев и сестер: Марка, Глеба и Василису. С мачехой и отчимом Алиса не просто терпеливо, но вынужденно общается - дружит.
Игорь Крутой как-то признался, что даже не предполагал, что когда-нибудь возьмет в жены женщину с ребенком. Взял-таки! И души не чает в падчерице Вике. Вика с мамой живут в США, и когда у жены Игоря Ольги Реутовой возникают с Викой проблемы, она жалуется мужу. Игорь журит Вику по телефону. Вика очень ждет каждого приезда отчима, к каждому приезду Игоря покупает ноты модных американских мюзиклов, и они всей семьей разучивают их: композитор Крутой играет, а жена и взрослая Вика напевают...
Всегда ровными были отношения дочери Игоря Николаева Юлии от его студенческого, южносахалинского брака с однокурсницей Леной и Наташи Королевой. Юлия пять лет училась в высшей школе искусств в Штатах, а теперь живет с отцом.
Актер Игорь Старыгин признавался, что самым счастливым периодом его жизни был его второй брак - на артистке ТЮЗа Мире Ардовой. Мира была старше Игоря на восемь лет, имела двоих детей. И подарила Игорю еще дочь Настю. Старыгин был женат после этого еще трижды, но 12 лет супружества с Мирой считает лучшими в своей личной жизни.
Миллионера Евгения Кафельникова не смутил ребенок его избранницы Маши Тишковой от первого брака Маши с певцом Кристианом Рэем. Маша подарила Жене и дочь Олесю. 
Другая спортивная звезда - футболист Игорь Шалимов - быстро подружилась с сыном своей красавицы-жены.
Как, впрочем, и Федор Черенков, не чающий души не только в новой жене, но и в ее сынишке. 
Имевший огромный выбор невест, герой Олимпиады в Сиднее, капитан сборной гимнастов России Алексей Немов предпочел сотням юных фотомоделей серьезную женщину с ребенком. Жена подарила суперчемпиону сына.
Второй муж Галины Ненашевой Владимир усыновил сына певицы от первого брака. И усыновил, и воспитал неплохо - сейчас звукорежиссер Ненашев довольно известен в Голливуде. Счастливо женат на американке.
Бывшая жена Александра Абдулова Ирина Алферова воспитывает четверых детей: свою дочь Ксюшу, сына умершей сестры Татьяны и двух детей нового мужа - вдовца, актера Сергея Мартынова. И дети, и взрослые живут очень дружно.
Леонид Филатов воспитал сыновей бессмертного Бумбараша Валерия Золотухина, женившись на жене коллеги по Театру на Таганке.
Политик Ирина Хакамада вырастила своего сына от первого брака Даньку и Алешу - сына своего второго мужа. Алексей и Ирина до сих пор дружат.
Криминальный фотограф Гриша Шесть-на-Девять из фильма «Место встречи изменить нельзя» - актер Лев Перфилов - с удовольствием готовит разносолы своей новой (третьей) жене Верочке и ее сынишке. Гриша-Лева пил по-черному, и, говорит, только Верочка с сыном вытащили его с того света...
У легендарной Софико Чиаурели два взрослых сына от брака с режиссером Георгием Шенгелая. Софико - третья жена актера и спортивного комментатора Котэ Махарадзе. Так вот: дети и внуки Софико и Котэ давно и прочно дружат друг с другом. 
В Тбилиси артистический клан Махарадзе-Чиаурели-Шенгелая считается самым прочным.
Вот еще один интересный театрально-киношный узел. Красиво дружат дочь актера Бориса Хмельницкого и актрисы Марианны Вертинской Дарья, дочь Марианны от ее первого брака (с художником Ильей Былинкиным) Александра, внебрачный сын Бориса Хмельницкого Алексей и отчим Алексея. (Если запутались с первого раза, прочтите еще раз). 
Причем Дарья живет вместе с отцом, а к матери относится хоть и с дочерней любовью, но строго.
Актриса Любовь Полищук одна воспитывала сына от первого брака Алешу. До тех пор пока не встретила художника Сергея Цыгаля, ставшего ее вторым мужем (Сергей Цыгаль - внук писательницы Мариэтты Шагинян), который стал Алеше настоящим другом. А по иронии судьбы в спектакле «Квартет для Лауры» Любовь Полищук играет жену главного героя, роль которого исполняет ее сын - Алексей Макаров...
Певица Елена Образцова влюбилась в Альгидаса Жюрайтиса, когда ее дочь Лена была уже подростком. Дочь Лена очень любила отца - известного физика Вячеслава Макарова. А потому новый поворот в личной жизни матери переживала болезненно. Не сразу 16-летняя Лена нашла общий язык со знаменитым отчимом. Но время вылечило и эту рану...
А прародитель телешоу «Что? Где? Когда?» Владимир Ворошилов дал дорогу в жизнь сыну своей четвертой жены Борису. 
Борис Крюк был телеведущим программы «Любовь с первого взгляда», а теперь продолжил и дело отчима...
Вывод?
Жизнь делает благороднее наши поступки, а не пересуды о поступках других.

Ирина Швец
 
FireflyДата: Вторник, 05.08.2014, 11:10 | Сообщение # 251
Группа: Гости





Бен-Цион Тавгер родился 5 августа 1930года в белорусском городе Борисове, затем семья переехала в Горький.
С ранних лет его считали вундеркиндом: талантливый шахматист, он был неизменным победителем олимпиад по физике, математике и химии.

В 17 лет Бен-Цион поступил на физтех МГУ.
Учился он у нобелевских лауреатов академиков Ландау и Капицы.
В 1949 году перешел в Горьковский университет и в 1952 году окончил его с отличием.
Годы были свирепые, об аспирантуре Тавгер не мог и мечтать. На военном заводе в Омске, «по месту распределения», он продолжал научные исследования самостоятельно...
Выбраться из Сибири ему удалось чудом: Тавгер написал письмо Илье Эренбургу, которому благоволил сам Сталин. Эренбург ответил на письмо неизвестного талантливого молодого еврея и помог ему: в результате Тавгер стал преподавать в Калининградском пединституте теоретическую механику и термодинамику.
В 1954 году Тавгер открыл явление «магнитной симметрии», ставшее темой его кандидатской диссертации.
С 1960 года Бен-Цион Тавгер преподает в Горьковском университете. Здесь он организует для еврейской студенческой молодежи подпольный сионистский кружок, где читали и распространяли произведения Зеэва Жаботинского, проводили пасхальный седер, отмечали другие еврейские праздники, готовились к будущей алие в Эрец Исраэль.
А потом... Потом начались допросы, обыски, следствия, аресты.
Тавгер пускается «в бега», позднее появляется в Академгородке в Новосибирске и проходит по конкурсу на должность старшего научного сотрудника Института физики полупроводников Сибирского отделения Академии наук СССР.
В 1969 году защищает докторскую диссертацию. И снова вокруг него - и в Новосибирске - складывается сионистская подпольная группа. КГБ опять начинает «доставать» Тавгера.
На этот раз было решено, что лучший способ избавиться от него - как можно скорее выпроводить в Израиль. Таким образом Бен-Цион Тавгер, первый в Академгородке (и вообще первый ученый такого ранга) получил разрешение на репатриацию...
С мая 1972 года Тавгер в Израиле; он живет в центре абсорбции в Нацрат-Илите.
Президент Тель-авивского университета профессор Юваль Неэман пригласил его на работу и до 1977 года Тавгер работал там.
Все это время он пытался создать НИИ физики твердого тела в Кирьят-Арбе. Оставив работу в университете он окончательно поселился в Кирьят-Арбе, активно включился в борьбу за право возвращения евреев в Хеврон. Влюбленный в город праотцев, профессор Тавгер стал... сторожем старого еврейского кладбища.
Он считал, что сможет в кладбищенской тиши спокойно обдумывать проблемы теоретической физики. Однако то, что он там увидел, изменило всю его жизнь, перевернуло душу: он принялся за расчистку и восстановление кладбища.
Затем профессор Тавгер начал раскопки знаменитой синагоги «Авраам-авину», вступил в отчаянную борьбу за право евреев молиться в Меарат ха-махпела в любое время дня и в любой день недели.
Бен-Цион Тавгер и его друзья неоднократно подвергались арестам, власти возбуждали против них уголовные дела...
Тавгер оставил более сорока пяти научных статей и работ - в основном, в области физики твердого тела. Последняя, не завершенная им работа, была опубликована уже после смерти ученого, в июне 1986 года, в Physics Letters.
С конца 1975 года и до последнего дня жизни Тавгер преподавал в Иерусалимском технологическом колледже.
Профессор Тавгер изучал Тору, соблюдал заповеди. Он никогда не болел, точнее, никогда не обращался к врачам и ... умер в возрасте 53 лет, когда его младшему сыну едва исполнился год.

Центр Хеврона, где расположена синагога «Авраам-авину», назван в его честь - Кирьят-Бен-Цион. Об этом говорит памятная доска, установленная у главного входа в синагогу...
 
ПинечкаДата: Четверг, 14.08.2014, 17:02 | Сообщение # 252
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1101
Статус: Offline
Давно забытое...

 
Анкета миротворца      

1. Сколько партнеров по мирному процессу было у вас за последние два года?
2. Использовали ли вы во время миротворческих контактов средства предохранения (каски, бронежилеты, резиновые пули)?
3. Практиковали ли вы нетрадиционные способы установления мира на Ближнем Востоке?
4. Пользовались ли вы в последнее время услугами платных левых активистов?
5. Проявлял ли ваш партнер по мирному процессу агрессивность?
6. И что вы ему ответили?
7. А он?
8. А вы?
9. Интересно-то как! Ну и что вы думаете дальше делать?
10. Кто ж вам это позволит!?

БЭСЭДЕР?, №566
16 мая 2002 г.
 
KiwaДата: Пятница, 22.08.2014, 12:17 | Сообщение # 253
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 346
Статус: Offline
Нахман Фаркаш: пещера судьбы

6 августа неподалеку от одной из пещер на горе Мирон был обнаружен труп пожилого мужчины. Вскоре полиция установила его личность и заявила, что на этот раз никакой ошибки быть не может: легендарный израильский рецидивист, 78-летний Нахман Фаркаш действительно мертв.

Вслед за этим на улицах Тель-Авива, Цфата, Рош-Пины и Мирона появилось следующее траурное объявление:
"Скорбим о Нахмане Фаркаше. Он был хороший товарищ, чемпион по боксу, незадачливый грабитель банков, похититель тигров, хороший шахматист, неплохой флейтист, философ-гуманист, пожиратель книг, замечательный собеседник, человек, всегда стремившийся к свободе, и вообще необычная личность".

Под объявлениенм стояли подписи группы жителей "Старой Рош-Пины". Особенно выделялась подпись известного певца и композитора Эхуда Баная, бывшего в молодости близким другом покойного.
Как ни удивительно, в этом объявлении всё - правда.
Фаркаш в самом деле был необычной личностью, и его история заслуживает того, чтобы ее расказать, а заодно объяснить читателям, почему полиция подчеркнула, что на этот раз никаких сомнений в смерти Фаркаша нет.

***

Впервые имя Нахмана Фаркаша появилось на страницах израильской прессы в 1954 году, когда он стал чемпионом Израиля по боксу в полутяжелом весе. Спортивные обозреватели прочили восходящей звезде ринга звание чемпиона мира, не подозревая, что у самого Фаркаша были несколько иные планы на будущее.

Через пару недель после триумфа молодого боксера было совершено дерзкое ограбление сейфа компании "Тнува" - столпа израильской молочной промышленности, одного из крупнейших концернов страны в те времена. До широкого использования чеков и появления кредитных карточек оставалось еще больше десяти лет, и значительная часть клиентов "Тнувы" расплачивалась за поставки продуктов наличными. Так что не стоит удивляться, что в сейфе компании лежали сотни тысяч лир - целое состояние в те годы.

Нахман Фаркаш с игрушечным пистолетом в руках успел совершить еще несколько дерзких налетов, прежде чем был арестован и осужден на 5 лет тюрьмы. Относительная легкость наказания объяснялась тем, что судьи учли отсутствие у него криминального прошлого и… наличие чемпионского титула.

Отсидев две трети срока, Фаркаш вышел на свободу по амнистии. Уже через месяц он вынес с виллы Розы Ландвер сейф, в котором она хранила наличные и драгоценности. Если учесть, что в 1960 году госпожа Ландвер была владелицей единственной кофемольной фабрики Израиля и возглавляла список самых богатых женщин Израиля, можно легко представить себе, какой шум вызвало это преступление в газетах.

А Фаркаш продолжал совершать ограбление за ограблением. На его поиски были брошены почти все силы израильской полиции.
Прошел месяц.
Два месяца.
Четыре.
Фаркаш оставался неуловимым, буквально ускользая из рук своих преследователей.

Вся страна сидела в тот день у радиоприемников, чтобы узнать, чем завершится очередная облава. А завершилась она так же, как и все предыдущие: к вечеру полицейские вынуждены были признать, что преступнику удалось скрыться.

Призрак Нахмана Фаркаша стал настоящим кошмаром для израильтян.
Многие коренные израильтяне до сих пор вспоминают, как мамы пугали их: "Если ты не будешь есть кашу, я позову Фаркаша, и он тебя заберет".

По утрам на первых полосах газет страну ждало сообщение о новом ограблении, совершенном Нахманом Фаркашем. Причем, каждый раз он совершал преступление по новому сценарию, а порой позволял себе и вовсе экзотические выходки.
Например, однажды ограбил зоопарк - вошел в клетку к тигру и унес оттуда тигренка. Потом его несколько раз видели в компании этого тигренка, которого он всюду таскал с собой, как домашнюю кошку.

И вот, наконец, настал день, когда Израиль вздохнул спокойно. Заголовки на первых полосах всех газет красными буквами оповещали, что Нахман Фаркаш арестован. Правда, радость по данному поводу была недолгой: на следующий же день после задержания Фаркаш оглушил конвоировавших его полицейских и как был, в наручниках, сбежал из-под стражи.
Лишь спустя несколько дней полиции удалось арестовать беглеца заново - на грузовом пароходе, отплывающем в Китай...

Но и после этого ареста Фаркаш сбежал, успешно пересек границу с Египтом и за очередное ограбление был арестован полицией этой страны.
Египетские блюстители порядка сначала отправили было преступника за решетку, но после дебоша, устроенного им в тюрьме (в результате которого несколько надзирателей оказались в больнице), со вздохом облегчения передали его израильским коллегам.

Фаркаш снова оказался на родине, в тюрьме "Аялон", но пробыл там недолго и сбежал. Полиция снова приступила к его розыску. Обнаружен он был на одном из диких пляжей Ашдода, когда в костюме Адама лежал на песке и грелся на солнышке, почитывая "избранные сочинения" Мао Цзедуна.

***

В побегах, отсидках и преступлениях промелькнули 20 лет его жизни.
Выйдя в начале 80-х годов на свободу, Фаркаш заявил, что решил завязать с прошлым и удалиться от ненавистного ему общества - скучных, мелких людишек и коррумпированной власти - на природу.
Депутаты Кнессета были так растроганы этим решением, что подарили ему породистого скакуна и от всей души пожелали удачи в новой жизни.

Куда Фаркаш девал лошадь, неизвестно. Но с тех пор он и в самом деле стал жить на природе - в пещерах или палатке. Его видели то в Негеве, то под Иерусалимом, то в Галилее, и всюду, где он появлялся, случались грабежи, драки и другие преступления. Но доказать причастность к ним Нахмана Фаркаша либо не удавалось, либо дело заканчивалось для него короткой отсидкой за хулиганство.

Наконец, пришло время, когда Фаркаш почувствовал, что в самом деле устал скитаться по свету, и прочно обосновался в Галилее. Он начал стареть, но по-прежнему был хорошо сложен и крепок. С густой бородой, в широкополой шляпе и с посохом в руках он походил на библейского пророка.

Впрочем, нет! Скорее, Нахман Фаркаш напоминал сатира из греческих мифов. Сходство это усиливалось тем, что Фаркаш пристрастился играть на пастушеской свирели и стал поистине виртуозно владеть этим инструментом.
... и все же годы давали о себе знать, кроме того, вследствие пристрастия к табаку и гашишу у Фаркаша начался эндоартрит. Ему ампутировали ногу и стареющий сатир обрел почти постоянное место жительства в пещерах на горе Мирон - тех самых, в которых некогда скрывались от римских гонений еврейские мудрецы.

Он не стал ультраортодоксом, но превратился в одну из неотъемлемых живых достопримечательностей расположенной на этой горе могилы рабби Шимона Бар-Йохая, основоположника каббалы, автора великой книги "Зоар".
Вместе с многочисленными паломниками Фаркаш принимал участие в молитвах, ел в расположенной неподалеку благотворительной столовой, слушал проповеди известных раввинов и, конечно, играл на свирели.
Крайне редко он спускался в долину - не потому, что искал встречи с людьми, а чтобы проведать прирученных им диких животных: обитающие в Галилее лани, лисы и даже кабаны по непонятным причинам так и льнули к ногам Нахмана Фаркаша.

Иногда он гостил в доме своей бывшей любовницы Хавивы Альперон, сестры знаменитых мафиози Альперонов, которая пронесла любовь к этому странному человеку через всю жизнь.
Когда братья Альпероны поняли, что их сестра никогда не откажется от связи с Фаркашем, какой бы непрочной эта связь ни была, они купили ей дом в поселке Кадита, расположенном неподалеку от Цфата и горы Мирон, и именно в этом доме ее навещал Фаркаш.

На самом деле их связь продолжалась до 2012 года. Только после этого они окончательно расстались, но Хавива продолжала подкармливать Нахмана и в последний раз виделась с ним, видимо, менее чем за сутки до его смерти. Впрочем, до их последнего свидания произошло немало событий.

***

В сентябре 2005 года в огромный холодильник Института судмедэкспертизы «Абу-Кабир» привезли упакованный в черный полиэтиленовый мешок труп пожилого мужчины. Труп был обнаружен туристами в живописном уголке Галилеи, неподалеку от арабской деревушки Бейт-Джан. В покойном полиция опознала Нахмана Фаркаша, одного из самых знаменитых преступников за всю историю страны.

Информация о смерти Фаркаша, чье имя некогда наводило ужас на израильтян, была немедленно опубликована во всех газетах. Но очень быстро выяснилось, что Нахман Фаркаш снова - в который уже раз - надул полицию. Судмедэкспертиза установила, что данный покойник при жизни был отнюдь не Нахманом Фаркашем, а неким Бутрусом, туристом из Южной Африки, 17 лет назад приехавшим в Израиль и поселившимся в Галилее...
Полицейские, между тем, поначалу были настолько уверены в своей правоте, что полковник полиции Эфраим Эрлих, в прошлом чемпион Израиля по боксу среди юношей, тренировавшийся с Фаркашем в одном зале, приготовил скорбную речь, которую собирался произнести над его могилой.
Эрлих даже попытался найти давних друзей Фаркаша - его адвоката Цви Лидского, а также соучастников совершенных им преступлений, но выяснилось, что всех их к тому времени уже не было в живых.
Лишь один бывший подельник Фаркаша оказался жив, но и тот отказался прийти на похороны. Более того, он запретил предавать огласке свое имя, так как его сын - известный всей стране адвокат, а внук - летчик-истребитель ВВС Израиля, и подобная публикация о прошлом их отца и деда совсем ни к чему.

- Хорошо, что он умер, - сказал бывший подельник Фаркаша. - Нахман не заслуживает того, чтобы о нем сказали доброе слово даже после смерти. Всю свою жизнь это был эгоист, который отталкивал протянутую ему руку и сам никому никогда никому не протянул руку помощи. Я не понимаю, почему Бог до сих пор терпел его на земле...
Когда на следующий день стало ясно, что произошла ошибка, это больно ударило и по репутации полиции, и по имиджу газеты "Маарив", первой известившей своих читателей о том, что легендарный израильский рецидивист мертв.

Тем временем постоянные обитатели мемориала рабби Шимона на горе Мирон, прочитав некрологи, вспомнили, что они и в самом деле уже сутки не видели Фаркаша. Нет, в смерть Фаркаша они не поверили, так как подобное просто не умещалось в их голове. А потому вместо того, чтобы читать по нему кадиш, начали искать его по окрестным пещерам.
И хотя эти многочасовые поиски оказались безрезультатными, вскоре местные жители окончательно уверились в том, что они были совершенно правы, утверждая, что Фаркаш не может вот так просто взять и ни с того ни с сего умереть…
Янкеле-дудочник, обычно играющий на свирели у могилы рабби Шимона Бар-Йохая и собирающий деньги с паломников, рассказал, что видел Нахмана живым и здоровым в то самое воскресенье, когда в газетах появилось сообщение о его смерти.

Фаркаш поделился с ним своей мечтой - съездить в Умань на могилу рабби Нахмана из Бреслава, но для этого ему нужно было сходить в Цфат и получить в местном отделении МВД зарубежный паспорт.
А вскоре появился и сам Фаркаш, резво ковыляющий на своих костылях.

- Ну? - спросил он с усмешкой. - Надеюсь, вы не поверили, что я мертв? Но это хорошо, что газеты меня похоронили. Значит, жить я буду еще очень долго.
Да и с чего мне умирать?! В этом году мне исполнится только 70 лет, а мои мускулы так же крепки, как в молодости. Я ведь живу в пещерах, а жизнь в пещерах, как известно, способствует долголетию. Так что раньше, чем мне исполнится 140, я на тот свет не отправлюсь.

Произнеся эту блистательную речь, Нахман Фаркаш направился к своей пещере - готовиться к поездке в Умань.


Нахман Фаркаш в последние годы жизни
***

Как видим, он оказался в чем-то прав: после преждевременного сообщения о своей смерти прожил еще почти 9 лет.
Полтора года назад ему выделили социальную квартиру в Цфате, но он предпочитал жить в пещере, появляясь в городе лишь для того, чтобы принять душ, посетить врача и поболтать с владельцами кафе и магазинчиков, которые подкармливали его и давали по 10-20 шекелей на мелкие расходы...
Человек он, по словам всех, кто его знал, был странный и, мягко говоря, непредсказуемый. Временами он был очень мил, умел выслушать и дать мудрый совет собеседникам, порой выдавал целые философские монологи, не оставлявшие сомнений в его начитанности и оригинальности мышления.
Любил Фаркаш время от времени и сыграть в шахматы, причем, по оценкам местных любителей этой игры, играл где-то на уровне кандидата в мастера спорта. Вместе с тем, иногда на него что-то находило, и он вдруг начал осыпать всех окружающих бранью. Тогда лучше было не попадаться ему под руку...
Хавива Альперон рассказывает, что за день до смерти она приехала на Мирон и разыскала Фаркаша, чтобы напомнить, что на завтра у него очередь к врачу, который должен выписать ему медицинский канабис.
Фаркаш вроде бы давно мечтал о получении легальной травки, но тут неожиданно заявил, что ни к какому врачу не пойдет. На следующий день он был найден мертвым, и на сей раз в этом не было никаких сомнений.

Похороны Нахмана Фаркаша и установку траурного шатра, куда могли прийти желающие почтить его память, взяла на себя, как и ожидалось, Хавива.
Отдать дань памяти Нахману Фаркашу пришли многие.
Пожилые жители Рош-Пины вспоминали, как любили они собираться у костра, который почти каждый вечер разжигали два самых красивых и сильных парня в городе - Эхуд Банай и Нахман Фаркаш.
Первый только учился играть на гитаре, а второй - на флейте, и получалось это у них здорово. Тогда многие были уверены, что обоих ждет великое будущее.
С Банаем так, в принципе, и вышло, а вот жизнь Нахмана в итоге пошла под откос…

Впрочем, возможно, сам он считал иначе...

Барух Розин, «Новости недели»
 
МиледиДата: Воскресенье, 14.09.2014, 12:59 | Сообщение # 254
Группа: Гости





вот случайно набрела в сети на воспоминания от января 2000-го, без авторства, но написаны с любовью и каким-то задором, что ли...

Побрели паломники, Чувства придавив: Хрена ли нам Мневники - Едем в Тель-Авив! ...

Самое офигительное изо всех офигительных впечатлений - ощущение какой-то полной безопасности. Прямо физическое какое-то, может быть там в самом деле какое-то поле, сиречь Благодать? Или это у нас поле?..
Я только теперь поняла, насколько мы скованы, озабочены, напуганы и зажаты. Все время ожидаем каких-нибудь гадостей, придерживаем закостенелой рукой сумку...
А тут просто упиваешься этим спокойствием и чувством, что ничего плохого не случится никогда, ни с кем и нигде. (Я даже самолета перестала бояться).
Днем на скоростном шоссе, ночью в каких-то глухих лабазах (заблудились с Ленькой: как-то ночью вспомнили, что на утро нет хлеба и нет наличных и пошли вынуть денег из стенки (банкомат в стене, суешь карточку, высыпаются шекели) и забрели в какую-то промзону, склады, ни души - не страшно абсолютно), в огромном парке ночью наслаждение нечеловеческое, тишина, тепло, цветы, все освещено, да и днем гуляли в Миква Исраэль - что-то вроде ботанического сада и одновременно апельсиновые плантации - и не встретили за три часа никого, кроме толстых зайцев...
Совершенно обалденное и неописуемое впечатление. Как человек, которому жмут туфли, привыкает к этому и уже не замечает, а потом приходит домой, снимает их - и тут его пробирает блаженство...
Может это везде за границей так?!
Террористы? Первые две ночи они мне снились, а потом я начисто забыла о них и вспомнила только когда они опять кого-то зaстрелили, и опять забыла.
Ну совершают они примерно раз в месяц теракт - так разве у нас в Одессе меньше народу гибнет от ДТП и бандитов? каждый день парочку задавят и пару-тройку убийств бизнесменов и случайно подвернувшихся прохожих, не говоря уж о бандитизме.
А дети по ночам одни гуляют!
А на улице? Несется поток машин по шестиполосному зеркальному шоссе, - какой же еврей не любит быстрой езды? - кажется, никогда не перейти там, где нет светофора, но ... стоит опустить ногу на мостовую - и вся лавина без скрипа тормозов, без брани и злобы останавливается и улыбаются, гады!
Я вначале шарахалась от машин, которые проскакивают на волосок мимо, а потом мне сказали - не бойся, не задавят, это им слишком дорого обойдется. И действительно не давят.
И улыбаются все, как чокнутые, ни одной злой рожи.
Второе обалденное впечатление - это воздух и цветы.
Улицы и дома аж ломятся от цветов: олеандры клонятся от соцветий, белые, красные, розовые и очень розовые, еще какие-то огромные синие флоксы, желтые граммофоны, очень желтые, ОГРОМНЫЕ магнолии, кактусы величиной с дом - и все это пахнет, хоть ножом режь.
Огромное дерево, ствол там, крона и листья - смотришь, а это обыкновенный фикус.
Да, китайская роза, усыпанная цветами - это просто при дороге, у обочины, если можно так выразиться о стерильно чистой улице с тротуаром из розового гранита.
Привелось увидеть пустырь, так и он весь колеусом порос, это у них как лебеда. Во дворах икебана, деревья извилистые, художественно поросшие изумрудным мхом живописные камни, а если присмотреться, то у каждого цветочка, кустика, дерева и травинки можно заметить шланг с ма-а-аленькой дырочкой - капельное орошение. Нет, дохлое дело все это описывать. Кремово-белые дома увиты чем-то ползучим, с малиновыми цветами, листьев под цветами не видно, а потом я разобралась, что это листья у него малиновые, а цветы мелкие, белые. Короче, о флоре  писать не буду - это надо отдельную книгу, альбом, да еще Савицкий оказался такой же помешанный на растениях, мог устроить мне 40-минутный кросс “тут за углом есть одно замечательное дерево...” (и я ни разу не пожалела).
Так вот, мало им этого природного изобилия экзотических растений и, конечно, волосатых пальм классического профиля, так еще везде на стенах и на каждом окне - горшки с цветами! (Между прочим, можно очень быстро отличить арабские кварталы - там тоже чисто и богато, но цветов и зелени нет! Им не нужно).
Вечер наступает как будто выключили свет - в 8 заходит солнце, в 8.10 густая южная ночь.
С уличным освещением все в порядке, никакой экономии. Уж не знаю, откуда они берут электроэнергию - рек нет, нефти нет (они говорят, что Моисей 40 лет ходил по пустыне, и нашел-таки единственное место на Ближнем Востоке, где нет нефти), вообще ничего нет.
Даже почвы нет: тучные поля, апельсиновые плантации - “пардесы” - все на камнях. ( Я поняла происхождение слова “парадиз” - пардес, апельсиновый сад. А что еще мог подумать несчастный пилигрим или тупой крестоносец при виде апельсинового сада, растущего из голого камня, как по волшебству?).
Камень! Пыли - и то нет, откуда ей взяться?
Да. В цветущих кустах ночью загораются фонари - эх!... В фонтанах - тоже.
Днем все это благоухает, казалось бы до предела, но ночью еще сильнее.
Выхлопы? Абсолютно никакого смога в помине нет, А что касается жары, то это просто ерунда, не жарче, чем у нас летом (правда, я не добралась до Красного моря, может там и жарче, но не в Тель-Авиве и тем более не в Иерусалиме - 800 м над уровнем моря). Большую часть времени я там коченела: в автобусах колотун, в магазинах тоже, в банке, в музее, на вокзале - везде просто холодрыга, только на улице и согреешься.
Живут друзья в Холоне, это маленький городок, слившийся с Тель-Авивом, как и 4 других - в мегаполисе аж полтора млн, а в самом Тель-Авиве аж 300 тысяч.
Тель–Авив – огромный город с роскошной современной архитектурой типа бразильской - что ни здание, то ах и ой! Что-то завертывается лестницей, висит непонятно на чем, самопересекается...
А небоскреб в виде гигантского заточенного карандаша, стоящего вот именно на острие?
Розовый и белый камень, никакого бетона и асфальта. На крышах - сады, в садах кресла-качалки и зонтики. Никакой торжественности, белье висит на балконах, в палисадниках тазики, пахнет шашлыками (говорят, что национальный израильский спорт - помахивание лопаткой над мангалом), но все чистое и аккуратное, и все ужасно удобное и приспособленное для людей. (Парадокс - на чисто вымытых улицах валяются обертки от мороженого. Урн почти нет: в урну можно подбросить бомбу).
О магазинах совсем не буду. (Мы думали, что у нас сейчас все есть - так вот, у нас нет абсолютно ничего! Цены на промтовары выше, на фрукты ниже, при минимальных зарплатах $500-1000).
О сортирах (бесплатных, кстати) - тем более ...
В Холоне бразильских извилистых и висячих небоскребов нет, там двухэтажные совершенно сказочно-мультфильмовые особнячки с садиками - все разные, уютные, идеально чистые, естественно в цветах и кактусах, в основном ослепительно белые. (Они, конечно, живут в 4-этажке, никаких излишеств, но все добротное и аккуратное и построено не ногами, и в подъезде чисто и пахнет цветами).
Много синагог - они тоже очень красивые, маленькие такие домики со всякой там символикой, менора (семисвечник), буквы священные (изображения бога у нах ведь нет, поэтому объектом видимого поклонения являются книги - шкаф со священными книгами. Ибо сказано: Вначале было Слово, и Слово было Бог), цветы и тишина, сидит пейсатый старичок в касторовой шляпе и сюртуке, в положенное время оттуда поют заунывно или бубнят нараспев. Много ортодоксальных верующих, выглядят они отпадно - кипа (ермолка, блинчик такой на затылке с кофейное блюдце, цветной или белый), длинные одеяния с какими-то кистями по бокам (это что-то там значит) или черная шляпа и черный жилетный костюм и тоже длинные пейсы. Очень экзотично и вызывает даже какое-то уважение.
Вообще страна насквозь религиозная и никуда от этого не денешься, даже слово кнессет - это не что иное, как синагога, законы религиозные, в том числе гражданский кодекс, кошер соблюдается безусловно, безоговорочно и очень серьезно, даже на мороженом написано, что все проверено и синагогой одобрено в пищу...
В школах учат Танах и прочее пятикнижие Моисеево. Если это кого-то раздражает, лучше и не ехать туда. (Меня, например, это совершенно не раздражает). Не надо соваться в чужую синагогу со своей Торой!
Естественно, народ на улицах не сплошь ортодоксы, в основном народ в майках и шортах, множество красивых, величественных, не согбенных старух и стариков, которые прогуливаются, сидят в уличных кафе и в садиках и улыбаются, радуются чему-то...
Я гуляючи одна по Тель-Авиву познакомилась с попивающим пиво на набережной веселым аборигеном лет 50 - славно пообщались на иврите, он поведал мне всю свою трудную жизнь, детство в Марокко, пять войн за независимость и т.д.
Совершенно нет разнаряженных - майка, юбка или шорты, какого попало цвета, кепочка и обязательно на ремешке бутылка питья. Увешаны побрякушками и экзотично выглядят только эфиопские и йеменские евреи, иногда черные, как антрацит, но тоже в кипах, и крошечные мальчики в крошечных кипах. Ну и, естественно, наши туристки, которых всегда можно отличить по разодетости, наглой и злой роже и волосатым ногам...
Много на улицах солдат и солдаток - этакие смуглые амазонки с огромным автоматом на хрупком плече, веселые, но гордые, и стройные, как ливанские кедры.
А полиции, как ни странно, совсем не видно, совершенно, но когда мы сделали не там поворот, полицейский материализовался, проколол дырку у озабоченной Линки в карточке, и растаял в аромате магнолий, как и не было его. Работают люди потому что, а не болтаются возле пивных, поэтому и ночью можно в парк ходить. Можно сидеть на скамейках, которые всегда стоят именно там, где надо, можно на парапете, совершенно не запрещается ходить, сидеть и лежать на газоне или на клумбе, а можно просто на тротуаре. А тротуары все каменные и совершенно чистые. Молодежь так и делает - садится там, где захотелось, галдят, едят, поют, обнимаются, разговаривают по радиотелефону.
Можно зайти в Кнессет, полюбопытствовать, говорят - даже поприсутствовать, можно на фабрику по обработке алмазов - нас водили на экскурсию: никаких обысков, никаких загородок, вот они сидят, задумчиво выбирают алмазик из кучки, на компьютере его рассматривают, многие, кстати, в кипах и с пейсами, а между станками прогуливаются экскурсанты. Тут же ювелирный магазин, тут же поят бесплатным кофе и соками. И никаких досмотров и отбираний сумок. Наверно, наблюдают там как-то, скрытые камеры или что...
А в большом магазине, в музее или на вокзале, словом в местах скопления народу, бдительная охрана: солдаты могут проверить сумку.
Друзья купили мне три экскурсии: Север (Голаны), Юг и Иерусалим. В Иерусалиме полдня - конечно, мало. К тому же экскурсии по линии Сохнута, для потенциальных репатриантов, поэтому тематика чисто еврейская, никакого христианства, так что всякие храмы Гроба господня и прочие Голгофы видела только из автобуса.
Но зато старый город!.. ... весь на горах, ступеньками и уступами, конечно, белый и розовый. Этакий трехмерный лабиринт, поросший цветами и залитый солнцем. Узкие каменные улицы, даже не улицы, скорей коридоры?
Некоторые улицы внутри горы, ужасно романтично. Никаких развалин, все чисто, и везде живут: в трехтысячелетней крепости, где кишат экскурсии и про каждый камешек что-то рассказывают, тут же в каменной стене дверка, половичок, почтовый ящичек, белье висит, пахнет едой... Дворик с носовой платок, весь в цветах, или балкончик, торговая улица - магазины там же, где они были и при Давиде, и при Ироде Великом...
Во все это причудливо вклиниваются какие-то грандиозные мечети 6-7 века, естественно, действующие (нас, евреев, туда не пустили, а мы и не рвались), в плавную речь экскурсовода вдруг резко взвыл откуда-то сверху муэдзин - пора, значит, мусульманам на намаз. Акустика в камне та еще...
Христианских церквей тоже хватает - абсолютно все разновидности христианства имеют там свои храмы и монастыри: некоторые построены крестоносцами и храмовниками, грузинская (“а вот тут жил, умер и написал “Витязя в ...” настоятель и казначей Шота Руставели”), армянская, православная такая, православная другая, церковь всех наций, католики, протестанты, и т.д и т.п., остатки римской стены и кусочек мозаики на полу - это римляне...
Полный аут!
В арабских кварталах голые арабчата и масленые торговцы шербетом, впрочем, довольно дружелюбные, один даже угостил экскурсию своими сластями - видно, взгляды были очень голодные, а шекели жалко ..., тут же предлагают сок из апельсина: берет апельсин, в тиски специальные - жмак! и стакан сока, великое множество торговцев туземными талисманами, украшениями (очень дешево) и прочей экзотикой.
Никто ни на кого не бросается, и не терроризирует: они тут тыщи лет живут, у них дело, лавочка, свечной заводик (две комнатки, вкусно пахнет воском, а цветные свечи - произведения искусства, в форме всего, чего только можно и нельзя вообразить), все эти политические игры их не касаются...
Ну, естественно Стена плача - просто восьмиметровая каменная стена, много молящихся, я протолкалась, сфотографировала, запихала записочку и отколупала камешек, но прочувствовать грандиозность момента не удалось.
Много народу, да еще экскурсия сильно мешает вообще-то: “Стена справа, туалет слева, встречаемся через 20 минут вон у того дерева”...
А если вдуматься - Стена Того Самого Храма того самого Соломона!
Она в самом деле существует, никакой не опиум для народа - вот, стоит! Офигеть можно! Да разве я бы поверила, если б мне году в 74 (я тогда вполне прониклась идеями Бен-Гуриона, но держала при себе) сказали, что я сюда попаду?..
Сам город как таковой практически не видела, запомнились только восьмиэтажные дома со входом в середине (на 5 этаже) - по закону выше 4 этажей надо строить с лифтом, так они строят такие восьмиэтажки возле гор - вверх 4 этажа и вниз 4. Панорама очень красивая, всякие там современные эстакады и развязки рядом с римскими акведуками. Воздух голубой, город белый, зелень зеленая, небо какое-то объемное, солнце абсолютно языческое, поверх всего этого сень тысячелетий.
Какой может быть раздел Иерусалима - не понимаю...
Там есть арабские кварталы, есть христианские, армянские, еще черт знает какие, все живут, работают, никого не выгоняют, мечети функционируют...
По утрам дати (ортодоксальные иудеи) в сюртуках и черных шляпах с полями бегут на автобус, ухватив пейсы в рот.
По субботам гуляют, очень важные и обсыпанные детьми всех возрастов.
...Гора Фавор. Масличная гора. Гробница Давида, гробница Девы Марии. Гефсиманский сад с тем самым деревом (моление о чаше), а рядом - Сад Сахарова.
Яд ваШем (“Память и имя”) - Музей Катастрофы и Героизма, где в саду в честь каждого нееврея, спасшего еврея, посажено именное дерево, по возможности с его (спасавшего) участием (если он еще был жив и мог перемещаться), им же (не деревьям, а спасавшим) присвоено звание Праведника мира и пенсия в долларах.
При советской власти нашим этого не разрешали и деревьев русских и прочих украинцев там не было, а теперь упущение ликвидировано. Всемирно известен детский зал в Яд ваШем, где ты идешь в полной темноте, горит 6 свечей, а система зеркал создает 6 миллионов отражений, в том числе и вниз в бесконечность, как космос, звучит печальная музыка и голос читает бесконечные списки: “Роза Шульман, 5 лет...” Не для нервных.
Музей построен так, что его ниоткуда не видно, и никуда не по дороге, чтоб не приедался жителям в их повседневной жизни.
Туда надо специально прийти. Жизнь отдельно, горе отдельно.
Потом повезли на Север, двухдневная экскурсия.
Сначала древний римский амфитеатр типа “Колизей” в Кесарии - столица Израиля во время римской оккупации (см.Иосифа Флавия) - театр опять же действующий, там по вечерам при свете прожекторов и под шум Средиземного моря проходят разные музфестивали, балеты и спектакли всяких там Эсхилов и Еврипидов. Потом озеро Кинерет (оно же Тивериа́дское озеро, более известное как Галиле́йское море) - “вот тут стоял св.Петр, а Иисус шел вон там по воде”.
Обычный городишко Кфар-Нахум, обычный, пока не сообразишь, что по-латыни это звучит “Капернаум”... Это единственный водный резервуар страны, другой воды нет, поэтому переговоры об отдаче Голан я понять не могу никак.
Ведь если половину озера отдать Сирии, они его тут же засрут. Из него же вытекает Иордан.
В этих местах автобус едет между пустырей, огороженных колючей проволокой - там минные поля. Карт минных полей нет, они есть в Сирии, но Сирия их не дает. Поэтому туда пока пускают туристов - и нам интересно, и государству польза...
На территории Израиля имеется 17 климатических зон, поэтому когда едешь на автобусе, то каждые полчаса попадаешь в другую природу.
Кедры, эвкалипты (воздух - офигеть можно!), финики, кактусы, пальмы. Иордан - воробью по колено. Речушка невелика, но, что самое удивительное, что ее "западный берег", о котором идет столько шороху у арабов, простирается просто до Иерусалима!
А если еще пытаться с ними “договариваться”, то они натянут его и до Средиземного моря.
Всякий там гуманизм и желание идти на уступки дикари понимают однозначно как слабость и тут же наглеют. Всякие компенсации и дотации тут же прожирают, подаренные им дома загаживают, сады тут же вырубают на дрова, (ну не поливать же их в самом-то деле!) проклиная при этом оккупантов. Дело не новое.
Посетили несколько маленьких городков на Голанах - везде зелень, чистота и тучные плантации, все на капельном орошении, возле каждого кустика шланг с дырочкой. Они вздыхают: была бы у нас вода(Обсуждается даже проект транспортировки морем айсбергов - по расчетам, должны доехать).
Тем не менее в квартирах вода есть всегда, естественно и горячая тоже.
И фонтаны есть, и детские бассейны со съезжательными спиралями ( с одной спирали Линка меня-таки столкнула - там не просто желоб, по нему бурный поток совершенно голубой воды; страшно, аж жуть. Вообще-то голубая не вода, а ярко-голубой кафель, но цвет обалденный).
Древняя крепость крестоносцев в Акко - город упоминается еще по-моему до Библии. Похоже на подогретый Тракай. Вообще маленькие городки похожи на город Тракай с поправкой на флору и климат, только еще чище и еще спокойнее...
Совсем мало была в Хайфе - действительно, как все говорят, похожа на Одессу, какой была бы Одесса, если бы в ней жили одни евреи и никогда не было советской власти...
Уютная, чистая, цветы, дороги, бразильские небоскребы, умопомрачительная перспектива бухты вкупе с синейшим Средиземным морем, порт и всякое такое, невыносимо золотые купола опять же всяких церквей, мечетей и еще каких-то никогда не слыханных нами, но могущественных религий типа каких-то бахаев, которые увлекаются насаждением каких-то особенных садов...
Теплый цветочный ветер, улыбающиеся прохожие, ослепительные магазины и убийственные уличные кафешки с блюдами “типуси исраэли” - типично изральское, например огромный карман из теста, а за прилавком на огромном вертикальном стержне насажено мясо, как детская пирамидка, так оно жарится, а продавец состругивает его как карандаш, и "стружкой" набивает этот карман, граммов 200 мяса, потом напихивает туда специи и салатики. На прилавке стоит еще штук 20 салатниц с разными салатами из различных экзотических овощей, которые можно брать бесплатно сколько хочешь, но они не прогадывают, потому что когда съешь эту лепешку, дышать уже не можешь, и уходишь, скрежеща зубами от досады. Лепешка стоит 2 бакса (7шк)...
Старый Яффо - в наст. момент пригород Тель-Авива, а первоначально древний порт на Средиземном море, который завоевывали египтяне, финикияне, римляне, мусульмане, крестоносцы, сельджуки, мамлюки, арабы, Наполеон, англичане - все, кому было не лень за эти тысячи лет...
Тоже куча святых мест, музеи-квартиры всяких мудрецов, библейских и до-библейских персонажей, всех разве упомнишь, сколько их за это время накопилось... Тоже узкие каменные улочки, лестнички и спуски, своды и коридоры, цветы, кафешки, торговцы украшениями и местными сувенирами, но больше всего мастерских художников и выставок. Прямо-таки одна на другой, что и понятно, потому что красота и живописность необычайная, где сел - там и рисуй...
Что старый город, что море с берегами, что сады и набережные - офигеть можно!
Страшно уютно и опять-таки невероятное ощущение благодати и безопасности, какое-то излучение покоя и добра; так и хочется сесть где-нибудь на лестничке в узеньком розовом переулочке возле аккуратного крылечка (привет от “Степного волка” Гессе) из розового древнего камня и больше никогда никуда не идти. Во двориках чистота и тщательно ухоженные икебаны, в одном дворике даже дерево висит в огромном горшке на трех тросах. Чистенькие синагоги, фонари в кустах олеандр. К моему удовольствию мы были там не с экскурсией, а с Савицким, который, перемещаясь совершенно как броуновская частица, с криком “вот еще одно дерево посмотрим” , завывая от удовольствия, радостно вопя “А? Что я говорил, здорово?!!”, перебивая меня и сам себя, дико хохоча, понося арабов, евреев, коммунистов, демократов, Линку, отсутствие денег, проклятую жизнь и свою житейскую несостоятельность, дает картину гораздо лучше всякого экскурсовода...
Самое безнадежное дело из всех - это описывать пустыню Нэгев.
Двухдневная экскурсия на Юг - пустыня, Масада и Мертвое море. Автобус отъезжает из цветущего и кипящего ХХI-м веком Тель-Авива - и очень, очень скоро въезжает в пустыню.
Прежде всего: никакого песка с кактусами. Ни песка, ни кактусов.
Солнце, голые каменные громады и солнце. Невероятно величественные, обалдено причудливые циклопические каменные скалы и офигенные обрывы. Растений нет, похоже, там и микроорганизмов нет. Красота такая, лопнуть можно - пейзаж невероятной глубины и просторности с толстым налетом вечности и бренности всего сущего. (Одна туристка, засушенная и бедная старая мАсквичка, которая попала туда случайно и всю жизнь была весьма далека от библейской романтики, потом призналась, что ее одолевало жгучее желание попросить, чтоб ее оставили там, в этой пустыне - вы езжайте себе, а я тут подумаю о смысле жизни...)
Серпантинная дорога все время поворачивает, автобус с морожеными туристами несется в середине мироздания, экскурсовод повествует про Давида, который во-о-о-н там в пещере прятался от безумного Саула... Просто нельзя не офигеть. Я бы извела на эту пустыню не одну пленку, а 10, но все равно это бесполезно, это надо видеть, ощущать, осязать и обонять...
Заповедник Эйн-Авдат - ущелье невероятной глубины среди скал невероятной крутизны, извилистых, художественно выветренных, а в середине - водопад. По вертикальным стенам ущелья скачут какие-то козлы с козлятами...
Камни, - тут надо бы быть геологом - такие там разрезы! Вулканические черные, другие какие-то белые, в основном вообще-то цвет красноватый. Страшно загадочные пещеры на высоте, в некоторых из них действительно когда-то жили какие-то отшельники и диссиденты. (Тут же где-то в 20 годах ХХ века нашли бесценные Кумранские свитки - прижизненное издание Библии.
Все совпало, тексты, язык. Поражает, конечно, что “Слово о полку” мы читаем в переводе, а Библию на иврите - в оригинале.)
Время от времени в пустыне встречаются стоянки бедуинов. Ослики, верблюды, овцы, закутанные женщины (лица открыты). Жилища представляют собой 4 палки, на которых натянут кусок грязного брезента или положен картон, так что вся утварь и подстилки для спанья на виду. Всё.
Они не бедны - занимаются овцеводством, успешно торгуют мясом. Пробовали строить им дома - не хотят. Их дом - пустыня, и все тут. Оставили в покое. Бедуины являются гражданами Израиля и, хоть они и мусульмане, очень лояльны и даже с охотой служат в армии, говорят, классными пограничниками и следопытами. (Впрочем там никто особенно армии не боится, а девки особенно. А чего бояться службы, если казарм нет, отбыл положенную вахту - и на субботу - к мамочке).
Еще встречаются оазисы - пальмы, отягощенные финиками, и т.д. Это кибуцы. Все поливное, все из того же озера. Эх, вздыхают кибуцники, если б еще вода была...
Масада - героическая крепость возле Мертвого моря на вершине горы, гора небольшая, рекорда не поставит, по-моему 400 метров, причем вершина находится на 100 м ниже уровня моря, но резкие кручи среди обрывов и других таких же овеянных веками гор, выветренные голые камни и узкое шоссе производят-таки впечатление. Можно подняться пешком по древней дороге, а можно на канатной. Здесь засела последняя тысяча евреев с чадами и домочадцами, когда римляне сожгли Иерусалим. Зарево было видно 30 дней.
У них были припасы, вода и решимость не сдаваться...
Римляне подошли и расположились лагерем - сверху из Масады видны остатки укреплений. Ждать им надоело, и они подсыпали насыпь к стенам, подогнали стенобитные машины и вломились. Каково же было их удивление, когда никого живого там не оказалось, обнаружили только двух женщин с пятью детьми, спрятавшихся в гигантской каменной амфоре. Их допросили, причем переводчиком был небезызвестный Иосеф бен Мататия, рядившийся в тогу (!) Иосифа Флавия, который и описал всю эту историю в кн. “Иудейская война”, а затем сам был описан в одноименной книге Фейхтвангером - как начальник крепости произнес речь “Умрем свободными евреями”, как тянули жребий, кто кого будет убивать (самоубийство - грех) и так далее. Жаль, что Фейхтвангер не дожил до момента, когда Масаду раскопали археологи - там с тех пор, как ушли раздосадованные римляне, никто не бывал - потому что там действительно нашли не только ядра римских катапульт и кости осажденных, но даже черепки от того самого жребия!
Интересно, что на могиле руководителя легиона, захватившего Масаду, в списке одержанных побед и взятых крепостей - Масады нет...
Мертвое море непрозрачное, светло-зеленого цвета, хорошо видна Иордания в дымке раскаленного воздуха. Вода никакая не вода, а горячий рассол, на ощупь как подсолнечное масло. Действительно выталкивает, чтобы зайти глубоко, надо держаться за перила. Отпустишь - и вылетаешь, как пробка. Но удовольствия никакого, и так жарко, а вода очень теплая, жирная и жгучая. Пахнет сероводородом.
Конечно, красиво и экзотично, конечно благоустроенный пляж с душем (на пляже черные скворцы берут хлеб из рук ) - вот тут и поджидает главная измена. После этого купания в масле я страшно рассчитывала на прохладный душ, и вдруг - господа, нас предали!!!- душ-то горячий!
Там, видно, в принципе ничего холодного нету кроме кока-колы. Естественно, в море абсолютно никакой жизни, а случайно занесенные туда веточки покрываются красивым соляным инеем. Туристы находят красивые кристаллы соли. Экскурсовод напоминает, что надо все время пить, и в назидание рассказывает про английского спортсмена, который хотел переплыть Мертвое море на байдарке (оно, по-моему, не шире, чем Волга внизу) - и к иорданскому берегу прибило совершенно высушенную мумию. Я добросовестно пила, но от жары даже там не страдала, у нас переносится тяжелее. Там до того сухо, что совершенно не успеваешь вспотеть...
Вокруг же всякие лечебницы, грязелечебницы и знаменитая фабрика косметики Мертвого моря. Нас туда водили, показывали заманчивые притирания и прочее, угощали кофием, подарили какие-то кремики от солнца, показали фильм.
Но что самое гнусное в этих путешествиях - то, что приходится возвращаться.
Шикарный аэропорт Бен-Гурион - громадина, самолетов и рейсов тьма-тьмущая -, конечно, холод внутри жгучий, сервис и прочее, зверская служба безопасности (потрясающий допрос на самые неожиданные темы вроде тематики моей работы в Одессе или кто есть кто на фотографиях, но никакого обыска - тонко работают). Весь коллектив пассажиров Боинга на Одессу (одесситы и репатрианты) организованно стоял в долгой (по причине вышеуказанных бесед) очереди, потом мирно сидел еще часа полтора в зале, все мило беседовали, осведомлялись друг у друга, не надо ли помочь, не принести ли чего из буфета, потом спокойно влезли в автобус, без сутолоки расселись в салоне, спрашивая друг друга, удобно ли, не стесняю ли я вас, не хотите ли газетку...
Но стоило самолету коснуться родной земли, как те же люди немедленно все вскочили, выдирая баулы, сбились в узком проходе несмотря на писк стюардессы, что мол подождите, до полной остановки, трапа еще нет, и так стояли, потея, галдя, пихаясь и держа вьюки над головами. Трап подали минут через 20.
Потом всех загнали в темный коридор с трубами и кабелями на стенах, вроде тоннеля метро, и без объяснений продержали час. Надо было видеть лица репатриантов, которые уже “абсорбировались” (официальный термин, есть даже министерство абсорбции) лет 5 в Израиле и начисто отвыкли от ненавязчивого сервиса. На них было ясно написано осознание своего идиотизма с этим приездом в гости на доисторическую родину и, похоже, слабая мысль о товарных вагонах, Сибири и пр.
Я объяснила им, что это программа реабсорбции, они слабо прошептали “мы идиоты”. Однако даже после несчастных двух недель эффект Родины очень, очень...
Дня два кроме “Боже, какой кошмар” и “Бедные дети” я не могла сказать ничего.
Серые улицы, низкие серые дома, грязные поломанные громыхающие и вонючие автобусы (без кондиционеров - еще чего!), подъезд (О!), лифт (О-О-О!), квартира, воздух, злые рожи, я все увидела новыми глазами, и глаза б мои этого не видали...
Что понравилось больше всего? Тель- Авив как таковой.
Нет, лучше всего Старый Яффо.
Нет, панорама Иерусалима.
А может, бухта с Хайфой?
Или Кесария на берегу Средиземного с колизеем и шумом волн?
Восточный базар (чистый!!!)?
Маленькие городки с узкими каменно-цветочными улицами?
Да что там говорить, конечно грандиозная пустыня Нэгев - это ни с чем не...
А все-таки Тель-Авив. Эх!...
 
дядяБоряДата: Среда, 17.09.2014, 17:28 | Сообщение # 255
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 434
Статус: Offline
действительно хорошо написано - уже забываться начинает наш приезд сюда и все эти удивительные чудеса, что увлекают и радуют приезжающих в страну гостей.
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » всякая всячина о жизни и о нас в ней... » воспоминания
Страница 17 из 26«1215161718192526»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz