Город в северной Молдове

Вторник, 27.06.2017, 16:42Hello Гость | RSS
Главная | еврейские штучки - Страница 25 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 25 из 28«12232425262728»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » еврейские штучки » еврейские штучки
еврейские штучки
ПенелопаДата: Воскресенье, 05.06.2016, 15:20 | Сообщение # 361
Группа: Гости





У великого физика Льва Ландау было множество учеников, и подавляющее большинство из них были евреями.
Капица по этому поводу подшучивал над Ландау и даже как-то пообещал выдать ему премию за первого аспиранта-нееврея...

Когда из Днепропетровска приехал будущий известный физик Исаак Маркович Халатников, чтобы поступить в аспирантуру Института теоретической физики, Ландау, глядя на него и на его фамилию, решил, что Халатников - как раз тот самый случай.
Впрямую о национальности он не спрашивал, а поскольку Халатников был блондином, то и выглядел подходяще...
Ландау радостно сообщил Капице, что у него наконец появился русский аспирант.
И Капица действительно выдал Ландау обещанную премию, которую впоследствии пытался отобрать как незаслуженную...

* * *
Известный физик Виталий Иосифович Гольданский женился на Людмиле Николаевне Семеновой, дочери директора института, в котором работал.
Биофизик А. Э. Калмансон написал эпиграмму:

Гольданский В. посредством члена
Продлил Семеново колено.
И вот торжественный момент:
Гольданский - член-корреспондент.


* * *
Приходит старый еврей к врачу:
- Доктор, моя супруга никак не может забеременеть...
- А сколько вам лет?
- Семьдесят семь.
- А вашей жене?
- Двадцать шесть.
- Вот что я вам посоветую, - говорит доктор. - Берите жену, наймите молодого секретаря и отправляйтесь на яхте в путешествие месяца на три. Морской воздух творит чудеса!..
Через три месяца еврей снова у доктора:
- Спасибо! Всё так и случилось!
- Хм, а как поживает молодой секретарь?..
- Вы знаете, она тоже беременна! Морской воздух творит чудеса!
 
duraki19vseДата: Пятница, 10.06.2016, 12:51 | Сообщение # 362
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
Можно ли построить еврейское демократическое государство?

Не так давно в Израиле произошло два инцидента с участием полиции. В обоих случаях есть подозрение как на превышение должностных полномочий, так и на оказание сопротивления полицейским.
При этом израильская общественность отреагировала на оба случая совершенно по-разному...

Первый инцидент произошёл в воскресенье, 22 мая в Тель-Авиве.
Сотрудники полиции подошли к 19-летнему гражданину, этническому арабу, и потребовали от него предъявить документы. Полицейские были в гражданской одежде и араб отказался подчиняться их требованию прежде, чем те предъявят свои служебные удостоверения.
После чего полицейские избили его, нанеся лёгкие телесные повреждения..

Второй инцидент произошёл двумя днями позже в Ришон ле-Ционе.
По предварительной версии, 18-летняя гражданка, этническая еврейка, оказала сопротивление сотрудникам полиции при попытке её задержания по подозрению в уклонении от армейской службы. В ответ полицейский разрядил ей в голову электрошоковый пистолет.
В результате гражданка оказалась в больнице с переломом основания черепа.

теперь вопросы:

Кем же являются граждане-участники инцидентов — обвиняемыми или потерпевшими?
Обязан ли гражданин Израиля предъявлять документы по требованию человека, назвавшегося полицейским, но одетым в гражданское?
Имеет ли право полицейский применять электрошок для задержания гражданина, который подозревается в совершении преступления, не представляющего непосредственной опасности для жизни и здоровья окружающих?

Отвечать на эти вопросы будет суд, которому придётся лавировать между действующим законодательством (теорией) и жизненными реалиями (практикой).
Израильские реалии таковы, что по статистике арабы совершают больше преступлений, чем евреи, поэтому арабы находятся под более пристальным вниманием полиции.
Это по-человечески понятно, НО...

Если мы примем закон с формулировкой - «Каждый этнический араб, являясь гражданином Израиля, обязан предъявить документы любому человеку в гражданском по первому требованию», Европа скажет, что у нас апартеид.
Америка может быть и промолчит, но перестанет покупать наши хайтеки и стартапы..


А там, чего доброго, и цены на недвижимость могут упасть, и тогда прощайте сверхприбыли банков по ипотечным ссудам.

Поэтому мы вынуждены делать вид, что у нас демократия и подгонять под это наше законодательство.

Между тем наше общество руководствуется совершенно другими правилами: избитого араба общественность оправдала сразу и после инцидента активисты уже успели собрать для него 80 тысяч в качестве компенсации за понесённый ущерб.
Зато еврейка, которой полицейский проломил основание черепа, такой заботы не удостоилась:
 она представитель титульной нации, а значит оправдываться и комплексовать перед ней не нужно?!

Так зачем же мы пытаться убедить самих себя, что у нас демократия, хотя никакой демократии здесь нет и по определению быть не может?

Во-первых, мы живём на Ближнем Востоке, во-вторых — в еврейском государстве...

Попытка построить «еврейское демократическое государство» — это нелепый эксперимент по совмещению вещей, несовместимых в принципе!!
В результате для наших людей стало нормой жить по двойным стандартам.

Что побудило сердобольных израильтян собрать деньги арабу?
Одни, видимо, хотели откупиться от комплекса вины из-за того, что арабы, по их мнению, являются в Израиле дискриминируемым национальным меньшинством.
Другие уже всё решили до суда и вынесли арабу оправдательный, а избившим его полицейским — обвинительный приговор.
Никто из них не полагался на объективность израильского законодательства, понимая, что это вещь в себе, такой уютный междусобойчик с пожизненным пансионом и хорошим жалованием для членов клуба.

Современная модель западной демократии, основанная на культе индивидуализма и толерантности, в корне отвергает концепцию национального государства, каковым является Израиль.
Нам жизненно необходимо чувствовать себя одним народом, иметь национальную идею.
Она у нас была всегда и существует по сей день, но мы закрываем на неё глаза и загоняем себя в прокрустово ложе демократии.
С таким же успехом можно одеть на корову седло и назвать её лошадью...

Мы гордимся тем, что производим и экспортируем технологии.
Но почему в вопросах общественного устройства, права, культуры мы импортируем чуждые и вредные нам рецепты?
Почему мы научились делать хайтеки и стартапы, но так и не научились жить по своим собственным, а не импортированным извне законам?
Почему мы у себя в еврейском государстве до сих пор используем турецкое и английское право, доставшееся нам с колониальных времён?

Разобравшись в этих вопросах, мы сможем понять сами и заодно объяснить нашим законодателям и юристам, в каком государстве мы живём: демократическом, или еврейском...

Борис Канзберг
 
старый ЗанудаДата: Суббота, 11.06.2016, 08:06 | Сообщение # 363
Группа: Гости





а вот фигушки!
или еврейское или - демократическое!
а вместе получается нечто вроде ... дерьма с сиропом - невозможно совместить несовместимое!!!
 
ПинечкаДата: Среда, 15.06.2016, 02:29 | Сообщение # 364
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1087
Статус: Offline
и то верно!..
 
МарципанчикДата: Пятница, 17.06.2016, 09:10 | Сообщение # 365
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 346
Статус: Offline
Везучая

Дверь общего вагона остановилась прямо перед нею. Толпа нажимала и справа, и слева, и это позволило Сарре Давидовне удержаться около двери и войти первой. Подгоняемая сзади идущими, она быстро прошла поближе к середине и села в угол, у окна. Снова повезло. Конечно, ехать ночь, сидя в общем вагоне, не так уж удобно; но денег на плацкартный не хватало, а она и в восемьдесят лет сохранила нетребовательность к комфорту. Все равно не уснуть. Это приглашение в Киев слишком многое всколыхнуло в душе. Будет сидеть и думать.
Теперь, когда Давид, Люся, внуки и правнуки навсегда уехали в далекий Израиль и один Бог знает, сможет ли она их посетить (им-то сейчас не до поездок назад, в Россию), у нее появилось много времени для думания.
И, хотя сил пока еще хватало, а руки без работы чувствовали себя не на месте, постепенно развивалась привычка подолгу сидеть, блуждая от одной мысли к другой.
Странное наблюдение все чаще занимало Сарру Давидовну.
Снова и снова возвращаясь памятью к пережитому, она убеждалась, что ей очень часто везло. Иногда просто везло, вот как сейчас, когда случайно встала на перроне на подходящее место.
А иногда с нею происходило что-то плохое, даже страшное, а потом оказывалось, что это плохое спасло ее от еще худшего.
Началось это, пожалуй, в 1915-м, когда отец вызвал маму с нею, двухлетней, под Москву, в поселок со странным названием Катуар. Он лежал там в госпитале, раненный на фронте. Бросив свой домик, жалкое барахлишко, мама приехала к нему. А он через два месяца умер, Сарра его совсем не помнила..
Денег на обратную дорогу не было, так они и застряли в Катуаре. Мыкались и бедствовали очень, только года через два, в разгар революции, мама обрела комнату и постоянную работу. Но и потом было несладко: лет до десяти Сарру постоянно мучил голод, воспоминания о нем остры и через семьдесят лет.
А в двадцатом году мама узнала, что переезд в Катуар спас их: в восемнадцатом все местечко было вырезано петлюровцами.
Потом жизнь стала чуточку налаживаться. Сначала жили вдвоем, а в тридцать четвертом расстались.
Мама осталась, привыкла к здешним местам, а Сарра поехала в Киев.
Первые года полтора киевской жизни были самыми счастливыми. Нашлась работа на швейной фабрике. Дали комнату в квартире, где все пять соседских семей жили дружно. Появились друзья. Самой близкой подругой была Роза Гольденцвейг, жившая в соседней комнате - как хорошо, когда подруга рядом. Через полгода пришла любовь. Гриша Пономаренко, слесарь из ее цеха, лихой, веселый, черноволосый и голубоглазый.
Любовь кончилась печально: когда Гриша узнал, что она беременна и не хочет делать аборт, он резко порвал с нею, а через несколько месяцев женился на Даше Савкиной, племяннице главного инженера.
В день их свадьбы Сарра родила мальчика, он дал ей силы пережить горе. И пережить то, что опять стало ее невероятным везением. В тридцать седьмом Гришу и Дашу арестовали, и месяца через три обоих расстреляли.
Если бы не его измена, наверно, расстреляли бы не Дашу, а Сарру.
И ее не миновала судьба миллионов. Через полгода после того, как она оплакала все еще любимого Гришу, пришли за ней. Это было ужасно: ее навеки отрывали от ее Давидика, крохотного, обреченного на смерть или на прозябание в детском доме. Спасибо, тысячу раз спасибо Розе. Она взяла мальчика и сказала:
- Сарра, успокойся. Обещаю: я не брошу его. Можешь на меня положиться.
И Сарру увели. Пожалуй, и в этих невероятно тяжелых испытаниях ей везло. Прежде всего, на следствии ее били только один раз, и то без увечий. Видимо, следователь торопился.
Уже спустя пять недель после ареста ее осудила тройка. Десять лет.
Везение продолжалось и дальше. Полтора года в тюрьме она провела с преподавателями Киевского университета, и за это время ее разум, всегда жадный к знаниям, очень развился.
С середины тридцать восьмого стали регулярно, хотя и редко, приходить письма от мамы. Как трудно было маме научиться писать, да еще по-русски!
Первые письма были с такими чудовищными ошибками, что, несмотря на красивый и четкий мамин почерк, Сарра подолгу ломала голову, что здесь за слово написано. Но главное все же понимала. Уже в первом письме мама написала, что Роза привезла ей Давидика. Ну, слава Богу: бабушка - еще надежнее, чем подруга.
В тридцать девятом году тюрьма сменилась лагерем. Колыма.
Сарра была физически очень сильна, и ей, пожалуй, было чуть полегче, чем остальным. Тем более, что с детства как-то приспособилась терпеть недоедание.
В начале сорок четвертого мама сообщила еще одну страшную весть. Розу Гольденцвейг расстреляли немцы, как и почти всех киевских евреев. Кажется, тогда название Бабий Яр не упоминалось.
Но сведения о расстреле были несомненными. Вот и не осталось у Сарры в Киеве никого.
И ведь опять повезло. Если бы не арест, гнили бы ее косточки в киевской земле. Повезло...
Странное везение продолжалось.
Зимой сорок пятого она была на дальней командировке, на лесоповале. Лиственница стала падать не туда, Аня Рыжих споткнулась. Сарре удалось вытащить Аню из-под ствола, но сучком вышибло глаз..
- Ну что же, Коган, - сказал вертухай. - Можете идти в медчасть.
Идти было девять километров.
Мороз был за сорок пять. Глаз болел отчаянно. Она тащилась, изнемогая от боли, мороза и усталости, почти всю дорогу в бреду разговаривая с мертвыми - папой, Гришей, Розой. Но дошла. И осталась жива.
А через три дня началась пурга, и когда она кончилась, оказалось, что все женщины на командировке замерзли. Выжили только трое. И она.
В конце сорок седьмого Сарра Давидовна освободилась. Освободилась, да не совсем.
С Колымы уехать было невозможно. Одиночество заставило ее принять предложение Фадея Лещинского, бухгалтера, и выйти за него замуж. Замужество оказалось неудачным. Муж пил запоями, пьяный грязно ругал ее и бил.
Кончилось тем, что в сильный мороз, окоченев, он пришел на склад, где работал, и стал пить, не закусывая: закуска, как и все, кроме спирта, окаменела от холода. Выпил разом полтора литра спирта и тут же умер.
Что ж, пожалуй, снова повезло, а то бы долго мучилась..
В пятьдесят пятом ее реабилитировали, и Сарра Давидовна приехала в Москву.
Кажется, наступила новая пора везения, когда за хорошее уже не надо платить несчастьями.
Самое огромное везение ждало ее дома, в Катуаре. И виновна в нем была мама.
Когда поезд подошел к Москве, к Сарре подбежали они вдвоем: мама, маленькая, сухонькая, седая и морщинистая, и Давид. Она узнала его мгновенно - не зря столько лет учила наизусть все фотографии, которые мама присылала каждые полгода. Но главное было выражение его глаз, его голос, слезы, катившиеся по лицу. Главное было неподдельное сыновнее чувство, которое воспитала в нем бабушка и которое с тех пор грело душу Сарры Давидовны всегда.
И еще одна радость, о которой она уже знала, но полностью оценила только сейчас.
Сбылась заветнейшая мечта покойного отца, его внук поступил в институт. В изумительный Менделеевский институт, где не послужили препятствием ни фамилия Коган, ни репрессированная мать.
Правда, престижный физико-химический факультет был для него закрыт, но и здесь повезло - уберегся от радиации.. Как мама, полуграмотная, на нищенскую зарплату дворничихи смогла поднять внука, вырастить таким красавцем, вытянуть его образование, - навсегда осталось ее тайной.
Так они и жили в Лесном Городке, как теперь назывался Катуар.
На пятом курсе Давид женился, и Люся сразу покорила сердце свекрови.
Сарру Давидовну радовало все. Сначала радовала их комната в слегка покосившейся избе - целых 20 квадратных метров! Потом, после пятьдесят девятого года, - чудо роскоши, трехкомнатная квартира на четвертом этаже хрущевской пятиэтажки (как просторно было вначале им вшестером - уже родились и Катя, и Костик, как тесно стало потом и как пусто сейчас, хотя она оставила себе только одну комнату, две отдала беженцам из Душанбе).
Радовала своя работа: как портниха, она заслужила известный авторитет. Радовали внуки. Радовала работа детей.
Годы брежневского застоя слабо затронули ее душу. Конечно, часто было противно, но в основном душа все продолжала оттаивать после страшных десяти тюремно-лагерных лет..
Перестройку и гласность она встретила с радостью, хотя вспышки политической активности, как у некоторых ее подруг, у Сарры Давидовны не было. Больше ее занимали дела семейные - смерть мамы в восемьдесят пятом (слава Богу, дожила до девяноста, и последняя четверть века была хорошей), женитьба сначала внучки, потом внука, правнуки. Страшным был конец девяносто первого. Сначала ГКЧП, потом эпопея эмиграции.
Как ни уговаривали ее, она отказалась уезжать. Не могла оставить могилу папы и мамы.
Да и вообще, когда пришлось об этом задуматься, поняла, что она - русская, и никуда от русской земли, от русского языка, от русских людей уехать не сможет. Что бы ни писали ревнители русской идеи.
Но без детей стало невыносимо пусто и тоскливо. Чуть полегчало только через полгода, когда она поселила в двух комнатах Акопа и Алию с их четырьмя малышами - армяно-таджикскую семью, бежавшую из Душанбе..

Она очнулась от задумчивости только, когда колеса поезда застучали по мосту через Днепр. Сердце сжалось. За окном сверкали купола Лавры, зеленели береговые кручи. Киев, город ее молодости... Столица соседнего государства.
На перроне стоял молодой человек с табличкой "Мемориал" на груди.
- Где Ваши вещи, Сарра Давидовна? - спросил он.
- Вот, - она показала сумочку.
- И все?
- Да.
- Тогда так. Сейчас мы поедем ко мне домой. Вы позавтракаете, отдохнете, можете поспать, а потом съездим в город.
У меня два дня отгулов, покажу Вам все, что хотите. Только, простите, машины у меня нет, придется ездить городским. Да, забыл сказать. Зовут меня Гриша Панасюк.
Мы на этот раз пригласили шестерых таких, как Вы, а наша группа - восемь человек, так что каждого приглашенного может кто-то опекать.
- Спасибо, Гришенька. Можно Вас так звать? (он кивнул). Хорошее у Вас имя. Я в молодости Гришу любила, от него у меня сынок. Расстреляли моего Гришу. Только у меня к Вам просьба. Не надо мне сейчас ни есть, ни отдыхать. Проводите меня в Бабий Яр.
В Бабьем Яру ее совсем оставили силы. Она сначала стала на колени, а потом ничком легла на землю. Долго лежала и плакала. Оплакивала все: свою молодость, Розу, Гришу, Дашу, которую так ненавидела когда-то, и многих, многих друзей, чьи останки лежат здесь.
Гриша Панасюк стоял в стороне, и его глаза тоже покраснели. Потом они ехали к Грише. Он жил недалеко от ее прежнего дома, но город было трудно узнать. Слишком многое было разрушено в войну и перестроено после войны.
И опять Сарра Давидовна поразилась своему везению. И Гриша, и Оксана, его жена, приняли ее, как родную. Долгий вечер заполнили разговоры, а когда легла, то заснула сразу и спала крепко.
Утром Гриша сказал:
- Сарра Давидовна, мы сумели Вас найти потому, что в Киеве чудом сохранилось Ваше дело. Удалось снять с него ксерокопию, она сейчас у меня. Если хотите, я дам ее Вам.
Она хотела. Руки ее сильно дрожали, когда в них легла пачка листков - очень тоненькая пачка.

И вдруг... 
Всего два раза в жизни она ощущала, как на голове шевелятся волосы от ужаса: когда при аресте у нее отрывали от рук Давидика и когда объявляли приговор.
Сейчас был третий раз.
Она смотрела на первый листок пачки и узнавала знакомый почерк. И сквозь муть, застилавшую глаз, разбирала слова. На листке из школьной тетрадки в три косых линейки было написано:
"В Народный комиссариат внутренних дел.
От комсомолки Гольденцвейг Розы Израилевны.
Дорогие товарищи!
Долг комсомолки, патриотки, любовь к великому Сталину велят мне написать вот о чем.
Моя подруга Сарра Коган попала под влияние вражеских элементов.
Вначале она стала любовницей врага народа Г. Пономаренко, родила от него сына. Когда презренный отщепенец Пономаренко был разоблачен и осужден, Коган в разговорах со мной и другими девушками жалела его и утверждала, что якобы приговор несправедлив. В последнее время Коган стала прибегать к контрреволюционной агитации, утверждать, что многих осуждают зря, что Партия мало заботится о трудовом народе. Я не могу терпеть такую наглую ложь и поэтому пишу вам.
Дорогие товарищи! Если вы сочтете, что Коган заслуживает ареста и осуждения, то обращаюсь к вам с просьбой передать мне комнату, в которой она живет. А я обещаю позаботиться о ее сыне: он ведь еще ни в чем не виноват.
Я сделаю все, чтобы он забыл преступных родителей и вырос настоящим советским человеком. Роза Гольденцвейг."


Так вот кто спас ее от Бабьего Яра! Так вот где источник великого везения, спасшего ее жизнь. Любимая подруга польстилась на комнату.
Сарра Давидовна каким-то немыслимым усилием воли сдержала истерические вопли, рвавшиеся из груди..


1993
А.Ю.Закгейм
 
дядяБоряДата: Вторник, 28.06.2016, 14:18 | Сообщение # 366
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 434
Статус: Offline
...обратите внимание на дату написания - ШЕСТЬ ЛЕТ НАЗАД!... теперь вам понятно, что у нас за "правительство"?
Это лжецы и подлые предатели интересов страны и её еврейских граждан, ловко пристроившиеся в удобные кресла и не делающие ровным счётом НИЧЕГО !

На повестке дня безопасность государства

8-05-2010

О том, что все газеты местами и частично врут, не сомневается никто. 
Однако многие люди читают газеты.
То, что нам врут всевозможные радиостанции и любимые дикторы, можно понять, ведь они на зарплате.. 
О том, что врет телевидение, уже можно и не говорить. Ведь недаром многие предпочитают не смотреть в "ящик", тем более что, как выяснили врачи, от этого развивается слабоумие...
А самое главное, так это то, что страну должны постоянно сотрясать скандалы, в которых замешаны:
- наркоманы и проститутки,
- алкоголики и токсикоманы,
- «русская алия» и её уровень преступности,
- подростковая преступность,
- сексуальные подвиги бывшего президента,
- увольнения из армии,
- коррупция бывшего премьер-министра,
- коррупция в налоговом и земельном управлениях,
- Верховный Суд.

И все это для того, чтобы отвлечь наше внимание от событий в Иудее, Самарии, и Иерусалиме.
Когда нам говорят «Западный берег», то делают это для того, чтобы никто не понял, что этот пресловутый берег  находится в 25 минутах езды на машине от вашего дома и по-настоящему именуется "Иудеей и Самарией".
Американская администрация требует от нашего правительства заморозить строительство в Иудее и Самарии. О том же самом твердят арабы. 
Итак, чтобы выразиться точнее, американская администрация стала голосом арабов.
Давайте разберемся, о чем идет речь?
Речь идет поселениях, которые стоят на стратегически важных для обороны страны и государства высотах.
И были построены эти стратегические объекты государством за счет государственных денег.
Вступив в строй, они позволили не держать на этих холмах армейские базы, тем самым высвободив армию для борьбы с террором и текущих операций.
Эти поселения являются редутами, форпостами, передовой оборонительной линией, чье значение для Израиля и народа Израиля еще важнее, чем прорванная линия Бар-Лева.
Эти стратегические высоты нависают над всем государством. С них прекрасно видно приморскую низменность и весь центр страны. 

В итоге, с ликвидацией наших поселений любой житель Израиля может оказаться в окуляре снайперского прицела, простой винтовки или в зоне досягаемости минометного залпа, "града", "скада", «касама». 
Впрочем, это уже не так и важно.
Смерть гражданского населения гарантирована и неминуема. Нормальная жизнь всех жителей Израиля уже под большим вопросом.

Поэтомукогда правительство согласилось заморозить строительство в Иудее и Самарии, оно перестало заботиться о нашей безопасности.

Все  - «институты демократии», «партии мира», «партии сговора», «спонсоры мирного процесса», «решения гражданской администрации» и «решения министра обороны» о «сносе незаконных построек» созданы с единственной целью - уничтожить еврейское государство. 
Вот истинная цель «замораживания строительства» - предательство Израиля под давлением американской администрации.
Именно поэтому  нельзя прекращать строительство!

Можно выселить всех жителей Иудеи и Самарии, а это 300 000 человек, при условии, что «выселение инженерное» и каждый выселенный дом и поселок переезжает в заранее подготовленное для этой цели место.
Но этого нет, и, пожалуй, не будет. Потому что жители Иудеи и Самарии не являются электоратом правящих партий. 
Значит, они никому не нужны…
Теперь, вместо этих жителей поселений-форпостов, нужно будет поставить под ружье 300 000 резервистов, чтобы части специального назначения были всегда готовы к отражению удара из Газы, из Ливана, из Сирии.
И вот тогда все узнают, где на самом деле Иудея и Самария.
 Они за углом вашего дома, на горизонте, в виде четкой линии зеленых холмов, засаженных еврейскими руками. 
Они - это Иерусалим.
Так что, оторвем из текущей экономики 300 000 специалистов и бросим их как армию резерва на высоты или оставим там ту армию, что уже вросла в эти холмы и стала территориальной?
Восстановим пропускные пункты и ограничим в зоне будущих военных действий движение арабов или уступим удаву Обамке, которого все арабы признали своим?
Если для них он свой, то для нас однозначно – чужой!
Распоряжение ... Обамки вывести ЦАХАЛ из Иудеи и Самарии и готовность министра обороны Эхуда Барака выполнить этот приказ ценой предательства страны говорит о том, что армейскому руководству предстоит задуматься, не станет ли оно новым «Арабским Легионом» в борьбе с Израилем.
И если мы говорим, что наши сыновья служат в Армии Обороны Израиля, то это не значит, что мы согласимся, чтобы эту армию переименовали в «армию уничтожения Израиля». 
План выхода ЦАХАЛа из Иудеи и Самарии на границы дислокации 2000 года заставляет усомниться в адекватности происходящего.

И если ЦАХАЛ собирается выполнять приказы Обамки ... тогда это его армия.
И когда в передачах утреннего радио передают слова рава Овадия Йосефа, что ради добрососедства с Америкой можно не строить сегодня в Иерусалиме, я боюсь, что его слова опять вырваны из контекста или он снова ошибся, как уже было однажды много лет назад. 
Потому что настоящий раввин, учитель поколения такого не произнесет никогда, зная, что Иерусалим - трон Сиона.
 И только «казенный раввин», скажет, что ради мира с Америкой можно… 
В таком случае людское презрение ему обеспечено во всех поколениях людской памяти.

Пора понять, что мы не американский штат...
Мы великая, высокотехнологичная держава, единственная во всем мире!
Мы можем себе позволить сегодня выбирать союзников. 
И мы должны сегодня сказать "нет" американской администрации, потому что ее требования к Израилю являются предательством Израиля. 
А, может быть, начиная с этих дней, мы начнем жить иначе?! 
Без посредников, без предателей-союзников, готовых сбивать наши самолеты. 

Без чужих советов, исходя отныне только из собственных интересов.

М.Гольденберг
 
СонечкаДата: Четверг, 30.06.2016, 02:07 | Сообщение # 367
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 202
Статус: Offline
на эту же тему имется материал под названием "Достали!.." на главной странице.
весьма интересные сообщения разных авторов..
 
отец ФёдорДата: Суббота, 02.07.2016, 10:11 | Сообщение # 368
Группа: Гости





Произошло то, что должно было произойти...

В Кирьят-Арбе произошло то, что должно было рано или поздно произойти. И это не только о гибели 13-летней Алель, которую арабский ублюдок зарезал спящей в кровати.

Это о том, что сегодня израильтянам проще подставить себя под нож террориста, нежели потом доказывать, что огонь был оправдан..
Это о той деморализации, которая разъедает армию и народ в результате "борьбы за высокую мораль", начатую процессом над полковником Исраэлемем Шумером, продолженной расследованием против Ханании Шабат и достигшей своего апогея в травле Эльора Азарии..
Это о командирах, боящихся отдавать приказы, чтобы не угодить под трибунал, и дающих, вроде Тома Неэмана, показания против своих подчиненных..
Это о компенсациях семьям турецких бандитов с "Мармары", превративших израильских солдат из защитников в убийц..
Это о рвущихся в политику генералах, которым будущая карьера важнее всего остального.
Это о двойной морали, мнимых ценностях и самообмане..

Это о том, чего быть не должно..
Потому что в противном случае не будет нас...

Макс Лурье
 
REXДата: Четверг, 14.07.2016, 09:53 | Сообщение # 369
Группа: Гости





Из райкома на родину

Делаю свои первые шаги на израильской земле.
Могу сразу добавить, что с трудом. Иду по некой странной траектории – не как короче и быстрее, а где солнца поменьше, по теневой стороне, в общем. Потому что, как вы понимаете, с солнцем здесь все в порядке, жгущие лучи местного шемеша подобны артобстрелу.
От этого путь значительно удлиняется, но мне кажется, что так пока вернее. В связи с этим и условие – никакой русской речи в радиусе ближайшего гектара на новой работе, иначе век не освоюсь.
Для начала подался в шоферскую столовую автобусной компании «Эгед».
По дороге туда заготовил оправдания для своих оставшихся где-то в далеких северных краях, что вроде да, запах кислой капусты и не первой свежести котлет, зато все «поближе к кухне». Не тут-то было.

Водилы здесь хоть и носят синие форменные рубашечки, но явно принадлежат к элитным белым воротничкам. 
Одни их всенепременные черные очки чего стоят.
Под стать им и повара в картинно-высоких колпаках. Так что я в своей спецодежде на их фоне точно выделялся. Ну, а когда на вопрос, в чем я силен, обрисовал картину в русской традиции широкими мазками – «способен на многое, что скажете, то и буду делать», сразу понял, что пора этот рабочий день заканчивать. Ну, как понял – мне это напрямую так и сказали, только на иврите, так что еще молодец, что понял.
Потом была вакансия помощника водителя грузовика, замаскированная секретарем, ответственным за мои трудовые мытарства, под райские кущи.
Я поддался. Услужливое воображение подкидывало сплошь сладкие картинки: вот я на милом еврейском грузовичке качу по живописному серпантину, где по одну сторону – сады, а по другую – море с гордо реющим над его седой пучиной буревестником.
Из сладкого сиропа мечтаний меня вырвали в первую же трудовую минуту емким единым словом «таазор», что значит – «вали помогать». Подозрительного вида люди таскали какие-то здоровенные блоки. Один краткий взгляд на один такой блок сделал меня вновь безработным...
Но на днях я занялся популярным в узких кругах новых репатриантов делом. Метапель я, то есть что-то вроде помощника по дому.
Подопечный мой – Шмулик, хотя я называю его более привычно – Эммануилом, кем он собственно и был в своей прошлой одесской жизни. Эммануил – ещё из той, знаменитой плеяды отказников, о которых рассказывали сквозь рёв и вой советских глушилок «вражеские голоса» западных радиостанций.
В 1979 году его семья впервые подала документы на выезд в Израиль по причинам, известным очень многим представителям еврейского народа.
Когда его сын попробовал подать документы в медицинский институт Одессы, где жил Эммануил, то участливая секретарша сказала отцу мальчика, чтобы понапрасну не травмировал ребёнка, ибо в связи с происхождением шансов у него никаких. В те же самые времена то здесь, то там ползли по Одессе разговоры о готовящихся погромах.
Как и в большинстве случаев, в те времена семье Эммануила в выезде было отказано, как и в последующей работе. Он тут же «полетел» со своей должности ведущего конструктора одного из одесских предприятий полиграфической промышленности.
Оказавшись на улице, Эммануил не впал в отчаяние и в скором времени уже монтировал потолочные карнизы по частным заказам, зарабатывая на каждом заказе по 15 рублей тех ещё денег, когда зарплата среднестатистического инженера составляла 120 рублей. И тогда, и в дальнейшей жизни выручали Эммануила золотые руки и инженерная мысль, которая никогда не засыпает – так любит он говорить...
В восьмидесятых, когда режим в СССР немного смягчился, Эммануила приняли на производство начальником смены, где он и работал до самого своего отъезда в Израиль.
Новая жизнь обрушилась на Эммануила, когда ему исполнилось уже без малого 64 года. Люди в этом возрасте имеют мало шансов, если и вовсе уже никаких. Эммануил ухаживал за стариками и мёл улицы.
И тут пригодилась его никогда не спящая инженерная мысль. Колёса Эммануиловой тележки, на которой он возил нехитрые приспособления для уборки улиц, постоянно ломались. Возле каких-то автомастерских Эммануил нашёл нужные по размеру подшипники, заменил ими старые, смазал, отрегулировал, смоделировал тормозные буксы для своей тележки, чтобы оставленная она не катилась под гору, и вышел в передовики всеизраильской дворницкой профессии.
Шли годы, Эммануил вышел на пенсию. К тому времени его квартира была на загляденье уже обустроена и обихожена его руками. Даже его палочка, с которой уже теперь гуляет, с трудом передвигая ноги, стоит у него дома в каком-то отлаженном приспособлении, чтобы не приходилось поднимать её с пола, если вдруг она упадёт.
Мы сидим с Эммануилом в тенистом садике, куда выходим, когда я сопровождаю его на прогулке.
– Не жалеете ни о чём? – спрашиваю я хоть и его, но на самом деле – самого себя. – Всё-таки там, в прошлой жизни у вас была уважаемая профессия, большая квартира в центре Одессы и вообще вполне отлаженная жизнь.
– Знаешь, я вообще пошутить люблю. В молодости, например, когда телевизоры плохонькие были, я над сыном подшучивал. Бери фуфайку, говорил, и шугай их, помехи эти, отпугивай. И он ходил, размахивал одёжей с надеждой.
А недавно я тут над своей соседкой пошутить решил. Такая же старуха, как и я, советская, но забавная, в голове у нее уже все путается, не то что день не может вспомнить – эпоху. И вот я подхожу к ней, она улыбается, здоровается, а я возьми и скажи: «Ну что, Абрамовна, сын-то твой из райкома вернулся уже?»
И тут такой испуг на ее лице, такой ужас. Захлопотала, запричитала, что дома вроде и все хорошо.

И тут я понял, что абсолютно спокоен и за детей, и за внуков, чья счастливая жизнь не будет такой, как наша в стране исхода, которая, по сути, никогда не была нашим домом.

Лев Драбкин
, 13.07.2016
 
ПинечкаДата: Понедельник, 18.07.2016, 01:58 | Сообщение # 370
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1087
Статус: Offline
Десятки молодых людей, прибывших из поселений Иудеи и Самарии, установили на днях в Иерусалиме палатку протеста (на снимке) напротив резиденцции премьер-министра Биньямина Нетаниягу.



Сделано это в рамках акций борьбы за восстановление сил сдерживания и ликвидации арабского терроризма.
Сарале Бен Шушан, одна из инициаторов протеста, сообщила корреспонденту 7 канала, что «мы не готовы жить под властью беспредела, мы не хотим, чтобы нас убивали на дорогах и на улицах, мы не хотим видеть новых вдов и сирот. Арабы должны понять, что нападать на нас – крайне опасно…».
Депутат Кнессета от партии «Баит а-Иегуди», член комиссии по иностранным делам и обороне, полковник запаса Моти Йогев говорит, что «молодежь вышла на улицу и сказала: «Хватит убивать нас!». Тем не менее, я решил сказать им, что спецслужбы, армия и полиция делают все от них зависящее – и именно то, что просят [молодые демонстранты]. Когда я был моложе, я тоже принимал участие в демонстрациях, а сегодня я – человек, который принимает решения».
Относительно же нападок на нового главного раввина ЦАХАЛа, рабби Эяля Крима, Йогев кратко сказал, что «те, кто нападает на нового главного [военного] раввина, делает это от невежества и от того, что не знаком с ним. Такие люди питаются ненавистью из СМИ, а там царят галлюцинации».
 
старый ЗанудаДата: Воскресенье, 24.07.2016, 07:39 | Сообщение # 371
Группа: Гости





Письмо израильтянина россиянке

В конце недели русско-израильский Фейсбук взорвал очередной холивар, связанный с постом известной российской писательницы и публициста Аллы Боссарт, недавно переехавшей в Израиль.
В своем тексте, открывающемся популярной цитатой из Игоря Губермана: «От шабата до шабата брат на…бывает брата», Алла Борисовна рассказала о своем печальном опыте покупок в Израиле, когда к очередному случаю продажи некачественного товара с полным набором «левантийского» обслуживания добавились высказывания продавца о крестике на ее шее.
Многие ватики, старожилы, среагировали на этот пост болезненно...
С одной стороны — обвинения в «наезде» на весь Израиль и в нечестном использовании «Закона о возвращении», поскольку постоянно Алла Боссарт здесь не живет.
Со стороны Аллы Борисовны и ее многочисленных защитников – встречные обвинения старожилов в «дедовщине», в «хумусном патриотизме» да и просто в элементарной зависти прошедших тяжелую абсорбцию 90-х к благополучным новоприбывшим.
К "военным действиям" подключился муж Аллы Борисовны, поэт Игорь Иртеньев – с ним был связан аналогичный скандал по аналогичному поводу: несколько лет назад он сделал алию, прошел по государственной медицинской страховке курс лечения, после чего благополучно вернулся в Москву...
Алла Боссарт и ее сторонники искренне не понимают, чем вызвана такая реакция на ее вроде бы безобидный пост с известной губермановской цитатой.
А те, кого этот пост возмутил, тоже не могут внятно сформулировать глубинные причины своего возмущения.
Поскольку, как мне кажется, я мог бы это сделать – попробую объяснить и сделаю это в форме открытого письма – поскольку тема эта касается не одной только Аллы Боссарт, но очень и очень многих.

ИТАК
Уважаемая – действительно, очень уважаемая мною – Алла Борисовна!
Вы абсолютно правы, отвечая своим оппонентам, что совершенно законно получили израильское гражданство, на свои деньги приобрели жилье, платите налоги – и никому ничем не обязаны, кроме помогавших Вам друзей.
Чистая правда.
Только дело-то, извините, совсем не в этом.
Ваш муж в своем комменте написал, что вы – граждане России и Израиля, и поэтому и там, и тут вы – дома.
Здесь – ключ. В слове «граждане».
Израиль отличается от любой другой страны, где Вы, соблюдая ряд условий, могли бы получить гражданство, купить дом и жить.

Израиль – это семейный дом.
И еще Израиль – это государство-убежище.
Так получилось…
Мы – израильтяне, члены семьи.
В других странах – сограждане, у нас – родственники.
Вы – россиянка с израильским гражданством.
И в этом – вся разница.
В том, что Вы россиянка, разумеется, ничего плохого.
Это – Ваша самоидентификация, Ваш выбор, и дай Вам Бог.
Но ... сердцем и душой Вы там.
 Москву, а не Иерусалим, поставили Вы во главу веселия Вашего…

Каждый из нас прошел в Израиле через энное количество хамства, грубости (Не к тому говорю, что мы вот дерьма хлебнули – и Вы должны. Никому этого не желаю).
И поливаем мы этих уродов такими словами, на какие в Вашем тексте и намека нет, – почитайте русско-израильские форумы!
Речь только о другом.
О фразе: «Брат на…бывает брата».
В этой формуле оба – братья. И тот, который на…бывает, – и тот, которого.
И для меня тот же хам-продавец или любой подонок местный – член семьи. А в семье – не без урода.
И то дерьмо, которого я от него наелся или наемся, – наше дерьмо. Семейное. И пахнет оно по-другому, и вкус другой.
И не скажу я ему: «Не брат ты мне, гнида черножопая!» (цитата из фильма «Брат» — прим.ред.).
Потому как брат он мне. Хоть и сволочь, и подонок, и гнида. И даже «черножопый», уж простите за цитату. Брат. А братьев не выбирают – такой вот уродился…
Так что имеете Вы полное право, уважаемая Алла Борисовна, на законное возмущение хамством, обманом и прочими прелестями нашей израильской жизни – как и любой приезжий или турист. И не то что писать – орать об этом имеете полное право!

Во весь голос и в любых выражениях...
В одном только праве я, израильтянин, Вам отказываю – в праве использовать при этом такие вот замечательные цитаты из Губермана. Матом трехэтажным ругайтесь – а цитаты такие лучше не трогайте. (И аналогичные, естественно, и не только из Губермана).
Потому что написаны они – для
 внутрисемейного употребления.
То есть читать со сцены и в сборниках печатать – с дорогой душой!
А вот использовать «по случаю» – только для своих.
Для братьев. Для израильтян. А Вы – россиянка.
Знаете, это как негры американские друг друга «ниггерами» называют. Любя. Своим можно, а белый или латинос скажет – и убить могут..
Сразу подчеркну: ни национальность, ни вероисповедание здесь значения не имеют.
Спросите друзей и подруг моих – хоть неевреев по Галахе, хоть чистокровных русских, украинцев и других, с нашей алией сюда приехавших и израильтянами ставших. Братья и сестры они мне.
И любой друз, черкес или араб – хоть христианин, хоть мусульманин, который в ЦАХАЛе служит и Страну защищает, брат мой.
 Израильтянин.
И чистокровных российских евреев знаю, которые годами здесь живут, а израильтянами не стали.
Россиянами остались. Душой в России.
Надеюсь, причины народного возмущения я Вам, Алла Борисовна, объяснил.
В праве стать израильтянкой, как мы все, Вам никто не отказывает – рады будем в семью принять!
Только это от Вас самой зависит.
Захотите, станете израильтянкой – почувствуем.
Вы еще сама этого не осознаете – а мы уже знать будем.
И тогда ставьте на Фейсбук тот же самый пост, с той же самой цитатой – слово в слово!
Реакция другая будет.
И посочувствуем, и повозмущаемся, и про свои аналогичные случаи расскажем – у нас их хватает, к сожалению.
Потому что запах, извините, у Вашего поста другой будет.
Родной. Семейный.
А пока Вы россиянка с израильским гражданством – лучше не надо.
Понять это, наверное, сложновато. Постарайтесь почувствовать…
Это была первая часть марлезонского балета, Алла Борисовна.
А теперь – вторая часть.
Про крестик. И про государство-убежище.
Зачин будет тот же.
Со всем возможным уважением отношусь, Алла Борисовна, к Вашим религиозным убеждениям и самоидентификации.
И имеете Вы полное право носить в Израиле на шее крестик. И ни от кого его не прятать. И никто Вам слова по этому поводу не скажет – разве что вот такой хам-продавец.
Ну, если куда-нибудь в Меа Шеарим или в Бней-Брак по ошибке попадете, там могут, конечно, погрубее среагировать – сплюнуть демонстративно или обругать.
А так, максимум, – глянут косо.
Понимаете, Алла Борисовна, один и тот же символ разную смысловую нагрузку нести может. И разную реакцию вызывать. В зависимости от человека и от обстоятельств.
Скажем, та же самая свастика для тибетского буддиста будет означать и символизировать одно. Для латыша-традиционалиста – совсем другое. Ничего, связанного с нацизмом, кстати, – древний символ, Огненный крест.
А что такое свастика для еврея – и говорить не буду…
Или же шестиконечная звезда: для еврея – щит Давида, для индийского йога – сердечная чакра Анахата.
И реагировать на один и тот символ один и тот же человек будет по-разному, в зависимости от обстоятельств и места.
Скажем, если еврей в Тибет поедет и там свастику на монастыре увидит, то отнесется он к этому адекватно и с полным пониманием. А если тот же еврей в Германии свастику, нарисованную на синагоге, обнаружит, то тоже отнесется к ней с пониманием.
С соответствующим пониманием.
И реакция у него будет адекватная, только уже другая.
Страх. Генетический.
А когда тот же самый бродячий еврей наткнется на свастику в Израиле, то опять-таки реакция будет адекватная: гнев!
И латышу или тибетцу, которые в Израиль едут, сто́ит принять это во внимание. И орнаменты со свастикой им сюда лучше не везти – не так поймут.
К чему я клоню, Вы, Алла Борисовна, вероятно, поняли.
Вопрос у меня: представляете ли Вы, как воспринимают крестик на Вашей шее израильтяне?
Не русские израильтяне, Ваши знакомые, которые воспринимают его так же, как и Вы, – а коренные, сабры, религиозные или соблюдающие традицию?
Или даже и светские, но выросшие в традиционных семьях? Всех вместе таких – больше, чем полстраны.
Думаю, что не очень хорошо представляете. Попробую объяснить. Тем более, что и очень многие из наших русских израильтян, даже давно живущих в Стране, не в курсе.
Не знаю, изучали ли Вы историю жизни евреев в христианских странах? Даже, если и не изучали специально, конечно же, как образованный человек, имеете о ней представление.
Скажу в двух словах:
 две тысячи лет преследований, унижений, изгнаний, грабежей, убийств и погромов.
По любому поводу и под любым предлогом – за эпидемию чумы и кровь христианских младенцев для мацы, за отказ перейти в христианство или просто по традиции – в ночь с 31 декабря на 1 января, в которую мы с Вами привыкли праздновать Новый Год.
И самое главное – за то, что римляне распяли когда-то еврея по имени Иешуа..
Громили, убивали и изгоняли нас, как Вы прекрасно знаете, люди с такими же крестами на шее, который сейчас носите Вы.
Такой видит нашу историю большинство израильтян – и не только религиозных. Со школы.
Вероятно, Вы скажете, что это все было когда-то в незапамятные времена, что мы живем в 21-м веке, что все давным-давно изменилось и христианство сейчас совершенно иное – и т.д., и т.п. И все это – правда.
Только есть еще одна проблема. Такой уж мы народ – сплошные проблемы…
В еврейской традиции время не течет линейно из прошлого в будущее. Оно циклично.
И все повторяется из года в год – здесь и сейчас.
И это не наши далекие предки – это мы сами из года в год выходили и выходим из Египта в Песах, чтобы идти сюда, в Землю Обетованную.
И это мы стояли и стоим каждый год в Шавуот у Горы Синай – в ожидании Моше со Скрижалями Завета.
И это мы каждый год на Девятое Ава оплакивали и оплакиваем разрушение наших Храмов.
Каждый год – здесь и сейчас.

Отсюда – и еврейское понимание истории. Точнее всего выразил его Шай Агнон в своей Нобелевской речи:

«Из-за того, что Тит, император римский, разрушил Иерусалим и народ Израиля был изгнан из его Страны, – родился я в одном из городов изгнания».
Понимаете, Алла Борисовна, Агнон родился в Галиции не потому, что родители его там жили, а из-за того, что Тит разрушил Иерусалим!
Здесь и сейчас, Алла Борисовна, из года в год – здесь и сейчас…
И это нас, – а не наших далеких предков – вырезали и вырезают на берегах Рейна первые крестоносцы.
И это нас сжигали и сжигают на кострах инквизиции.
И это нам вспарывают животы и рубят головы казаки Хмельницкого.
И так далее, и так далее, и так далее…
Вплоть до Холокоста – вершины наших взаимоотношений с христианами. Людьми с крестиками на шее.
Вот так понимаются время и история в еврейской традиции.
Вы, разумеется, вправе сказать, что это антиисторично и глубоко ошибочно.
Можете сказать, что это религиозный бред и мракобесие.
Или что такое самоотождествление с предками – шизофрения и паранойя.
Или еще что-нибудь – Ваше право, Алла Борисовна. Ваше полное право.
Такое же, как право очень и очень многих евреев на свое видение мира. Тем более здесь, в Израиле.
Уж извините – отличающееся от Вашего.
А они видят мир именно так.
И думаю, что Вам следует знать, как воспринимают Ваш крестик эти евреи – и не обязательно евреи с кипой на голове.
Почти как свастику. Почти.
Боль от свастики поострее, конечно.
И еще одна разница: те, кто со свастикой, тела убивали.
А те, кто с крестом, еще и души пытались убить. Еврейские души.
(Это я насчет перехода в христианство, если Вы не поняли).
Тех, кто евреем хотел остаться, на кострах сжигали. Или еще как…
Повторяю, Алла Борисовна: имеют эти евреи полное право на такое вот свое отношение к кресту. На то, что он для них означает и символизирует. Даже если они «мракобесы».
Как минимум – не меньшее, чем Ваше право вкладывать в него свой смысл.
Кто-то из Ваших сторонников на Фейсбуке написал, что это все ерунда, что Иерусалим полон христиан с крестами. Монахи, священники, паломники и просто туристы.
Чистая святая правда: полно в Иерусалиме крестов нательных навыпуск. Да оно и понятно – Иерусалим!
Но есть нюанс.
Все они – монахи, паломники, туристы, – находятся здесь не в том статусе, в котором находитесь здесь Вы, Алла Борисовна.
Потому что Вы приехали сюда и получили гражданство как репатриантка.
В государство-убежище. Для этого, в первую очередь, создавали его отцы-основатели.

Убежище, которого две тысячи лет у нас не было – потому что император Тит разрушил Иерусалим.
Убежище от тех, кто с крестами…
И слово «репатриант» для очень многих израильтян – синоним слова «беженец». Потому что и сами они были беженцами.
Отсюда и отношение к крестикам на репатриантах – не такое, как на священниках из церквей христианских или на туристах.
Еще раз подчеркиваю: не о национальности или вероисповедании говорю, и не о том, что, мол, неевреи сюда едут, – в первой части уже все на эту тему объяснил.
Только о символике. И о восприятии ее.
Зависящем, в том числе, и от того, кто именно эту символику носит.
И не для того пишу, Алла Борисовна, чтобы Вы крестик свой под одежду прятали, как мы в свое время в СССР магендавиды. О другом речь.
Если кто-то у нас в Израиле на Ваш крестик глянет косо или слово по этому поводу скажет, как тот хам-продавец, очень Вас прошу: перед тем, как рот ему, хаму, заткнуть, – вспомните, пожалуйста, то, что я Вам здесь объяснить пытался.
И уж постарайтесь его как-нибудь понять и простить.
По-христиански...


С уважением
Юрий Фридман-Сарид, израильтянин.
 
МарципанчикДата: Пятница, 05.08.2016, 10:18 | Сообщение # 372
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 346
Статус: Offline
ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ   или "Операция "Свадьба" :

http://israelfacesplaces.blogspot.co.il/2016/07/blog-post_29.html
 
etelboychukДата: Четверг, 11.08.2016, 03:38 | Сообщение # 373
старый знакомый
Группа: Пользователи
Сообщений: 46
Статус: Offline
МИХАИЛ КАЗИНИК ОБ ОДНОМ КОШЕРНОМ НОБЕЛЕВСКОМ ОБЕДЕ

Нобелевские торжества обязательно состоят из трех частей, традиционных и одинаково важных.
Это вручение Нобелевских премий, нобелевский обед и концерт, посвященный Нобелевским лауреатам.
Проходит он в день вручения премий, шведское телевидение записывает его и 31 декабря, в предновогодний вечер, показывает по всей Европе.
Я разрабатываю идею концерта, предлагаю, каких музыкантов пригласить.
Это, естественно, делается вместе со Стокгольмским телевидением. Потом в эфире комментирую все, что происходит в концертном зале: беру интервью у Нобелевских лауреатов, интересуюсь их отношением к музыке, к культуре.
Например, нобелевский концерт 2005 года я начал с обращения к мамам и папам. “Хотите, чтобы у ваших детей была самая престижная премия, – начинайте их обучение не с химии, а с музыки. Сейчас я буду спрашивать всех лауреатов Нобелевской премии: и нынешних, и прошлогодних, и они скажут, что в их жизни всегда была музыка”.
Мои комментарии нравятся телезрителям. И рейтинг нобелевского концерта серьезно поднялся с тех пор, как я стал его вести.
Нобелевский концерт готовится на протяжении всего года, но конкретная работа на сцене занимает несколько дней. Дело в том, что съезжаются музыканты с мировыми именами, у них очень жестко расписан гастрольный график. Проходит пять-шесть репетиций с камерами, светом, звуком.
В 2005 году одну из Нобелевских премий в области экономики получил Роберт Ауман.
Ему уже за семьдесят лет. Он гражданин США и Израиля, преподает в Еврейском университете Иерусалима.
Все это было бы не так важно. (Евреев среди Нобелевских лауреатов столько, что эту премию можно назвать национальной. Хотя присуждается она безличностно, за работы, а не конкретным людям).
Но Роберт Ауман оказался религиозным евреем, естественно, строго придерживающимся законов кашрута...
Нобелевский обед – это традиционная часть торжества, в которой ничего не меняется десятилетиями.
Одно и то же меню делают одни и те же повара. По-особому приготовленное мясо, разнообразные приправы, подливы, соусы. Рыба, естественно, то же в разнообразных вариантах.
Есть секреты нобелевского стола, которые кулинары берегут строже государственной тайны..
Тот, кто однажды присутствовал на этом обеде, на всю жизнь запоминает вкус этих кушаний.
Но, естественно, шведские повара не соблюдают законы кашрута, например, в соусах к мясным блюдам может быть сметана..
 Роберт Ауман заявил, что ни он, ни сопровождающие его лица, а это ни мало - ни много 18 человек ( лауреатам разрешено приезжать на награждение с семьями), не смогут присутствовать на этом обеде.
Скандал получается.
А подать одним лауреатам на стол одни блюда, другим – другие, это, извините, по нормам просвещенной Европы, дискриминацией называется.
И тогда впервые за всю историю нобелевских торжеств решили отказаться от услуг шведских поваров и ... пригласили специально лучших мастеров из ресторанов Израиля.
И для участников нобелевского обеда решили сделать кошерный стол.
Все снималось на видеокамеры и документировалось. Каждый вечер специальный представитель Аумана – раввин, смотрел видеозапись, не нарушен ли кашрут.
В Швеции это стало событием номер один на целую неделю. Выпуски теленовостей начинались с сюжетов о том, как готовят кошерный нобелевский обед и какой едой будут потчевать лауреатов и гостей.
Вся страна смотрела и обсуждала эти новости. Должен сказать, что обед получился отличный.

Но и это еще не все...
Вручение премий традиционно проводится в субботу. От этого отказаться невозможно. А для еврея суббота – святой день и его нельзя нарушать никакой работой.
Роберт Ауман долго обсуждал этот вопрос с раввинами и, наконец, решил: премию он получит в субботу и даже произнесет лауреатскую речь, но вот из гостиницы в нобелевский зал пойдет только пешком. Никаких машин ни ему, ни сопровождающим его лицам не подавать. Еврей не может в субботу пользоваться транспортом...

2005 год. Все напуганы терроризмом, а здесь через пол-Стокгольма пойдут восемнадцать верующих евреев во главе с Нобелевским лауреатом.
– Стянули всю шведскую полицию, чтобы охранять этих ненормальных евреев. Стокгольмцы, давно пресытившиеся всем и потерявшие интерес ко всему, что находится за пределами их дома, высыпали на улицы. Такого в своей жизни они еще не видели.
Полиция перекрыла центр города, образовались автомобильные пробки, но никто не нервничал, не торопился.
Все смотрели, как посередине улицы идут евреи в черных сюртуках с ермолками, с пейсами, их жены в традиционных головных уборах.
Входит Роберт Ауман в концертный зал, и здесь я к нему с вопросом: “Какую музыку Вы любите, какая музыка вдохновляет Вас на открытия, на книги?”.
“Бах, конечно. Все барокко люблю, Генделя люблю, Вивальди люблю, но Бах – это особая музыка”, – мгновенно ответил лауреат.
Я опешил: “Вся страна буквально, стоит на ушах, чтобы сделать для вас кошерный обед, чтобы вы в субботу без происшествий прошли по городу, а вы говорите – Бах. Трудно найти более христианского композитора, его же считают “пятым апостолом”. У Баха все время Христос, Христос…”.
Теперь уже Роберт Ауман как-то странно посмотрел на меня и сказал: “Бах – это мозг! Это великий мыслитель. Он вдохновляет меня”.
Сказано это было таким тоном, что я понял, дальнейшие расспросы бессмысленны...
 
отец ФёдорДата: Четверг, 18.08.2016, 05:27 | Сообщение # 374
Группа: Гости





В 2005 году президент Украины В. Ющенко издал Указ об увековечивании памяти Симона Петлюры...в его честь были названы улицы и поставлены памятники в Киеве, Львове, Ровно, Тернополе, Стрые...

25 мая 1926 года. Прекрасный майский день в Париже. Слышно даже пение птиц. На углу бульвара Сен-Мишель и улицы Расин стоит человек и разглядывает в витрине обувного магазина кожаные штиблеты за 5 франков. К нему приближается мужчина лет 40 и спрашивает по-украински: «Вы господин Петлюра?» Удостоверившись, что перед ним на самом деле Симон Петлюра, неизвестный вытаскивает пистолет и трижды стреляет ему в грудь. Громкие выстрелы пугают влюблённых, целующихся на скамейках рядом. Они бросаются врассыпную. Птички испуганно взмывают в воздух.
Стрелявший закуривает папиросу и спокойно дожидается полиции. Он сдаёт оружие и заявляет, что застрелил убийцу.
Петлюра скончался минут через пятнадцать неподалёку в госпитале на улице Жакоб.

Убийцей был еврей из Бессарабской губернии. Его звали Самуил Шварцбурд...

Шулэм-Шмил (Самуил) Шварцбурд родился
 130 лет назад 18 августа 1886 года в Российской империи в городе Измаил, расположенном на берегу Дуная в 81 км от Одессы в семье Исаака Шварцбурда и Хаи Вайнберг.
После царского указа о выселении евреев из приграничной зоны семья переехала в Балту, где юноша увлёкся анархистскими идеями и даже принимал участие в событиях 1905 года. После неудачной революции уехал из России.
Жил в Румынии, Лемберге (Львове), в Будапеште, Вене, Италии, а в 1910 году обосновался в Париже, где работал часовщиком.
В 1914 году с началом Первой мировой войны Самуил вместе с братом вступил во Французский Иностранный легион и в составе 363-го пехотного полка участвовал в боевых действиях.
За три года отличился, стал кавалером ордена Боевого креста — высшей награды легиона.
Оказывается, уже тогда евреи не воевали в Ташкенте...

В 1917 году после тяжёлого ранения в ходе битвы на Сомме и лечения был демобилизован...
Февральская революция 1917 года в России побудила его вернуться летом вместе с женой на родину. Поначалу работал часовщиком в Балте, но в январе 1919 года в Одессе вступил в в Красную армию и до середины 1920 года в рядах бригады Котовского участвовал в боевых действиях на Украине. После подавления политической оппозиции разочаровался в Советской власти и вновь уехал в Париж, где открыл мастерскую по ремонту часов.

Вскоре выяснилось, что все члены его семьи (15 человек, включая родителей) были убиты во время прокатившихся по Украине массовых еврейских погромов...

С. Шварцбард не стал топить беду в вине, он продолжал писать и обдумывать планы мщения.
В 1920 году в Париже вышел его первый поэтический сборник «Троймэн Ун Вирклехкейт» – Мечты и действительность, где лирическая поэтика тесно сочеталась с жестокостью военных реалий. С. Шварцбурд (фамилия к тому времени уже была европеизирована как Schwarzbard) активно сотрудничает с местными анархистскими кругами и под псевдонимом «Бал-Халоймэс» – Мечтатель занимается публицистикой.
В числе его друзей и знакомых в Париже много анархистов: Нестор Махно (который тоже умер в Париже, но от туберкулёза) и Петр Аршинов (П. Марин), Волин (В. М. Эйхенбаум), Эмма Гольдман, Молли Штеймер, Сеня Флешин и Александр (Овсей) Беркман..

В 1925 году узнал из газет о пребывании в Париже Симона Петлюры, которого в те годы в еврейских кругах считали ответственным за массовые зверства, учинённые подвластными ему войсками на Украине.

В ходе массовых убийств и насилия над еврейским населением в годы Гражданской войны были убиты по меньшей мере 50 тысяч человек, более 300 тысяч детей оставлены сиротами.
Историки полагают, что реальные цифры много выше.

---------------- ----------------

Суд нал Шварцбардом начался через полтора года – 18 октября 1927 года, и сразу получил широкую огласку:
 за подсудимого вступились известные люди различных убеждений, в том числе философ Анри Бергсон, писатели Ромен Роллан, Анри Барбюс, Максим Горький, физики Альберт Эйнштейн и Поль Ланжевен, политик Александр Керенский и другие.



Подготовкой материалов для защиты занимался бывший премьер-министр Венгрии Михай Каройи.
Вёл защиту известный французский адвокат Анри Торрес.

Через 8 дней Шварцбард был оправдан присяжными и освобождён из тюрьмы, где провёл полтора года предварительного следствия...

После освобождения Шварцбард остался в Париже, работал в страховых компаниях и продолжал литературную деятельность. Он издал сборник рассказов о Первой мировой войне («Милхомэ Билдэр» — Образы войны), о пребывании на Украине в 1917—1919 годах («Фун Тифн Опгрунт» — Из глубокой пропасти), стихи, пьесу, мемуары («Ин Лойф Фун Йорн» — В беге дней).


Самуил регулярно сотрудничал с американскими и британскими периодическими изданиями на идише: «Фун Майнэ Милхомэ Тогбух» – Из моего военного дневника в газете «Арбэтэр Фрайнд» (Рабочий товарищ), статьи в «Дэр Момент» (Момент), «Фрайе Арбэтэр Штимэ» (Свободный рабочий голос) и «Идише Цайтунг» (Еврейская газета).

В 1927 году в Бессарабии на идише вышла книга репортажей о ходе процесса (З. Розенталь – Процесс Шварцбарда).

Образ Шолома Шварцбарда нашёл воплощение в литературе: Анри Барбюс написал одноимённую новеллу...
В 1937 году Шварцбард едет в США, а оттуда в Южную Африку на сбор материалов для нового издания Encyclopedia Judaica.
3 марта 1938 года на 51 году жизни он скоропостижно умирает от сердечного приступа в Кейптауне.
Через 30 лет, в 1967 году, его прах перезахоронен в Израиле, в мошаве Кфар Авихайль севернее Натании.

Имя Шварцбарда носят улицы в Иерусалиме, Беньямине, Петах-Тикве, Ашкелоне, Кирьят-Оно, Беер-Шеве, Кирьят-Ата.
Архив писателя хранится в Еврейском Научном Институте в Нью-Йорке и в библиотеке Кейптаунского университета...


В 2005 году президент Украины В. Ющенко издал Указ об увековечивании памяти Симона Петлюры...в его честь были названы улицы и поставлены памятники в Киеве, Львове, Ровно, Тернополе, Стрые. Поставлены памятники и Степану Бандере. У кого-то болит за них сердце.
...ничего не изменилось на земле Петлюры, Хмельницкого и Бандеры...

По странному стечению обстоятельств, а, может быть, и по сознательному выбору, национальными героями новой Украины становятся изменники, предатели, отступники, а то и откровенные вурдалаки, пролившие реки не только русской или еврейской, но, как это ни странно, и украинской крови.

Но даже среди таких, проклятых на все времена, имен, как Иван Мазепа, Степан Бандера и Роман Шухевич личность Симона Петлюры стоит особняком, и не только из-за своей патологической ненависти к евреям и москалям, но и из-за позорного конца своей пропащей жизни на парижской улочке...
 
KiwaДата: Вторник, 30.08.2016, 14:15 | Сообщение # 375
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 328
Статус: Offline
Происхождение одной фамилии

Мой свекор Рувим Евсеевич Закгейм был молчаливый еврей, погруженный в священные книги. Иногда он шумно спорил по-древнееврейски с какими-то стариками. Спор касался различных толкований Талмуда и горячо волновал вот уже несколько тысяч лет талмудистов, живущих в своем особом мире, очень далеком от вопросов повседневности.
Один раз я спросила:
— Почему вы дали своему сыну (моему мужу) имя Иуда?
— А что, оно тебе не нравится?
— Оно связано с предательством.
— Каким предательством? О чем ты говоришь?
— Иуда предал Христа, и имя его — символ предательства.
— Какие глупости! Иуда — имя нашего иудейского народа. Как же это имя может тебе не нравиться? Не понимаю!
Он великолепно отвергал христианство. О нем не было написано в его священных книгах, оно было слишком современно для него.
В 1930 году свекор торжественно вошел в мою комнату, где я сидела у постельки новорожденного сына.
— Мне надо поговорить с тобой. Будешь ли ты обрезать ребенка?
Я знала, что дед молил бога, чтобы у меня родилась девочка, потому что понимал, что мальчик останется необрезанным, а это для него была трагедия. Мне было трудно отказать старику, и я решила спрятаться за спину мужа.
— Нет, Рувим Евсеевич, если бы даже я согласилась, ваш сын никогда не разрешит мне это сделать.
— Если ты согласишься, мы сделаем это без его разрешения.
Дед подбивал меня на преступление.
Бедный! Сколько же он перестрадал, если решил восстать против обожаемого сына!
— Нет, я не могу этого сделать, — сказала я категорически.
— Но твой сын будет не еврей! Понимаешь ли ты, что это значит?
Я не понимала. Мне казалось совсем неважным, будет ли мой сын евреем или китайцем, ведь он будет жить при коммунизме! Я никак не думала, что, когда моему сыну будет сорок лет, будет существовать пятый пункт и что дед его мог не волноваться: внук даже при желании не сможет назваться не евреем.
— Знаешь ли ты происхождение нашей фамилии?
Дед вытащил из кармана старинный кожаный футляр, украшенный «могиндовидом» и надписью на еврейском языке. В футляре лежал свиток пергамента. Он торжественно прочел мне непонятный текст на древнееврейском языке и перевел.
Содержание рукописи было следующим.
В семнадцатом веке в местечке Ружаны перед пасхой нашли труп христианского младенца. Ружанскую еврейскую общину обвинили в ритуальном убийстве.
Влиятельный князь, которому принадлежало это местечко, заявил, что он сотрет с лица земли всю общину, если в трехдневный срок не выдадут убийц.
Трое суток день и ночь вся община молилась в синагоге о спасении, а наутро четвертого дня два старика пошли к князю и признались в убийстве.
Стариков повесили на воротах замка.
Община составила две грамоты и выдала их семьям убитых. Одна из этих грамот была в руках у моего свекра. В ней удостоверялось, что старик (имярек) не является убийцей, что он отдал свою жизнь для спасения общины, что в синагоге в Ружанах о душе его будут молиться вечно, а семья его получит фамилию Закгейм, что означает «зерех кейдеш гейм» — семя его священно. Род его должен продолжаться во веки веков, и если не будет наследника мальчика, то дочь, выйдя замуж, передаст эту фамилию своему мужу.
Дед прочел мне грамоту и вопросительно посмотрел на меня.
— Если он будет необрезан, я не смогу отдать ему этой грамоты, а он является наследником рода.
Мне очень хотелось получить этот свиток, и очень жаль было старика, который сильно надеялся, что теперь уж я не устою.
Но я устояла. Оскорбленный, он вышел из комнаты и унес свое сокровище...

Деда давно нет в живых. Во время войны пропал свиток. Последнему Закгейму, сыну моего сына, скоро исполнится год. Он учится ходить. Он еще не умеет держать равновесие и качается на своих пухлых ножках. Я смотрю на него и думаю: сколько бурь пронеслось над человечеством с семнадцатого века, когда «на веки вечные» выдана была грамота семье Закгейм...
Один Закгейм, председатель Ярославского горисполкома, в 1918 году был растерзан во время белогвардейского мятежа. Четверо убиты на войне. Несколько человек погибли в печах Освенцима.
Мой муж расстрелян в подвале Лубянки в 1936 году.
И все-таки передается эстафета. В этом крошечном существе течет кровь его прапрапрадеда, отдавшего жизнь за общину.
Что ждет его в конце страшного двадцатого века и в еще более страшном веке двадцать первом?
А может быть, вывезет кривая и продлится род «во веки веков»?


Адамова-Слиозберг Ольга Львовна  (1902-1991)


Сообщение отредактировал Kiwa - Вторник, 30.08.2016, 14:17
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » еврейские штучки » еврейские штучки
Страница 25 из 28«12232425262728»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz