Город в северной Молдове

Понедельник, 23.10.2017, 05:14Hello Гость | RSS
Главная | еврейские штучки - Страница 11 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 11 из 29«129101112132829»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » еврейские штучки » еврейские штучки
еврейские штучки
ПинечкаДата: Четверг, 28.02.2013, 14:10 | Сообщение # 151
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1105
Статус: Offline
– Фридмана знаешь?
Вопрос коллеги, смотревшего на меня с обезоруживающим (почти ленинским) прищуром, застал врасплох. Фамилия-то в наших палестинах, прямо скажем, не редкая: к одному из ее обладателей мать меня, еще пацаненка, гоняла чинить мои прохудившиеся ботинки; у другого Фридмана, в середине 70-х собравшегося «отвалить за бугор», я по вполне божеским ценам приобрел более десятка книг; третьего – медика – лично не знал, но с его дочерью в ранней юности общался… Был я наслышан и о других их однофамильцах – наших земляках: от волейболиста до автора нескольких изобретений и множества «рацух».

Имел  представление и о куда более именитых Фридманах: Александре – российском математике, создателе теории нестационарной Вселенной; о его соотечественнике Михаиле – одном из крупнейших современных олигархов; Джероме – американском физике, Нобелевском лауреате; да и Мортона ФридмЕна, лидера монетаризма (тоже американца и тоже Нобелевского лаурета), следовало б включить в ту же обойму, так как написание его и Джерома Фридмана фамилий – идентично: Friedman. Всё это я не преминул изложить моему коллеге, но сей внушительный перечень не произвел на него особого впечатления.

– Да не о них я тебя спрашиваю. Об Уильяме Фридмане – тоже американосе, выдающемся криптографе, родившемся, как утверждают, в нашем городе, – ты в курсе?

Пришлось промямлить: такого… что-то… по правде сказать… не припомню.

...Еще неизвестно, как сложилась бы судьба будущего аса криптографии, родившегося в нашем городе в 1891-м, если б не… еврейские погромы, прокатившиеся по западным и юго-западным губерниям Российской империи в 80-е годы.
Кишинев они тогда обошли стороной, но не было никакой гарантии, что очередная их волна не ударит и по столице Бессарабии (что, увы, и произошло в приснопамятном 1903-м…). Поэтому, как и многие другие евреи, семейство Фридманов в начале 90-х перебралось в Америку.

Первым отправился за океан отец семейства, Фредерик, владевший восемью (!) языками и надеявшийся, что и в Штатах его знания и профессиональные навыки переводчика окажутся востребованными. Но поначалу ему пришлось заниматься иным – ремонтом швейных машинок «Зингер». Тем не менее уже через год, по его зову, в Питтсбург, где жил муж, отправились жена Роза с детьми. Так завершился короткий – всего двухлетний – бессарабский этап биографии маленького Вольфа (да-да, именно так он был назван родителями в момент появления на свет Божий, а Уильямом стал уже в Америке).

... окончив Мичиганский сельскохозяйственный колледж, в 20-летнем возрасте, Уильям поступает в Корнелльский университет, где через три года получает диплом генетика. Тогда же появляется его первая научная публикация по этой дисциплине.
Казалось бы, жизненная стезя и профессия, позволяющая зарабатывать на вполне приличное существование, – обретены. Более того, появляется возможность карьерного роста: хлопковый магнат Дж. Фабиан в 1915-м приглашает молодого перспективного специалиста поработать в недавно им созданной Ривербэнкской лаборатории, где ведутся исследования по целому ряду наук: генетике, акустике, химии, криптоанализу и даже по литературе.
Одна из них – криптоанализ – оказывается весьма притягательной для Уильяма. Он ощущает и осознает, что именно это – его истинное призвание, и неслучайно уже через год его назначают руководителем криптографической лаборатории.

Очередной важной вехой в биографии Фридмана становится 1917,  шестого апреля Штаты вступают в войну. Успешное ее ведение невозможно без развитой системы шифрования, а выясняется, что в США такой структуры вообще нет.
Уильям ведет курсы криптографии для офицерского состава, издает учебник по криптографии, участвует – в качестве специалиста в этой сфере – в контрразведывательных (как сказали бы сейчас) операциях.
Благодаря его усилиям была разоблачена деятельность в Америке индийской повстанческой организации, члены которой пытались закупить оружие для борьбы со своими врагами. Были, разумеется, и другие акции, в то время не афишировавшиеся.

В конце 10-х и в 20-е годы Фридман сосредотачивается на преподавательской и исследовательской работе; выпускает ставшие почти сразу же знаменитыми свои «Ривербэнкские лекции» (из-за которых, к слову сказать, и возник первый конфликт с Фабианом: тот не указал фамилии автора на титульном листе).

В 1920-м, когда Фридман окончательно порвал с Фабианом, выходит в свет его самая, пожалуй, знаменитая публикация по криптоанализу – «Индекс совпадения и его применение в криптоанализе». Она со временем стала хрестоматийной, и ее автор не без оснований и тогда, и по прошествии многих лет называл ее самым важным своим творением.

Вскоре после этого Фридмана приглашают на должность главного криптолога войск связи США; в годы Второй мировой войны и в первые послевоенные он служит главным криптоаналитиком Министерства обороны, а затем – директором коммуникационных исследований NSA (Агентства национальной безопасности)...
Среди достижения Фридмана – создание американской шифровальной машины SIGABA, которая была рассекречена только в 1996 году; «взлом» целого ряда зарубежных шифровальных машин и массы шифров; участие в проекте SETI (поиске внеземных цивилизаций); исследование Манускрипта Войнича…

Фридман первым в мире – еще в середине 30-х годов! – предложил использовать компьютер в криптографии… Но, по мнению выступавшего перед нами лектора, специалиста по криптографии, самым важным достижением нашего земляка следует признать осуществленное в начале Второй мировой вскрытие японского «пурпурного» шифра, что позволило Штатам получить доступ к секретной дипломатической корреспонденции своего главного тогдашнего противника.

Авторитет Фридмана был столь велик, что именно ему энциклопедия Britannica заказала статью о расшифровке по кодам и по шифрам.

Не одно десятилетие Фридман прослужил в американских спецслужбах – и только задним число выяснилось, что он, оказывается, не давал там подписки о неразглашении сведений, к которым имел прямой доступ. Видимо, доверяли и так.

…Десятилетия напряженнейшей работы, конечно же, не могли не сказаться на состоянии этого незаурядного человека. На склоне дней своих он испытывал депрессию, перенес несколько инфарктов, последний из которых оказался роковым. 12 ноября 1969 года Уильям Фридман скончался. Его похоронили с воинскими почестями на Арлингтонском национальном кладбище.


Впрочем, и при жизни этому верному сыну Соединенных Штатов, ставших для него второй родиной, было воздано по заслугам. Он один из немногих удостоившихся особых наград – ордена Конгресса США и Медали Национальной безопасности, ему была вручена президентская Медаль за заслуги. Память «отца американской криптологии» была увековечена в залах воинской славы Агентства национальной безопасности и Американской военной разведки.

Многие реликвии, позволяющие нагляднее представить себе жизнь и деяния этого аса криптографии, не были утрачены благодаря Элизабет Смит – его жене и верному помощнику, прожившей вместе с Уильямом 42 года и нередко принимавшей самое непосредственное участие в осуществленных им сложнейших  операциях (в частности, во «взломе» немецкой шифровальной машины «Энигма»).

Помимо этого, супруги в качестве соавторов написали несколько книг с «криптологическим уклоном»: о Шекспире и Бэконе (удостоенных премии Фолгера), об Эдгаре По, Казанове, Чосере и др. Элизабет сохранила и даже сумела пополнить собранную мужем крупнейшую в мире частную библиотеку по криптографии...

Михаил ДРЕЙЗЛЕР
 
ПинечкаДата: Вторник, 05.03.2013, 09:35 | Сообщение # 152
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1105
Статус: Offline
давайте вспомним - это наша Настя

http://www.youtube.com/watch?v=H_sytvqcKQU&feature=share
 
ПлюшкинДата: Среда, 13.03.2013, 10:01 | Сообщение # 153
Группа: Гости





ох уж эти мне музыкальные евреи!..

 

 
papyuraДата: Суббота, 23.03.2013, 07:00 | Сообщение # 154
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1043
Статус: Offline
статья не новА, однако...
Смените памперсы!

...Я никогда не писал об Израиле - потому что для меня это сокровенное. О самом сокровенном не болтают попусту, как о боге, о непостижимом. Но сегодня молчать не буду.
У меня есть коллега – очень русская женщина, дочь советского генерала и вдова друга. Она давно живет в Иерусалиме. Не могу назвать ее имени – не знаю, как она к этому отнесется. Она не называет себя «патриотом Израиля», как некоторые окопавшиеся в блиндажах Нью-Джерси.
Но она, коренная москвичка, сказала мне так: «Если услышу, кто скажет плохое слово о еврейском государстве, собственными руками порву на куски».
И я тоже готов это сделать. Но боюсь, что сил не хватит – таких много.
Израиль – святая земля. По ней ступаешь с трепетом – везде ощущается присутствие бога. А бог появляется вместе с человеком. Израиль – место рождения человечества, и совсем не зря он ведет свое летоисчисление от сотворения мира. Божественный трепет не оставляет тебя никогда, поэтому народ здесь должен быть особый.
В Талмуде сказано: Израиль – как виноград. Его топчут ногами, но вино удостаивается царского стола.
Если я напишу «Израиль – это ...» и попрошу своих читателей продолжить фразу в комментариях, то текста окажется вдвое-втрое больше, чем этот. И все будут разными. Потому что у каждого из нас - свой Израиль.
Израиль ненавидят все – и цивилизованная Европа, и арабский мир, и Азиопа – Россия, - практически весь мир. Потому что зависть – это самый первый и самый гнусный человеческий порок.
А завидовать есть чему.
Израиль – это бомбоубежище, постоянно находящееся под обстрелом.
Израиль – это маленький такой, абсолютно точный наноприбор, по которому народы и страны проверяются на вшивость антисемитизма.
Сегодня к этой многовековой ненависти добавился еще один термин – антиизраилизм. Его адепты ничего против евреев не имеют, но государство Израиль им просто чешется уничтожить. И дело здесь не в таких сумасшедших  как иранский президент, а даже не во "вполне цивилизованных" политиках Европы.
Израиль, наконец, - государство еврейского народа, которое им просто неохота таковым признавать. Здесь либеральной демократии больше, чем во всем остальном мире. Ее так много, что можно было бы и ужать – меньше бы митинговали в самые трудные времена...
Израиль всегда находил выход из самых сложных ситуаций. А если приходилось браться за оружие – побеждал, в основном.
Но ... в Израиле 7,7 миллионов премьер-министров и президентов. И каждый генерал убежден, что мысль у него стоит, как у новобранца – несокрушимо. И они знают, как и что делать.
Хотя Галич предупреждал, что нет страшнее человека, который «знает как надо». Их, правда, никто не слышит, но тогда они становятся плакальщиками с плотно закрытыми глазами.Они говорят о конце времен, о конце света, о конце Израиля.
Вспоминаются слова великого русско-еврейского публициста Владимира (Зеэва) Жаботинского, написанные очень давно, но очень актуальные сегодня: «Политическая наивность еврея баснословна и невероятна: он не понимает того простого правила, что никогда нельзя идти навстречу тому, кто не хочет идти навстречу тебе».
Это к вопросу о «двух государствах для двух народов». Один народ существует и добился фантастических успехов в строительстве своего государства, а с другой стороны – не народ, а средневековое племя, живущее на подачки, на воровстве, стремящееся к жизни по законам шариата, пытающееся уничтожить своих успешных соседей.
Если бы евреи были едины, арабы так бы не наглели. Евреи никогда не могли договориться друг с другом, ибо каждый считает себя светочем мысли, знатоком того, как надо.
И если нет единства и все такие умные, то арабы наглеют и выдвигают ультиматумы – на них ведь демократия не распространяется.
Израиль такой маленький, он чем-то мне напоминает нью-йоркский Лонг-Айленд – остров, ставший самым престижным районом столицы мира... Там живут очень богатые люди и их обслуга. Там древние рыцарские замки, по частям перевезенные из Европы. И синагоги очень богатые. И свой аэропорт для частных самолетов, и пристани для яхт. Нет пустынь, гор и болот. Вокруг одна благодать.
Вот на таком маленьком пятачке, как Израиль, тысячелетиями перемешивались народы разных государств. Все государства Европы здесь топтались. И текла эта земля, будто бы сочащаяся медом и молоком, кровью людской.
Нынешние соседи израильтян живут на плату за террор.
Основное занятие политиков – склочничество. Они делают свой бизнес на войне и мире, на финансовых спекуляциях и глобализации.
Создание «палестинского государства» - для них бизнес, ибо им выгодно иметь постоянно действующий источник напряжения, военной угрозы.
Надо им всегда иметь такой вулканчик. Это государство и так называемым палестинцам ни к чему, и арабские страны в гробу его видали.
«Палестинцам» очень хочется быть вечно обиженными. За это неплохо платят. Поэтому они никогда не признают еврейского государства и не подпишут с ним никакого мирного договора. И шуметь вокруг этого будут вечно.
А европолитики будут наваривать на этом свои миллиарды.
Это же вечный бизнес – финансовые потоки, фонды, миротворческая псевдодеятельность. И никто из них никогда не скажет правду.
Израиль стоит лицом к лицу с современным варварством.
Антисемитизм и антиизраилизм поддерживается энтузиазмом миллионов. Это позорный энтузиазм, но марши энтузиастов гремят по всему миру.
Лондон и Париж, Мадрид и Рим, спокойный нордический город Осло уже ощутили в полной мере последствия желаний исламских экстремистов жить по законам шариата. Нью-Йорк это понял немного раньше...


Вы, конечно, не поверите, но это пустыня Негев в конце весны

...лет десять назад (а может, и больше) я прочитал в израильских газетах о советском генерале-еврее, который репатриировался в Израиль и привез с собой старенький армейский радар. И устроился с этим радаром неподалеку от аэропорта Бен-Гуриона и стал отслеживать миграцию птиц. Он не раз спасал самолеты от попадания в их турбины крылатых шахидов. И стал просто незаменимым и уважаемым человеком, создав свою фирму.
Он приехал в Израиль со своим стулом... не знаю, жив ли тот генерал, но это была единственная заметка о том, как наши люди полезны для страны.
После этого ничего подобного я не встречал в СМИ, хотя сам знаю многих людей, которые несут эту страну на своих плечах.
Мне бы очень хотелось о них рассказать. Но оказалось – нельзя. Не потому, что среди них мои друзья и родственники. А потому что Израиль очень маленькая страна, и я даже не имею права назвать их по именам, не то что по фамилиям, назвать фирмы, в которых они трудятся, города, в которых живут. Они не имеют права встречаться с журналистами и с людьми, хоть как-то связанными со СМИ. Я «вычислил», что они делают, знаю их невест – совсем юных докторов наук, могу только сказать, что все это называется словом «хай-тэк» - сферой высоких технологий.
Государство Израиль – мировой лидер в этой сфере. Но я никогда не слышал, чтобы эти ребята рассуждали или вообще говорили о политике. Они трехъязыкие: по-русски говорят со своими бабушками-дедушками, на иврите изъясняются со сверстниками, когда мы ездим в лесопарк на пиво и шашлыки, и переходят на английский, когда речь идет о работе.
Как-то спросил у них:
- Вот у вас говорят и пишут о неком хрустальном куполе, который не пробить головой выходцам из СССР для того, чтобы попасть в высшее израильское общество. Это правда?
- Ну, ведь не железный купол, а хрустальный. Он легко пробивается, если есть голова. А для того, у кого ее нет, купол становится железным. Но так везде. Впрочем, это придуманная для оправдания собственной лени мантра.

Язык и культурные коды этого поколения, выросшего в Израиле, нам понять не дано. Но что такое новые технологии, мы тоже с трудом понимаем. Это совершенно новая медицина, основанная на современной диагностической аппаратуре, это биотехнология, нанотехнологии, робототехника, технологии виртуальной реальности - все это компьютерные науки.
Израильская экономика строится на передовых знаниях. Ребята изучают и придумывают разнообразные функции системных элементов – этого нам тоже не понять. Ведь мы люди 20-го века, а они – 21-го. Они обязаны применять знания, полученные в университетах и Технионе. Таким образом они становятся творцами новой техники и технологий...
Я иду по Святой земле, по самой кромке моря и вспоминаю стихи моего любимого поэта-романтика Павла Когана:
И где еще найдешь такие
Березы, как в моем краю?
Я б сдох, как пес, от ностальгии
В любом кокосовом раю.
И вот я в этом кокосовом раю, берез не видно, пальмы стоят, а у меня никакой ностальгии. Ну разве что по утренней прохладе.
Прохлада была вечером, когда мы приехали в Петах-Тикву, где на плоской крыше пятиэтажного дома шипели шашлыки и лилась кошерная водка. Мы пели песни Павла Когана: «Пьем за яростных, за непохожих, за презревших грошевой уют». У моего родича, бывшего главного инженера огромного завода подъемно-транспортного оборудования Марка, собрался чуть ли не весь израильский Могилев. Ну кем может работать в Израиле бывший главный инженер? Конечно, в хай-тэке, но только охранником. «И в беде, и в ярости, и в горе только чуточку прищурь глаза». Марк рассказывал, слегка прищурясь:
- У нас были стрельбы, и я плохо стрелял. За это меня лишили оружия и перевели на рукопашный бой.
Человек, который умеет смеяться над собой, неуязвим. Нашему народу веками было свойственно над собой смеяться.  И это его спасало...
Недавно в Париже прошел аэрокосмический салон в Ле-Бурже. На нем, помимо стран-гигантов этого дела, был представлен Израиль, который уже попал в тройку самых мощных производителей аэрокосмической продукции. Не будем говорить о том, что Израиль имеет свой космодром, откуда своими космическими ракетами выводит на орбиту свои спутники. Израильские спутники «видят» сквозь облака даже объекты, спрятанные под землей. Это новейшие технологии для предотвращения угроз. Ни у кого в мире, кроме США, ничего подобного нет.
А вот еще одна вещь, которой никто не обладает – система обнаружения взрывных устройств. В ее основе – беспилотный самолет, который производит аэрофотосъемку и передает изображение местности на компьютер командного пункта. И если офицер увидит, что произошли малейшие изменения грунта, переставлены камни, взрыхлена земля, значит, здесь заложена мина. Она уничтожается через несколько минут после обнаружения.
Только евреи сумели изобрести «кривое ружье», материализовав старый анекдот. Это система видеобзора и прицеливания к американской винтовке М-16 и израильскому автомату «Тавор». Она называется «Призрак». Вооруженный ею солдат в боях в городе избегает риска. Он бьет из-за угла точно в цель.
В Ле-Бурже не показывали новую израильскую ракету «Тамуз», ее рассекретили уже после аэрокосмического салона.
Она сама преследует цель на расстоянии 25 километров и автоматически меняет свой курс в соответствии с движением цели, независимо от того, самолет это или ракета. Монтируется она на шасси БТРа, поэтому в любой момент готова к запуску. Ведут ее не компьютеры – она самонаводящаяся. У нее только один недостаток – один выстрел стоит 500 тысяч шекелей. Всё имеет цену, но не всё продается...

Урожайность с каждого гектара земли Израиля в 30 раз больше среднемировой. А это потому, что сельское хозяйство Израиля полностью компьютеризовано, а его основные работники имеют высшее образование. Доярки с высшим образованием! Они не дергают коров за вымя – всё компьютерно – и дойка, и раздача кормов, и, пардон, уборка навоза. Вне компьютера только коровье мычанье и вздохи. Я это видел в кибуце.
И тут же в кибуце производятся молочные продукты – несколько десятков наименований. И все ароматно, вкусно, аппетитно, специфично. Этот кибуц на юге Израиля в пустыне по дороге в Эйлат.
- А где же пастбища? – спросил я. – Вот, например, в Молдавии животноводство не развито потому, что там нет пастбищ. Откуда пастбища в пустыне? И куда это они гонят коров?
- Коров гонят на прогулку. Им не надо пастись. А пока они гуляют, компьютер все им подаст.
Эти чудеса в сельском хозяйстве Израиля начались еще с докомпьютерной эры, когда в 1955 году Симха Бласс изобрел систему капельного орошения, когда к каждому живому растению подавалось столько воды, сколько ему требуется. И все произошло из-за дефицита воды...
Я был почти во всех городах Израиля. И каждый из них имеет свое лицо. Был в поселениях и просыпался от крика муэдзина по утрам. Но неизгладимо впечатление от Галилеи, от Кинерета, от природы израильского севера. Святая земля, святые места. Быть им вечно! Потому что на этой земле не должен расти бурьян.
Она цветет, потому что еврейская и потому что оплодотворена великим разумом моего народа.
Смените памперсы, господа плакальщики, - вы обделались.
И как бы вы ни тужились, конца времен и света не будет.
Тот, кто идет впереди, всегда мешает задним. Отсюда и ненависть.
Это как у Булгакова – «задние тоже хочут»...

Владимир Левин, Нью-Йорк
10 августа 2011
 
papyuraДата: Понедельник, 25.03.2013, 13:39 | Сообщение # 155
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1043
Статус: Offline
стихопоздравление к празднику Песах:
 
Когда с куском гефилте-фиш
Ты за столом еще не спишь,
И, как в тумане и в бреду,
Бредешь все дальше в Аггаду,

Не забывай, что сказка – ложь,
Но в ней намек таится все ж
На то, что нас не победишь.
Второй кусок гефилте-фиш?)

А потому пасхальный стол –
Оружье против аятолл:
Пусть знают сукины сыны,
Что мы по-прежнему сильны,

И бомбой нас не удивишь
Да погоди с гефилте-фиш!)
Пускай они горят в аду,
Пускай читают Аггаду,

Чтобы у них и млад, и стар
Все знал про десять Божьих кар.
Ну, а теперь глотнем винца,
Восславим нашего Творца.

Припомним тех, кто и доныне
Еще блуждает по пустыне,
Не зная посреди пути,
Как важно вовремя уйти.

Такие мысли год от года
Напомнят нам про тот обет,
Когда от рабства до свободы
Нас отделяло сорок лет.

Владимир Лазарис

и своё поздравление передаёт... Юлий Ким:



а так как Праздник в Израиле вот-вот наступит ( и дядяБоря уже поздравил всех), продублирую сей материал в блоге... дабы бОлшее число читателей-зрителей с ним ознакомилось
 
papyuraДата: Вторник, 26.03.2013, 07:12 | Сообщение # 156
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1043
Статус: Offline
своё поздравление прислал из Канады мой одноклассник Павел Аккерман:
 

 
sINNAДата: Вторник, 26.03.2013, 09:07 | Сообщение # 157
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 432
Статус: Offline
Здорово!!!
 
ФисташкаДата: Вторник, 02.04.2013, 07:58 | Сообщение # 158
Группа: Гости





Наталия Леонтьева, оперная певица, живет и работает в Европе. В Израиле побывала впервые летом 2010, давала концерты в поддержку территорий...

Письмо подруге из Израиля

Всё совсем неплохо, у нас был первый концерт. Просто дом культуры, но зал был полный, и принимали очень тепло . Мы пели на так называемых территориях - здесь совершенно особый микрокосмос, это как-бы форпост Израиля - споры ведутся за эти земли давно, часто они -кровавые, но люди, которые здесь живут - свято верят в то, что земля это - их.
А я - что? Мне в этом никогда не разобраться, я только знаю, что земли эти - очень важны стратегически для Израиля, и что без них Израиль будет беззащитен.
Я хочу, что бы Израиль - жил, и я была рада петь для них - хоть как-то выразить им поддержку и порадовать их. Они такие трогательные, эти евреи... Какие-то и мудрецы и дети одновременно. Их невозможно не полюбить...
Всё-таки здесь намного человечески теплей, чем во Франции, во всяком случае, в Париже. Они и живые, и обидчивые, и отзывчивые тоже... Иногда кажется, что им не пять тысяч, или шесть тысяч лет, а всего пять. С другой стороны - умные, начитанные, религиозные, многие изучают тору днями и ночами, и... всё хотят построить Храм, и ждут, мессию... верят в своё избранничество, и всё самоутверждаются...
А я-то думала, что Храм - это символ такой, очень сильный и действенный, но всё-таки - символ.
Но нет - обязательно надо его отстроить. Здесь, на Храмовой горе...
А я верю, что они его построят. И как не верить, даже если не верить в Тору, если видишь воочию, что они сюда вернулись и какую страну хорошую построили?
Очень много красивых и воспитанных людей.
Они не мямли или эгоисты, или и то и другое вместе, как французы. Здесь мужчины почти все с оружием, и они знают, что они живут на пороховой бочке.
Есть в них мужественность, которая рождается в человеке, когда он смотрит в лицо смерти, и духовность, и какая-то доброта...
Евреи добрые, в них нет ни равнодушия ни жестокости...
Зависть есть, но проявляется она как-то непосредственно, как у подростков...
В общем, я в Израиль влюблена, хотя это всё-же восток, и нет тут такого шика и блеска, как в Европе... Нет такой лощёности, но нет и сдержанности, - гораздо больше непосредственности.
Это и хорошо и плохо, и даже забавно после вышколенных французов.

Может быть, это и ценно - такая вот живая кровь...

А внешним здесь часто даже пренебрегают...
Приводят в музей в Хевроне, а рядом - бельё сушиться. Показывают трёхтысячелетние раскопки, и тут же - какие-то заборы из жести (что бы арабы не видели и не могли вести прицельный огонь, если что), ватаги босоногих детей, рядом с потным солдатиком с огро-о-о-о-мным автоматом и в бронежилете...
Дети играют и их родители ничего не боятся, а ведь ещё четыре года назад в них стреляли снайперы...
Солдатик дарит им патрон, предварительно вытащив запал... А Хава показывала мне каменную тумбу, в которой снайперский снаряд отбил угол - пуля
предназначалась ей, и стрелял снайпер не из далека, но, видать - ветер отнёс пулю, ведь промахнуться он не мог...
Да... Выражение "Бог спасает" - здесь не идиоматическое. Он и спасает. Вот так - от снайперов. И Хевронцы не боятся - шутят по поводу своих подвигов - "Это наша земля,- говорят, - здесь предки наши похоронены, значит, негоже нам боятся.
Бог спасет".
Идем в Хеврон из Кириат-Арбы (это через овраг), по дороге на каждой крыше, на каждом повороте, в каждой подворотне - по солдатику, и всем - Шабат Шалом, и все тебе в ответ - того-же. На площади около здания, которому три(!) тысячи лет - свадьба.
Стоят всё те-же солдаты с автоматами, а рядом - так чисто и искренне веселятся: на сцене играют музыканты, а народ отплясывает!!!
Такое в кино только увидишь, да ещё под охраной автоматчиков!

Хаббадник, которых я так вначале боялась, помолившись и сняв сюртук и чёрную шляпу, поёт джаз и рок ангельским тенором...

Я вижу здесь много доброго и человеческого, очень много любви, больше, чем где бы то не было...
Это добрая страна, добрая и ... очень выстраданная.
Мне, в общем-то, всё равно, все эти споры о том, что две тысячи лет - это давно, и они не имеют, мол, или имеют и на что, если всё-же имеют, права...
Я люблю их, и знаю одно, что хочу, что бы они жили тут!
Ведь это чудо, чудо - такая вот двухтысячeлетняя мечта - вернуться, такой вечный плач о родине, о разрушенном храме, такое упорство в вере...
Всё это - невероятно...
И я подумала - а ведь у них есть Родина, и всегда она была, а у меня её - нет. На Земном этом шарике нет...
А они зовут меня сюда, они говорят мне: ты наша, живи здесь, ты нам нужна... Неужели они подарят мне Родину, после стольких лет скитаний?
Разве можно Родиной - поделиться?
Они мне всю душу перевернули, эти евреи...

Эх, Танька Танька, да я просто придти в себя не могу...
И вправду - земля обетованная...
Одни камни и... камни... Каменная пустыня... А каждый камень тут - любим так страстно, с таким отчаянием...
С отчаянием скитальцев и изгоев...
Но - подумать только - две тысячи лет! И все они - разные, все - перемешаны с теми народностями, где жили: европейцы часто - белобрысые и голубоглазые, эфиопы - чёрные, марокканцы - как арабы почти, но всё-же не совсем... есть даже японцы, но всё это - евреи. Они чувствуют и видят себя евреями... Непостижимо, невероятно, уникально...

И везде, где живут евреи - они на этих камнях выращивают деревья и цветы...
 
ПинечкаДата: Пятница, 05.04.2013, 13:35 | Сообщение # 159
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1105
Статус: Offline
ДОПРОС
- Беня, дорогой мой! Шоб лопнули эти глаза, тьфу-тьфу-тьфу, не дай бог.
Сам Беня! - начальник отдела угро бросился пожимать гостю руку, потащил его к стулу, практически силой усадил и сам стремительно шлёпнулся в своё кресло, - Совершенно случайно проходили мимо? Не отпущу ни за какие деньги. И речи быть не может, шоб я так жил! И не просите даже. Вы такой редкий гость, такой долгожданный!
И он заорал в сторону двери:
- Зинаида Марковна?! Зинаида Марковна?! Станьте мне любезная! На минуточку, если вы не очень заняты!
Дверь кабинета приоткрылась и в зазор просунулась рыжеволосая женская голова.
- Шо вам уже надо, Зиновий Абрамович?
- Зиночка, - капитан перешёл с формального языка на внутриведомственный, - Идите оторвите булки от лавки и принесите нам кофе. Побольше! Вы шо, не имеете видеть? У нас в гостях сам пан Беня!
- Побольше чашки или побольше в чашку? - мрачно потребовала конкретики Зина, - И кого именно, кофе или воды?
- Побольше - это об кульке, - внёс ясность капитан, - Набирайте оттудова. Тот, шо поменьше и настоящий, для комиссии из главка. Это даже слону понятно!
- Знать не желаю, на шо вы там намекаете за слона, - визгливо сообщила Зина, - Но на мне сегодня та самая юбка, из которой пан Яша еле вытащил вашу Сару всем магазином.
Дверь громко захлопнулась раньше, чем Зяма успел ответить. Он поморщился и обратился к Бене:
- Так за шо мы с вами имели беседу? Ах, да! Такой радость, такой гость. Не отпущу ни за какие деньги.
- Командир Зяма, шо вы так усложняете всем жизнь? - спокойно осведомился Беня, закидывая ногу на ногу и вытаскивая из кармана золотой портсигар ручной работы, - Уже таки скажите, сколько дать. "Ни за какие деньги" - это сколько в честно заработанной валюте?
Или вы хочите в свободной и с гаком?
- Слушайте, сегодня у всех в голове вечно этот вопрос "сколько?", - изумился Зяма, - Как вы можете с порога говорить за каких-то денег, когда у меня такой радость? Сам Беня!
- Ну хорошо, - кивнул Беня, - Хочите делать волны, нехай вам будет сладко. Тогда мне цикаво поинтересоваться. Шо именно вас так заводит, командир Зяма - то, шо я скоренько пришёл через вашу повестку, или то, шо ваша повестка пришла до меня? Потому шо последний таки да настоящий чудо или не зовите меня больше Беня. Особенно с того раза, как наша почта вчера сгорела аж до полного целиком.
- Шо вы говорите? - всплеснул руками Зяма, - Сгорела? А кто поджёг, вы случайно не знаете?
- Кто говорил за поджог? - Беня вытащил из портсигара папиросу и вставил её в угол рта, - Дешевле умереть, чем палить эту малахольную халабуду с громкой фамилией Главпочтампт. Спросите меня, командир Зяма, так я отвечу, шо Беня очень любит жизнь. Хочите папироску?
- Спасибо, Беня, не курю, - отказался капитан, - У меня слезы ходят из глаз, когда я вижу, как вы таскаете свою безвременную кончину в этом дорогом портсигаре имени стоматолога Функа. Хотя шо я знаю за Функа? Ни шиша. Поэтому я в два раза больше рад, шо вы не знаете за поджог.
- Шо я могу знать за поджог, пан капитан? Я вообще панически боюсь огня. У меня даже нет спичек. А у вас?
- От шо за тюлька, Беня?! - Зяма покачал головой, - Вы имеете намекать, шо органы и аферисты это одно и тоже? Шо родная милиция сожгла родную почту?
- Я хочу прикурить, - хладнокровно ответил Беня, - И прошу органы занять мне огонька. Или это у вас тоже не за просто так?
- Та перестаньте сказать, - махнул рукой капитан, достал из ящика стола золотую зажигалку ручной работы и положил её рядом с Бениным портсигаром, - Прикуривайте на здоровье. По сравнению с ценой за кофе, это таки да за просто так. А вот и оно.
Дверь сотряслась от пинка, но не открылась. Беня подмигнул капитану.
- Какой нервенный напиток! Командир Зяма, шо вы там уже пришили бедному кофе, шо оно хочит покоцать ваш дверь?
Еще один пинок сотряс дверь. Из-за неё послышалось ворчание Зины:
- Шо такое? Зиновий Абрамович? Шо вы там запираетесь, как будто считаете, шо никто в городе не имеет понятия, шо вы там считаете! Будьте мужчиной, спекулируйте так, шобы люди не мучились вопросом или вы им по карману. Органы и так продаются по диким ценам.
Капитан закатил глаза и шумно выдохнул.
- Нет, вы видите, пан Беня, с кем приходится? Как тут не завыть на луну?! А вы говорите, оборотни в погонах.
- От шо вы вечно ложите чужих слов до меня в рот? Кто вообще говорил за органы? - Беня встал со стула, подошёл к двери и повернул ручку, - Зиночка! Какой приятный неожиданность. Шо ж вы не заходите? Скорее ставьте кофе на стол, а то разольёте ваш этот, я дико извиняюсь, химикат на ковёр и таки устроите пану начальнику его любимый пожар.
Зина поставила на стол две чашки с дымящейся жидкостью бледно-коричневого цвета, на мгновение состроила глазки капитану, смешно сморщила нос, скользнув взглядом по Бене, и вышла, воинственно качая бёдрами. Беня послал ей воздушный поцелуй и повернулся к капитану.
- Пан Зяма? А шо вам далась эта почта? Люди говорят, шо она таки очень удобно сгорела.
- Я почему так крепко переживаю за почту, Беня? - капитан шумно отхлебнул из чашки, - Этот непредвиденный пожар проглотил весь лантух с налоговыми отчётами. Титанический труд сгорел синим пламенем. Сколько заработали цеха, магазины, частные клиники, маклерские конторы, кабаки и прочие уважаемые заведения, теперь уже никому никогда не узнать. Пан инспектор немелодично вопит ой-вэй и рвёт себе последние волосы на пузе.
- Так скажите ему хором шо-нибудь утешительно-шуршащее, - предложил Беня, - Нехай не винит себя за стихийное бедствие. Предвидеть пожар не умеют даже старые яхны на базаре, а они предсказали ещё за реформы этого вольтанутого царя, пана Пети. И слушайте, какое счастье, что пана инспектора не было на почте в момент аварии.
- Имеются слухи, шо до пана инспектора уже ходили кое-какие уважаемые люди нашего города, - сообщил капитан, - Ну там.. галантерейщик Шульман, стоматолог Функ, терапевт Канарейчик. Даже маклер Спектор не смог сдержать сочувствия. Говорят, шо пану инспектору медленно, но регулярно становится лучше.
- Фартит пану инспектору, - Беня прикурил от капитанской зажигалки и мужественно пригубил кофе, - Сиди-катайся, кушай апельсину. А родной милиции сплошной головной боль.
Капитан хмыкнул и прешёл к основному моменту допроса:
- Кстати, Беня, вы случайно не знаете, сколько время на ваших неожиданно золотых часах имени маклера Спектора? Хотя шо я знаю за Спектора? Ни шиша. Но пора же уже и за дело сказать абиселе ласковых слов.
Беня затянулся, выпустил колечко дыма и, глядя сквозь него на капитана, спросил:
- Насколько ласковых, командир Зяма?
- Смотрите сюдой и решайте, как сами хочите, - Зяма положил зажигалку на портсигар, - Вы имеете замечать разницу в размерах? Так я сплю и вижу шобы её сохранить.
Беня оценил разницу и довольно кивнул.
- Таки я да умею предвидеть или больше не зовите меня Беня. Пан капитан, на улице, у входа в этот храм справедливого раздела с ближним, уже битый час мается мадам Соня с пачкой материалов по вашему делу. Так крикните своему штемпу на шухере, шобы ей дали зайти.
Через три минуты, насвистывая куплеты Мефистофеля, рыжеволосая Соня вошла в кабинет, хмуро кивнула капитану и нежно улыбнулась Бене.
- Бенчик, пан начальник передумал за праздник для кишени или тогда шо я прохлаждаюсь, как фуцел в бардаке?
- Нет, как мы с вами похожи, Беня, - сверкнул улыбкой Зяма, - Мы оба ни шиша ни за шо не знаем, это один. Мы оба ценим золотой цвет во всех его появлениях, это два. Мы оба умеем сразу найти общий язык, это три.
- Таки оба-на и триптих маслом, - кивнул Беня, - Или больше не зовите нас Беня. Соня, постойте уже свою красоту близко до командира Зямы, нехай ему станет капельку светлее в душе.
Соня обошла стол, остановилась около начальника угро, легко касаясь бедром его плеча, и, глядя в потолок, опустила пухлый конверт в полувыдвинутый ящик.
- Сонечка Львовна, вы таки настоящий Прометей, шоб им там икалось, этим задрипанным грекам! Хочите позавтрикать с божественным орлом? - воскликнул капитан, игриво толкнув женщину плечом. Та скривила губы и презрительно хмыкнула. Зяма театрально вздохнул, - От шо вы так не любите милицию, мадам Соня? А промежду нами, милиция от вас глаз отвести не может.. Тихо млеет от желания наложить на вас руки.. Рай в шалаше-одиночке.. Редкие свидания.. Ммм..
- Командир Зяма, таки хватит этой чёрной милицейской романтики. В вашем почтенном возрасте шуры-муры - это ядовитый яд, - тихо заметил Беня и бросил окурок в чашку с остатками кофе, - Вы же нам так дороги, как родной папа! Зачем нам вас потерять? Кто знает, почём будет чужой дядя в родном кресле?
Соня же просто молча сжала руку в кулак и сунула его капитану под нос.
- Вы такая красноречивая, мадам Соня, шо Гомер от зависти должен повеситься на статуе Гоголя, - спокойно улыбнулся Зяма, - Как вам к лицу этот шикарный маленький шрамик на костяшке. Я просто так и вижу в нем прикус имени пана Канарейчика. Хотя шо я могу знать за Канарейчика? Ни шиша.
Соня убрала кулак и сложила губки бантиком.
Капитан удовлетвлетворенно крякнул.
- Дорогой мой Беня, шо ж вы так сразу уходите? Но раз таки уходите, то шо так медленно? Загляните ещё в следующем месяце, слушайте? Я завсегда крепко счастлив вас видеть!
- Ой таки да, - Беня неспешно поднялся со стула и кивнул Соне, - Совсем забыл, мы же дико торопимся.
- И не говорите, пан Беня, - капитан нехорошо прищурился, глядя на гостя, - Какой занятой человек, какой занятой. Знаете.. вы только что убегали так сломя голову, шо даже забыли свой чудесный портсигар у меня на столе. Какой жалость, шо вам вечно некогда за ним зайти. Ах, этот паршивый недостаток времени.. Впрочем, за часы мы обсудим в следующем разе.
Начальник угро локтем сбросил портсигар в ящик стола, достал из него же золотое перо ручной работы и вывел на Бенином пропуске изящным почерком - "Временно свободен, мадам включительно. Пустить до выхода".
 
ПрохожийДата: Суббота, 13.04.2013, 10:42 | Сообщение # 160
Группа: Гости





интересные подробности узнал, спасибо вам!
 
papyuraДата: Понедельник, 15.04.2013, 11:33 | Сообщение # 161
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1043
Статус: Offline
НАЦИОНАЛЬНЫЙ АНТИГЕРОЙ
Пока одни переживали за судьбу плененного хамасовцами Гилада Шалита, другие на его имени пытались сделать политическую карьеру. Да и самого “газовского узника” кое-кто считает достойным войти в политическую элиту Израиля, на пороге которой оказался его отец. Однако Шалитам лучше было бы сидеть тихо и благодарить Израиль за то, что Гилад не попал под трибунал. В еженедельнике “Секрет” можете прочитать подробности о неприглядном облике “кандидата в герои”, которые, не убоявшись критики со стороны тех, кто считает Шалита знаменосцем будущего, описал один из ведущих израильских журналистов Бен КАСПИТ.
 Сегодня же вы можете прочитать несколько фрагментов из этой публикации, на иврите ранее вышедшей в газете “Соф шавуа”

В беседе с психологом, который был предоставлен ему сразу после возвращения в Израиль, Гилад Шалит признался, что боится встречи с армейскими следователями и ему, безусловно, было чего опасаться. Кто-кто, а уж он-то доподлинно знал все обстоятельства своего пленения. Знал, что все происшедшее в то утро, не делает чести ни ему, ни ЦАХАЛу. Он знал, что не выполнил свой воинский долг и не предпринял даже малейших усилий, чтобы предотвратить свое пленение. Более того, он знал, что, по сути дела, сам сдался в плен, даже не попытавшись выпустить хотя бы одну пулю, а ведь, по большому счету, вполне мог предотвратить то, что произошло, причем предотвратить относительно легко…

...Начальник генштаба Бени Ганц, ожидавший встречи с Шалитом на базе ВВС, назвал его героем, но на протяжении пяти лет, в течение которых обсуждалась цена, которую Израиль должен заплатить за освобождение своего солдата, я написал немало статей, обосновывая мнение о том, почему еврейское государство не имеет права пойти на подобную сделку: подобная капитуляция будет означать наш национальный позор и банкротство, и вместе с еще несколькими отчаянными моими товарищами-журналистами (Беном-Дрором Ямини и Равивом Друкером) плыл против общественного течения, которое предпочитало жить не умом, а чувствами, временами доходя до состояния истерии.
В конце концов Биньямин Нетаниягу тоже изменил свою первоначальную позицию и согласился заплатить за освобождение Гилада Шалита ту тяжелую цену, которую требовали террористы…
* * *
История, которую вы сейчас прочтете, основана на рассказе самого Гилада Шалита. Это его версия событий в том виде, в каком он представил ее следователям ЦАХАЛ.
Как уже было сказано, он опасался этого расследования. Он стыдился того, о чем ему предстояло рассказать. Но он все же сделал это – с тяжелым сердцем, поступаясь честью и самолюбием. Он старался не скрывать подробности и честно признался, что это был провал, что он не выдержал испытания. Созналсяи  в том, что недобросовестно выполнял свои обязанности по службе. Возможно, даже хорошо, что он сделал это сам, по собственной воле, а не под давлением или по принуждению следователей.
При этом Шалит доказал, что обладает поистине феноменальной памятью, вспоминая малейшие детали того, что происходило с ним днем за днем во время пребывания в плену…

Вот как выглядят обстоятельства захвата Гилада Шалита в плен по его собственным словам (опускаю по требованию военной цензуры лишь некоторые детали).
Террористы атаковали танк, в котором "несли боевое дежурство" Шалит и его товарищи, сразу после принятой в ЦАХАЛ утренней радиопереклички.
Дело в том, что, согласно установившемуся порядку, в течение ночи дежурство осуществляется экипажем танка посменно: двое спят, а двое бодрствуют. Однако с наступлением рассвета все должны проснуться и находиться на своих местах в танке, в любую минуту готовые вступить в бой. В это время начинается проверка связи и боеготовности всех подразделений. Каждое боевое звено должно отчитаться по радиосвязи, что у него все в порядке и оно в полном составе готово выполнить любую боевую задачу.
В то утро в радиоперекличке наряду с другими участвовал танковый экипаж, в котором проходил службу Гилад Шалит.
Однако на самом деле в танке в тот момент бодрствовал только один человек. Все остальные спали сном праведников: стрелок Гилад Шалит спал возле своей пушки, связист спал на месте водителя, водитель устроился на месте связиста, а командир находился в башне…
Шалит, по его собственному признанию, жил в армии по принципу “мое дело маленькое”. Его почти не интересовало то, что происходило вокруг: ни где именно находится потенциальный противник, ни каковы задачи его подразделения. Он, конечно, присутствовал на собраниях роты и при инструктаже личного состава, но никогда не вникал в подробности того, что там говорилось. Он был членом экипажа, он полагался на командира – и точка. Между тем, если бы накануне своего пленения Шалит прислушался к тому, что именно говорит командир роты, то узнал бы, что ШАБАК располагает горячей оперативной информацией о подготовке ХАМАС к похищению израильского солдата, вероятнее всего, с помощью прорытого из Газы туннеля. Если бы он прислушался к словам командира, то знал бы, что неподалеку от его танка расположены ребята из других подразделений, которые могли бы при необходимости поспешить на помощь и предотвратить захват. Мало того, в течение всей ночи всего в 200 метрах от Гилада, прямо возле пограничного забора, несли службу бойцы элитного подразделения инженерно-саперных войск “Яалом”. За полчаса до того как террористы напали на танк Гилада Шалита, одна из дежурных групп “Яалом” как раз сдала дежурство и направлялась на отдых. Так что когда произошло само нападение, солдаты этой группы находились, что называется, на расстоянии вытянутой руки. Но для того чтобы позвать их на помощь, надо было знать, что они существуют, что они, в отличие от Шалита и его товарищей, бодрствуют и в самом деле готовы выполнить любую поставленную им боевую задачу!
Увы, Гилад Шалит спал не только в танке, но и тогда, когда командир его роты пытался донести до своих бойцов эту информацию.
* * *
Итак, он остался на своем месте стрелка внутри танковой башни, моля судьбу о том, чтобы все это поскорее закончилось. И вот тогда на танк забрался один из террористов и бросил в башню две или три осколочных гранаты. Шалит утверждал, что не помнит, как раздался взрыв, но хорошо помнит, что пошел дым, помнит и его запах. Бронежилет и бронефартук Шалита приняли на себя большинство осколков, и в то время как его кресло было разворочено взрывом, сам он получил лишь легкое ранение. Один осколок попал ему в локоть и один – в ягодицу. Он был испуган и растерян. Он оставался в танке, но дым начал распространяться, и Шалиту стало трудно дышать. Тогда он решил выглянуть наружу.
Он вышел из танка безоружным. Свой автомат – укороченный М-16, прекрасный, удобный и безотказный, – он оставил лежать на дне башни. На языке солдат наших боевых подразделений это называется “бросить оружие на поле боя”. Если бы Гилад вышел из танка с оружием, он, возможно, увидел бы приближающегося террориста, возможно, открыл бы по нему огонь, когда тот взбирался бы на танк, и террорист был бы уничтожен.
Но Шалит не был готов сражаться...
 
ПрохожийДата: Вторник, 16.04.2013, 07:32 | Сообщение # 162
Группа: Гости





спал "герой" на посту - кто бы сомневался?! только глупец или полный маразматик вроде пэресидента...
Шалит под трибунал не попал, потому как ...сидел всё же, а шум такой подняли только из-за его французского гражданства(будьте уверены: о любом другом и не вспомнили бы)
 
ИмммигрантДата: Вторник, 16.04.2013, 09:51 | Сообщение # 163
Группа: Гости





Такая вот история произошла в Париже.
Намедни звонит моему отцу один господин. Заказчик. Отец мой скульптор, кто не в курсе. Так вот звонит ему этот господин и говорит что есть, мол, работа. Что за работа? Надгробие одному гражданину сделать.
Гражданин тот давно умер, а надгробие решили сделать только сейчас. Ну там памятник чтоб из бронзы, все честь по чести чтоб. А что за дядька такой важный этот усопший, спросите вы? Да в общем ничего особенного, скажу я вам.
Звали его при жизни просто - Шварцбурд Самуил Исаакович. И вроде бы ничем не примечательный гражданин был, вот только у него есть одна интересная деталь в биографии.
Наш герой родился в Измаиле в 1886 году. Жил в Балте под Одессой, участвовал во всех русских революциях, служил во французском Иностранном Легионе и даже заслужил там Орден Боевого Креста, что в общем немало. Но не это главное.
Главное то, что с 1920 года он жил в Париже. И там, в Париже он узнал, что далеко на Украине петлюровские ребятки под горячую руку вырезали всю его семью. Всех 15 человек. Не пощадили даже стариков-родителей.
И что же сделал по этому поводу наш герой, спросите вы?
Думаете он запил и попытался утопить в водке своё безмерное горе? Нет. Не таков был наш герой, хотя горе его и правда было безмерным. Наш герой был солдатом до мозга костей. Наш герой был человеком действия. Он нашёл Петлюру в Париже.
Был майский день. Птицы вовсю пели свои глупые песни.
Парочки прогуливались по бульвару Сен-Мишель. Петлюра стоял у витрины на углу улицы Расина и рассматривал замечательные кожаные штиблеты по 5 франков за пару. Приценивался. Наш герой подошёл ровной походкой к Петлюре и вежливо
спросил: "Скажите, неужели вы тот самый Симон Васильевич Петлюра, о котором все вокруг говорят?"
"Да", улыбнулся Петлюра приветливо. "Тот самый".
"Ой подумать только!" - всплеснул руками наш кавалер Ордена Боевого Креста и рассмеялся. "Вас то я и ищу!"
"А в чём, собственно, дело?" - удивился Петлюра.
"Видите ли, уважаемый Симон Васильевич, я должен передать вам привет от Исаака Шварцбурда и Хаи Шварцбурд". "Простите", смутился Петлюра, "я что-то не припоминаю...".
"О, в этом нет никакой необходимости, дорогой Симон Васильевич", улыбнулся широко наш герой. "Зато их очень хорошо помню я".
И выстрелил в грудь Петлюре из воронёного нагана! Бац! Потом ещё раз! И ещё раз! Три выстрела раздались в ту минуту, три пламенных привета предал наш герой. От матери, от отца, и один, последний, лично от себя.
Петлюра упал, заливая тёмной кровью тротуар. Парочки на бульваре бросились врассыпную. Птицы испугано притихли. Наш герой спокойно достал папиросу и закурил её над телом поверженного врага, пуская в прозрачный парижский воздух красивые кольца дыма.
Через несколько минут Петлюра умер, а нашего героя арестовала полиция. Прямо так, с папиросой. А ещё через полтора года его оправдал суд присяжных.
Самуил Исаакович Шварцбурд умер в 1938 году в Кейптауне, а в 1967 его перезахоронили в Израиле.

подробнее читайте здесь:
http://www.jewage.org/wiki/ru/Article:Мститель_Шалом
 
papyuraДата: Пятница, 19.04.2013, 08:51 | Сообщение # 164
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1043
Статус: Offline
КИШ МИР ИН ТУХЕС – поцелуй меня в жопу (идиш)

Дней, когда бы мне не гадили в душу, за время работы в московском такси, можно пересчитать по пальцам. Этот - не являлся исключением, однако, продуктом испражнения, в этот раз, явился скорее бальзам, нежели дерьмо.
День был самый обычный. Высадив пассажиров у Казанского вокзала и убедившись, что заменить мне их тут не кем, я поехал на стоянку Ярославского и Ленинградского вокзалов. Это с пассажирами туда ехать далеко и долго, а без них, всего несколько минут. Всех дел, развернуться на площади. А были мастера, которые умудрялись этот путь проделывать за час. С гостями столицы, естественно. И вряд ли бы об этом узнали, если бы не благодарный пассажир, накатавший эмоциональное письмо в управление, с просьбой поощрить отзывчивого водителя, успевшего к ленинградскому поезду. Поезд из Караганды опоздал, и у бедняги оставалось всего полтора часа, чтобы сделать пересадку. Если бы он знал, что перейти через площадь от одного вокзала к другому, всего десять минут.
И вот, стою я на стоянке в ожидании добычи, и добыча не заставила себя долго ждать. Садится ко мне женщина, вида довольно странного. Конечно, понятно, что человек, только что сошедший с поезда, особой свежестью не отличается. С этим у нее, как раз, все было в порядке. Она действительно не отличалась свежестью. Но вот взгляд, отличался какой то ненормальностью и эту ненормальность увеличивали необыкновенно мощные линзы ее очков. И, что еще бросалось в глаза, так это ее телодвижения, какие-то, неестественно резкие. Отнюдь не из праздного любопытства и, тем более, не из желания завести с ней знакомство, я поинтересовался, куда ее везти, а потому, что так предписывает инструкция. И это тот редкий случай, когда с инструкцией трудно не согласится. Ведь это хорошо для всех, когда таксист знает, куда нужно доставить пассажира. Ее реакция на мой, казалось бы, безобидный вопрос, ввергла меня в глубокое уныние своей неадекватностью. Подпрыгнув на сидении, она резко повернулась, сверля меня сквозь линзы, безумием своих глаз и выпалила:
- В Кремль, к Горбачеву!
Потом, немного успокоившись, она отвела от меня свой "взор прекрасный", обратив его в пространство и уже более спокойным голосом, продолжила:
- Всю дорогу, до самой Москвы, сионисты мне лучом жгли голову. Она начала, весьма назойливо, показывать мне-то место, которое пострадало от неведомой, лучевой атаки проклятых сионистов. В глубине души, я поблагодарил братьев сионистов за то, что они ограничились только головой. Зато, сразу стало понятно, на какой почве, бабе крышу снесло.
- Меня зовут Нина Андреева, вы, должно быть, слышали, - не унималась бесноватая пассажирка.
- Что за вопрос, - ответил я. - Конечно, наслышан. Только вот не имел чести быть знаком лично. Не обратив никакого внимания на моё дружелюбие и изысканность манер, полоумное создание продолжало свою ахинею:
- Я должна заставить Горбачева избавиться от евреев. Кругом засилье сионистов, русскому человеку ступить негде. - Вот же, подумал я, какая у бабы непруха по жизни. Ведь это надо было ей сесть именно в мою машину.
- А скажите, пожалуйста, что лично вам плохого сделали евреи, ну не считая, конечно, того недоразумения с лучом. Может в щи нагадили ненароком? - спросил я, с подчеркнутым еврейским акцентом. Она, как и в первый раз, резко повернулась ко мне. Теперь её, не обремененный интеллектом взгляд, разбавляла еще и подозрительность.
- А вы, случайно, не еврей? - забеспокоилась она.
- Вот именно, что случайно. Вообще-то я, должен был, быть чукчей, так как очень люблю строганину. Но я еврей, и должен есть мацу и фаршированную рыбу. Кстати, тоже очень вкусно, рекомендую попробовать. А то, небось, надоели щи, да каша.
Я почувствовал, что меня несет, но ничего не мог с собой поделать. Ведь сама же нарывалась, бестия. Она явно начала нервничать. Взгляд ее, стал хаотически бегать так, как будто она искала помощи. В конце концов, она остановила его на моей визитке, прикрепленной к крышке бардачка, прямо перед ее носом. Достав из сумочки клочок бумаги и ручку, она принялась записывать номер машины и номер таксопарка.
- Я напишу вашему начальству, чтобы вас уволили, прокомментировала она свои действия. - Невозможно, что бы евреи работали в сфере обслуживания, а тем более в такси. Господи, подумал я, а где же нам еще работать, но вслух спросил:
- А почему в такси- то нельзя?
- Потому, что вы хотите извести русский народ!- Резко ответила она.
- Не извести, а развести…
- Скажите мне ваше имя, отчество и фамилию - явно не желая продолжать дискуссию, допытывалась пассажирка. - Тут мелко написано, я не вижу.
- Киш мир ин тухес! - Вырвалось у меня.
- Как, как? - Удивилась ябеда.
- Видите ли, понесло меня - я еврей, и имя, и отчество, и фамилия у меня еврейские. Зовут меня Киш, папу моего, звали Мирен, а фамилия моя Тухес.
- Все у вас не как у людей, и имена и фамилии. - Злобно прошипела она.
Тем временем, мы уже подъезжали к психиатрической больнице, на Загородном шоссе.
- Это не Кремль! - не без основания забеспокоилась она.
- Горбачев не принимает в Кремле, для этого у него есть приемная резиденция. Мы, почти уже приехали, а к Кремлю нас и на километр не подпустят - как можно убедительнее сказал я.
- Вы уверены? - видимо, все еще сомневаясь, спросила она.
- Абсолютно! - Я уже и сам начал верить, что приближающаяся психушка, это приемная генерального секретаря. Хотя иди, знай?
- Ладно, знаю я, вы, сионисты, так и ждете случая, чтобы напакостить русскому человеку.
Сказать честно, у меня озноб прошел по телу, от такой проницательности. Но виду, конечно же, я не показал, а наоборот, как можно уверение, попытался возразить:
- Но почему, вы все время обобщаете, почему, всех гребёте под одну гребёнку? Ведь, среди нас, есть тоже, приличные люди! Я знаю? Писатели, поэты, музыканты, артисты, в конце концов, кумиры ваши!
Сам не знаю, как, но я продолжал говорить с ней на жмеринском диалекте. И, что странно, она, никак не отреагировала на мои изощрения. Более того, она как-то сникла. Мне, даже, показалось, что она уменьшилась в размерах, и только очки, оставались неизменно большими.
- В этом-то все и дело, - обреченно произнесла она - вы везде лезете, лезете, всюду пролазите, занимаете собой все жизненное пространство. Один пролез, и норовит остальных за собой протащить.
Вы везде. Русскому человеку, просто не остается места. Мы коренная нация, и что же, среди нас нет талантливых людей? Я знаю, вы все так считаете, мол, русские пьяницы и лодыри, а мы - золотой запас России. А чуть появится возможность, шмыг и в Израиль, с награбленным российским добром.
Мы уже ехали по аллее, ведущей к центральным воротам, а вдоль нее ровным строем по обеим сторонам стояли ухоженные деревца. Перед высоким забором из красного кирпича простиралась поляна с озерцом, придавая фасаду определенную респектабельность. Остановившись перед высокими металлическими воротами, я вышел из машины, предварительно навешав лапши пассажирке о необходимости оформления въездного пропуска, и направился к вахтеру, мирно почивавшему в своей будке. Я, в двух словах объяснил ему ситуацию, на что он ехидно улыбнулся и сказал:
- Только я бы тебе посоветовал, сначала подойти в приемное отделение и переговорить с дежурным врачом. Объяснишь ему ситуацию, а он подготовит достойную встречу. Главное, чтобы без эксцессов обошлось, сам понимаешь, публика у нас тут непредсказуемая. Дежурного врача искать, долго не пришлось. Среди славянских лиц санитаров, его семитский лик выделялся, как вишня в манной каше. Мы сразу узнали друг друга, и я как есть поведал ему страшную историю своей несчастной пассажирки. Он, в свою очередь, азартно потирая руки, произнес:
- Да! Типично наш пациент. К нам вчера как раз, еще одного Горбачева доставили, теперь их у нас три. У нашей дамы большой выбор будет, давай завози. Возвращаясь к машине, я поймал себя на мысли, что уже начинаю сочувствовать, без пяти минут пациентке этого, прямо сказать, лечебного заведения.
Вернувшись к машине, я обнаружил свою пассажирку в той же позе, что и оставил. Во всяком случае, мне так показалось.
Я подкатил к приемному отделению, где ее уже встречали санитары в штатском, то есть без халатов. За это время она не проронила ни слова и была вся, какая-то отрешенная.
Автоматически расплатившись со мной по счетчику, она так же молча, вышла из машины и в сопровождении санитаров скрылась за дверями приемного отделения.
Прошло немногим больше месяца, когда меня вдруг вызвали к начальнику отдела эксплуатации. Это известие ввергло меня в состояние активного пессимизма обрамленного в ненормативную лексику. Среди таксистов, сей кабинет, пользовался дурной славой, и именовался не иначе, как "касса по выдаче пиздюлей".
- Телега на тебя пришла - сочувственно сказал начальник колонны. А в душе, уже, небось, подсчитывал бабки и глотал слюну в предвкушении коньяка, которым мне придется отмазываться. Всю дорогу до "недоброго кабинета", я отчаянно пытался вспомнить, где и когда я облажался, но так ничего и не вспомнил.
Постучав в дверь и услышав резкое "да", я осторожно просочился внутрь кабинета. Интерьер, отнюдь не отличался изысканностью, но и не наводил ужас своим скромным убранством. Орудий пыток, подобно тем, что  видел в популярном сериале " Семнадцать мгновений весны", я тоже не обнаружил.
Немного успокоившись, я обратил взгляд на сидящего за небольшим письменным столом, мужчину средних лет. Вида, он был, совсем не начальственного.
Более того, глядя на него, вообще трудно было предположить, что сидящий передо мной человек, в столь простеньком прикиде, имеет какое-то отношение к "Мосавтолегтрансу", и в частности к таксопарку. Он, даже на таксиста не походил, а уж на начальника отдела эксплуатации, совсем, по моим понятиям, не тянул. Максимум - мастер литейного цеха завода "Серп и молот".
Знаки различия, как-то золотые украшения - печатки, перстни, цепочки и часы, напрочь отсутствовали, впрочем, как и платиновые запонки с бриллиантами.
Меня опять охватила паника. Если он не берет взяток, значит, с ним не договоришься. Если берет, а драгоценности держит в наволочке, значит - умный, хитрый и осторожный, что тоже мало утешительно. И уж совсем хреново, если он кагебист в штатском. Пока я все это думал, он себе, что-то писал обыкновенной шариковой ручкой. "Паркер" с золотым пером, как у начальника колонны, в его руке выглядел бы, по меньшей мере, нелепо.
- Да - так же сухо, как и в первый раз, произнес он. От его красноречия у меня стали дрожать коленки, а с ними и голос.
- Здравствуйте, я Бунич из 3-й колонны, вы меня вызывали?
Он тут же оторвался от писанины, отложил ручку и откинулся на спинку кресла. Постукивая пальцами по столу, он, казалось мне, сканировал меня взглядом и собирался... плакать.
Но я точно знал, что не сделал ничего такого, что могло бы заставить начальника отдела эксплуатации пустить слезу. Я даже с его женой не был знаком.
Я вообще не знал, женат он или нет. Мне стало страшно!
Пока мой организм тщетно пытался бороться с этим омерзительным чувством, раздался  оглушительный взрыв гомерического смеха. Пока он хохотал, мой организм тотально победил страх, и я постепенно начал приходить в себя. Тем временем начальник отдела эксплуатации решил-таки сделать паузу и, наконец-то объясниться.
- Нет, я просто хотел выяснить ваше настоящее имя - с трудом подавляя очередной приступ смеха, сказал он - так как к вам обращаться, Борис Юрьевич Бунич, или все-таки Киш Миренович Тухес?
После того, как я рассказал ему эту историю, он дал прочитать мне кляузу от той бесноватой пассажирки. Содержание кляузы, представляло собой художественный интерес еще меньший, нежели все выше изложенное повествование, поэтому цитировать его не вижу смысла. Скажу только, что автор кляузы была сильно разочарована тем, что таксист-еврей с неприемлемыми для русского человека именем отчеством и фамилией, обманом завлек ее в психбольницу, где все врачи тоже евреи. А Горбачев, к которому она так и не попала благодаря проискам сионистов, скорее всего тоже еврей, или татарин, но с этим она еще разберется.
Нахохотавшись, я покидал "нехороший" кабинет в хорошем настроении и с высоко поднятой головой, что дало мне возможность прочитать надпись на табличке, что я не мог сделать раньше по причине понурости.
А надпись на табличке гласила: Зам. директора по эксплуатации Лифшиц Михаил Давидович".
ЭПИЛОГ
Через некоторое время Горбачев открыл границы и евреи рядами и колоннами хлынули "за бугор".
Еще через время, и я стал гражданином Израиля. Правда, всего "награбленного российского добра", которое я прихватил с собой, были десять долларов, которые я заработал перед самым исходом на "скорой помощи", но это уже другая история...

Борис Бунич (Киш Миренович Тухес)
 
ПинечкаДата: Среда, 24.04.2013, 14:19 | Сообщение # 165
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1105
Статус: Offline
Генерал Сидней Шахнов

В американской армии редко случается, чтобы кто-либо, начав свою службу рядовым солдатом, достигает генеральского чина. А чтобы малолетний узник Каунасского гетто, чудом уцелевший в огненном вихре Холокоста в Литве, стал не просто генералом, но и командующим специальными войсками армии США - случай единственный и уникальный.
Сидней Шахнов - это американизированное имя Шаи Шахновского. Он родом из литовского города Каунаса, который местные евреи по-прежнему называли Ковно. Его родители состоятельные люди, владевшие весьма приличной недвижимостью и капиталом, получили высшее образование в Германии. Мать Шаи красивая и энергичная женщина была главной в их небольшой семье. Жили они богато и красиво, но сентябрь 1939 года заставил Шахновских задуматься о будущем. Родственники в Америке предложили эмигрировать, однако жалко было оставить свои дома, привычный стиль жизни. Из буржуазной Литвы еще можно было уехать, но летом 1940 в Литву вошли советские войска, и вскоре она стала одной из советских республик. 22 июня 1941 года Германия напала на СССР. Через два дня в Каунас вошли немецкие войска. Литовские националисты отметили начало войны кровавыми еврейскими погромами. Еще до вступления немцев в Каунас они стали убивать евреев и грабить их имущество. На глазах малолетнего Шаи были зверски убиты их ближайшие родственники. Спасло тогда семью желание немцев прекратить эту вакханалию. В их дом вошло несколько немецких офицеров и мать Шаи на превосходном немецком стала отвечать на все вопросы. Офицеры отогнали от их дома националистов и запретили трогать эту семью. Но через несколько дней вступили в действие немецкие антиеврейские законы. Вскоре всех евреев Каунаса заставили переселиться в предместье города, где было создано известное Каунасское гетто.
В книге своих мемуаров “Hope and Honor” отставной генерал-майор армии США Шахнов подробно описал свою трехлетнюю жизнь, а точнее выживание в гетто. Его родители сумели пронести в гетто свои немалые ценности (золотые и платиновые украшения, бриллианты). Они сумели их так спрятать, что ни литовская охрана гетто, ни внутренняя еврейская полиция при многочисленных обысках не могла ничего найти. Именно эти ценности помогли семье Шахновских уцелеть.
В 1944 году мать Шаи за плату сумела вывести из гетто и пристроить в литовскую семью сначала младшего сына Мулю, а затем и Шаю. Причем Шаю за два дня до известной “детской акции” в ходе которой были уничтожены все дети в гетто. Летом 1944 года Каунас был освобожден от немецких войск. Мать Шаи, скрывавшаяся в окрестностях города, вернулась в Каунас, нашла детей и вошли они в свой полностью разоренный дом. Там тогда стояли советские солдаты, которые уступили хозяевам одну из комнат их собственного дома. Отец семейства также сумел сбежать из гетто и решил присоединиться к литовскому партизанскому отряду. Отряд возглавлялся коммунистами, для которых Шахновский был капиталистом. И вначале ему не доверяли, даже решили сначала судить за свое буржуазное прошлое. Вскоре семья воссоединилась в Каунасе.
Брат матери настаивал как можно скорее покинуть Литву и пробраться к родственникам в Америку. И мать Шаи с двумя детьми двинулась через Польшу, Чехословакию, Венгрию и Австрию в американскую зону оккупации Германии, надеясь там получить разрешение на въезд в США. Отец остался в Каунасе все еще рассчитывая, что новые власти возвратят ему их семейную недвижимость. Почти полгода длилось это нелегальное путешествие. Достигли Шахновские американской зоны и с трудом нашли пристанище в Нюрнберге, но получить разрешение на эмиграцию в США не удавалось и стали они перемещенными лицами. Через год к ним присоединился отец. В Литве он ясно понял, что вместо возврата собственности ему светят далекие сибирские лагеря...
Только в 1950 году семья Шахновских получила долгожданную визу и в ноябре месяце они уже были в гостеприимном доме брата матери в городке Салем штата Массачусетс. Первым делом родственники заявили, что Шахновским надо сократить их длинную фамилию и американизировать имена детей. Итак, Шахновские стали Шахновыми, Шая - Сиднеем (сокращенно Сидом), а его младший брат Муля – Стенли. Все было незнакомо: страна, обычаи и самое главное язык, который Шахновские не знали. По возрасту Сид должен был быть в 8-классе, по знанию языка в 1-м. Начал подрабатывать на бензоколонке у дяди и язык пришел. Дядя уговорил директора школы поместить Сида в 8-ой класс. Он упорно учил английский, как говорится днем и ночью. Сид быстро вошел в американскую жизнь в противовес своим родителям, которые никак не хотели понять, что высшее образование в Германии и знание немецкого языка в Америке применения не находит. Встал вопрос о будущем. За время работы у дяди, Сиду очень понравились автомобили. Он освоил их мелкий ремонт и сумел собрать деньги на покупку подержанного авто. Но перспективы дальнейшего образования были нулевыми и случайно Сид прочел агитационный плакат американской армии. Зашел на вербовочный пункт и ему пояснили, что армия помогает добровольцам получить образование.
Записался в армию, прошел первоначальную военную подготовку. Узнав, что Сид владеет немецким, любит и хорошо умеет водить, его направили служить в американскую зону оккупации Германии. Стал он шофером и одновременно переводчиком одного из генералов армии США. Быстро из рядовых стал сержантом 1-го класса. Пришлось ему по службе временно возить командующего американскими войсками в Европе. Генералу понравился Сид, и он предложил ему поступить в специальную школу кандидатов в офицеры. Сид успешно заканчивает школу, но ... при производстве в первый офицерский чин выясняется, что он не имеет американского гражданства. Только через год Сид Шахнов становится гражданином США и офицером американской армии. Направляют его в далекий Вьетнам. Там он сумел проявить себя храбрым и грамотным командиром. Солдаты уважали его за заботливое к ним отношение и умение беречь их жизни. Один из его солдат впоследствии вспоминал: “Генерал Шахнов – блестящий командир и воин. Его уважали все. Он поистине герой Америки”. Во Вьетнам он поехал лейтенантом, а вернулся капитаном и Сиду предложили перейти в специальные войска... тогда они еще только формировались эти впоследствии знаменитые части зеленых беретов, служба в которых была делом избранных. Их девизом стало латинское “De Oppresso Liber (“Угнетенных освободим”!).
Заслужить право носить зеленый берет было непросто. Надо было быть физически выносливым, бдительным и исполнительным, знать, как минимум, один иностранный язык, отлично владеть всеми видами огнестрельного и холодного оружия, быть готовым действовать в любой обстановке и на любой территории. Шахнов успешно прошел сложную специальную подготовку, об этом и многом другом генерал вспоминает в своих мемуарах “Hope and Honor” (“Надежда и честь”), вышедших в свет в 2004 году...
И так получилось, что из 40 лет военной службы Сид 32 года был зеленым беретом, командуя их подразделениями. Он не только учил своих солдат и офицеров, но учился и сам. Одну за другой Сидней получает степени бакалавра, мастера и затем доктора наук. Это не считая ряда армейских специальных курсов, из которых высшими стали командные курсы генерального штаба. Высокий профессионализм приводит генерала Шахнова через много лет снова в Германию, но уже командующим американскими войсками. По иронии судьбы штаб его располагался в здании бывшего штаба нацистской авиации, которыми командовал Герман Геринг. В качестве личной резиденции семьи генерала Шахнова стал дом нацистского генерала Фрица Рейнхарда. В этом доме состоялся интересный разговор Шахнова с советскими генералами, которые тогда служили в Берлине. Он пригласил на обед советского генерала Евтеева с супругой на обед к себе домой. Евтеев привел с собой, как он сказал, своего друга генерала Дуленко. Но Шахнов знал, что Дуленко никакой не друг, а генерал КГБ. Трое генералов беседовали о всяком разном, в то время как их жены осматривали дом. Вдруг Евтеев, как вспоминает Шахнов, обратился к нему с вопросом: “Вы, еврей, переживший жестокости нацистов и освобожденный Советской Армией, сейчас представляете американскую армию в Берлине и защищаете людей, которые причинили вам столько зла. Вы готовы убивать тех, кто освободил и сохранил вам жизнь”. Шахнов признался, что не задумывался об этом, а затем решил, не углублять этот вопрос. Но тут вошла жена Шахнова и пригласила всех к обеденному столу. Комментируя эту беседу в своей книге, Шахнов заметил, что идея Евтеева была не нова. Время идет, и закоренелые враги могут стать друзьями. И он надеется, что люди смогут предостеречь мир от жестокости и ненависти.


Генерал Сидней Шахнов вышел в почетную отставку 31 октября 1994 года с поста командующего специального военного центра и школы имени Джона Кеннеди в Форте Брэг (Северная Каролина). Тогда же в этом главном учебном центре специальных войск армии США состоялась торжественная церемония с парадом и приветственными речами. В подарок отставному генералу был преподнесен американский флаг, который в этот день развевался над центром. Примерно за год до отставки Шахнову передали просьбу Белого Дома принять участие в церемонии проводов американских войск из Германии. Выступая на этой церемонии, Президент США Клинтон перечислил имена тех, кто внес существенный вклад в объединение Германии. Он сказал, что это были люди подобные присутствующим на этой церемонии полковнику Халверстону, который в 1948 году на парашюте сбросил конфеты детям Берлина во время берлинского кризиса и Сиду Шахнову - уцелевшему в Холокосте и ставшему американским гражданином здесь в Берлине. Затем Клинтон улыбнулся и добавил: “Он более известен как генерал Шахнов, командир бригады”. Пожалуй, ни один из американских генералов не имеет такого количества военных наград. Все они получены за храбрость, мужество и отвагу в “горячих точках “планеты, где пришлось воевать Шахнову. Это Вьетнам и Ближний Восток, Афганистан и Ирак. Из них два ”Пурпурных сердца, по две серебряных и бронзовых звезд. А перед отставкой генерал-майор Сидней Шахнов получил медаль министерства обороны США за выдающуюся службу в армии.
В 1996 году Сидней Шахнов посетил родной Каунас. С грустью он прошел по улицам своего трагического детства. Посетил 9-ый форт – место, где нашли мучительную смерть тысячи литовских евреев. Смог убедиться, что в ныне независимой Литве антисемитизм не умер. Оскверняются могилы жертв Холокоста и памятники на уцелевших еврейских кладбищах, печатаются статьи с антисемитскими карикатурами в стиле гитлеровского “Дер Штюрмер”.
И Шахнов понял, почему известные американские адвокаты не могут добиться от правительства Литвы компенсации за конфискованную еще нацистами и сохранившуюся в Литве их недвижимость и землю... Несмотря на солидный возраст, генерал Шахнов не сидит на месте.
Несколько раз он посещал Израиль, где выступал с лекциями перед военными. Он частый гость в форте Брэгг, которым он руководил перед отставкой и всегда его там встречают как героя.
В начале нового века Арлена и Сидней Шахнов отметили золотую свадьбу вместе со своими четырьмя дочками, зятьями и 14 внуками и внучками. Он познакомился с Арлин еще в школе. А она вначале солдатская, затем офицерская и генеральская жена всегда была вместе с мужем.
 Автобиографическая книга Сиднея Шахнова, которая упоминалась выше, по отзывам критики, представляет собой захватывающее повествование о судьбе еврейского мальчика из гетто, прошедшего свой жизненный путь с надеждой и честью.

Илья Куксин
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » еврейские штучки » еврейские штучки
Страница 11 из 29«129101112132829»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz