Он прислуживал портному и чистил сапоги монахам, пока всерьёз не увлёкся Востоком. Идеально выучив арабский язык, Арминия Вамбери стал правой рукой министров Османской империи, а между делом встречался с королевой Викторией и выполнял поручения британской разведки.
Он мог стать хорошим талмудистом – как отец, скончавшийся вскоре после его рождения в 1832 году. Появившись на свет в крохотном городке на юге Словакии, мальчик рос в крайней нужде, с пяти лет помогая матери собирать пиявок, которых та поставляла аптекарям. Учился в хедере, потом был отдан в услужение дамскому портному. По ночам самостоятельно штудировал немецкий, венгерский и словацкий языки. В конце концов его – еврея – приняли в монастырскую школу, где он учился и подрабатывал, чистя одежду и сапоги наставникам. Способности нового ученика оценили, но это не избавило его от издевательств: кроме «неправильного» вероисповедания, мальчик с раннего детства хромал, являясь объектом насмешек сверстников.
Юноша быстро выучил латынь, освоил французский, английский, испанский, русский, шведский и датский языки. Революция 1848 года, сопровождавшаяся еврейскими погромами, заставила 16-летнего Арминия перебраться в Пешт. Здесь он зарабатывал на жизнь декламацией на различных языках, давал уроки состоятельным недорослям, здесь же увлёкся арабским, турецким и персидским, загоревшись идеей путешествия на Восток. Не в качестве туриста – Вамбери мечтал проверить теорию о тюркском происхождении венгерского языка...
Его приметил известный политик и писатель Йозеф фон Этвёш, при поддержке которого в 1856-м молодой человек прибыл в Стамбул. Жил по привычке впроголодь, читая за гроши классические поэмы в кофейнях и радуясь как ребёнок, когда слушатель принимал его за земляка. Как вспоминал сам Вамбери, «к счастью, y одного венгерского эмигранта околел пёс, и я занял вакантный пост сторожевой собаки». Ночью полиглот охранял дом, а днём преподавал. В том числе богатому сановнику, который с помощью еврея совершенствовал свой французский. Вамбери же, в свою очередь, отшлифовал здесь свой турецкий, завёл полезные знакомства и оброс связями в научных и дипломатических кругах. Вскоре его уже называли Решид-эфенди, и сам Мидхат-паша – великий визирь и отец турецкой конституции – разрешил Вамбери, первому из иностранцев, не принявшему ислам, посещать медресе.
Прошло совсем немного времени, и он на равных участвовал в богословских диспутах с ведущими теологами. И вот уже нищий еврей из австро-венгерской провинции становится секретарем министра иностранных дел Мехмеда Эмина Фуад-паши. Ряд историков на этом основании утверждают, что в течение жизни Вамбери четырежды менял вероисповедание. Сам он это отрицал, хотя это как раз тот случай, когда нет дыма без огня... Обретя долгожданную финансовую независимость, 26-летний полиглот наконец получил возможность заниматься наукой. В 1858-м в Стамбуле был издан его первый труд – немецко-турецкий карманный словарь, а два года спустя вышел словарь средневекового джагатайского языка, который иногда называют староузбекским. Параллельно Арминия работал в местных архивах, исследуя османские документы по ранней истории Венгрии, за что в 1861-м Венгерская Академия наук избрала его своим членом-корреспондентом. Ещё одна ипостась неугомонного Вамбери – журналистская: его корреспонденции регулярно появлялись на страницах газет Австро-Венгрии. Вернувшись в Будапешт, учёный муж сразу начал готовиться к новому путешествию – в Персию и Бухарский эмират. К тому времени он уже владел узбекским, туркменским и киргизским, разбирался в тонкостях исламской традиции. На этот раз его готова была поддержать Академия наук, хотя сопроводительное письмо от академии выглядело странно...c призывом оказывать его подателю содействие в научной миссии: большинство городов по маршруту Вамбери были для европейцев просто закрыты. Впрочем, начиналось его второе путешествие вполне цивилизованно. Весной 1862 года он из почти родного Стамбула пароходом добрался до черноморского порта Трабзон, а оттуда караванным путём через Эрзурум и Тебриз прибыл в Тегеран. Его главной целью была Средняя Азия, где свободно перемещаться могли лишь караваны дервишей. Образ странствующего проповедника был лучшим прикрытием для экспедиции. Получив у турецкого посла в Тегеране паспорт на имя Хаджи-Мехмед-Решид-эфенди с личной печатью-тугрой и подписью султана, Арминий присоединился к каравану паломников, возвращавшихся из Мекки в Бухару. Сердобольный посольский врач дал путнику на дорожку пилюли стрихнина: в случае разоблачения это избавило бы его от лишних мучений...
Не побывав в Мекке, Вамбери не имел права называться «хаджи» – одно это могло ему дорого обойтись. Но караван с лжедервишем двинулся к Каспийскому морю, через Каракумы в Хиву, оттуда через Кызылкум пришёл в Бухару и завершил путь в Самарканде. Трудности путешествия, включая песчаные бури, нехватку воды и трапезу из общего котла грязными руками – ничто по сравнению с постоянной угрозой разоблачения. Один афганец учуял в Вамбери европейца и стал угрожать в Хиве сдать неверного. Арминий сыграл на опережение и по прибытии в город сам направился к хану, снискав милость в его глазах. Получив традиционное благословение от дервиша, хан жаловал ему деньги и осла. От денег путник отказался – дервиш не мог ими обладать, а осёл пришёлся очень кстати. В Герате местный царёк заподозрил в «дервише» англичанина, но тот продемонстрировал свой паспорт и даже заставил обидчика извиниться, ссылаясь на фразу из хадиса: «Кто правоверного даже в шутку назовёт неверным, сам станет неверным». Между тем опасность выдать себя заставляла контролировать каждый шаг. Зная за собой привычку жестикулировать при разговоре, что на Востоке неприемлемо, Вамбери забинтовал руку, сославшись на сильную боль. Не менее сильным был страх заговорить во сне на каком-нибудь европейском языке. И всё-таки один явный прокол мог стоить самозванцу жизни: услышав однажды игру небольшого оркестра на военном параде, Вамбери непроизвольно стал притопывать в такт мелодии. Заметивший это сын афганского эмира Якуб Хан подозвал незнакомца и прямо сказал: «Вижу, ты учёный человек, но так делают только европейцы». Путешественник стал отнекиваться – визави не поверил ни слову, но решил не губить путника...
Вояж завершился в марте 1864-го, и в том же году вышла книга «Путешествие по Средней Азии», переведённая на все европейские языки, в том числе и на русский.
На родине его приняли весьма странно. С одной стороны, имя соотечественника гремело в газетах, с другой – государственные мужи и официальная наука его словно не замечали. «Многих смущало, что венгр, которого повсюду в Европе принимают с таким почётом, – какой-то бродяга без роду, без племени и к тому же еврей», – подчёркивал Вамбери. Признание, как это часто бывает, пришло издалека: Лондонское Географическое общество пригласило Вамбери сделать доклад о своем путешествии. Он согласился и попросил Венгерскую Академию наук оформить «командировку»: денег на лекционный тур у вчерашнего дервиша не было, а гонорар за книгу он ещё не получил. Учёные мужи задумались и потребовали рукописи в залог... Доклад прошёл на ура, Вамбери был признан крупнейшим исследователем Средней Азии и получил предложение остаться в Лондоне: у Британской империи были свои виды на этот регион, эксперт экстра-класса очень бы пригодился. И тут он срочно понадобился Отечеству. Будапештский университет расщедрился на ставку профессора восточных языков. Назначение требовало санкции императора Франца-Иосифа: так Вамбери стал первым профессором-не католиком. Впрочем, ректор прямо признался, что если бы не императорский указ – не видать востоковеду этого места. Достаточно того, что его пять лет не утверждали в звании полного профессора, а действительным членом академии он стал лишь через 12 лет... Тем не менее Вамбери преподавал в университете 40 лет – с 1865-го по 1905-й – и написал за эти годы более 20 книг о Средней Азии, которые и по сей день являются настольными для специалистов по этому региону.
Учёный по-прежнему часто бывал в Британии – в этой стране ему всегда были рады. Причины радости стали известны лишь в 2005-м, когда Британский национальный архив рассекретил документы, о сотрудничестве Вамбери с секретной службой Ее Величества...
В 1889 году профессор был представлен королеве Виктории как «искренний и преданный друг» и зван к ней на обед в Виндзор. Когда подошло время трапезы, слуга с горячей водой для мытья рук куда-то исчез, и воду принёс ему... внук королевы – принц Уэльский Георг. Это крайне впечатлило учёного. «Мне, нищему еврею, прислуживал английский принц!» – вспоминал он.
От своего происхождения урождённый Герман Бамбергер никогда не отказывался, называя антисемитизм позором Европы. Известно, что он симпатизировал сионистскому движению и дружил с Теодором Герцлем. Будучи знатоком Османской империи, в состав которой входила Палестина, Арминия консультировал Герцля по многим вопросам и даже организовал встречу Герцля с султаном Абдул-Хамидом II, окончившуюся, правда, безрезультатно. Это не помешало султану весьма лестно, по словам Вамбери, отозваться о сионистском лидере: «Этот Герцль выглядит совершенным пророком‚ вождём своего народа». Действительно ли Абдул-Хамид так считал или просто был по-восточному вежлив, мы вряд ли узнаем. Таких экстраординарных путешествий, как в молодости, Вамбери больше не предпринимал, хотя работоспособность и выдающиеся лингвистические способности сохранил до конца жизни. Так, например, он мог диктовать сразу двум машинисткам на разных языках. Филолог-полиглот, владевший многими языками, историк и этнограф Вамбери был одним из основателей и президентом Венгерского географического общества и членом Совета директоров Венгерской Академии наук. Вопреки поговорке, природа не отдохнула на сыне гения: Рустем Вамбери стал крупным юристом и политиком, одно время занимал должность посла Венгрии в США. Не был обделён Вамбери и учениками, многие из которых считаются крупнейшими востоковедами – например, гебраист и исламовед еврей Игнац Гольдциер или арабист Дьюла Германус. Работая до последнего дня, Арминия тихо ушёл осенью 1913-го, завещав похоронить себя без официальной церемонии и напыщенных речей. Как подобает настоящему дервишу.
Дата: Суббота, 26.06.2021, 17:43 | Сообщение # 422
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 262
Статус: Offline
В начале 40-х годов XIX столетия, по предложению Министерства государственных имуществ, одобренному императором, почти все еврейское население подлежало выселению в резервацию. Взволнованный судьбой евреев, М.С. Воронцов, преодолев сопротивление жены и многих чиновников, обратился к императору Николаю I с представлением. В этом историческом документе, в частности, говорилось:
"Ваше Императорское Величество! Зная, сколь Вы, Государь, изволите интересоваться мнением управляющих отдельными частями империи относительно дел государственных, осмелюсь и считаю долгом определиться в намерениях правительства изменить судьбу еврейского народа. Без излишества опишу нынешнее положение евреев в Новороссийских губерниях, где их пребывание не возбраняется. Указанные евреи вытеснены из Западной Европы и во внутренние губернии России не допущены. Большая часть их относится к малодостаточным обывателям, принуждена добывать хлеб насущный мелочной торговлей, трудом на казённых землях и ремесленными услугами обывателям."
Далее излагалось мнение Министерства государственных имуществ, которое делит евреев на "полезных" и "бесполезных"... "Смею думать, - продолжает М.С.Воронцов -, что само название "бесполезные" для сотен тысяч обывателей и круто, и несправедливо. Тех, кого власти считают "бесполезными", составит 80 процентов еврейского населения. Бесчеловечны меры, что указано применить к ним и выслать их из селений и местечек, поселить в одном месте, лишить участия в правах. Смею указать, мой Государь: сии подданные Вашего Величества крайне бедны. Отстранение от обычных занятий обречёт их на истребление через нищету и умственное отчаянье. Эта участь падёт на людей, ни в чём не провинившихся против России. Благоразумие и человеколюбие призывают отказаться от жестокой меры, ибо плач и стенания несчастных будет порицанием правительству и у нас, и за пределами России". Заканчивает М.С.Воронцов свое представление словами: "Зная, сколь Ваше Императорское Величество благоволите мне, недостойному высокой милости, припадаю к стопам Вашим, Государь, о смягчении судьбы несчастного народа".
В начале 1845 г. граф М.С.Воронцов уехал в Санкт-Петербург за новым назначением. На обеде у государя император сказал Воронцову: "Удовлетворил я твоё представление, граф, касательно евреев".
Какими словами можно выразить своё восхищение и признательность графу, генерал-губернатору, фельдмаршалу, государственному деятелю, человеку, совершившему этот самоотверженный поступок и заступившемуся за евреев...
В марте 1845 г. графа М.С.Воронцова в порту провожала 100-тысячная Одесса, он уезжал на должность наместника императора на Северном Кавказе. В этом же году за кавказские подвиги М.С.Воронцов был возведён в княжеское достоинство...
Последние дни Воронцов провёл в любимой им Одессе: он вернулся туда в начале октября 1856 г., а 6-го ноября его не стало. Он скончался на 75 году от рождения... 10 ноября 1856 г. улицы Одессы были переполнены народом, провожавшим похоронную процессию по направлению к Преображенской улице. Там, в склепе при Кафедральном преображенском соборе, с великими почестями был похороненСветлейший князь Михаил Семёнович Воронцов. Одесситы всех национальностей и всех вероисповеданий оплакивали смерть уважаемого и любимого сановника. Всем памятна была щедрая благотворительность покойного и его супруги, пожертвовавших из собственного состояния на благотворительные дела около трёх миллионов рублей.
С разрешения императора Александра II, по всей империи была открыта подписка на сооружение памятника Воронцову, каковой был открыт на Соборной площади в ноябре 1863 г. Его авторы - мюнхенский скульптор Ф.Бруггер и одесский архитектор Ф.Боффо. Бронзовая статуя М.С.Воронцова возвышается на пьедестале, выполненном из крымского диорита......
-------------
Надин, незаконнорожденная дочь Воронцова от Елены Заводовской, после смерти отца получила большую часть его наследства. Они с мужем купили парусник, наняли команду и вышли на безбрежные просторы Атлантики. После долгого и опасного путешествия они бросили якорь в Манхеттене. Из Нью-Йорка молодая чета на шарабане отправилась в штат Иллинойс, где купили ранчо... Вскоре у них появился первенец - сын Майкл - в честь деда Михаила Семёновича Воронцова...
Дата: Вторник, 20.07.2021, 01:05 | Сообщение # 424
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 341
Статус: Offline
Голубь мира на тропе войны
Эти строки я пишу сейчас в той же герметизированной комнате, где моя семья пережидала налёты "катюш" во время обстрела моего города. А стреляли по нему обширно и массивно. Давно это было, скажете? 15 лет прошло… А привычка хранить в "мамаде" бутылки с минеральной водой и вещи первой необходимости сохранилась до сих пор. Вторая Ливанская война началась 12 июля 2006 года. Но у каждого есть свой день, в который он понял, что это — война. В Кармиэль она пришла 13 июля, а Хайфа поняла, что это война, 16-го. Хотя войной эту войну назвали спустя много времени. И помнятся эти горячие дни лета 2006-го, словно не пролетели 15 очень разных лет. И сейчас вспоминаешь… У меня тогда не было необходимости брать интервью у очевидцев событий. Достаточно было сидеть у себя в квартире и пытаться считать эти дни просто буднями.
А начиналось всё так… Сигнал тревоги протяжно зазвучал над Кармиэлем, разорвав жизнь этого зелёного города на "до" и "после"."До" — были светлые планы о кармиэльском фестивале танца, о летних отпусках и поездках на ближайший пляж в Нагарию."После" — нависла звенящая неопределённость завтрашнего дня. И сколько таких дней ждет нас, тогда никто не знал… Первую тревогу я услышала в галилейском городе Кармиэле. Чуть позже я возвращалась домой, в район Хайфы, по трассе, рядом с которой и разорвалась первая "катюша", нацеленная на Кармиэль. Друзья советовали ехать окружной дорогой через районный центр Мисгав. Так, сказали они, хоть и длиннее, но надежней. Но уж очень хотелось поскорее вернуться домой. Хотя до сих пор не пойму, благородным ли делом в данном случае был риск. В том году свой день рождения я впервые отмечала в столь экзотической обстановке – в герметизированной комнате. Первой меня "поздравила" сирена, прозвучавшая над нашими спящими головами 17 июля в шесть часов утра. В каждом несчастье нужно уметь искать толику счастья… Какое счастье, думала я, прыгая в пижаме в наш "хедер-мамад", что мне не нужно бежать в общее бомбоубежище. В мирное время в этой комнате обычно шла "война" за обладание компьютером между мной и детьми. Но в сложившейся ситуации мы вполне миролюбиво рассаживались по приготовленным пластиковым стульям и ждали отбоя. Вернее, отбоя не было. Нужно было просто услышать характерный "бум", а потом угадать, куда этот "бум" прилетел. В лучшем случае он заканчивался в глубине Хайфского залива, многочисленные худшие случаи были описаны в местных СМИ… Кто же мог подумать, что спустя некоторое время появится такое чудо, как "Железный купол"? Тогда мне подчас казалось, что все мы стали невольными участниками знаменитой "гусарской рулетки": попадёт — не попадёт… А вот дневная серия взрывов первого воскресенья войны могла быть реально предназначена каждому из нас, жителей Крайот.Кирьят-Моцкин, Кирьят-Хаим, Кирьят-Ям… Эти взрывы по счастливой случайности не повлекли за собой жертв и разрушений. В городе Кирьят-Ям модернизированная "катюша" разорвалась по соседству с новым микрорайоном "Савьоней-Ям". Осколки этой "катюши" остались на память в искореженных стенах ближайших коттеджей и припаркованных автомобилей… И в душах наших детей. И, в конце концов, ничего страшного, что в нашем "хедер-мамаде" мы сидели как сельди в бочке. И ничего, что вентилятор гнал горячий воздух, а всему женскому населению семьи срочно требовалось в туалет, прямо как в театре во время антракта. Зато в свободное от взрыва и сирены время можно поразмышлять и предаться воспоминаниям. Моя мама, например, раньше никогда не рассказывала мне о том, как летали над Киевом "мессершмидты", а она, девчонка, вместе с другими детьми бегала по двору своего дома на Подоле и даже не думала прятаться. Детство всегда любопытно… Было это в июле 1941 года. Ровно 80 лет назад. Мама успела эвакуироваться из Киева. Ее старший и единственный брат лежит в Бабьем Яру. И 15 лет назад был июль… Только год 2006-й. Страна иная, и враги другие. Но ситуации чем-то схожи. Только моя двенадцатилетняя дочка уже не бежала высматривать в небе "катюшу" Хизбаллы. Наши дети были чётко просвещены о правилах поведения в экстремальной ситуации. Вскакиваешь с постели, стараешься попасть ногами в тапочки, хватаешь любимого мягкого зайца и с ним под мышкой бежишь срочно "герметизироваться". Лично мне уже однажды пришлось "герметизироваться" И сейчас сквозь призму лет вспоминаю об этом времени, как об одном из курьёзов в своей жизни... Было это в январе 1991 года на нашей первой съёмной квартире в Кирьят-Хаиме. Тогда жили мы в Израиле всего три недели, поселились вдевятером в трёх комнатах, не знали иврита. И тут началась война в Персидском заливе, за которую Израиль должен был платить высокую цену, обеспечивая всю страну противогазами. Новым репатриантам их выдавали "не отходя от кассы", прямо в аэропорту вместе с приветствием "шалом" на их новом языке. Как готовиться к войне, мы понимали весьма приблизительно. И поэтому для герметизации выбрали комнату со стеклянной дверью, в ней и просиживали все сирены той зимы. Из окошка этой комнаты замечательно просматривалась бензозаправочная станция. Хорошо, что все сирены в нашем районе оказались ложными. А летом 2006-го наши "северные" дети проводили летние каникулы в бомбоубежищах. Мальчишки играли в ЦАХАЛ и "Хизбаллу". Насралла в этих играх был убит сотни раз. У девчонок свои девчоночьи интересы. Моя дочь изучала вид из окна. Лишь недавно была доступна "большая" жизнь за окошком: библиотека, кружок танцев, подружки и развлечения. Но жители Крайот и Хайфы в который раз за этот день вынуждены проводить время по месту жительства, не отдаляясь от укрытий. А значит, на улицу никак нельзя. В те дни наши дети взрослели быстро. Даже с псом нужно было прогуляться так, чтобы успеть добежать домой под сирену. А наши старики… Сколько пожилых людей жили на верхних этажах в старых домах без лифта? Могли ли они во время каждой сирены преодолеть десятки лестниц, затем выбежать из подъезда, перебежать в соседний подъезд, заскочить в бомбоубежище, а потом преодолевать эти лестницы в обратном порядке? Кто задумывался, выходили ли они вообще из своих квартир во время тревоги? И сколько валидола было положено в те дни под язык? "Лично я фаталистка", — сказала приятельница моей мамы. И ни разу во время обстрелов не спустилась в бомбоубежище. А ещё мне вспоминался в те дни стишок детства "У меня зазвонил телефон". Там есть фраза: "И так целый день…" И так у нас целый день звонили друзья и близкие. Эти звонки стали символом того времени. От них теплело на душе. А на телеэкране мелькали кадры. Упакованные чемоданы, отъезжающие автомобили… Это напоминало мне реалии другого времени. Год 1986-й. Киев. Чернобыльская катастрофа. Как не хочется оставлять родной дом, знает лишь тот, кто был вынужден его однажды оставить…
Хотелось сохранять оптимизм даже в такие крутые дни… Хотя это было непросто, между леденящими кровь завываниями сирены и характерными звуками разрывов. А один взрыв оказался настолько близок, что нужно рассказать о нём отдельно. 5 августа 2006-го. Стайка серебристых голубей неспешно пересекала тихую улицу приморского городка Кирьят-Ям. Первая суббота последнего месяца лета. В восемь утра город только начинал просыпаться. Редкие прохожие спешили на утреннюю службу в синагогу. Припаркованные машины, как яркие божьи коровки, примостились около тротуара. День обещал быть жарким и безоблачным. Сирена разорвала воздух, протяжно гудя и унося в прошлое утренние светлые сны жителей и их надежду на тихий день. А затем раздалась череда взрывов, последний из них был оглушительным. И наступила невероятная, зловещая тишина… Так мы привыкали к страшной действительности, к которой нельзя привыкнуть. Взрывы считали, а потом примерно определяли на слух дальность их падения. Кирьят-Ям стал одной из горячих точек, только по телевидению обычно все наши городки безымянно называли общим словом Крайот.
Но взрыв, раздавшийся в то субботнее утро, до сих пор звучит у меня в ушах. Дело в том, что ракета упала за моим домом. А к этому привыкнуть невозможно. Только когда восстановился пульс и ноги вышли из "ватного" состояния (думаю, что все эти признаки и относятся к понятию "посттравматический синдром"), я открыла окно в гостиной и увидела, что в безоблачное наше небо поднимается серый дым. Пустынная улица вдруг наполнилась людьми и шумом. Говорят, что журналистская находка — это вовремя оказаться в нужном месте. В данном случае нужным местом оказался мой собственный дом, хотя я бы предпочла, чтобы этот "экшен" со мной не случался. Ибо тот взрыв, раздавшийся в 30 метрах от моего дома, нёс смерть. Горел новенький автомобиль "рено меган". Его яркий цвет уже было невозможно опознать.
А небольшой грузовик, оставленный хозяином на субботу, развалился, как картонная игрушка, и его кузов сбил забор от палисадника моих соседей. Стёкла от разбитых окон отчаянно хрустели под ногами. Ещё долгое время, глядя на соседнюю многоэтажку, я видела зияющие просветы без стёкол. А из головы не выходила мысль: а если бы… А если бы владельцы "рено" в это время садились в машину? А если бы водитель грузовика в этот момент только парковался на своей импровизированной стоянке? А если бы кто-то из редких прохожих замешкался или заговорил с приятелем посреди нашей тихой улицы с цветочным названием? Кстати, за неделю до того зловещего утра в наш микрорайон уже прилетала "незваная гостья". Тогда "катюша" упала в десятке метров от второго взрыва. Перелетев крышу небольшого домика, она разорвалась в траве палисадника. Трагическое совпадение: в этом доме проживала семья одного из первых погибших в Хайфе — сотрудника железнодорожного депо, погибшего при взрыве "катюши". Семья только окончила сидеть неделю траура. На заборе висел некролог. Полиция и сапёры, перекрыв доступ к дому, вытащили металлический остов "катюши". Затем выложили ракету на общее обозрение, дав возможность фотографам из СМИ запечатлеть её. И увезли в специальном герметизированном транспортном средстве, которого мне раньше видеть не доводилось.
А взрыв первой августовской субботы 2006 года разбросал частички ракеты на десятки метров. У порога нашего дома моя дочка тогда нашла круглый металлический шарик и три серебристых осколка. Любой из которых при прямом попадании мог стать роковым… Впрочем, для одного существа этот взрыв стал роковым. Когда полицейские открыли улицу для прохожих, кто-то недалеко от возникшей воронки обнаружил убитого голубя. Чуть раньше тот неспешно прогуливался по нашей тихой улице в поисках крошек. И не успел взлететь в небо…
***
И сильны, конечно, воспоминания о первом хайфском взрыве. Первую сирену, перекрывшую все звуки летнего города, мы услышали 16 июля. А за ней — другие звуки, тогда ещё непривычные. Так в Хайфу пришла война. Железнодорожная станция "Хайфа-центральная" после Второй Ливанской была переименована в "Хайфа-центральная имени восьми". Так было решено сохранить память о работниках железнодорожного депо, погибших 16 июля 2006 года в результате прямого попадания ракеты "Раад-1", выпущенной террористами "Хизбаллы".
В тот день погибли восемь молодых людей:Шмуэль Бен-Шимон, 41 год, из Йокнеама;Азаэль Дамти, 39 лет, из Кирьят-Яма;Нисим Эльхарар, 43 года, из Кирьят-Аты;Давид Фельдман, 28 лет, из Кирьят-Яма;Рафи Хазан, 30 лет, из Хайфы;Денис Лапидус, 24 года, из Кирьят-Яма;Реувен Леви, 46 лет, из Кирьят-Ата;Шломи Мансура, 35 лет, из Нагарии. Это родители Шломи Мансуры, проживающие на соседней со мной улице, получили у себя в палисаднике второй зловещий привет из Ливана в виде разорвавшейся в земле "катюши".
Денис Лапидус родился в Минске.
Давид Фельдман — в Риге...
Они не успели завести семью. Всё, что успели, — отслужить в армии. Сейчас растут в их семьях племянница и племянник, названные в память о них. Дяди их уже не увидели. Воскресенье. Первый день недели. Первый раз за долгие годы Хайфа начинала её так странно. И мы ещё не знали, что ожидает нас в следующие дни.
15 лет назад… На территории хайфского депо установлен монумент в память о погибших. Установлен памятник и в Кирьят-Яме. На центральной улице. Негромкий, строгий и символичный: рельсы, уходящие в небо. По традиции здесь проводятся траурные митинги. А родные и близкие и без митингов хранят память в сердце…
Хочется завершить этот очерк песней моего друга, хайфского барда Олега Фабия, которую он написал в горячее лето 2006-го и посвятил Второй Ливанской. Олег проработал все дни военных действий в промышленной зоне Крайот-Акко, которая ежедневно обстреливалась. Это война стала тяжелым испытанием, для многих — первым такого рода. А песня называется "Ну, вот и я с войной столкнулся…"
Ну, вот и я с войной столкнулся, вчерашний мир перевернулся, тревожно, жутко было мне, когда внезапно в тишине вонзился в сердце, душу звон, моей Земли прощальный стон, накрыла нас, как в шторм волна, своим безумием война.
*** Сирена выла полминуты. Ребёнок сонный, необутый сквозь мрак вечерний напролом бежал, запыхавшись, под дом, в бомбоубежище, где мы стояли молча у стены, и всех терзала мысль одна —кого и где убьёт война?
*** А где-то рядом, глухо охнув, взорвалась смерть, и мы, оглохнув, оцепенев, разинув рты, ловили звуки темноты. Охрипнув, замер дикий вой, и небо вновь над головой без звёзд. Лишь мрачная луна зловеще смотрит вниз... война.
Дата: Пятница, 30.07.2021, 13:03 | Сообщение # 426
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 145
Статус: Offline
9 мая и 22 июня — две особые даты в нашей истории: невероятно счастливая и беспросветно трагическая. Война началась 80 лет назад, но в 1945-м не кончилась.
«Пока не похоронен последний погибший солдат — война не окончена» — если генералиссимус Суворов прав, значит, до конца Великой войны нам бесконечно далеко; мы даже не знаем, сколько солдат лежит не похороненными к западу от Москвы.
Великая Отечественная за 76 лет после Победы 1945 года постепенно превратилась у нас в гражданскую. И она всё ожесточённее, хотя в основном идёт на бумаге и в эфире. Двадцать лет назад такой ярости не было; не было уголовных преследований за неверное слово о войне.
На дворе июль 2021-го, третье тысячелетие. С июля 1941-го прошло 80 лет, а битвы историков что ни день всё яростнее. Сейчас в России даже специальные законы приняты, уголовные наказания определены. Запрещено отождествлять политику Гитлера и Сталина, искажать роль СССР, пересматривать итоги. Но сам факт принятия этих законов говорит, что в обществе продолжают отождествлять, искажать, пересматривать. А если б не искажали, то и законы такие были бы не нужны.
Июль 1941 года — страшный месяц
Опять мы отходим, товарищ, Опять проиграли мы бой, Кровавое солнце позора Заходит у нас за спиной.
Мы мёртвым глаза не закрыли, Придётся нам вдовам сказать, Что мы не успели, забыли Последнюю почесть отдать.
Не в честных солдатских могилах — Лежат они прямо в пыли. Но, мёртвых отдав поруганью, Зато мы — живыми пришли!
Не правда ль, мы так и расскажем Их вдовам и их матерям: Мы бросили их на дороге, Зарыть было некогда нам...
Константин Симонов
За первые сорок дней войны, к концу июля 1941 года, мы потеряли десятки городов, первый миллион пленных. И продолжали терять города и людей. Шок от внезапного вероломного германского нападения давно прошёл, тем более что никакого вероломства не было, ибо никто Гитлеру не верил. (К 1941 году он нарушил столько договоров, на столько стран напал!) Да и внезапности не было — все предвоенные годы в СССР поспешно ковали оружие, формировали новые дивизии и армии; вся страна жила в ожидании войны, а точнее — в ожидании стремительных побед малой кровью на чужой территории. Так что к концу первого месяца войны, в двадцатых числах июля 1941-го, шок был совсем не от внезапности, а от непрерывных поражений. Вот чего никто не ожидал. Ежедневные сводки Информбюро ошеломляли: оставлены Смоленск, Вильнюс, Витебск, Воронеж, Львов, Минск, Полоцк, Псков, Рига, Ровно…
Кто виноват в катастрофе 1941 года? Кто виноват, что всё пошло не так, как обещал товарищ Сталин? Во время войны, да и в первые послевоенные годы, так ставить вопрос было опасно. Но после смерти Сталина, после разоблачения культа личности, после исторических исследований, публикаций документов и мемуаров (в том числе генеральских и маршальских) туман сталинской пропаганды растаял. Чем больше давали свободу думать, писать, публиковать, тем яснее становилась вина Сталина: уступал Гитлеру и снабжал его армию; сковал до полной неподвижности нашу армию приказами «не поддаваться на провокации»; паника первых дней и растерянность первых недель; и, конечно, уничтожение командного состава Красной Армии перед войной — в мирное время, в годы Большого Террора. И приговор, хоть и не судебный, был вынесен Сталину ещё в 1960-е:людоед.
Но в XXI веке с каждым днём пропаганда (игнорируя убийственные факты) всё агрессивнее настаивает: Сталин ни в чём не виноват, Сталин — это Победа; а в поражениях 1941 года виновны те, кто обманывал Сталина, — предатели, саботажники. Что коммунисты во главе с Зюгановым молятся на Сталина — не удивительно, ибо других козырей в предвыборной борьбе у них нет. Что всякие крупные и мелкие начальники одобряют Сталина и даже ставят ему (пока весьма небольшие) памятники — не удивительно, ибо соцопросы показали: именно Сталин, по мнению многих, величайший герой истории, а как не примазаться к величайшему? Но в голову не могло прийти, что ради прославления Сталина кто-то решится втоптать в грязь Жукова, маршала Победы.
* * *
Всякое приходилось читать о Жукове. Большинство свидетелей говорят (оправдывая или нет) о его жестокости; о том, что он не считался с потерями. Великий русский писатель Виктор Астафьев, геройский фронтовик, называл Жукова мясником и «браконьером русского народа» за огромные потери «живой силы» в лобовых атаках. А нобелевский лауреат Иосиф Бродский посвятил Жукову классическую героическую оду в духе Державина.
НА СМЕРТЬ ЖУКОВА
Вижу колонны замерших внуков, гроб на лафете, лошади круп. Ветер сюда не доносит мне звуков русских военных плачущих труб. Вижу в регалиях убранный труп: в смерть уезжает пламенный Жуков.
Воин, пред коим многие пали стены, хоть меч был вражьих тупей, блеском маневра о Ганнибале напоминавший средь волжских степей. Кончивший дни свои глухо в опале, как Велизарий или Помпей.
Сколько он пролил крови солдатской в землю чужую! Что ж, горевал? Вспомнил ли их, умирающий в штатской белой кровати? Полный провал. Что он ответит, встретившись в адской области с ними? «Я воевал».
К правому делу Жуков десницы больше уже не приложит в бою. Спи! У истории русской страницы хватит для тех, кто в пехотном строю смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою.
Маршал! поглотит алчная Лета эти слова и твои прахоря. Все же, прими их — жалкая лепта родину спасшему, вслух говоря. Бей, барабан, и военная флейта громко свисти на манер снегиря.
Спорят: талантливый полководец или нет. Но предателем никто Жукова не называл, даже ненавистники.
И вдруг 22 июня 2021 года (подходящая дата для неожиданного вероломного нападения) на глаза попадается газетная статья «Сталин в 1941 году» с подзаголовком «Ответственность без вины», написанная специфическим языком верноподданного «доброжелателя».
Вот её вступительный пассаж: «Вопрос о причинах трагедии лета-осени 1941 года висит в воздухе, терзая умы исследователей уже более 80 лет. Тщательное расследование причин трагедии лета 1941 года по личному указанию Сталина шло всю войну и завершилось только в 1952 году, так как вождя всё это время будоражила мысль о предательстве генералитета РККА. И основания для того у него были весомые. Сам-то он хорошо знал, что внезапности нападения Германии со товарищи на СССР 22 июня 1941 года как таковой не было, а вот просчётов (и только ли!?) высшего военного командования РККА в период подготовки к войне и после её начала хватало в избытке». Не станем придираться к неуклюжим фразам, которые хотят быть красивыми; пусть они продолжают «висеть в воздухе, терзая умы». Для нас важна суть. Автор сообщает о важнейшем расследовании, которое по личному указанию Сталина «шло всю войну и до 1952 года», — шло, значит, 11 лет, но осталось полностью неизвестным. Автор не приводит ни одного документа: не цитирует ни приказ Сталина начать расследование, ни итоговый отчёт. Зато в этом первом абзаце открыто заявлена главная тема статьи: предательство! Прочтите внимательно: «Вождя всё это время (11 лет!) будоражила мысль о предательстве генералитета РККА». И далее: «Основания для того были весомые». То есть не паранойя 11 лет будоражит мысли Сталина, а некие доказательства (как ещё понять выражение «весомые основания»?). Сразу вслед за этим — утверждение: Сталин «хорошо знал, что внезапности нападения Германии не было, а вот просчётов (и только ли!?) высшего военного командования РККА в период подготовки к войне и после её начала хватало в избытке». Уважаемые читатели, обратите внимание на восклицание «и только ли?!». Если сперва сказать о предательстве, а сразу потом «просчёты (и только ли?!)» — всем ясно: не только! Конечно, не только! Это простая и циничная техника: вроде бы прямо не сказал, но все всё поняли. (В устах известного ТВ-пропагандиста Киселёва этот приём звучит так: «Совпадение? Не думаю!» — и всем сразу ясно: не совпадение, а вражеское коварство!)
Следующий абзац статьи о невинном (без вины виноватом) Сталине закрепляет в умах доверчивых читателей мысль о предательстве и прямо называет предателей: «В 1941 году в военном планировании Красной Армии непостижимым образом произошла негласная подмена сути плана отражения агрессии, утверждённого правительством страны... Наркомом обороны тогда был маршал С.К.Тимошенко, а начальником Генштаба — генерал армии Г.К.Жуков. Обвинять их в предательстве вроде абсурдно, но именно с их подачи войска западных приграничных округов были переориентированы на отражение агрессии самым сомнительным способом». Снова тот же циничный приём. Написано: «обвинять в предательстве вроде абсурдно», а смысл прямо противоположный: Тимошенко и Жуков — предатели. А о какой подмене речь? В чём была опасность негласной подмены, которую совершили предатели? Ответ ужасный: «Опасность данной подмены состояла не только в её незаметности, но и в том, что она базировалась на теории «пограничных сражений» маршала М.Н.Тухачевского, расстрелянного в 1937 году, которая, по его же признанию, на следствии составляла основу плана организации поражения СССР в войне с Германией». Эта корявая извилистая фраза прямо говорит, что Г.Кудий (автор цитируемой статьи о невинном Сталине) считает истиной «признание» Тухачевского, сделанное под пытками. Агент восьми разведок Тухачевский планировал «организацию поражения СССР в войне с Германией», а Тимошенко и Жуков в 1941-м начали осуществлять этот предательский план. (Скажем в скобках: русский язык ненавидит «литераторов», которые, подобно Кудию, навинчивают четыре родительных падежа подряд, так, что чёрт ногу сломит: «подмена сути плана отражения агрессии». Русский язык мстит им, и они, не понимая, куда следует ставить запятую, разоблачают сами себя. У Кудия вышло, что предательская теория Тухачевского «на следствии составляла основу плана организации поражения СССР». Правильно!Ибо эта «теория» только на следствии в НКВД и существовала.)
Жуков и Тимошенко вредили, подменяли, саботировали, а мудрый Сталин, получается, либо не замечал, не понимал, либо прощал преступникам их просчёты. Кудий, не в силах расстаться со своими приёмами, пишет: «Эти просчёты (и только ли они?) выражались прежде всего в преступной дислокации войск РККА, выделенных для прикрытия границы». Опять этот типичный шулерский приём: «просчёты (и только ли они?)». Кудий даже сам себя замотал в свою паутину. Уж если ты утверждаешь, что имела место «преступная дислокация», то о каких просчётах говоришь в той же фразе? Просчёт — досадная ошибка, а преступная дислокация — сознательное намеренное предательство. А товарищ Сталин был не жесток, а слишком добр — прощал предателей, прощал виновников поражений и оставлял их на высших командных постах. В результате лето 1942-го оказалось ещё ужаснее, чем лето 1941-го. Немцы продолжили наступление, наши потери были огромны: сдали Севастополь, оставили полностью Крым, Харьковский котёл стал в 1942-м ещё одним поражением стратегического масштаба — всё это потом пришлось возвращать ценой немыслимых жертв. И процитированные выше стихи Симонова «Опять мы отходим, товарищ, опять проиграли мы бой» — это стихи написаны в 1942-м, а «опять» означает «и как вчера, и как в 1941-м». А Сталин... Сталин был не людоед, а человеколюбец. Кудий пишет: «В жертвах в первые дни войны и позже более всего повинны наши высшие отцы-командиры. Прежде всего руководство наркомата обороны, Генштаба РККА (то есть всё те же Тимошенко и Жуков. — А.М.), командующие и штабы западных приграничных военных округов, которым Сталин с 1939 года настоятельно рекомендовал «скорее учиться искусству современной войны, уметь и наступать, и отступать, но самое главное, беречь и жалеть людей». Самое главное, конечно, беречь и жалеть людей...
Но важно уметь отличать красивые слова, произносимые с трибун и на банкетах, от приказов. А приказы сохранились гораздо лучше, чем люди. За первые полгода войны, с 22 июня по 31 декабря 1941 года, военными прокуратурами Красной Армии было возбуждено 85 876 дел. Более половины дел расследовалось за один день. Были осуждены 90 322 военнослужащих, приговорены к расстрелу 31 327, 58 995 — к лишению свободы. Но это всё же был суд: решали, кого расстрелять, а кого в тюрьму или в штрафбат.
16 августа 1941 года приказ наркома обороны №270 — а наркомом обороны уже месяц был не Тимошенко, а лично т.Сталин — предписал расстреливать на месте струсивших командиров (то есть без суда). Но что было совершенно дикой жестокостью, это наказание жён и детей. В приказе Сталина прямо сказано: «Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров». И, наконец, знаменитый приказ №227, написанный и подписанный лично Сталиным: ПРИКАЗ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной Армии и запрещению самовольного отхода с боевых позиций №227, 28 июля 1942 года. Паникёры и трусы должны истребляться на месте... Расстреливать на месте паникёров и трусов. Дважды в одном приказе Сталин велит «расстреливать на месте». Это значит — без разговоров, без всякого, даже торопливого суда. Только по приговорам на фронте было расстреляно 157 593 военнослужащих — двенадцать дивизий! А сколько «на месте» — не знает никто.
* * *
Уровень интеллекта даёт Кудию возможность удивлять и радовать читателей. Про июнь 1941 года он совершенно серьёзно пишет: «Атомная война СССР тогда не грозила». Так можно написать, что в июне 1709 года Петру I не грозила авиация шведов...
По Г.Кудию (помимо его воли) получается, что Сталин был не мудр, а глуп, если оставлял явных предателей командовать фронтами, да ещё награждал, обнимал. Где ж была его проницательность? Св. Иосиф не только справедливый, но и милосердный. 11 лет расследовал катастрофу 1941 года и — простил предателей: Жукова, Тимошенко… К нашему изумлению, это написано сейчас и опубликовано сейчас, в 2021 году. Называть Жукова предателем — значит пересматривать итоги, искажать историю, чернить память героя, жестокого полководца (но не предателя!), который у ворот Кремля на коне — кавалер двух орденов Победы.
Впрочем, в публикации, где Жуков и Тимошенко выглядят предателями, прямо в лоб они таковыми не названы, но и понять иначе разоблачающую их статью невозможно. Намёки слишком грубые и очень откровенные.
Дата: Пятница, 20.08.2021, 15:00 | Сообщение # 428
настоящий друг
Группа: Друзья
Сообщений: 748
Статус: Offline
ФАКТЫ в которые трудно поверить...
Как же случилось, что офицеры Красной Армии Исер Гальперин и Наум Ливанов стали основателями и первыми руководителями израильских разведывательных служб МОССАД и «Натива Бар»? Как вышло, что знаменитые «три капитана» — Никольский, Зайцев и Малеванный — буквально с нуля создали спецназ Армии обороны Израиля? Перебежчики? Предатели? Ничего подобного — они лишь выполняли свой долг и приказы Кремля. Всё дело в том, что и само Государство Израиль изначально было «советским проектом», а вовсе не американским или британским...
В марте 1947 года советник советского МИДа Борис Штейн подготовил для первого заместителя министра иностранных дел Андрея Вышинского докладную записку по «палестинскому вопросу», в которой, в частности, говорилось: «Советский Союз не может не поддержать требования евреев о создании собственного государства на территории Палестины». Вышинский передал докладную наверх. Спустя некоторое время постпред СССР в ООН Андрей Громыко озвучил позицию Сталина на сессии Генассамблеи: еврейскому государству быть. Возглавить еврейское государство должен был бывший замминистра иностранных дел СССР Соломон Лозовский. В министры обороны Сталин прочил дважды Героя Советского Союза Давида Драгунского. Предполагалось, что военно-морским министром должен был стать Григорий Гильман, старший офицер разведуправления ВМФ СССР...
Но в ходе переговоров с участием Лондона и Вашингтона Сталину пришлось уступить, и в итоге Израиль возглавил ставленник США Бен-Гурион, выходец из Польши.
Тем не менее трёхсторонние договорённости не препятствовали тому, чтобы Москва отрядила в Израиль значительное число своих офицеров: создаваемой с чистого листа армии нового государства требовались хорошо обученные кадры. А кто может быть лучше обучен, чем те, кто два года назад выиграл самую страшную войну? Англичане и американцы до зубов вооружали арабов, поклявшихся, что они выжгут огнём любые ростки еврейского государства на Ближнем Востоке, при этом введя эмбарго на поставки оружия местным евреям. Вооружать Израиль пришлось Сталину — вооружать тем, что считалось «советским военным резервом». В итоге израильские лётчики первое время летали на трофейных немецких мессершмитах и юнкерсах, на которых не всегда успевали закрасить свастики. А обучали их военспецы из СССР. Советских майоров и полковников одели в израильскую форму, а в документах изменили русские имена и фамилии на еврейские. Так, Гальперин становился Харелем, а Ливанов — Леваноном. Что же касается разведки, то у СССР к тому времени накопился немалый опыт работы на Ближнем Востоке. Первые еврейские силы самообороны «Исраэль Шойхет» ещё в 20-е годы создавал резидент ВЧК с псевдонимом Хозро — Иерахмиэль Лукачер — вместе со знаменитым разведчиком Яковом Серебрянским по личному распоряжению Феликса Дзержинского. По свидетельству генерала госбезопасности Павла Судоплатова, «использование офицеров советской разведки в боевых и диверсионных операциях против британцев в Израиле было начато уже в 1946 году». И в связи с этим возникло немало курьёзных ситуаций. Раввины обучали русских разведчиков... Если будущий создатель и руководитель МОССАДа и контрразведки «Шин Бет» капитан Красной Армии Исер Гальперин был евреем, что называется, без дураков, то его коллега по имени Николай Ливанов, возглавивший впоследствии разведку «Натива Бар», был, по некоторым свидетельствам, чистокровным русаком. Ни идиш, ни иврита, ни даже английского Ливанов не знал вообще и мог объясняться только по-русски. В связи с этим специфическим обстоятельством и кадры, которыми Ливанов-Леванон укомплектовал свою службу, были сплошь русскоязычными. Даже при том, что евреев в советской разведке служило немало, примерно на треть службу пришлось укомплектовать этническими русскими, украинцами и белорусами. Они зубрили иврит и идиш, но знать всего того, что знает любой мало-мальски грамотный еврей, они не могли. «Н екоторые из разведчиков попадали в пикантные ситуации, — свидетельствует ведущий научный сотрудник Института военной истории Министерства обороны РФ Валерий Ярёменко. — Так, один советский агент внедрился в ортодоксальную еврейскую общину, а сам не знал даже основ иудаизма. Когда это обнаружилось, он был вынужден признаться, что является кадровым чекистом. Тогда совет общины постановил: дать товарищу надлежащее религиозное образование. Причём авторитет советского агента в общине резко вырос: СССР — братская страна, рассудили поселенцы, какие могут быть от неё секреты?»
В Москве создание израильских служб безопасности курировал генерал госбезопасности Павел Райхман. Он же вместе с Судоплатовым и придумывал свежеиспечённым офицерам израильской армии еврейские имена и фамилии, а заодно и новые биографии. Тем, кому советская разведка придумывала легенду и отправляла на Ближний Восток, приходилось обрывать все связи с родственниками в СССР. В воспоминаниях бывшего заместителя гендиректора Днепродзержинского авторемонтного завода Якова Сибирякова (Шварцбурда) есть история о том, как он спустя многие годы совершенно случайно нашёл своего брата. «После войны, — писал Сибиряков, — на запрос о судьбе брата мы получили извещение “пропал без вести”. В конце 80-х годов у моего московского товарища близкие друзья поехали по гостевой визе к родным в Израиль и там случайно разговорились с пожилым человеком, который сказал, что живёт здесь с 1947 года, а вся его семья погибла во время войны. Звали его раньше Михаил Шварцбурд… Мой товарищ “ухватился за фамилию”, ведь она довольно редкая. Сообщили мне об этом, достали телефон этого пожилого человека, и я решился ему позвонить. Как только он взял трубку, то я сразу понял, что это мой родной брат Михаил, который в Израиле сменил имя на Моше Бен-Ами»... Как позже выяснилось, он прошёл всю войну, а в 1947 году, после ряда проверок, его отправили «на новое место службы», взяв с него подписку о неразглашении. Группу из 200 молодых советских офицеров, опытных фронтовиков еврейской национальности, тайно перебросили по поддельным польским паспортам в Палестину. Сколько всего было таких групп, сказать сложно, но, по некоторым оценкам, не менее сотни. Через 20 лет эти самые молодые советские офицеры стали маститыми вояками. Многие из них к тому времени возглавляли боевые подразделения, принимавшие участие в вооружённых конфликтах с Египтом, в том числе и в знаменитой Шестидневной войне. Возникла казусная ситуация. С одной стороны — египетские военспецы из СССР, с другой — израильские военные, но тоже родом из Союза. Один из руководителей МОССАДа Меир Слуцкий (Амит), кстати, двоюродный брат известного советского поэта Бориса Слуцкого, вспоминал, как однажды во время боя двое военных — с египетской и израильской сторон — узнали друг друга, осматривая в бинокли вражеские позиции. Казус, по свидетельству Слуцкого, состоял в том, чтоофицер, сражавшийся за Израиль, был этническим русским, а его коллега, помогавший египтянам, — евреем. Звали их Анатолий Казаков (Натанэль Казан) и Леонид Бельведерский. Вместе они воевали в Великую Отечественную в одном батальоне. По окончании Шестидневной войны сослуживцы встретились и помянули своих павших товарищей. Таковых, по воспоминаниям Меира Слуцкого, с обеих сторон насчитывалось не менее сотни человек...
Дата: Суббота, 04.09.2021, 07:44 | Сообщение # 429
настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 697
Статус: Offline
Сергей Федулов
Неудобная правда, о которой в погрузившейся в культ "победобесия" стране сегодня никто не расскажет. 29 июня 1942 года в Севастополе были взорваны Инкерманские штольни, в которых, помимо винных складов и складов боеприпасов, находились медсанбаты № 427 и № 47, а также бежавшие из Севастополя старики и женщины с детьми. 3000 мирных людей и тысячи раненых были похоронены заживо под многотонными глыбами камня по приказу своего же командования. Приказ о подрыве отдал начальник тыла ЧФ контр-адмирал Заяц.
А уже в ночь на 1 июля 1942 года командование обороной Севастополя, во главе с вице-адмиралом Ф. Октябрьским, получив добро от Сталина, поспешно бежало из Крыма с Херсонесского аэродрома на 13 самолётах «Дуглас» под возмущённые крики и стрельбу в воздух своих же бойцов. Всего на этих самолётах вывезли на Кавказ 222 начальника, 49 раненых и ... три с половиной тонны грузов. Историк Г. Ванеев, долгое время занимавшийся изучением второй обороны Севастополя, приводит такой факт: «Когда к самолёту подходили командующий Черноморским флотом вице-адмирал Октябрьский и член военсовета флота дивизионный комиссар Кулаков, их узнали. Скопившиеся на аэродроме воины зашумели, началась беспорядочная стрельба в воздух… Но их поспешил успокоить военком авиационной группы Михайлов, объяснив, что командование улетает, чтобы организовать эвакуацию из Севастополя»... Свидетель эвакуации Ф.Октябрьского лейтенант В.Воронов писал в воспоминаниях, что командующий флотом прибыл к самолёту, переодевшись в какие-то гражданские обноски, «в потёртом пиджаке и неказистой кепке». Подобного рода зрелище произвело на присутствующих очень плохое впечатление.
Другая часть руководящего состава армии и партийных чинов (во главе с генералом Петровым), с членами их семей и ценными вещами незаметно бежали из Севастополя на двух подводных лодках Щ-209. Начальник отдела укомплектования Приморской армии подполковник Семечкин рассказывал: «На посадку на подводную лодку я шёл впереди Петрова. В это время кто-то из толпы стал ругательски кричать: «Вы такие-разэдакие, нас бросаете, а сами бежите» ... и дал очередь из автомата по командующему генералу Петрову. Но так как я находился впереди него, то вся очередь попала в меня. Я упал…». Людей с причала переправляли на небольшом буксире «Папанин» на подводные лодки, куда попадали только счастливчики, имевшие пропуска за подписью Октябрьского и Кулакова. Официально Севастополь покинули 600 человек руководящего состава армии и партработников, но на самом деле их было 1228 человек. Те командиры и политработники, которым не хватило места в самолётах и подлодках, загрузились в ночь на 2 июля на небольшой катер №112 и, выйдя в море, были на рассвете обнаружены и пленены итальянскими торпедными катерами... Допрашивавший генерала Новикова Манштейн обратил внимание на то, что плененный советский генерал одет в форму рядового (!) и немедленно приказал переодеть его в соответствующее обмундирование...
79 956 оборонявших город солдат были оставлены на верную гибель и плен. Даже фельдмаршал Паулюс не покинул обречённые на гибель и плен свои войска под Сталинградом, он разделил их участь.
3 июля оборона Севастополя, продолжавшаяся 250 дней, завершилась поражением и город был оккупирован гитлеровскими войсками. Заняв город, немцы заявили о захвате 100 тысяч пленных. В качестве трофеев немцам достались 758 исправных минометов, 622 орудия, 26 танков...
Выживший снайпер из 25-й Чапаевской дивизии вспоминал: «Когда нас уже пленными гнали, немцы смеялись: «Дураки вы, иваны! Вам надо было ещё два дня продержаться»... А куда нам было держаться! Всё начальство нас бросило и бежало. Неправда, что у нас мало было боеприпасов, всё у нас было... Командиров не было. Если бы начальники не разбежались, мы бы города не сдали…».
А вот что писал на эту же тему в мемуарах «Утерянные победы» генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн, который командовал 11-й армией вермахта, наступавшей на Севастополь в июне-июле 1942-го года: «...судьба наступления в эти дни, казалось, висела на волоске. Ещё не было никаких признаков ослабления воли противника к сопротивлению, а силы наших войск заметно уменьшились... кто мог бы в тот момент, видя, как заметно иссякают силы наших храбрых полков, дать гарантию в скором падении крепости?»
А теперь о цинизме советско-сталинского режима.
Последний абзац сообщения Совинформбюро от 4 июля 1942 г. звучал так: «Слава о главных организаторах героической обороны Севастополя – вице-адмирале Октябрьском, генерал-майоре Петрове… — войдёт в историю Отечественной войны против немецко-фашистских мерзавцев как одна из самых блестящих страниц».
Есть просто ложь, есть наглая ложь, а есть ложь кремлевская… Советские войска не оставляли Севастополь. Наоборот, это их оставило там, бросило на произвол судьбы собственное командование: Октябрьский, Петров, Заяц...
Вскоре после этих событий была учреждена медаль «За оборону Севастополя». Первые её номера получили... Октябрьский, Петров, Заяц и прочие из списка 1228 фамилий. В 1958 г. адмирал Ф.Октябрьский получив звание Героя Советского Союза, стал почётным гражданином Севастополя; его именем назвали боевой корабль, учебный отряд Черноморского флота, улицу. Генерал армии И. Е. Петров в 1945 г, стал Героем Советского Союза, был награждён пятью орденами Ленина, двумя полководческими орденами...
Это всё, что нужно знать о "героической обороне" "города русской славы", оккупированного ныне внуками этих "героев".
Ну, а про то, почему в поражённой вирусом "победобесия" и культом "дедов" России до сих пор закрыты архивы, напоминать не имеет смысла. Всё и так ясно
Сообщение отредактировал Kiwa - Суббота, 04.09.2021, 07:48
Дата: Пятница, 10.09.2021, 16:01 | Сообщение # 430
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1743
Статус: Offline
...Их вывели во двор, молча выстроив у кирпичной стены. На ней были видны большие выбоины от пуль и тёмные пятна от крови, тех кто был здесь до них. Карканье ворон и короткая команда слились вместе, после чего раздалась длинная пулемётная очередь. Наступившую тишину прервали одиночные выстрелы – на всякий случай палачи хотели удостовериться в качестве выполненной ими работы… На календаре был октябрь 1937 года.
Спустя несколько лет другая расстрельная команда выполняла задание по очистке местечка от ундерменчей, как называл их начальник комендатуры. С раннего утра их начали свозить на телегах к заранее выкопанному в глубине леса рву. Кто-то из них попытался напомнить о прежней дружбе, учёбе в одном классе и даже о том, что лечили больных детей. Но эти хитрости не прошли – недаром нарукавная повязка с надписью «Polizist» подтверждала доверие новых властей к выполняемой добровольцами акции. В тот летний день ундерменчей было немного – от силы душ 70. Так что за час управились, а потом спустились в ров, чтобы собрать одежду и украшения, которые «эти» сумели пронести с собой. Как советовал начальник зондеркомады, «в завершении акции надо было проверить, что каждый из ундерменчей больше не будет осквернять землю…». Штыками им прокалывали грудь, иногда удачно попадая в аорту. Шёл 1941 год и «окончательное решение еврейского вопроса» только набирало обороты.
Случившееся на этой неделе в калифорнийском графстве Риверсайд, не имело прямого отношения к выполнению «работы» расстрельных команд в другой части света. Но память возвращает к событиям 80-летней давности.Вдоль пешеходного перехода, нависшего над 91-м хайвеем, местные жители развесили 13 звёздно-полосатых флагов и добавили к ним стяг Корпуса морской пехоты. Так они почтили память 13 американских военнослужащих, убитых талибами в кабульском аэропорту. Это были не просто флаги; это были 13 человеческих жизней. Но потом этих молодых ребят добили – уже здесь, у нас, в Калифорнии. В начале недели знамёна, развeвавшиеся над хайвеем, местные варвары изорвали в клочья. Напоминает контрольные выстрелы в голову и удары штыком в аорту. Дважды убитые…
Дата: Пятница, 24.09.2021, 17:15 | Сообщение # 432
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1743
Статус: Offline
памяти великого земляка
Первый мэр Тель-Авива
85 лет назад, 23 сентября 1936 года, умер Меир Дизенгоф, один из столпов Тель-Авива, его первый городской голова, ну а в целом человек, без которого первого еврейского города современности просто бы не было.
Мне особенно приятно, что Дизенгоф из тех же мест, что и ваш покорный слуга, а мой хороший друг и вовсе приходится ему родственником...
Меир родился и вырос в Бессарабии, потом учился и жил в Париже и Лионе, а ещё в Одессе. В результате, не могло не получится что-то хорошее.
Вот оно и получилось: Дизенгоф сначала создал отделение сионистской организации “Ховевей Цион” в Кишинёве, был делегатом Сионистских конгрессов, а затем занялся закупкой земли Эрец Исраэль.
Мало кто знает, что репатриировался он дважды. Первый раз в молодости, в 1892 году – тогда он по заданию барона Ротшильда создал на берегу Средиземного моря предприятие по производству бутылок для виноделен барона, но ... уже через 2 года оно прогорело. Второй раз, в зрелые 44 года, был уже удачнее, и сегодняшний процветающий Тель-Авив тому лучшее подтверждение.
Первый мэр Тель-Авива был необычен во всём – вплоть до того, что свой собственный дом он завещал городу: в нем разместился художественный музей, в котором 14 мая 1948 года, через 12 лет после смерти владельца, было объявлено о создании Государства Израиль.
Даже памятник Дизенгофу на бульваре Ротшильда возле его бывшего дома необычен. Это наверняка самая непомпезная конная статуя в мире – всё настоящее и доброе, никаких мундиров или гордых поз.
Дизенгоф, кстати, и вправду любил чинно проезжать по своей вотчине верхом на любимой лошади, обозревая, всё ли вокруг в порядке в стране и городе, которые он любил более всего на свете.
Дата: Воскресенье, 17.10.2021, 03:53 | Сообщение # 433
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 183
Статус: Offline
6 октября исполнилось 40 лет со дня убийства президента Египта Анвара Садата, сыгравшего немалую роль в истории нашего региона и заплатившего за это жизнью...
19 ноября 1977 года, в аэропорту им. Бен-Гуриона было не протолкнуться в буквальном смысле слова. Ветеран израильской журналистики Йосеф Кац, стоявший в тот день в трёхтысячной толпе таких же журналистов, как и он, любил вспоминать, как переругивался с постоянно наступавшим ему на ногу англичанином, отпихивал локтем какого-то француза позади себя, норовившего устроить объектив своего "никона" у него на плече. И как он сам тоже кого-то толкал и кому-то наступал на ноги… Боковым зрением Йосеф Кац заметил появление на лётном поле Голды Меир и Шимона Переса, но они ему в тот момент были неинтересны. Он ждал Менахема Бегина, чтобы по его выражению лица прочитать, что именно тот чувствует в эти минуты, но лицо премьера казалось маской игрока в покер. В сопровождении министров и начальника генштаба ЦАХАЛа Моты Гура Бегин подошёл к самой кромке лётного поля. Часы показывали 21:00. И вдруг это произошло. Огромный лайнер с надписью "Arab Republic of Egypt" и флагом с золотым орлом на борту с рёвом опустился на помчался по посадочной полосе. Когда он остановился — буквально в нескольких метрах от членов правительства Израиля, — на поле установилась мёртвая, звенящая тишина. В этой тишине к самолёту подали трап, затем его дверь медленно открылась и… Прошло не менее двух долгих минут, пока в двери показалась фигура смуглого усатого человека. "Готеню! – простонал кто-то за спиной Каца. – Значит, это была не шутка!" Это на самом деле было невероятно, в это невозможно было поверить, но ... — Анвар Садат, президент Египта и заклятый враг Израиля, спускался с трапа самолёта в главном израильском аэропорту. Подойдя к Менахему Бегину, он протянул ему руку, и на лице израильского премьера впервые за последние полчаса появилась улыбка. Затем Садат протянул руку Эфраиму Кациру и стал обходить одного за другим членов правительства. Дойдя до Ариэля Шарона, он задержал его ладонь в своей: "Ты даже не представляешь, как я хотел повесить тебя на главной площади Каира!" — сказал он, улыбаясь. Точно так же он задержал в своей руке и ладонь Моты Гура. "Как видишь, я не собирался вас обмануть", — заметил он, давая понять, что находится в курсе внутренних споров в высшем эшелоне руководства Израиля...
Это был, безусловно, один из самых важных дней в новейшей истории Ближнего Востока. Сегодня, оглядываясь на четыре десятилетия назад, вновь понимаешь, как много значит роль личности в истории. И ... как мало! Визит Анвара Садата в Израиль был сюрреалистичным по всем статьям. Египет и Израиль на тот момент официально находились в состоянии войны, и всего четыре года назад еврейские и арабские солдаты пролили немало крови друг друга (хотя потери арабов были, конечно, несравнимо бОльшими). Всего восемь месяцев назад Менахем Бегин возглавлял оппозицию и вроде бы не собирался идти ни на какие уступки арабам. Его победу на выборах в мае 1977 года израильские левые восприняли как трагедию, а во всём мире приготовились к новому витку обострения арабо-израильского конфликта. И вот вам! Менахем Бегин и Анвар Садат стоят рядом на еврейской земле и пожимают друг другу руки.
Готеню, сколько же у Тебя в запасе ещё подобных шуток?! * * *
…Те, кто утверждает, что Менахем Бегин в 1977 году решил поступиться принципами и совершил то, чего никто от него не ожидал, на самом деле просто плохо знакомы и с личностью этого политика, и с тем, что происходило тогда в действительности. Между тем, всё было предопределено ещё в 1967 году, когда накануне Шестидневной войны Менахем Бегин вошёл в состав правительства как министр без портфеля...
19 июня 1967 года, спустя всего девять дней после окончания той войны, на секретном заседании правительства обсуждался вопрос о том, готов ли Израиль в обмен на полноценный мир с Египтом и Сирией вернуть этим странам все оккупированные у них территории? Среди тех, кто поднял руку за возвращение Синайского полуострова египтянам в обмен на мир, был и министр Бегин. Его позиция была принципиальной: он был уверен в том, что Израиль может достичь мира с арабами, сохранив за собой еврейские исторические земли. Поэтому тогда он голосовал за отступление с Синая.
И поэтому же в 1970 году, когда встал вопрос о реализации плана Яринга, предусматривавшего полное отступление Израиля к границам 1967 года, Бегин вышел из правительства...
Многие израильские историки связывают исторический визит Анвара Садата в Израиль с визитом Бегина в США, в ходе которого президент Джеймс Картер и его советник по национальной безопасности Збигнев Бжезинский поняли, что новый премьер Израиля – "джентльмен, с которым можно договориться"... На самом деле ни черта они тогда не поняли! Всё началось чуть позже, в августе 1977 года, когда Бегин прибыл с официальным визитом в Румынию – единственную страну социалистического лагеря, поддерживавшую дипотношения с Израилем. В ходе беседы с Бегином президент Румынии Николае Чаушеску напомнил, что у него очень хорошие отношения с арабскими странами, и как бы невзначай заметил, что президент Египта совсем не против встречи представителя его страны с представителями Израиля. Бегин поднял брошенную ему перчатку и попросил Чаушеску стать посредником в организации такой встречи. Спустя несколько недель Моше Даян кружным путём, тщательно загримированный, прибыл в Марокко, чтобы попросить короля организовать встречу между представителями высшего руководства Израиля и Египта. Ответ поступил через пять дней: египтяне согласны. Ещё через несколько дней Моше Даян встретился с вице-премьером Египта д-ром Хасаном Тухами, который дал ясно понять, что Анвар Садат готов заключить полноценный мир с Израилем, только при условии, что получит назад Синайский полуостров целиком, до последней песчинки. На второй встрече Тухами добавил, что если Израиль даст принципиальное согласие вести переговоры о мире на таких условиях, то не исключена и прямая встреча Анвара Садата с Менахемом Бегином. И тогда в Иерусалиме решили пойти ва-банк: 10 ноября 1977 года канцелярия главы правительства Израиля опубликовала официальное заявление: если президент Египта Анвар Садат заинтересован в мире и ради его достижения решит прибыть в Иерусалим, он будет принят здесь как дорогой гость со всеми подобающими почестями. Это был одновременно и жест доброй воли, и своего рода провокация. * * * Надо заметить, что у этой встречи было много противников не только в Каире... Начальник генштаба Мота Гур вовсе был убеждён, что речь идёт о ловушке, и настоятельно требовал не дать египтянам переступить границу Израиля. Однако 15 ноября в Каир было направлено официальное приглашение, переданное президенту Египта послом США. 17 ноября МИД Египта ответил согласием. А затем наступил то самый исторический день 19 ноября 1977 года, с которого мы начали...
20 ноября президент Египта выступал перед депутатами кнессета, и это тоже было небывалое событие, некая фантасмагория в прямом эфире. "Во имя Аллаха, Всемилостивейшего и Милосердного, господин председатель кнессета, учитель мой и наставник, разрешите мне поблагодарить вас за эту возможность обратиться к вам. Прежде всего, я хочу сказать: мир вам и милосердие Аллаха! Да будет воля Его на то, чтобы пребывал мир со всеми нами, и на арабской земле, и на земле Израиля…" — так начал свою речь Анвар Садат. В сущности, это было первое признание арабским лидером права еврейского государства на существование. Мир был главной темой его речи, и из неё следовало, что этот мир возможен. Вряд ли нужно говорить о том, какие после этого грянули аплодисменты. В тот день Бегин и Садат выглядели как лучшие друзья, и, казалось между двумя лидерами и в самом деле достигнуто полное взаимопонимание. Ровно через день эта идиллия завершилась, и стороны приступили к трудным изнурительным переговорам, и это уже совсем другая история... Однако нельзя отрицать, что день 19 ноября 1977 года стал некой поворотной точкой, доказавшей, что заклятые враги могут договориться и привести свои народы к миру. Однако те, кто сегодня в Израиле говорит, что мир заключают с врагами, забывают добавить: "Да, но лишь с врагами, которые способны на столь же неординарные поступки, как некогда Анвар Садат". Ни один арабский лидер пока последовать примеру Садата не решился. Да и в мировой политике я припомню ничего подобного. * * * Судьба обоих лидеров, как известно, оказалась трагичной. Анвар Садат был убит исламскими фанатиками в 1981 году. Менахем Бегин, затравленный и доведённый до нервного срыва, ушёл с поста премьер-министра в 1983-м. Но мир, заключенный ими в 1979 году, не нарушается, хотя с тех пор в подписанном договоре, увы, было сделано немало подвижек. ..."увы", потому что подлинного мира между народами нет. Но мирный договор выполняется. Более того: именно мир между Израилем и Египтом даёт надежду на то, что рано или поздно можно будет достичь благоденствия на всём Ближнем Востоке, причём на условиях, которых желал Бегин. С другой стороны… Не стоит забывать, что с точки зрения ислама любая территория, которая когда-либо находилась под его властью, является неотъемлемой собственностью мусульман и рано или поздно должна вернуться к ним. Поэтому опросы не врут: большинство египтян ненавидят евреев и Израиль, и наивно было бы полагать, что в Египте не вынашивают планы реванша. А те уступки, на которые в последние годы пошёл Израиль в нарушение мирного договора 1979 года, позволяют превратить Синайский полуостров в отличный плацдарм для вторжения.
Так что окончательные выводы делать рано…
П. Люкимсон, "Новости недели"
Сообщение отредактировал Kiva - Воскресенье, 17.10.2021, 03:54
Дата: Понедельник, 25.10.2021, 14:22 | Сообщение # 434
настоящий друг
Группа: Друзья
Сообщений: 748
Статус: Offline
Бенджамин Франклин (Benjamin Franklin) (17 января 1706 - 17 апреля 1790)никогда не был президентом США...
Спроси любого человека кто именно изображён на банкнотах Соединённых Штатов Америки и услышишь - президенты США. И хотя бы две фамилии он назовёт - Джорджа Вашингтона и Бенджамина Франклина, которые увековечены на одно- и стодолларовых банкнотах. Многие даже скажут, что Вашингтон - главнокомандующий колонистов в войне за независимость в Северной Америке и первый президент великой державы, а вот о Франклине больше не смогут добавить нечего... Так кто же он такой, Бенджамин Франклин?
Он был просветителем, учёным, государственным деятелем, руководителем революционного движения в Америке, одним из авторов Декларации независимости США и Конституции 1787 года, основателем первой в Северной Америке публичной библиотеки, Американского философского общества Пенсильванского университета...
Бенджамин родился 17 января 1706 года в Бостоне (штат Массачусетс, США) и был сыном ремесленника, но не получивший никакого формального образования, он вошёл в историю как учёный-энциклопедист и один из "отцов-основателей" США. Уже в детские годы у него проявилась склонность к изобретательству: однажды он пришёл на берег моря с небольшими дощечками, изготовленными по размерам ладоней и стоп и надев их как ласты поплыл с такой скоростью, что его друзья были просто в шоке. В другой раз дождавшись попутного ветра он запустил огромного бумажного змея и, войдя в море, перевернулся на спину и, держась руками за верёвку, поплыл будто бы под парусом, вызывая зависть сверстников... С детства начав трудиться в типографии брата, Франклин всю жизнь считал своим основным занятием именно книгопечатное дело. В 1723 году он переехал в Филадельфию, где также устроился типографским рабочим, а в 1724-1726 годах изучал типографское дело в Лондоне. В 1727 году основал собственную типографию в Филадельфии, в 1729-1748 годах издавал популярную в североамериканских колониях "Пенсильвания газет" (Pennsylvania Gazette). Круг его интересов был необычайно широк. Наряду с издательской деятельностью Франклин занимался древними и иностранными языками, литературой, философией, физикой; стал одним из образованнейших людей своего времени. Свои просветительские взгляды излагал в газетных публикациях и ежегодном "Альманахе бедного Ричарда", который издавался в 1733-1758 годах. В период с 1737 по 1774 год руководил работой почт в Пенсильвании, а затем и во всех британских владениях в Америке. Добившись преуспевания, Франклин стал видным общественным деятелем Филадельфии. Весной 1775 года Франклина избрали делегатом 2-го Континентального конгресса колоний, и он оказался в группе из пяти человек во главе с Томасом Джефферсоном, которая готовила текст Декларации независимости США, он также принял участие в разработке эскиза Большой печати (герба) США. После подписания Декларации 4 июля 1776 года Франклин возглавил своеобразное "посольство" во Францию в поисках военной и финансовой поддержки в войне против Англии, и к февралю 1778 года добился подписания соответствующего договора, после чего остался посланником в Париже... В начале 1780-х годов Франклин присоединился к американской делегации на переговорах в Лондоне, которые завершились подписанием 3 сентября 1783 года Версальского договора, означавшего конец Войны за независимость США и признание нового государства Англией.
Всё, чем бы ни занимался Франклин, он делал старательно и добросовестно и основной работой его были теоретические исследования и научные эксперименты. Более или менее регулярная его научная деятельность продолжалась недолго - всего пять-шесть лет, но он достиг за этот короткий период в самых разнообразных отраслях науки. Франклин подробно исследовал электричество, теплопроводность металлов, распространение звука в воде, интересовался судостроением, геологией, ботаникой, историей, экономикой, изобрёл молниеотвод (который в быту неправильно называют громоотводом), очень удобный и эффективный камин, которым и сейчас пользуются во всём мире, а также незаменимый атрибут этого камина - кресло-качалку... Чтобы оценить настоящий подвиг учёного, надо вспомнить времена, когда он ставил свои опыты: в течение многих веков небо считалось святостью, а здесь обычный смертный экспериментирует с "небесным огнём"... Великий философ Иммануил Кант провозгласил, что Франклин - новый Прометей - не только получил, но и укротил этот небесный огонь, который ежегодно приводил к гибели многих людей и ужасным пожарам... Наконец, именно Франклин открыл положительный и отрицательный полюса в электричестве и предложил ввести такие привычные нам понятия, как "плюс" и "минус", изобрёл плоский конденсатор и сформулировал закон сохранения электрического заряда. Много лет его именем в системе единиц СГС назвали единицу количества электричества и электрического заряда - Франклин. При его участии была измерена скорость, ширина и глубина Гольфстрима, и течение нанесли на карту под этим названием. Он изобрёл бифокальные очки и сконструировал экономичную чугунную печь. Он был автором ряда достаточно серьёзных научных трудов в области кораблестроения, метеорологии, сельского хозяйства, духовой музыки. Именно Франклин предложил из соображений экономии осуществлять переход на летнее время (правда, впервые это было применено в Америке спустя много лет после его смерти). С его именем связано становление и развитие американской журналистики. Именно перу этого чрезвычайно мудрого человека с огромным жизненным опытом принадлежат такие известные фразы, как "Время - деньги", "Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня", "Один переезд равен трём пожарам"... Франклин задолго до Адама Смита сформулировал "трудовую" теорию стоимости: истинное мерило и источник стоимости — не деньги, а труд. В 1787 году Франклин, называвший демократию "договором о правилах между хорошо вооружёнными джентльменами", участвовал в работе над конституцией США, отстаивая принцип разделения властей и всеобщее избирательное право без имущественного ценза. Бенджамин Франклин является единственным из отцов-основателей, кто подписал все три важнейших исторических документа — Декларацию независимости США (1776), Версальский мирный договор (1783) и конституцию США (1787)... Научные заслуги Франклина получили международное признание: в 1753 году за заслуги в области изучения электричества Лондонское Королевское общество наградило его золотой медалью Коплея, на тот момент самой престижной премией подобного рода. Он был избран почётным членом ряда иностранных академий и обществ, в том числе Петербургской академии наук (1789)... Бенджамин Франклин скончался в Филадельфии 17 апреля 1790 года. Его вышедшая полностью посмертно "Автобиография" считается первым американским реалистическим романом, в котором сам автор предстаёт типичным выразителем национального духа.
