| Форма входа |
|
 |
| Меню сайта |
|
|
| Поиск |
|
|
| Мини-чат |
|
|
|
|
|
воспоминания
| |
| Sigizmoond | Дата: Вторник, 04.08.2015, 22:27 | Сообщение # 286 |
|
Группа: Гости
| СЫНОВЬЯ
У нас два сына, не близнецы, а двойняшки, абсолютно не похожие друг на друга ни внешне, ни по характеру. Однажды, когда я объяснял разницу между близнецами и двойняшками одному нашему приятелю и произнёс слово "разнояйцовые", то он моментально отреагировал: "Брось голову морочить. Разноотцовые".
До трёх лет мальчишки росли дома. В ясли отдавать было себе дороже. Хотелось, чтобы дети с малолетства не хватали всякую заразу. Поэтому жена, врач, пошла работать на Скорую помощь и брала дежурства по субботам и воскресеньям, а я сидел с детьми.
В будние дни мы менялись ролями.
В три года мальчишек можно было уже отдавать в детский сад. Тоже не сахар, но всё-таки не ясли.
 Жена перешла на работу в больницу, к чему очень стремилась, и без детского сада было не обойтись.
С первого дня они начали активно осваивать великий и могучий. В домашних условиях их язык был не таким великим и не таким могучим. После первого дня в садике, подчёркиваю, после первого, веду мальчишек, держа за руки, домой, и Миша вдруг меня спрашивает: "Папа, я ещё долго буду носить эти блядские сапоги?"
От неожиданности я проглотил язык, но что-то надо было отвечать, и пришлось вернуть язык на место. "Сынок, сапоги, конечно, не очень. Они тебе достались от Ани (это их старшая сестра). Мы обязательно купим тебе новые сапоги". Миша успокоился, а я нет.
И на следующий день, приведя мальчишек в садик, рассказал воспитательнице эту историю, повторив много раз, что у меня нет никаких претензий и жалоб, а просто интересно, откуда появился этот новояз в ещё непорочном детском лексиконе.
Воспитательница Ася Григорьевна, хоть и старая дева, но очень добрая и умная, посмеялась и догадалась, откуда. Нянечка, которая раздевала детей после прогулки, долго не могла стянуть с Миши сапоги. Они были без молнии и с узким голенищем. Вот она и определила их коротко и самым исчерпывающим образом...
Ещё пара слов об Асе Григорьевне. Однажды Аня, которая на два с половиной года старше своих братьев и воспитывалась той же Асей Григорьевной, вдруг обращается к маме: "Мама, можно, мы своего папу одолжим Асе Григорьевне?"
Оказывается, в садике дети (шестилетние!) поинтересовались, почему у Аси Григорьевны нет своих детей. И та очень просто объяснила: она стала спрашивать. "У тебя, Аня, хороший папа?" "Хороший". "А у тебя, Таня?" "Хороший". Спросив ещё нескольких детей и получив те же ответы, Ася Григорьевна сказала: "Вот видите, вы всех хороших пап разобрали, и мне не досталось"...
Достаточно про садик, перейдём к школьному возрасту. Мальчишки росли крепкие, спортивные. Лет в 11-12 их заприметил тренер по волейболу из детской спортивной школы и пригласил на тренировку. Владимир Дорофеевич оказался не только умелым тренером, но и хорошим педагогом. Ребята увлеклись и впоследствии стали неплохими волейболистами. Вряд ли я стал бы об этом писать, если бы не один случай.
Встречает меня однажды Владимир Дорофеевич и с хитрой такой улыбкой говорит:
- Юрий Наумыч, надо бы обратить внимание на воспитание сыновей.
- А что такое случилось, Владимир Дорофеич?
- В конце каждой тренировки мы обычно делимся для игры на две команды, и я попросил Мишу, как капитана, поделить ребят. И вдруг Миша говорит: "Давайте, сыграем... евреи против неевреев!" Я слегка оторопел, но согласился. Ребят было семь, и я восьмой. По одну сторону встали Миша с братом Сеней, Илюша и Рома, а по другую сторону три русских богатыря и я вместе с ними, чтобы было четверо на четверо. Про себя подумал - сейчас мы этим евреям покажем! Началась игра. Я смотрел на Мишу и видел, что для него ничего не существует, кроме этой игры. Он умело руководил своей командой. Он успевал во все уголки площадки, куда я отправлял мячи. Одолеть их не удалось.
- И как всё закончилось?
- Я остановил игру при ничейном счёте, чтобы не пострадала дружба народов.
- Это вы хорошо придумали, Владимир Дорофеич...
Во время соревнований я очень часто находился рядом с командой и слышал, как Дорофеич даёт наставления перед игрой. Мише он всегда говорил: "Миша, от тебя больше ничего не требуется, только сыграй, как евреи против неевреев!"
Мальчишки были ещё пионерами, но комсомольцами уже не были: их старшие классы пришлись на конец восьмидесятых. Перестройка. Первые, даже самые малые глотки свободы при полном её отсутствии до, казались божественным напитком.
Миша возглавил забастовку десятиклассников, отказавшихся учить положенные по программе сны Веры Павловны из "Что делать". Чернышевский был для них уже не указ.
Я призывал Мишу пожалеть учительницу литературы. Не пожалели.
Неделю длилась забастовка, и ученики победили!
Ещё одна школьная история связана со взаимными поездками в гости советских и американских школьников. Наша школа была английской, и у неё была школа-побратим в американской Миннесоте. Каждый год на один месяц десять школьников из Америки приезжали к нам в Академгородок, а наши десять отправлялись в Миннесоту. При отборе десятки учитывались успеваемость, общественная работа, спортивные заслуги, уровень английского. По каждой позиции начислялись баллы, и по сумме определялось, кто заслуживает поездку в Америку.
Оба, и Миша, и Сеня, попали по баллам в заветную десятку.
И тут началось. Как это так, из одной семьи двое!
Меня просят отнестись с пониманием и выбрать одного из двух. Я, естественно, сделать это не могу и предлагаю, если двоих из одной семьи нехорошо, отправить второго за свой счёт.
Не виноват же я в том, что оба парня достойны и заслуживают. Мне объясняют, что по договору американцы принимают только десять, и одиннадцать принять никак не могут. Мальчишки пишут американским школьникам, которые уже побывали у нас и подружились с ними, что приехать сможет только один из них, второго могут взять только одиннадцатым. Из Америки приходит официальная бумага, что они в этот раз согласны принять одиннадцать. Ура! Казалось бы, дело сделано. Ан, нет.
Радость оказалась преждевременной: из Министерства просвещения СССР сообщили, что коллективная виза на десять человек уже оформлена, и поздно что-либо менять.
С Министерством просвещения, да ещё СССР, выяснять отношения было бесполезно.
Сеня просил нас сильно не переживать, Америка от него никуда не убежит. А Миша пожил месяц в Америке, поучился в американской школе и даже поиграл в американский футбол в школьной команде...
Как только сыновьям исполнилось по восемнадцать, и они получили право самостоятельно принимать решения, оба эмигрировали в Израиль. Мы с женой проводили их с двумя рюкзачками и сотней долларов на двоих.
Приняли их в киббуце под Беэр-Шевой. Днём они работали, а вечером в ульпане учили иврит. Втроём, вместе с киббуцником Ури, они выращивали семьдесят тысяч бройлеров одновременно.
В три специально оборудованные ангара с автоматической подачей корма и воды завозились однодневные инкубаторские цыплята, и через сорок дней они достигали нужных размеров.
Их отправляли по назначению (рука не поднялась написать "убивали"), куриный помёт вывозили на поля в качестве удобрения и запускали в ангары новые семьдесят тысяч...
Из киббуца мальчишки ушли в армию. Первым ушёл Семён, а Мишу завернули ... оказалось, что по израильским законам двойняшек одновременно в армию взять не могут.
Сеня попал в престижную дивизию Гивати. Офицер выбирал восемнадцать человек из двухсот. Когда его выбор пал на Семёна, ему сказали, что Шимон, так теперь его звали, не рождён в Израиле и не может поэтому служить в его подразделении. Но парень настолько понравился, что офицер взял его под свою ответственность. Когда Шимон после курса молодого бойца принимал присягу, на этом событии присутствовала жена, прилетевшая повидаться с сыночками.
Офицер узнал об этом, подошёл к ней и поблагодарил за сына.
Миша ушёл в армию через полгода. Уже по протекции брата его взяли в ту же Гивати, только в другое подразделение.
На долю мальчишек выпала война в Ливане. Но ни разу они оба вместе не оказались в зоне боевых действий. Начальство чётко отслеживало: когда один входил в Ливан, другого обязательно выводили. В киббуце за ними сохранили их небольшие квартирки-студии, куда они могли в шабат приехать из армии, как к себе домой.
Нет смысла писать о наших волнениях, переживаниях, страхах. Тут без слов всё понятно. Иногда мы получали звонок из Израиля:
- Папа, вы ещё ничего не слышали?
- Нет. А что?
- Значит, ещё услышите. Вам в известиях передадут о нашем ЧП. Так имейте в виду, что с нами всё в порядке.
А ЧП случались нередко. На войне как на войне.
В мишином цевете (отделении) погиб парень. Офицеру положено в этом случае приехать к родителям и сообщить им об этом. У парня были только мама и сестрёнка. Они эмигрировали из России, и мама ещё плохо говорила на иврите. Поэтому офицер, не говоривший по-русски, попросил Мишу поехать с ним.
И Миша впервые не просто столкнулся с неимоверным человеческим горем, а увидел, как оно выглядит в первый момент, в самом начале. Он признался, что плакал вместе с матерью. " Мальчики не плачут никогда, а мужчины редко, но бывает" - написал однажды поэт.
Да, Миша был уже не мальчиком, а мужчиной.
Уже давно отслужили ребята, но каждый год в день рождения погибшего товарища весь цевет с разных концов Израиля приезжает к матери, потерявшей сына. Она накрывает стол, она называет всех ребят своими сыночками, и они вместе поминают погибшего друга добрым словом...
В сенином цевете за время службы, к счастью, не было погибших, но один из парней подорвался на мине, и у него оторвало ногу. Моментально его доставили в госпиталь в Хайфе. Когда Сеня рассказал мне об этом, я пришёл в ужас. Ведь это могло случиться и с моим сыном.
А Шимон сказал: "Папа, это война", и, помолчав минуту, добавил: "Можешь быть уверен, за счёт армии он будет иметь самый лучший протез, который существует в мире".
Отношения в Цахале, так именуется израильская армия, и отношение народа к своей армии удивляли меня не раз. Мне очень нравилось, что друг друга солдаты называют "ахи", что в переводе с иврита означает "брат мой".
Несколько раз я был в Израиле во время службы сыновей в армии. В один из приездов я входил в состав группы учёных, которых Сохнут пригласил из бывшего Советского Союза для двухнедельного знакомства с Израилем, его научными и техническими достижениями.
Всего нас было сорок человек, и программа нам заранее не была известна. Я сообщил сыновьям, что прилетаю, но куда нас повезут из аэропорта, представления не имею. Поэтому позвоню из гостиницы. На том и договорились.
Прилетаем. Нас встречает шикарный автобус с представителем Сохнута и везёт в гостиницу в Иерусалим. Оформляемся в гостинице. Поднимаюсь в свой номер. Едва успеваю переодеться, стук в дверь. Открываю, и... немая сцена: на пороге Мишка в форме и с автоматом на плече.
Откуда узнал? Как отпустили? Что за чудеса на земле обетованной?
Миша долго не стал меня томить и объяснил чудо.
Он поделился со своим командиром, что прилетает отец по приглашению Сохнута, но где их поселят, неизвестно. У командира родной дядька оказался каким-то чином в Эль-Але (израильская авиационная компания). Он ему позвонил и выяснил, каким рейсом прилетает наша группа, а в Сохнуте назвали гостиницу в Иерусалиме, забронированную для группы.
- Ну, ладно. Понимаю, что хочешь встретиться с отцом. Сегодня я тебя отпускаю, но завтра мы входим в Ливан. К десяти утра ты должен вернуться. Если опоздаешь, ты меня крепко подведёшь.
- Спасибо, не подведу.
Мишка переночевал со мной в гостинице, а наутро мы прощались с ним перед нашим автобусом, и водитель спросил, что за парень. Я с гордостью ответил, что это мой сын, и он должен успеть на "тахану мерказит" (центральный автовокзал), чтобы вовремя вернуться в часть.
Тогда водитель обращается к нашему гиду и говорит, что это немного в сторону от нашего маршрута, но он думает, что не будет возражений, если мы довезём солдата до вокзала. Возражений не последовало, и Мишка был рад, поскольку уже начал волноваться, как бы не опоздать...
С прощанием у автобуса связана ещё одна история во время другого нашего визита. Мы до последней минуты стоим у автобуса, на котором должны уехать наши мальчишки. Вот уже водитель гудит, что пора садиться. Прощальные объятия, и оба в форме и с автоматами входят в автобус. А автобус уже заполнен пассажирами, и не осталось двух мест рядом. Тогда к нашему полному изумлению весь автобус встал, и только после того, как два солдата сели рядом, остальные заняли свободные места.
Прошли три года срочной службы. Оба сына поступили в университет, успешно его закончили, стали "чип дизайнерами" и занимаются очень интересными делами на переднем крае высоких технологий. Раз в год армия их призывает на "милуим", чтобы они не утратили свои военные навыки и были в курсе изменений, происходящих в армии в соответствии с прогрессом.
Однажды Семёну пришла повестка, когда он был у нас в гостях в Америке, где мы к этому времени поселились. Его ребят призвали для осады христианской церкви, которую захватили террористы. Сеня вернулся в Израиль, мог бы на этот раз и пропустить "милуим" по уважительной причине, но на следующий день он отправился к своим "ахим" (братьям) и держал с ними осаду, пока её не сняли.
Когда мальчишкам стукнуло по двадцать девять лет, они женились.
29 какое-то мистическое число в нашем семействе. Мой дед женился в 29 лет и через два года родил моего отца. Отец женился в 29 лет и через два года родил меня. Я женился в 29 лет и через два года родил, правда, не сыновей, а дочь. И мальчишки оба женились в 29 и через два года родили по дочери. В числовых совпадениях что-то завораживает. Я приехал в Америку в 5757 году по еврейскому календарю, и мне было 57 лет.
Может, поэтому моя эмиграция сложилась счастливо? Но про меня другая история, а эта - про сыновей.
Итак, в один год мы справили две свадьбы, мишину - летом, а сенину - зимой.
Мишу с будущей женой познакомил брат...
За много лет до этого, когда они ещё был старшеклассниками, за семейным обедом возник разговор о девочках, которые активно добивались внимания обоих братьев. И Миша вдруг заявил, что он женится на темнокожей девочке. В ближайших окрестностях таковой не имелось, а об эмиграции ещё не было и речи. Мы посмеялись и не придали этому заявлению серьёзного значения.
А Сеня через много лет вспомнил. Он, будучи студентом, подрабатывал репетиторством по математике и поделился с Мишей:
- У меня в группе есть студентка, очень красивая эфиопская девушка по имени Ирушалаим. Ты же собирался жениться на темнокожей девушке. Хочешь, познакомлю?
И познакомил.
Ирушалаим родилась в дороге: эфиопские евреи пешком четыре года, гонимые и преследуемые, перемещались в сторону Израиля. Наконец, они добрались до места, куда Израиль смог отправить за ними самолёты и привезти на обетованную землю.
Дочь назвали по имени священного города, про который они никогда не забывали.
Про необычную пару Михаэль-Ирушалаим узнал один журналист, и в газете появилась фотография, на которой Миша обнимает свою подругу за талию, а под ней подпись: Ирушалаим в его руках!
На свадьбе её отец Абрахам (а мать зовут Эстер. Как вам нравятся эти эфиопские имена?!), так вот Абрахам сказал:
- Если Миха приехал сюда из Сибири, а Ирушалаим пришла из Эфиопии, и здесь они встретились, значит, их встреча от Бога.
Под хупой мы все стояли вместе. Рабай говорил положенные речи, а когда Миша в память о разрушенном храме разбил стакан и произнёс традиционное "Пусть отсохнет моя правая рука, если я забуду Ирушалаим", гости, а их было около четырёхсот человек, дружно засмеялись двойному смыслу этих слов.
Не могу не отметить, что наши эфиопские родственники строго соблюдают шабат, кашрут и другие еврейские традиции, чего не могу, к сожалению, сказать о нас.
Осталось добавить, что Ирушалаим преподаёт математику в старших классах школы, и у них растут две потрясающие молочные шоколадки нам на радость.
Сеню женили в тот же год зимой. Его невеста Ирит родилась в Израиле. Она тоже из двойняшек. Её бабушки и дедушки бежали от фашизма из Австрии в Аргентину, а родители уже из Аргентины эмигрировали в Израиль. Ирит девушка строгих правил, очень организованная и ответственная. После университета она закончила аспирантуру, защитила докторскую диссертацию и сейчас ищет средство для борьбы с "Альцхаймером".
Мы надеемся, что её работа закончится успешно до того времени, когда мы в этот "Альцхаймер" впадём.
У Сени и Ирит подрастают дочь и сын, не менее любимые, чем мишины шоколадки.
А свадьба была шумной и многочисленной. На ней, как и на мишиной, присутствовали все ребята, с которыми они служили в армии.
Я любовался ими.
В России мы привыкли к тому, что еврейские мальчики, как правило, худосочные очкарики с потаённым страхом, укоренившемся в глазах за столетия унижений и преследований. А здесь я видел могучих красавцев с открытыми лицами, с добрыми улыбками, гордых и свободных. Можно быть спокойным за страну, в которой есть такие ребята.
Юрий Солодкин
******************
P. S. к «Сыновьям»
Года 3-4 назад по просьбе сотрудницы ХИАСа, готовящей сборник рассказов об эмиграции, я написал историю моих сыновей. Рассказ понравился, но в сборник не вошёл, поскольку сыновья эмигрировали в Израиль, а сборник посвящён эмиграции в США...
Он не остался незамеченным и был опубликован Евгением Берковичем в его журнале «Заметки по еврейской истории», № 7 (154) за 2012 г., вызвав большое число приятных для автора комментариев, в которых были и вопросы: а почему так мало сказано о дочери?, а почему ничего о внуках и внучках?
И вот сайт «Sem40», предложил написать PostScriptum, чтобы и удовлетворить любопытство читателей и рассказать, что интересного случилось за последние годы в нашей семье.
Итак...
Сначала о дочери. Аня на два с половиной года старше своих братьев.
Хорошо помню, как она, ещё совсем маленькая, проснулась посреди ночи и заплакала. Я взял её на руки и подошёл с ней к окну.
Было полнолуние, и сияющий лунный круг светил прямо в окно. Аня увидела его, перестала плакать и спросила: «Это спящее солнце?»
Это так мне понравилось, что я тут же написал:
«Солнце уснуло и стало луной.
Я засыпаю. Что станет со мной?»
С тех пор, когда читаю эти строчки, всегда упоминаю о соавторстве дочери.
Был и такой забавный случай. Веду Аню из садика, и она мне говорит:
- Папа, хочешь, я тебе анекдот расскажу?
Пусть, думаю, расскажет.
- Давай! – говорю.
- Идут два пьяных дяди и под руки третьего ведут. Один говорит: «Смотри-ка, на небе две луны». Второй поднимает голову: «Не две, а три». «Что я, считать не умею? Две.» «Да брось ты. Раз, два, три».
Они приводят в чувство третьего и спрашивают, сколько лун на небе, две или три? Тот поднимает голову: «А в каком ряду?»
Я от души смеюсь.
- Кто тебе рассказал этот анекдот?
Оказалось, что одна нянечка рассказывала его другой, а дети внимательно слушали. Слава Богу, обошлось без неформальной лексики...
Аня училась в той же английской школе, что и братья. Она росла активной, спортивной девочкой, технично плавала всеми стилями (это сыграло важную роль впоследствии), любила танцевать и ходила в танцевальную студию при ДК «Академия».
Каждое лето мы проводили всей семьёй в спортивном университетском лагере, расположенном в живописном месте на берегу Обского моря.
Там, кроме соревнований и концертов, в которых наша семья принимала активное участие, значительное время занимала заготовка грибов и ягод.
Дочка проявила недюжинные способности в поисках грибов.
Когда она подросла, и ей стало интересней ходить на дискотеку, чем за грибами, приходилось уговаривать её принять участие в грибной охоте. Обычно я шёл за ней следом. Под голубым мхом прятались тёмно-коричневые боровики.
- Папа, ну как ты не видишь?
Смотрю внимательно, вижу только сосновый подлесок и голубой мох.
Аня приподнимает мох, а под ним неописуемые красавцы на толстых бочкообразных ножках. Я их аккуратно срезаю и плетусь дальше за дочерью в ожидании очередного «папа, ну как ты не видишь?»...
Дочь закончила школу и поступила в университет на английский факультет.
В это время в Новосибирске активно начал действовать Сохнут,
Это было чем-то вроде ульпана за рубежом и наши дети в свободное от учёбы время стали посещать этот ульпан.
Упомяну также, что Аня, будучи студенткой, стала частным образом учить маленьких детей английскому языку, и у неё это очень хорошо получалось.
Дети приходили к нам домой, и я видел, с каким удовольствием они играют с Анной Юрьевной в английский язык..
Не могу не отметить, что её заработок был выше зарплаты мамы-врача и чуть меньше зарплаты папы-профессора.
В конце своего третьего курса Аня принесла домой письмо международной организации «CampAmerica», в котором англоязычные студенты приглашались принять участие в конкурсе на работу в детских лагерях США.
Сначала объявлялся конкурс бумаг, победители которого будут приглашены на встречу. На моё предложение послать бумаги дочь скептически возразила, что шансы нулевые: есть Прибалтика, Украина, Москва с Ленинградом (шёл последний год существования Советского Союза). Поэтому попасть кому-то из-за Урала...
Всё-таки удалось уговорить дочь послать бумаги. Шансов мало, но чем чёрт не шутит.
Через пару месяцев мы получили извещение, что Анна Солодкина успешно прошла первую часть конкурса и приглашается в указанное время в офис «Camp America» в Риге.
Это приятно, но приглашены 300 чел., а поедут в Штаты 50. Конкурс немалый, но отступать негоже, и Аня летит в Ригу, где проверялось, насколько написанное в бумагах соответствует действительности, и уровень английского языка.
Ане было сказано, что она понравилась, но решение получит по почте и она вернулась в Новосибирск, по-прежнему не веря в то, что будет отобрана.
Но маловероятные события всё-таки случаются, и Аня получила письмо с приглашением в ту же Ригу на инструктаж перед полётом в Америку.
Это был праздник в нашем доме.
Кстати, из-за Урала в Америку полетели всего двое из пятидесяти, и оба из Новосибирска.
В начале июня 1991 года, дата, как станет понятно дальше, очень важна, Аня улетела в Америку на два месяца для работы в детском лагере под Нью-Йорком. В лагере отдыхали ученики одной из бруклинских ешив, а начальником лагеря был директор этой ешивы.
Познакомившись с девушкой из России и узнав, что она хорошо плавает, начальник предложил ей учить детей плавать в бассейне. У Ани это хорошо получилось, и дети поплыли на второй-третий день после начала занятий.
Впечатлённые родители попросили мисс Анну давать детям дополнительные уроки, естественно, за дополнительную плату. Это был её первый заработок в Америке..
В середине августа дочь звонит из Америки и сообщает, что директор предложил ей на год остаться по рабочей визе в Штатах, чтобы преподавать английский в его школе. У него много детей эмигрантов из России, и двуязыкая Аня как учитель его бы очень устроила.
- Что делать? - спрашивает дочь. – Я ведь потеряю год в университете.
А у нас ГКЧП, танки под окнами, Высшее военно-политическое училище, на всякий случай расположенное в Академгородке, в полной боевой готовности. Кто знает, что придёт в голову этим учёным!..
- Котёнка (так я зову её с детства) дорогая. Соглашайся, не раздумывая. Этот год для твоего английского даст больше, чем все пять лет в университете.
И дочь осталась ещё на год в Штатах.
Директор поселил её в своём доме, отвёл ей небольшую комнатку под крышей. Это была ортодоксальная еврейская семья с большим количеством детей.
Аня начала работать в школе, но это была неполная нагрузка, и она устроилась на подработку в соседнюю школу, где переводила для библиотеки некоторые русские тексты на английский.
В свободное от работы время она помогала управляться с ребятишками.
Запомнился один случай, который она рассказала.
Вся семья отдыхала на берегу океана, и малыши бегали по кромке воды, поднимая кучи брызг и визжа от удовольствия. Аня заметила, что один малыш пытается набрать воду в ладошку, и на всякий случай предупредила его, что эту воду пить нельзя.
«Почему?» - удивился малыш. Все её слова о непригодности воды для питья встречали непонимание.
Тогда Аню осенило: «Эта вода некошерная!»
Тут малышу сразу стало понятно, и он побежал дальше..
Аня до сих пор благодарна семье, которая приютила её в Америке. Но светской девушке было очень непросто соблюдать неукоснительно ортодоксальные семейные порядки.
То она сделает не тот салат, нарушающий кошрут. То повесит рядом с портретом какого-то выдающегося рабая (как можно!) компьютерную распечатку, сделанную для неё знакомым парнем.
Её решение переселиться было встречено с пониманием, и она сняла крохотную студию в полуподвале, чтобы дожить в ней до конца отведённого ей года и вернуться домой.
Но нашей «золушке» была уготована другая судьба: она встретила своего «принца» из нашего-же Академгородка, который всего на три года раньше неё закончил ту же школу, приехал в Штаты в гости к дальним родственникам, где и остался.
Не гнушался никакой работы – заправлял машины, выколачивал ковры в магазине и много чего ещё. Но к моменту знакомства с Аней он стал уже успешным бизнесменом.
Нетрудно догадаться, что в свои неполные двадцать Аня вышла замуж за Женю. Нам оставалось только познакомиться с жениными родителями, которые, как и мы, жили ещё в Академгородке. Они волновались, как у их мальчика сложится с незнакомой Аней, а мы волновались, как у нашей девочки сложится с незнакомым Женей...
Аня запросила бумаги из университета. Ей зачли какое-то количество кредитов и после собеседования зачислили в нью-джерсийский Rutgers University на третий курс.
Через два года она получила степень бакалавра и не без влияния мужа поступила в нью-йоркскую Cordoza Law School, чтобы стать юристом.
В промежутке между университетом и юридической школой дочь родила нашу первую внучку Сару.
Для нас это было и поводом и сигналом, что пора ехать. Саре было полгода, когда мы эмигрировали в Америку.
Сейчас ей 19, и она студентка университета.
Почти на пять лет младше Сары её сестрёнка Наоми.
На время учёбы в юридической школе наши дети сняли апартмент в Нью-Йорке на Джон-стрит, в двух блоках от Всемирного торгового центра.
У них уже были планы купить апартмент в новой строящейся высотке вблизи BatteryPark с видом на Статую свободы.
Трагедия Nine-Eleven, 11 сентября, поделила время на до и после...
В этот день утром Аня повела Сару первый раз в первый класс. Няня, как обычно, покатила коляску с Наоми, которой ещё не было года, мимо Торгового центра к Бэттори-парку, где они всегда гуляли по утрам. Зять в этот день работал из дома. А я с утра был на своей работе в Нью-Арке, через Гудзон от Манхеттена.
У меня чуть слышно работало радио, шёл живой эфир, и вдруг начались звонки об ужасах, которые происходят с башнями-близнецами: горят верхние этажи, вниз летят куски человеческих тел. Будь один звонок - мало ли сумасшедших, но тут звонки один за другим.
Звоню зятю, тот ничего не знает, просит не волноваться - ну, пожар, ну, потушат.
В это время идёт информация, что во вторую башню, как и в первую, врезался самолёт. Уговариваю Женю пойти на поиски няни и Наоми.
Вокруг башен оцепление. Женя не успел дойти до него, когда случился коллапс первой башни. Огромная лавина хлынула вдоль улицы, и Женя едва успел заскочить в подъезд дома. Тут же гора мусора погребла под собой всё, что было на пути.
Придя в себя после того, как он был на волосок от гибели, Женя стал подниматься по лестнице, чтобы постучать в ближайшую квартиру.
Смешное оказалось рядом с трагическим. Сверху спускалась преклонных лет дама, чтобы выгулять собачку. Женя стал ей объяснять, что происходит, и не услышал собственного голоса.
Это была контузия. Слух к нему вернулся только через неделю.
Дама привела Женю в свою квартиру, и он позвонил, сообщив, что с ним всё в порядке, а где няня с Наоми, он не знает.
До середины дня мы не находили себе места, рисуя самые ужасные картины. Только в час дня няня и Наоми вернулись домой. Оказалось, что они, благодарение Господу, не успели утром пройти через башни. Там уже было оцепление, и их вместе с другими прохожими завернули и отправили в здание SeaPort, откуда не выпускали.
Мобильная связь не функционировала, и дать о себе знать не было возможности.
Так закончился для нашей семьи день 9/11, что в переводе на русский означает 11/9...
Вместо апартмента в Манхеттене дети купили, к моему удовольствию, дом в Нью-Джерси, среди живописных лесистых холмов. Потому к удовольствию, что внуки и внучки будут расти на природе, а не в каменных нью-йоркских джунглях.
Дочь стала успешным юристом, специалистом в корпоративном праве.
Через семь лет после Наоми она с разницей в полтора года родила нам двух внуков – Итана и Ари. Итан закончил в этом году первый класс, а Ари осенью пойдёт в школу.
Когда я общаюсь с ними, у меня возникает ощущение, что с возрастом человек только тупеет...
Внукам надо внимать, потому что они остроумны и находчивы, сами того не сознавая.
С четырёхлетним Итаном рассуждаем про живые и неживые предметы. Спрашиваю:
- Вот сейчас в комнате кто у нас живые предметы?
- Живые я и деда. Только я живее.
Недавно он, уже семилетний, приходит из школы.
Как всегда, интересуюсь, что было в школе. Рассказывает, что они должны были написать слова на заданные буквы. Ему досталась буква V.
- И что ты написал?
Он достаёт из ранца листок. Там большими буквами написано: VOTKA.
Учительница, естественно, поинтересовалась, откуда он знает это слово, и рядом со словом VOTKA красным карандашом написала: «HelloGrandpa»...
С трёхлетним Ари вдруг возник разговор, кто такая жена. Говорю, что его мама – жена папы.
- А Галя? – спрашиваю.
- Галя бабушка.
- Это тебе она бабушка. А мне она кто?
- Няня.
Закончу рассказом о том, как в Израиле с сыном Шимоном и шестилетней внучкой Ноа мы пришли к Стене плача.
Каждый год мы бываем в Израиле, и для нас всегда важно постоять около Стены, прижать к ней ладони, коснуться лбом, ощутить себя внутри необъяснимой ауры, внутри удивительной истории своего народа, которая сегодня продолжается в тебе.
Внучка была у Стены впервые. Сын рассказал ей о разрушенном Храме, о святости этого места для евреев и обратил её внимание на многочисленные бумажки, торчащие из расщелин между камнями.
- Это записки, в которых люди обращаются с просьбами к Богу в надежде, что Он им поможет. Хочешь, мы тоже можем написать записку. О чём бы ты хотела попросить Бога?
- Хочу, чтобы построили новый Храм.
|
| |
|
|
| отец Фёдор | Дата: Четверг, 13.08.2015, 11:05 | Сообщение # 287 |
|
Группа: Гости
| 7 августа исполнилось 15 лет с того мрачного дня, когда покинул сей мир замечательный Человек — МИХАИЛ ЕВДОКИМОВ...
...О нём уже написано несколько книг и посмертно снято несколько фильмов.
И написано, и снято будет еще немало.
Михаил Евдокимов на постсоветском пространстве — личность знаковая.
Последний из могикан, который не вписывался и не вписался бы никогда ни в один формат, идет ли речь о культуре или политике.
Все ипостаси, в которых он представал перед современниками — с большой буквы.
Артист. Певец. Губернатор. Мужик.
Он был человеком-праздником, какого бы невероятного труда это ему ни стоило. Замечательный юморист, никогда не бывший пошлым, все его юморески — о любви, нежной, трогательной.
Певец, в эпоху тоталитаризма попсы так исполнивший «На горе, на горушке», будто знает о жизни нечто сокровенное.
Актер и режиссер, снимавший, подобно земляку Шукшину, не сериальное мыло ради коммерческой выгоды, а настоящее кино.
Надежный друг, на которого, как на самих себя, могли положиться и Александр Михайлов, и Александр Маршал, и Олег Митяев — и все, с кем он был дружен от школьной скамьи.
Опора и помощник односельчанам: его стараниями в родном селе Верх-Обское не закрыли детсад, в школе всегда был спортинвентарь и канцелярские принадлежности, а сельский стадион каждое лето в начале августа был готов к приему гостей.
Тринадцать лет Михаил Евдокимов организовывал в Верх-Обском уникальное культурно-спортивное мероприятие (соревнования по футболу и волейболу среди детских и юношеских команд близлежащих районов, а после был концерт — обязательно с участием московских звезд), которое односельчане называли "Кубком Евдокимова"...
Последний избранный людьми губернатор. Именно избранный — не назначенный.
Фигура губернатора Евдокимова стала последним оплотом демократии (не той суверенной, о которой говорит глава государства, а демократии в истинном смысле этого слова) в российских регионах.
Жители Алтайского края, как и всей страны, убедились в том, что честные выборы возможны, что это не сказка, рассказываемая политологами с телеэкрана.
Человек, у которого болит душа — от любви к семье и близким, от нежности и благоговения перед красотой родного края, от того, как живут его земляки… Такого человека не уложить, не втиснуть было ни в какие рамки.
Он много успел сделать, и сколько бы успел еще, но нужно ли об этом?
Его любят и помнят, и будут любить и помнить при любой политической системе, потому что он — в сердцах и душах людских.
Слово — друзьям и близким Михаила Евдокимова...
Александр Михайлов, актер, президент Межрегионального общественного Фонда им. Евдокимова:
«Сегодня эстрадный юмор — пошлый, ниже пояса. А Миша никогда не позволял себе выходить за рамки нравственности. Все его миниатюры — фантастически красивые, пронзительные.
Там всегда боль, всегда русский мужик. Может быть, излишне звучит тема алкоголя, но это уж наша национальная слабость и беда. Но главное в них — любовь. Огромная, нежнейшая любовь к настоящему мужику.
И юмор — многослойный, многопластовый, прозрачный, светлый.
Его чувствуешь, он словно осязаемый…
Есть идея оборудовать в родном Мишином селе Певческое поле, чтобы русская песня лилась там вольно и объединяла всех. Миша этого очень хотел, и мне нравится эта идея.
Рядом с Верх-Обским есть потрясающий склон с березовой рощей, просто фантастические места. Вот там и хотел он поставить скамейки амфитеатром и сделать купол, чтобы амфитеатр вмещал несколько сот человек. И чтобы там люди собирались и пели песни.
Настоящие русские песни.
А в песне заложено мощное объединяющее начало — на генетическом, подсознательном уровне. К тому же в Верх-Обском уникальное, божественное место — сливаются Бия и Катунь, берет начало Обь, и энергетика просто целебная!»
Александр Маршал, певец:
«Для Миши не было ничего невозможного, когда речь шла о близких ему людях.
Помню, я попал в госпиталь Вишневского с серьезным диагнозом, была тяжелейшая операция, длилась 4 часа, а потом меня отвезли в реанимационное отделение.
И вот я лежу, мне больно, рядом никого, только телевизор, но смотреть его не хочется… Вдруг слышу какой-то шум за дверью, потом на пороге возникает солдатик и в смятении пожимает плечами — мол, ничего не смог поделать. А за ним в палату входит Миша Евдокимов, подвигает на столике какие-то препараты, ставит пакет и говорит: «Ну как ты тут? Давай, что ли, выпьем за твое здоровье!» И на душе у меня как-то посветлело, и боль поутихла.
Он и вправду выпил, и закусил… Тогда он уже был губернатором, но время навестить меня нашел».
Галина Евдокимова, супруга:
«Об этом как-то нескромно говорить, но Миша умел дружить. В жизни бывают разные ситуации, иногда нужна деликатность и такт, и в отношениях с друзьями у него было и то, и другое.
Он умел беречь тех, кем дорожил, и близкие платили ему тем же.
Иногда мне казалось, что друзья у него есть по всей России. Знаю, что они есть и в Новосибирске — друзья по студенческой скамье. Я хочу сказать спасибо всем, кто приезжал из Новосибирска навестить меня, когда я после аварии лежала в Алтайской краевой клинической больнице»...
Светлана Скаредова
|
| |
|
|
| REALIST | Дата: Пятница, 28.08.2015, 18:50 | Сообщение # 288 |
 добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 217
Статус: Offline
| Василий Кандинский, великий русский живописец, и Дэвид Паладин, ничем не выдающийся американец, никогда не встречались и ничего не слышали друг о друге. Но, сами того не ведая, всю свою жизнь они шли навстречу друг другу, чтобы… соединиться после смерти.
Кандинский принадлежит к числу наиболее ярких личностей в мире живописи, он — один из основоположников абстракционизма, создатель огромного количества картин, автор нескольких книг об искусстве.
Кто-то называл его сумасшедшим, кто-то — шаманом, но мало кто мог усомниться в его гениальности.
Кандинский «взорвал» представление о живописи подобно тому, как в свое время изменил отношение к скульптуре Микеланджело.
Несмотря на польское звучание фамилии, Кандинский не имел к европейцам никакого отношения. Родился он в Москве в 1866 году в семье коммерсанта Василия Сильвестровича Кандинского, происходившего из нерчинских купцов, потомков каторжан. Прадед, Хрисанф Кандинский,
нажил приличный капиталец и дорос до купца I гильдии. Прабабушка была тунгусской княжной Гаити Муровой.
У пары имелось много детей и внуков — все как на подбор одаренные и талантливые, но довольно странные в психическом плане. Поговаривали, что виной тому могло стать старинное проклятие, наложенное на удалого прадеда Хрисанфа. В общем, темная история...
В детские годы Василий Кандинский путешествовал с родителями по странам Европы и по России.
В 1871-м семья осела в Одессе, здесь будущий художник окончил гимназию, получил художественное и музыкальное образование.
В 1885-93 (с перерывом в 1889-91) учился на юридическом факультете Московского университета, где изучал экономику и право.
В 1893 г. В. Кандинский окончил юридический факультет.
Карьеру художника Кандинский выбрал сравнительно поздно — в возрасте 30 лет. С 1896 года он обосновался в Мюнхене, где обучался живописи в частной студии, а в 1900-м поступил в Мюнхенскую академию художеств и вскоре создал художественное объединение «Фаланга», организовал при нем школу, в которой сам же и преподавал.
Кандинский много путешествует, посетив Северную Африку. Италию, Францию; наездами бывает в Одессе и Москве.
В эти годы он вырабатывает новаторскую концепцию «ритмического» использования цвета в живописи.
Когда началась Первая мировая война, художник вернулся в Москву. После революции Кандинский активно занимался общественной работой: участвовал в организации охраны памятников, создании Музея живописной культуры, преподавал во ВХУТЕМАСе.
В декабре 1921 года Кандинский выехал в Берлин для участия в Первой выставке русского искусства в Германии и в Россию уже не вернулся...
В 1928 году художник принял немецкое гражданство, но когда к власти пришли нацисты, эмигрировал во Францию. В 1944 году в Париже состоялась последняя персональная выставка Василия Кандинского, а 13 декабря того же года его не стало...
Дэвид Паладин появился на свет в 1926 году в резервации индейцев в городке Чинли, штат Аризона. С раннего детства мальчишка не выделялся ничем особенным, разве что буйным нравом. Он то и дело убегал от родных и вскоре оказался в исправительной колонии в Оклахоме.
Учеба давалась ему с трудом, и он с горем пополам освоил профессию картографа. По этой специальности был призван в армию и оказался в Европейском контингенте войск США.
В Европе попал в плен и очутился в немецком концлагере, где испытал на себе все ужасы заключения.
Когда войска союзников освободили узников, Паладин не подавал никаких признаков жизни и вместе с другими трупами его погрузили в вагон, чтобы вывезти из лагеря и похоронить в братской могиле. Но ... «труп» зашевелился и застонал.
Дэвида перевели в полевой госпиталь в Вене, а затем в больницу для военнослужащих в Мичигане. Все это время – два с половиной года! – Дэвид находился между небом и землей. Придя в сознание, на вопрос, как его зовут, Дэвид, к удивлению врачей, на чистом русском языке ответил: «Василий Кандинский»...
Но главный сюрприз был впереди: «русский художник» потребовал бумагу и краски и стал рисовать в манере Кандинского. Доктора разводили руками. По отпечаткам пальцев в больном признали американского солдата Дэвида Паладина, в то время как сам он считал себя русским художником Василием Кандинским.
Паладин нарисовал несколько картин, и специалисты единодушно признали руку недавно умершего абстракциониста.
Выйдя из госпиталя, Дэвид и не подумал искать работу картографа. Вместо этого он продолжал писать картины и… виртуозно играть на пианино. Этот талант тоже достался ему от русского: в детстве Василий Кандинский, как и его сверстники, обучался игре на фортепьяно.
Но и это еще не все достижения новоявленного «гения».
Имея самое третьесортное образование, Паладин устроился… преподавателем искусства в колледже в родной Аризоне, затем ему предложили место лектора по теологии в университете Денвера (штат Колорадо).
Позже в Альбукерке (штат Нью-Мексико) он открыл собственную художественную студию, пользовавшуюся большой популярностью.
У Паладина имелось множество учеников и почитателей таланта. Среди последних – Томас М. Мессер, директор музея Соломона Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Он откровенно признавался, что картины Паладина являются прямым продолжением линии великого русского абстракциониста. Музей выкупил 130 полотен «нового Кандинского».
А когда в музее проходила выставка картин великого русского художника, отдельный, зал отдали картинам Дэвида Паладина как продолжателя стиля...
Однажды по просьбе друзей Паладин участвовал в сеансе гипноза и доктор, проводивший сеанс, записал откровения Дэвида на пленку диктофона.
Что вы думаете?
Этот американец до мозга костей снова говорил на чистом русском языке без малейшего акцента. Он рассказал, о том, как в концлагере в него вселилась душа русского художника, и поведал множество любопытных фактов из жизни семьи Кандинских: о том, например, как в детстве Вася путешествовал с семьей по России и Европе, о жизни в Одессе, где в конце концов осели родители и где он провёл свои детские и юношеские годы.
Об учебе на юридическом факультете Московского университета, о путешествии по Вологодскому краю. О счастливых годах в Германии, из которой пришлось бежать от нацистов во Францию…
Всю жизнь, сообщил Дэвид Паладин голосом Кандинского, ему, Василию Васильевичу, довелось провести кочевником.
«Но почему и после смерти моей душе нет покоя? Почему она вселилась в этого человека? — спрашивал он и сам себе отвечал. — Может быть, для того, чтобы завершить незаконченный цикл картин…»
Дэвид Паладин умер в 1984 году..
Любовь ШАТРОВА
Сообщение отредактировал REALIST - Пятница, 28.08.2015, 19:13 |
| |
|
|
| Белочка | Дата: Среда, 09.09.2015, 05:34 | Сообщение # 289 |
|
Группа: Гости
| 85 лет назад родилась Надежда Румянцева
Ее называли русской Джульеттой Мазиной и Чарли Чаплином в юбке. В маленькую курносую Надю влюбилась вся страна, а после фильма «Девчата» к ней пришла мировая слава. Ее фотографии не сходили с обложек советских журналов о кино.
Почему же самая популярная актриса СССР променяла славу на роль покорной кавказской жены?!..
В 50 километрах от Москвы на Рублевке стоит двухэтажный домик, в котором уже живет одинокий мужчина – муж звезды советского кино Надежды Румянцевой Вилли Вартанович Хштоян...
Здесь все осталось, как было при ней: в гостиной в глаза невольно бросается камин, на котором стоят портреты актрисы, ее награды, а рядом в большой вазе – любимые цветы Надежды Румянцевой – хризантемы.
В 1962 году на советские экраны вышла комедия «Девчата».
История любви поварихи Тоси Кислицыной и бригадира лесорубов Ильи Ковригина захватила всю страну.
В премьерный год показа картину посмотрели почти 35 миллионов зрителей.
К актерам фильма пришла мировая слава. А Румянцева даже получила награду «За лучшую женскую роль» в Аргентине.
«За лучшую мужскую роль» вместе с ней наградили голливудскую звезду Пола Ньюмана...
«Я вообще решила замуж не выходить: одной спокойней, правда? Хочу – халву ем, хочу – пряники», – говорила Тося, одна из легендарных девчат, роль которой блестяще сыграла Румянцева, но в реальной жизни Надежды Васильевны было два брака.
Первый муж Владимир Шурупов учился вместе с ней во ВГИКе. Сама актриса об этом браке при жизни не говорила...
Владимир Шурупов умер в январе 1992-го. О причине смерти первого мужа Румянцевой никто не знает. Информации о нем крайне мало..
Возможно, именно первый неудачный опыт помог в дальнейшем Надежде Васильевне так крепко любить и отдавать всю себя без остатка любимому мужчине.
С особой нежностью вспоминает Вилик Вартанович первый день знакомства с женщиной, которая стала его спутницей на целых 42 года:
– Познакомились мы с Надей в 1965-м. Мы встретились на дне рождения общего знакомого. Я узнал ее, она тогда уже была очень популярной актрисой, но никогда свой статус не подчеркивала.
Надя была душой компании. Как она рассказывала анекдоты! Мы все смеялись до упаду. После празднования я проводил ее домой.
Через некоторое время она мне позвонила сама и пригласила отмечать Новый год в Дом кино. Так я попал в актерский мир.
Вилик Хштоян тогда работал в Министерстве внешней торговли СССР и параллельно учился в Торговой академии. Три года актриса и ее любимый жили в гражданском браке.
– Надя никогда не гналась за штампом в паспорте, для нее это было совершенно неважно. Мы не спешили в загс, ведь у каждого из нас уже был за плечами развод. После трех лет мои родители сказали, что это уже неприлично – столько лет жить без росписи и мы отправились в загс.
Свадебного платья не было, ведь это второе замужество.
Все было очень скромно, пришли наши родители, свидетельницей была близкая подруга Нади Галина Пешкова.
Вечером мы посидели дома. О свадьбе никто не знал, только самые близкие.
Надежда Румянцева чуть ли не единственная актриса, которая на пике популярности исчезла с экранов. Ходило множество слухов, выдвигали самые невероятные версии. А она просто влюбилась и бросила все, лишь бы никогда не расставаться с Виликом...
– Когда встал вопрос о том, что мне надо уезжать в длительную заграничную командировку, Надя сразу сказала: «Куда ты, туда и я».
Она ездила со мной по всем странам, я был дипломатом, поэтому переезжали много: Египет, Малайзия, Таиланд, Сирия, Индонезия...
Почти 12 лет жили за границей. Но Надя никогда не скучала по родине, по профессии, о несыгранных ролях не жалела. Она везде находила себе применение.
Вместе с моей дочкой Кариной они ходили в школу английского языка, вечерами было много дипломатических приемов, а когда находилось свободное время, играли в теннис..
Народная артистка Надежда Румянцева прожила 77 лет, но счастья материнства ей не суждено было испытать никогда...
– Я до сих пор за это виню себя, – признается муж Румянцевой Вилик Хштоян. – Надя хотела детей, а я – нет. Думал, что пока не время, успеется еще. За ребенком ведь надо смотреть, а у нас постоянные переезды из одной страны в другую, перемены климата резкие. Карина была маленькая, боялся, что ей будем мало внимания уделять... Надя не настаивала, она видела, что я не хотел. Сейчас жалею об этом.
Дочь мужа от первого брака Карину Надежда Васильевна приняла как родную. Вилик познакомил их, когда девочке было четыре года. Румянцева повела ее в цирк, а после представления отвела за кулисы и познакомила с клоунами. Маленькая Карина была в восторге...
 Надежда Румянцева, ее муж Вилли, дочь Карина и внук Вилик
Сегодня Карине 55, её сын Вилли живет в Сингапуре и трудится в местной судоходной компании..
– А недавно я стал прадедушкой, у Вилика родилась дочка, – делится счастьем муж Румянцевой, но знаете, вот прошло семь лет, а я понимаю: время не лечит...
|
| |
|
|
| Kiwa | Дата: Четверг, 10.09.2015, 09:07 | Сообщение # 290 |
 настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| прекрасная была актриса и многие - я в том числе - действительно удивлялись куда она "пропала"...
а ларчик просто открывался: ЛЮБОВЬ!..
|
| |
|
|
| отец Фёдор | Дата: Пятница, 25.09.2015, 04:32 | Сообщение # 291 |
|
Группа: Гости
| Автор полонеза «Прощание с Родиной» Михал Клеофас Огинский, хотя и родился в очень богатой и влиятельной аристократической семье, прожил жизнь довольно тяжёлую и безрадостную, хотя поначалу этого ничто не предвещало...
Михал Клеофас Огинский (Michal Kleofas Oginski) родился 25 сентября 1765 года в поместье Гузов в Мазовецком воеводстве, недалеко от Варшавы. Несмотря на то, что родился он в Польше, князья Огинские происходили из западных русинов (предков белорусов), принявших католицизм.
Имя Михал - это польская форма имени Михаил, поэтому композитора иногда называют в источниках как Михаил Огинский.
Князья Огинские занимали различные руководящие должности в Великом княжестве Литовском, входившим наряду с Польшей в состав союзного государства Речь Посполитая.
Например, прадед Михала Клеофаса был Витебским воеводой, дед и отец - Трокскими (Тракайскими) воеводами, а его дядя Михал Казимир Огинский был Виленским воеводой и Великим гетманом Литовским.
Поэтому воспитывали мальчика сразу с дальним прицелом - так, чтобы сделать из него всесторонне развитого интеллектуала, способного уже смолоду служить государству на любой должности, на которую его назначат.
Отец Михала (Михаила) Клеофаса, Анджей Огинский (Огиньский), нанял для воспитания сына самого Жана Ролена (Jean Rolayn), одного из лучших репетиторов Европы, перед этим занимавшемся воспитанием будущего австрийского императора Леопольда II, который в год рождения Михала Клеофаса в 18-летнем возрасте как раз вступил на престол.
Так что будущего композитора воспитывали как будущего главу государства.
Жан Ролен воспитывал маленького Михала Клеофаса таким образом, чтобы обеспечить ребёнку высокий уровень и физического, и умственного развития. Ему была назначена специальная диета, он должен был много гулять и заниматься физическими упражнениями, и при этом огромное время занимала собственно учёба.
Обучали Михала Клеофаса Огинского и музыке, причём он не просто научился играть на различных инструментах, типа скрипки и фортепиано, но также изучал и теорию музыки.
Что интересно, музыкальным учителем М. К. Огиснкого был Осип Козловский - будущий автор музыки для первого гимна Российской империи «Гром победы, раздавайся!»...
Музыка настолько увлекла Михала Клеофаса Огинского, что он сам стал писать различные мелодии, однако отец готовил его не к музыкальной, а к политической карьере и уже в 19-летнем возрасте, в 1784 году, Михал Клеофас Огинский стал депутатом сейма, а с 1789 года он служил послом Речи Посполитой в Нидерландах и Великобритании.
В 1793 году в возрасте 28 лет стал Великим подскарбием (то есть министром финансов) Великого княжества Литовского...
После поражения восстания Костюшко, в котором Михал принимал самое активное участие, он бежал заграницу...
В октябре 1794 года М. К. Огинский под видом лакея добрался до столицы Австрии, туда же чуть позже приехала и его жена Изабелла.
У супружеской пары было только то имущество и те деньги, которые они смогли унести с собой, так как все их поместья и всё имущество на территории бывшей Речи Посполитой было конфисковано Российской империей и Пруссией за участие в восстании...
В феврале 1797 года Михал Клеофас Огинский познакомился с генералом Наполеоном Бонапартом, и предложил ему совершить поход для освобождения Речи Посполитой, обещав поддержку всего населения, однако Бонапарт отказался, и отправился в бестолковый и бессмысленный поход в Египет, загубив там без всякой пользы всю свою армию...
Михал Клеофас Огинский был похоронен в Пантеоне выдающихся личностей во флорентийской церкви Санта Кроче рядом с Галилео Галилеем, Микеланджело Буонарроти, Джоаккино Россини и Никколо Макиавелли.
|
| |
|
|
| shutnik | Дата: Вторник, 06.10.2015, 12:34 | Сообщение # 292 |
 дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 384
Статус: Offline
| Поздравления с 75-летием сегодня принимает литовский актёр Юозас Будрайтис
На его счету – более ста ролей в кино. А вот актёрского образования нет.
Отслужив в армии, он поступил на юридический факультет.
После премьеры «Никто не хотел умирать» студент третьего курса юридического факультета проснулся знаменитым.
Дипломированный юрист оказался в кино случайно и задержался в этой профессии на 30 лет...
«Щит и меч», «Это сладкое слово свобода», «Подранки», «Русский бунт», «Служили два товарища», «Король Лир», «С тобой и без тебя», «Богач, бедняк» – иногда за год выходило по 3-4 фильма с участием артиста.
Режиссёр Витаутас Жалакявичюс, открывший Будрайтиса для кинематографа, советовал ему пробовать себя в разных амплуа, играть и отрицательных и положительных персонажей, и бедняков, и королей.
Этому совету Юозас Будрайтис следует всю жизнь.
Учась на юридическом, Будрайтис параллельно умудрялся играть в эстрадном оркестре на барабанах и блистал в главных ролях в театральной студии...
После выхода на экраны мелодрамы Прошкина «Опасный возраст», зритель еще больше полюбил Будрайтиса. Он сыграл сорокалетнего эксперта-парфюмера, как его называли в фильме «нюхача».
После этой картины актёру даже приписывали роман с Алисой Фрейндлих...
Римас Туминас работал с Будрайтисом в восьмидесятые в Каунасском драмтеатре. Актер, кстати, повлиял на решение Туминаса возглавить Вахтанговский театр. Режиссер сомневался, а Будрайтис, будучи атташе по культуре посольства Литвы в Москве, видел его именно на этом посту. «Этот его точный взгляд, это его непредсказуемость, его тайна», - говорит художественный руководитель Театра имени Вахтангова Римас Туминас.
Живя в Москве на протяжении 14 лет, Будрайтис занимался продвижением литовской культуры в нашей стране.
Благодаря ему издавались книги прибалтийских писателей, открывались курсы литовского в вузах. Будрайтис объездил всю Россию. Но больше всего ему оказалась близка именно столица.
«Я уже много изучил в Москве, и улицы обнаружил, и приятные для себя уголочки, и с людьми познакомился», - рассказывает актер Юозас Будрайтис.
Сегодня у актера новая страсть – фотография...
Больше всего ему нравится портретный жанр. По его словам, лицо человека отражает состояние души.
 юбиляр с супругой
Юозас Будрайтис продолжает сниматься в кино и играть в театре. С каждым годом творческих планов у него все больше и больше.
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Понедельник, 23.11.2015, 03:06 | Сообщение # 293 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| Тель-авивскую улицу Дизенгоф в Израиле знают все...
В современный ивритский сленг даже вошло словечко «леиздангеф» – прогуляться по улице Дизенгоф.
Здесь расположены нестандартные магазины-бутики, уютные кафе, где часами просиживают старожилы, ведут бурные дискуссии писатели, художники, журналисты.
По вторникам и пятницам нижний ярус площади Дизенгоф превращается в блошиный рынок.
Дизенгофа вроде тоже знают все – все-таки первый мэр первого в Израиле еврейского города, построенного в 20 веке.
Но кто он, откуда родом, каким человеком он был?
Меир Янкелевич Дизенгоф родился в 1861 г. в селе Якимовичи Оргеевского уезда Бессарабской области.
В 1878 г. семья переехала в Кишинев, где Меир сдал экзамены на аттестат зрелости и окончил уездное реальное (политехническое) училище...
В 1882-84 гг. он проходил военную службу в Житомире, сблизился там с прогрессивной молодежью и познакомился с будущей женой Зиной.
В житомирской квартире Дизенгофа проходили встречи еврейской революционной молодежи, которые для конспирации выдавали за уроки музыки.
В качестве учительницы, дочь житомирского раввина Бреннера, приводила младшую сестру. «Учительнице» – Зине Бреннер – было 11 лет.
В 14 она будет приходить на свидания к Меиру в житомирскую тюрьму.
Этот первый тюремный срок начался для Дизенгофа в Одессе, где он, примкнув к народовольцам, в 1885 был арестован и около года отсидел, сначала в Одессе, потом – в Житомире, откуда и выпустили его под полицейский надзор...
В Кишиневе Меир присоединился к новому сионистскому движению «Ховевей Цион»(Любящие Сион), а когда истекли три года надзора, подал прошение на выезд за границу и неожиданно получил разрешение.
Как он потом шутил – губернатор решил, что «потенциальных смутьянов надо держать подальше, и заграница самое место для этого».
В 1889 г. он выехал в Париж, где получил образование инженера-химика в Сорбонне, а специализацию проходил на стеклодувном заводе в Лионе.
В архиве тель-авивского муниципалитета сохранились копии штрафов, которые пришлось оплатить мэру Тель-Авива. Первый – за купание в море голышом, второй – за езду на лошади в городском парке. Он был обычным человеком, а не живым памятником...
Хаим Альперин, начальник тель-авивской полиции, в письме пеняет Дизенгофу: «…Я считаю, что утверждающий законы должен эти законы исполнять!»
В 1891 г. Дизенгоф вернулся в Россию и, приехав в Одессу, сблизился с кружком «Бней-Моше», способствовавшим духовному возрождению еврейского народа и возвращению его на историческую родину.
Душой и идеологом этого кружка был молодой философ и публицист Ахад-ѓа-Ам (Ашер Гинцберг). Через много лет в Тель-Авиве Дизенгоф откроет музей Ахад-ѓа-Ама…
Меир Дизенгоф был человеком действия, а не разговоров.
Философы обдумывали, зачем и как, а он в 1892 г., получив предложение барона Эдмонда де Ротшильда основать стекольную фабрику для производства винных бутылок около Зихрон-Яакова, отправился в Палестину.
Перед отъездом заехал в Житомир, где обручился с Зиной Бреннер.
Дизенгоф построил фабрику в Тантуре (Дор) за четыре месяца и руководил ею до самого закрытия в 1894 г.
В июле 1893 г. Зина Хая Бреннер стала Зиной Дизенгоф...
Семейная жизнь была омрачена смертью единственного ребенка: дочь Шуламит умерла в шестимесячном возрасте.
Причиной стали осложнения от малярии, которую Цина перенесла во время беременности.
Больше иметь детей она уже не могла...
Вместе с А. Айзенбергом Дизенгоф пытался создать первую в Эрец Исраэль организацию рабочих «Страна и работа».
Эта попытка вызвала противодействие администрации Ротшильда, и Дизенгоф вынужден был уехать из страны.
Дизенгоф жил в Одессе в 1897-1905 гг., работал на бельгийском стекольном заводе и не прекращал общественной деятельности.
Он был делегатом 5-го и 6-го Сионистских конгрессов в Базеле, активно выступая против плана Уганды.
После кишиневского погрома в 1903 г. вместе с Жаботинским выступил инициатором создания отрядов еврейской самообороны.
В 1904 г. Дизенгоф и Зеев Глускин основали общество «Геула» («Освобождение») для инвестиций и покупки земель в Эрец Исраэль.
В 1905 г. Дизенгоф вернулся в Эрец Исраэль в качестве представителя «Геулы» и поселившись вместе с женой в Яффо, он создал торговую компанию, которая занималась морскими перевозками и экспортно-импортными операциями.
В 1909 г. он стал одним из основателей еврейского поселения Ахузат Байт около Яффо, из которого впоследствии развился Тель-Авив...
В 1910 г. Дизенгоф был избран главой комитета нового поселения, а с 1921 г. стал первым мэром Тель-Авива и оставался на этом посту практически до конца жизни, проявив незаурядный талант организатора.
Дом Зины и Меира стал центром культурной жизни. В нем устраивались встречи с писателями, политиками и людьми искусства.
Дизенгоф пророчил молодому городу великое будущее.
В начале 1913 г. во время посещения Александрии на него произвело впечатление изобретение братьев Люмьер, и он вернулся с твердым решением: пришло время строить кинотеатр в Тель-Авиве.
Уже через год кинотеатр «Эден» был открыт.
Огромную помощь оказал Дизенгоф создателю первой израильской киностудии Баруху Агадати.
Именно Дизенгоф создал условия для артистов замечательного театра «Габима», фактически изгнанного из России в 1928 г.
В годы Первой мировой войны Дизенгоф старался защитить население ишува от турецких преследований.
В 1934 г. в честь 25-летия города Дизенгоф добился от британских властей признания Тель-Авива самостоятельным городом.
Одной из новых улиц городской совет присвоил имя Меира Дизенгофа...
Открытие улицы, носящей имя первого мэра, было превращено в большой праздник. Кроме того, городской совет готовил мэру сюрприз – присвоить имя Зины Дизенгоф площади (которая пока была огромным пустырем).
На открытии говорили об огромном вкладе Зины в развитие культурной жизни юного города, о ее участии в женских организациях и движениях.
Меир Дизенгоф ответил: «Всю свою жизнь я сторонился помпезности. Я и сейчас был против того, чтобы в мою честь называли улицу…
Я был необычайно тронут тем, что вы решили увековечить память о моей покойной жене и соратнице. Мне хочется вновь повторить те слова, что я обратил к своей супруге в час прощания с ней: ”Я вспоминаю о дружестве юности твоей, о любви твоей, когда ты была невестою, когда последовала за мною в пустыню, в землю незасеянную"».
После смерти супруги в 1930 г. Дизенгоф в память о ней создал городской музей, пожертвовав для него свой дом на бульваре Ротшильда.
В этом доме 14 мая 1948 г. Давид Бен-Гурион провозгласил создание независимого государства Израиль.
В 1959 г. здесь был открыт единственный в мире музей Танаха.
Тут же находится Дом-музей Меира и Зины Дизенгоф с собранной ими великолепной художественной коллекцией.
Во время арабских беспорядков 1936 г. мэр настоял на открытии в городе административных учреждений, находившихся до этого в Яффо. В том же году был открыт независимый тель-авивский порт...
Сегодняшний Тель-Авив – действительно мегаполис западного типа. «Город без перерыва» (так называют Тель-Авив из-за бурной ночной жизни) устремлен в будущее – он постоянно расширяется и благоустраивается.
Но это вовсе не значит, что в нем не помнят прошлого.
|
| |
|
|
| старый Зануда | Дата: Воскресенье, 29.11.2015, 05:04 | Сообщение # 294 |
|
Группа: Гости
| всякий раз удивляюсь - ну почему нет сегодня таких искренних людей ни в одном правительстве?!
|
| |
|
|
| Бродяжка | Дата: Пятница, 04.12.2015, 12:35 | Сообщение # 295 |
 настоящий друг
Группа: Друзья
Сообщений: 750
Статус: Offline
| ...''Он вспомнил вечерний Арканар. Добротные каменные дома на главных
улицах, приветливый фонарик над входом в таверну, благодушные, сытые
лавочники пьют пиво за чистыми столами и рассуждают о том, что мир совсем
не плох, цены на хлеб падают, цены на латы растут, заговоры раскрываются
вовремя, колдунов и подозрительных книгочеев сажают на кол, король по
обыкновению велик и светел, а дон Рэба безгранично умён и всегда начеку.
"Выдумают, надо же!.. Мир круглый! По мне хоть квадратный, а умов не
мути!..", "От грамоты, от грамоты всё идёт, братья! Не в деньгах, мол,
счастье мужик, мол, тоже человек, дальше - больше, оскорбительные стишки,
а там и бунт...", "Всех их на кол, братья!.. Я бы делал что? Я бы прямо
спрашивал: грамотный? На кол тебя! Стишки пишешь? На кол! Таблицы знаешь?
На кол, слишком много знаешь!", "Бина, пышка, ещё три кружечки и порцию
тушёного кролика!" А по булыжной мостовой - грррум, грррум, грррум -
стучат коваными сапогами коренастые, красномордые парни в серых рубахах, с
тяжёлыми топорами на правом плече. "Братья! Вот они, защитники! Разве эти
допустят? Да ни в жисть! А мой-то, мой-то... На правом фланге! Вчера ещё
его порол! Да, братья, это вам не смутное время! Прочность престола,
благосостояние, незыблемое спокойствие и справедливость. Ура, серые роты!
Ура, дон Рэба! Слава королю нашему! Эх, братья, жизнь-то какая пошла
чудесная!.."
Аркадий и Борис Стругацкие, "Трудно быть Богом"
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
«Фашизм - это очень просто. Эпидемиологическая памятка». 1995 год
«Чума в нашем доме. Лечить её мы не умеем. Более того, мы сплошь да рядом не умеем даже поставить правильный диагноз. И тот, кто уже заразился, зачастую не замечает, что он болен и заразен».
Ему-то кажется, что он знает о фашизме всё. Ведь всем же известно, что фашизм - это: чёрные эсэсовские мундиры; лающая речь; вздёрнутые в римском приветствии руки; свастика; чёрно-красные знамёна; марширующие колонны; люди-скелеты за колючей проволокой; жирный дым из труб крематориев; бесноватый фюрер с чёлочкой; толстый Геринг; поблескивающий стеклышками пенсне Гиммлер, - и ещё полдюжины более или менее достоверных фигур из "Семнадцати мгновений весны", из "Подвига разведчика", из "Падения Берлина"...
О, мы прекрасно знаем, что такое фашизм - немецкий фашизм, он же - гитлеризм. Нам и в голову не приходит, что существует и другой фашизм, такой же поганый, такой же страшный, но свой, доморощенный. И, наверное, именно поэтому мы не видим его в упор, когда он на глазах у нас разрастается в теле страны, словно тихая злокачественная опухоль.
Мы, правда, различаем свастику, закамуфлированную под рунические знаки. До нас доносятся хриплые вопли, призывающие к расправе над инородцами. Мы замечаем порой поганые лозунги и картинки на стенах наших домов. Но мы никак не можем признаться себе, что это тоже фашизм. Нам всё кажется, что фашизм - это: чёрные эсэсовские мундиры, лающая иноземная речь, жирный дым из труб крематориев, война...
Сейчас Академия Наук, выполняя указ Президента, лихорадочно формулирует научное определение фашизма. Надо полагать, это будет точное, всеобъемлющее, на все случаи жизни определение. И, разумеется, дьявольски сложное.
А, между тем, фашизм - это просто. Более того, фашизм - это очень просто!
Фашизм есть диктатура националистов. Соответственно, фашист - это человек, исповедующий (и проповедующий) превосходство одной нации над другими и при этом - активный поборник "железной руки", "дисциплины-порядка", "ежовых рукавиц" и прочих прелестей тоталитаризма.
И всё. Больше ничего в основе фашизма нет. Диктатура плюс национализм. Тоталитарное правление одной нации. А всё остальное - тайная полиция, лагеря, костры из книг, война - прорастает из этого ядовитого зерна, как смерть из раковой клетки.
Возможна железная диктатура со всеми её гробовыми прелестями - скажем, диктатура Стресснера в Парагвае или диктатура Сталина в СССР, - но поскольку тотальной идеей этой диктатуры не является идея национальная (расовая) - это уже не фашизм. Возможно государство, опирающееся на национальную идею, - скажем, Израиль, - но если отсутствует диктатура ("железная рука", подавление демократических свобод, всевластье тайной полиции) - это уже не фашизм.
Совершенно бессмысленны и безграмотны выражения типа "демофашист" или "фашиствующий демократ". Это такая же нелепость как "ледяной кипяток" или "ароматное зловоние".
Демократ, да, может быть в какой-то степени националистом, но он, по определению, враг всякой и всяческой диктатуры, а поэтому фашистом быть просто не умеет. Так же, как не умеет никакой фашист быть демократом, сторонником свободы слова, свободы печати, свободы митингов и демонстраций, он всегда за одну свободу - свободу Железной Руки.
Могу легко представить себе человека, который, ознакомившись со всеми этими моими дефинициями, скажет (с сомнением): "Этак у тебя получается, что лет пятьсот-шестьсот назад все на свете были фашистами - и князья, и цари, и сеньоры, и вассалы..."
В каком-то смысле такое замечание бьёт в цель, ибо оно верно "с точностью до наоборот": фашизм - это задержавшийся в развитии феодализм, переживший и век пара, и век электричества, и век атома, и готовый пережить век космических полётов и искусственного интеллекта. Феодальные отношения, казалось бы, исчезли, но феодальный менталитет оказался живуч и могуч, он оказался сильнее и пара, и электричества, сильнее всеобщей грамотности и всеобщей компьютеризации.
Живучесть его, безусловно, имеет причиной то обстоятельство, что корнями своими феодализм уходит в дофеодальные, ещё пещерные времена, в ментальность блохастого стада бесхвостых обезьян: все чужаки, живущие в соседнем лесу, - отвратительны и опасны, а вожак наш великолепно жесток, мудр и побеждает врагов. Эта первобытная ментальность, видимо, не скоро покинет род человеческий. И поэтому фашизм - это феодализм сегодня. И завтра.
Только, ради Бога, не путайте национализм с патриотизмом!
Патриотизм - это любовь к своему народу, а национализм - неприязнь к чужому. Патриот прекрасно знает, что не бывает плохих и хороших народов - бывают лишь плохие и хорошие люди.
Националист же всегда мыслит категориями "свои-чужие", "наши-ненаши", "воры-фраера", он целые народы с легкостью необыкновенной записывает в негодяи, или в дураки, или в бандиты...
Это важнейший признак фашистской идеологии - деление людей на "наших и ненаших". Сталинский тоталитаризм основан на подобной идеологии, поэтому-то они так похожи, эти режимы - режимы-убийцы, режимы - разрушители культуры, режимы-милитаристы.
Только фашисты людей делят на расы, а сталинисты - на классы.
Очень важный признак фашизма - ложь. Конечно, не всякий, кто лжёт, фашист, но всякий фашист - обязательно лжец. Он просто вынужден лгать.
Потому что диктатуру иногда ещё как-то можно, худо-бедно, но всё-таки разумно, обосновать, национализм же обосновать можно только через посредство лжи - какими-нибудь фальшивыми "Протоколами" или разглагольствованиями, что-де "евреи русский народ споили", "все кавказцы - прирожденные бандиты" и тому подобное. Поэтому фашисты - лгут. И всегда лгали.
И никто точнее Эрнеста Хемингуэя не сказал о них: "Фашизм есть ложь, изрекаемая бандитами".
Так что если вы вдруг "осознали", что только лишь ваш народ достоин всех благ, а все прочие народы вокруг - второй сорт, поздравляю: вы сделали свой первый шаг в фашизм. Потом вас осеняет, что высоких целей ваш народ добьётся, только когда железный порядок будет установлен и заткнут пасть всем этим крикунам и бумагомаракам, разглагольствующим о свободах; когда поставят к стенке (без суда и следствия) всех, кто идёт поперек, а инородцев беспощадно возьмут к ногтю...
И как только вы приняли всё это, - процесс завершился: вы уже фашист.
На вас нет чёрного мундира со свастикой.
Вы не имеете привычки орать "хайль!".
Вы всю жизнь гордились победой нашей страны над фашизмом и, может быть, даже сами, лично, приближали эту победу.
Но вы позволили себе встать в ряды борцов за диктатуру националистов - и вы уже фашист.
Как просто! Как страшно просто.
И не говорите теперь, что вы - совсем не злой человек, что вы против страданий людей невинных (к стенке поставлены должны быть только враги порядка, и только враги порядка должны оказаться за колючей проволокой), что у вас у самого дети-внуки, что вы против войны... Всё это уже не имеет значения, коль скоро приняли вы Причастие Буйвола.
Дорога истории давно уже накатана, логика истории беспощадна, и, как только придут к власти ваши фюреры, заработает отлаженный конвейер: устранение инакомыслящих - подавление неизбежного протеста - концлагеря, виселицы - упадок мирной экономики - милитаризация - война...
А если вы, опомнившись, захотите в какой-то момент остановить этот страшный конвейер, вы будете беспощадно уничтожены, словно самый распоследний демократ-интернационалист.
Знамёна у вас будут не красно-коричневые, а на своих собраниях вы будете кричать не "хайль", а, скажем, "слава!".
Не будет у вас штурмбаннфюреров, а будут какие-нибудь есаул-бригадиры, но сущность фашизма останется, а значит, останется ложь, кровь, война - теперь, возможно, ядерная.
Мы живём в опасное время. Чума в нашем доме. В первую очередь она поражает оскорблённых и униженных, а их так много сейчас.
Можно ли повернуть историю вспять?
Наверное, можно - если этого захотят миллионы.
Так давайте же этого не хотеть.
Ведь многое зависит от нас самих. Не все, конечно, но многое.
Борис Стругацкий
|
| |
|
|
| Афродита | Дата: Среда, 09.12.2015, 04:28 | Сообщение # 296 |
|
Группа: Гости
| удачи вам, ребята!
http://www.svoboda.org/content/article/27411233.html
|
| |
|
|
| Имммигрант | Дата: Суббота, 12.12.2015, 10:06 | Сообщение # 297 |
|
Группа: Гости
| Цадик из Ленинграда
Рабби Ицхак Коган знает что к чему в стране, где излишняя грамотность зачастую представляла собой опасность. Он привык делать то, что должно – даже если это было опасно. Наученный опытом общения с КГБ, он рано усвоил как отличать хорошее от плохого, уходить от слежки, и двигаться на один шаг впереди противника...
В историческом здании синагоги на Большой Бронной в самом центре Москвы, Изя – как его ласково здесь называют - раввин и наставник для ищущих.
Олигархи и нищие, студенты и учёные, атеисты и религиозные приходят к нему с вопросами в поисках руководства – практического и духовного, потому что Изя образован и мудр, в нём нет страха; потому что он относится к себе с юмором, к собственным потребностям с простотой , но абсолютно серьёзно к нуждам других.
Сюда приходят за ощутимым теплом и естественной радостью, которые пронизывают стены этого здания. Построенное в 1883 году, оно было синагогой до 1937 года, до того как её раввина казнили коммунисты, а из синагоги сделали дом профсоюзов.
После падения коммунистического режима 1991 году, Изя взял на себя инициативу и здание было передано властями движению Хабад, восстановлено и обустроено.
Он видел многое – неудачно брошенную бомбу в окно синагоги в 1999 году, и атака неонациста в 2006 году успевшего ранить ножом 9 человек, прежде чем Изя услышал шум и скрутил злоумышленника, и удерживал до тех пор, пока не появилась полиция.
Через год его наградили государственной наградой за мужество – что заставило его иронизировать: «Моего деда убило государство за выпечку мацы – как Еврея. А меня государство удостоило премии за спасение евреев.»
Приятный и комфортный аромат табака и кофе наполняющий и переплетающийся в воздухе на Большой Бронной и строгие меры безопасности создают ощущение спокойствия - но не так сильно как её раввин – «человек-медведь» – чьё незримое присутствие помогает людям ощущать себя в безопасности. Под бимой – аварийное укрытие, которое использовалось евреями в случае опасности.
Посещая Россию, пару месяцев назад, я позвонил с просьбой взять интервью у Изи. Потребовалось сделать несколько попыток, чтобы он согласился.
«Это не так уж и необходимо», – отвечал он – Ведь история жизни и автобиография и так уже опубликованы на иврите. Но интервью было для меня лишь предлогом для встречи и общения – чтобы добраться до этого человека, чьё еврейство, как ощущается пронизывает его сущность, чья целостность как еврея выдержала проверки временем и он так и не отрёкся.
Иззи называает себя «баал тшува» – «вернувшимся евреем» который стал соблюдающим и «отказником» – частично благодаря тому (как он вспоминает) что называется «еврейскость» – в 1950 году, когда ему не было и года, его деда забрало КГБ после доноса о том что он испек мацу на Песах для потребностей еврейского сообщества.
«У меня не слишком много воспоминаний о дедушке, но я хорошо помню как он клал подарок на Хануку под подушку. Я помню мой первый опшерниш (первую стрижку) когда мне было 3 года. Мой дедушка осыпал меня конфетамии, потому что он видел как я плакал от того, что мне состригали эти «косы».
Потом его забрали и допрашивали целыми днями день за днем. Это продолжалось в течение трех недель. Однажды, кто-то пришёл к нам домой и что-то сообщил матери. Она упала на кровать. Я понял, что случилось что то страшное. Мой дед умер на допросе. Моя мать подбежала к властям, чтобы забрать его тело.
Они сказали ей заплатить за это 5000 рублей. У неё не было столько денег. Пока она шла плачущая домой, ей повстречался еврей, и спросил может ли он ей чем-нибудь помочь?
Пять лет заняло чтобы вернуть ему долг, и когда она это сделала, она устроила праздник.
Изя помнит похороны своего деда – хоронило его, казалось, все еврейство Ленинграда...
Особенно он помнит как рабби добивался обещания от родителей – хранить еврейский дом, как делал дедушка Изи – не самое лёгкое обещание которое можно было исполнять в тех обстоятельствах в те дни, а так же потому что у отца Изи не было традиционного еврейского воспитания.
В своей книге он так же описывает старания своих родителей.
Мать была студентом юридического факультета в Ленинграде перед блокадой в 1941 году.
Когда началась война, у неё была возможность уйти из города – но она отказалась оставлять семью. Её направили работать в заводскую столовую. Одной из обязанностей было распределение кусочков хлеба (во время войны хлеб выдавался по карточкам на рабочих местах).
Там она и встретила моего отца. Он работал чистильщиком оборудования на заводе.
Когда отец пришёл к моему деду и попросил у него руки дочери, тот ответил: «У меня есть только одна дочь, и я очень хочу чтобы её дом был настоящим еврейским домом - домом устроенным и живущим по Торе».
Мой отец дал ему обещание. «Всё чему вы меня научите – я буду хранить и соблюдать».
Таким образом свёкор стал учителем и наставником собственному зятю. Так завязались отношения которые прервались со смертью дедушки.
Биография Ицхака для юноши «с пятым пунктом» поначалу складывалась довольно ровно и последовательно. Чтобы поддержать семью, с пятнадцати лет он работал на заводе токарем, доучиваясь в вечерней школе, а затем, поступив в Ленинградский электротехнический институт, одновременно работал на кафедре академика Фатеева, известного учёного в области автоматики и приборостроения.
Окончив институт, занимался разработкой систем управления атомных подводных лодок на военном предприятии, даже стал начальником конструкторского бюро...
Чуть позже он встретил Софу – молодую студентку-медика и в 1967 году, скрытно от властей они встали под хупу в доме родителей Изи.
Когда он узнал, что его работа с советскими подводными лодками косвенно используется, чтобы помочь арабским государствам бороться с Израилем во время войны в Йом-Кипур, он уволился, лишился всех привилегий и нашёл менее престижную работу на заводе...
В 1972 Изя и Софа подали заявление на визу для репатриации в Израиль. Спустя два года им отказали в выезде из страны.
«Меня будто молнией ударило – стать отказниками означало быть отвергнутыми обществом в котором мы выросли, где мы учились и работали. И хотя я всё время был готов к этому, я был полностью раздавлен.
Мы были небольшой, но сплоченной группой отказников, которая вместе изучала иврит, и поддерживала друг друга во всех вопросах. Уроки проводились у нас дома – остальные боялись что их застанут и арестуют, но мы были молоды, и понимали, что власти знают о нашем намерении уехать, и что нам нечего было терять».
Так начался период беспощадного преследования со стороны КГБ.
Изя был вызван на допрос.
Ведь он владел информацией составляющей государственную тайну и ему сказали, что он никогда не покинет СССР – пока не начнет сотрудничать с КГБ и делиться информацией.
Изя хранил молчание и сумел избежать ареста.
В течение 14 лет, он и его жена находились в опасности, путешествуя, чтобы помочь отказникам, среди которых Ида Нудель которая была сослана в Сибирь, Йосеф Менделович, прошедший долгое тюремное заключение, и многие другие в похожих обстоятельствах.
Они не только продолжали свою борьбу против преследования евреев, но и старались жить настоящей еврейской жизнью, поддерживая других в стремлении к свободе и собственному духовному развитию.
Преследуемый на каждом шагу властями, Изя решил что он сможет быть более полезным для еврейского сообщества, если станет моэлем и шойхетом.
Так он нашел известного хасида Хабада - реб Рафаэля Немойтина - который стал его наставником и учителем, в то время как он и его жена стали более соблюдающими, вбирая других в свой круг.
«Мы по-прежнему страстно желали разрешения на выезд в Израиль но это уже не было приоритетом. Поменялась наша психология. Когда наша заявка была отклонена мы были шокированы, и когда мы, наконец, получили разрешение на выезд в 1986 году, перед нами встала дилемма.
Мы были нужны здесь. Оставить людей, которые шли рядом с нами через все эти годы, было очень тяжело.
Я помню что наставник как-то сказал, что дерево имеющее глубокие корни – плодоносит. Зачем выкорчевывать его и перемещать куда либо ещё?
И ещё я знал, что Ребе хотел, чтобы влиятельные люди оставались в России и помогали евреям здесь. Поэтому, когда я узнал, что я скоро получу разрешение на выезд, я обратился к Ребе с вопросом, должен ли я это делать. И получил ответ что я должен сделать Алию».
Коганы прибыли в Израиль 16 ноября, 1986 года. Три недели спустя он отправился в Нью-Йорк для своей первой встречи с Ребе, которая длилась два часа десять минут.
«Моя встреча с Ребе была сдвигом парадигмы. Ребе сказал мне, что через несколько лет мои дети вернутся в страну своего рождения, чтобы работать с еврейской общиной в России».
В Израиле Изя вступил в Армию Обороны Израиля, а Софа открыла процветающую стоматологическую клинику.
В 1990 году, с Изей связались по вопросу помощи детям Чернобыля.
Он вернулся в Россию и приложил много усилий для работы и переговоров с дипломатами и частными благотворителями, чтобы обеспечить перевоз 226 детей из Чернобыльской зоны в Израиль. Это была одна из первых миссий по спасению жизни детей подвергшихся воздействию радиации от ядерного реактора на Чернобыльской АЭС.
В конце концов, дети полностью интегрировались в израильское общество и сегодня многие из них служат на ключевых должностях в различных сферах страны.
Изя с женой продолжили свою деятельность на постсоветском пространстве, используя свой опыт и знания для обучения евреев.
В 2008 году Софа – компаньон всей его жизни внезапно ушла из жизни, оставив его одного...
«Все 42 года подряд проведённые вместе, мы мотивировались лишь одним и тем же страстным импульсом – желанием помогать евреям».
Вот уже 25 лет прошло с тех пор, как этот «отказник» – сегодня крепкий 70-летний человек, вернулся в Москву.
Как предсказал Ребе - его дети и внуки живут здесь же, следуя по его стопам.
Я задал вопрос этому человеку – во многих смыслах легенде, как он сравнил бы свою длительную борьбу за еврейство с изменившейся ситуацией в России, когда евреям больше не нужно так бороться за то чтобы быть Евреями, на что он понимающе улыбается: «Еврей – всегда в состоянии войны. Если кто то в опасности – но не осознаёт этого, он и не станет бороться за собственную жизнь. Но это не значит что он в порядке. Еврей – всё время на войне. Если не на войне против внешних опасностей, то на войне против нашего дурного начала. Если мы об этом забудем, мы проиграем».
|
| |
|
|
| Kiwa | Дата: Суббота, 12.12.2015, 11:44 | Сообщение # 298 |
|
настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| и ещё несколько историй от раввина Ицхака Когана:
http://www.informprostranstvo.ru/N184_2014/itshakkogan.html
Сообщение отредактировал Kiwa - Суббота, 12.12.2015, 11:46 |
| |
|
|
| Сонечка | Дата: Воскресенье, 13.12.2015, 11:34 | Сообщение # 299 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 563
Статус: Offline
| Во времена, когда Давид Якобсон был раввином в Любавичах, это еврейское местечко достигло наивысшего расцвета — оно стало важнейшим центром хасидизма и представляло собой сравнительно крупный посёлок Оршанского уезда Могилёвской губернии Российской империи.
Здесь регулярно устраивалась известная во всей округе ярмарка, процветали торговля льном, кожевенное и швейное производство.
Это был центр религиозного и профессионального образования евреев. В Любавичах работало еврейское мужское училище с ремесленным отделом. Здесь процветала известная Любавичская ешива «Томхей тмимим» — центр еврейской учёности всей Белоруссии, выпускники которой впоследствии возглавляли многие синагоги Европы и США. Четыре поколения цадиков из рода Шнеерсонов собрали в Любавичах уникальную библиотеку старинных книг по истории, философии и религии.
В тёплое время года хасиды-паломники приходили сюда пешком и приезжали семьями на подводах — чтобы помолиться в местной синагоге, посмотреть библиотеку цадика, набраться святости и духовной силы.
Жизнь в местечке была наполнена трудом, учёбой и молитвами, религиозные книги и светские учебники были в каждом доме, и их чтение являлось непременным атрибутом повседневной жизни, высокий интеллект и образованность сочетались с простотой сельской жизни — удивительное чудо в маленькой деревеньке, затерявшейся на гигантских пространствах нашей грешной планеты, чудо под названием Любавичи!
Давид Якобсон был одним из последних официальных раввинов в Любавичах. Он выполнял свои обязанности и после 1915 года, когда Пятый Любавичский Реббе Шолом Дов Бер Шнеерсон уехал из Любавичей в Ростов-на-Дону, а вместе с ним Двор Любавичских Реббе навсегда покинул свою Родину.
В советские времена в Любавичах организовали колхоз, задавленная властями национально-религиозная жизнь евреев постепенно заглохла, и, тем не менее, к моменту трагедии 1941 года в Любавичах ещё проживало более полутысячи евреев.
К счастью, раввин Давид Якобсон не дожил до кровавого разлома мировой истории, а его дети и внуки к тому времени давно уже покинули это, когда-то благословенное, место.
В наши дни в деревне Любавичи евреев нет.
Это небольшое поселение с несколькими сотнями постоянных жителей не всегда обозначено даже на картах крупного масштаба, оно существует за счёт туристов и религиозных паломников. О еврейском прошлом местечка напоминает Мемориал памяти убитых любавичских евреев, возведённый здесь в 2011 году на пожертвования и с помощью Евангельских христиан России, а о его великой религиозной истории – восстановленные Дом-музей Шнеерсона и Двор Любавичских Реббе, да ещё остатки надгробий над могилами Великих Любавичских цадиков.
Как бы ни сложилась дальнейшая судьба этой небольшой смоленской деревни, имя ее — ЛЮБАВИЧИ — бессмертно, ибо в XX веке, вместе с волнами еврейской эмиграции из России, состоялся необыкновенный по своей мощи всемирный миссионерский поход любавичских хасидов, приведший к образованию крупных центров Хабада в Израиле, США и многих других странах.
Праведный сгусток веры невероятной плотности, таившийся до поры до времени в окружении льняных полей и берёзовых рощ в небольшом белорусском местечке Любавичи, словно взорвался и, стремительно расширяясь, усеял карту мира созвездиями Хабада — в наше время существуют сотни общин Любавичских хасидов в десятках стран по всему миру.
Сообщение отредактировал Сонечка - Воскресенье, 13.12.2015, 11:36 |
| |
|
|
| BROVMAN | Дата: Суббота, 26.12.2015, 17:13 | Сообщение # 300 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 445
Статус: Offline
| Перед смертью этот человек завещал запаять все свои бумаги в цинковый ящик, который можно будет открыть только в 2197 году.
Выросший в сказочно богатой семье итальянских аристократов, он провел многие годы за решеткой и в ссылках в Советском Союзе. Он сделал для отечественной авиации больше, чем любой другой инженер-конструктор, но его имя по-прежнему остается мало известно, а рассекречено было только после падения СССР.
Когда в 1968 году поднялся в воздух первый в мире сверхзвуковой пассажирский Ту-144, никто не мог даже предположить, что КБ Туполева фактически лишь доработало концепт двадцатилетней давности, созданный загадочным итальянцем в бериевской «шарашке»...
Его изобретения настолько опережали время, что из всех спроектированных им машин лишь четыре были доведены до испытаний и только одна недолго выпускалась серийно.
Но практически все летательные аппараты, когда-либо построенные в СССР и России, вплоть до знаменитого «Бурана», включают в себя его многочисленные открытия и технологии.
Специалисты говорят, что по гениальности и способности предвидеть будущее этот человек был сравним лишь со своим великим соотечественником — Леонардо Да Винчи.
Барон Роберто Бартини — без преувеличения, величайший гений авиационной мысли XX века — приехал в СССР строить коммунизм, приверженцем которого он стал в ранней молодости.
Даже многомиллионное наследство своего отца он полностью отдал компартии...
В «благодарность» за это (плюс груды уникальных чертежей, которые он привез с собой из Италии и передал Тухачевскому) «красного барона» вслед за «красным маршалом» увозят на Лубянку, где выбивают из него признание в «работе на итальянскую разведку».
На десять с лишним лет коммунист Бартини становится заложником и жертвой собственного идеала — советской власти.
Многие свои гениальные открытия он совершает, будучи «зэка» Бартини.
В заключении он изобретает первый в мире реактивный истребитель с изменяемой геометрией крыла, первое крыло двойной стреловидности, без которого сегодня не было бы американского «шаттла», первый широкофюзеляжный пассажирский лайнер; создает множество важнейших узлов и деталей, которые по сей день используются в авиастроении.
Его идеи настолько фантастичны, что в них поначалу никто не верит, но постепенно Бартини приобретает в тюремных «шарашках» репутацию гения и чудотворца.
Бартини — единственный авиаконструктор, фюзеляжи которого не нуждались в «продувке» в аэродинамической трубе — настолько точно он умудрялся их просчитывать.
Приехав «помогать в становлении молодой советской авиации», он поступил на работу простым лаборантом-фотограмметристом — и это при тогдашней нехватке инженеров!
Зато он был знаком с невероятным множеством вещей за пределами специальности — литература, архитектура, история, — играл на рояле, занимался живописью, владел множеством языков… Его машины рассчитывали и чертили другие люди. Бартини — видел и предвидел. Сядет, глаза закроет — проходит час, другой, — потом берет карандаш и рисует. Рисовал он превосходно!
После освобождения в 1946 году он становится главой КБ Таганрогского авиазавода. И хотя формально он уже не под стражей, выезжать из этого южного городка ему запрещено. Он знал, что его имя никогда не появится на фюзеляже серийного самолета. Он знал, что все его идеи будут использованы другими КБ без упоминания его авторства. Но тем не менее он продолжал их безостановочно генерировать — одну за другой.
Время имеет ширину
“Непонятый гений советской авиации”, – так впоследствие напишет о Роберте Людвиговиче авиаконструктор Антонов.
Из 60 сконструированных им самолетов построены лишь единицы. Уж слишком опережали свое время творения Бартини.
Еще в начале 40-х он разработал реактивный самолет, который должен был летать со скоростью 2400 км/ч.
“Этого не может быть, – заявили советские авиаконструкторы. – Без винта самолетов не бывает”.
- Самолеты для отца всегда были ремеслом. Главным делом своей жизни он считал теоретическую физику, – рассказывает его сын Владимир Робертович
Статья “Соотношения между физическими величинами” Роберта Орос ди Бартини, опубликованная в 1965 году в солидном журнале “Доклады академии наук”, вызвала скандал: автор утверждал, что время трехмерно, имеет длину, ширину и высоту.
Все же наше пространство – шестимерно.
При таком количестве измерений оно наиболее устойчиво.
В доказательство своих рассуждений Бартини приводил, расcчитанные согласно его теории, значения постоянной Планка, заряда электрона, его массы и так далее.
Эти значения с очень высокой точностью совпадали с тем, что было получено экспериментально...
Сегодня шестимерное устройство Вселенной не вызвало бы особых возражений у физиков-теоретиков.
А в 1965 году статью опубликовали скорее из жалости и симпатии к 68-летнему Бартини.
Кто знает, может быть, Бартини удалось и на практике воплотить свои теории о шестимерном пространстве (одно из следствий этой теории – в шестимерной Вселенной можно перемещаться во времени, используя движение в пространстве, потому что время трехмерно и пространственноподобно, то, что мы обозначаем словами „далеко” и „давно” — в сущности, одно и то же, никакого движения в мире нет, а есть скачкообразная — от „кадра” к „кадру” — смена состояний).
Осталась тайной и история создания советского самолета-невидимки. Известный историк советской авиации Шаров утверждает, что по крайней мере один такой летательный аппарат был построен: Когда заводили мотор, самолет просто-напросто исчезал...
Добиться невидимости можно разными путями – сделать самолет прозрачным или зеркальным.
А еще можно попытаться искривить световой луч так, чтобы он обогнул нужный нам объект.
Эйнштейн говорил, что такое возможно. Вблизи больших масс.
Или в сильных электромагнитных полях...
Только в 1991 году впервые было названо имя автора таинственного летательного аппарата – Бартини.
Оказалось, что инициатором проекта “Прозрачный самолет” был Тухачевский, покровительствовавший в 30-е годы конструктору.
***
Жил Бартини один, отдельно от жены, сына и внука, которых очень любил. Работал в полутьме (у Бартини не суживались зрачки – последствия какой-то болезни).
В большой проходной комнате слабо светила люстра, укутанная марлей, горела настольная лампа с самодельным абажуром из плотной зеленой бумаги. Конструктор писал странные картины.
Таганрогского конструктора Владимира Воронцова, бывавшего в московской квартире Бартини, поразила картина, датированная сорок седьмым годом. Она изображала взлетающую ракету. Удивила форма пламени — огненный шар: «Откуда он мог знать, что именно так будет выглядеть ракетный старт!?»...
Бывший парторг бартиниевского КБ вспомнил, что в конце 60-х годов Роберт Людвигович говорил о каком-то глобальном проекте под названием «Паутина».
***
По словам биографа Бартини Чутко, одну комнату в квартире Роберт Людвигович попросил маляров выкрасить в ярко-красный цвет, другую разрисовал сам: на голубом потолке — солнце, чуть ниже, на стенах, — поверхность моря, кое-где островки. Чем „глубже”, тем зелень воды становилась гуще, темнее, и в самом низу — дно». В красной комнате барон работал, а «на дне» отдыхал — пил странную смесь из крепчайшего чая и кофе со сгущенкой — один к двум — и любил вафельный торт «Сюрприз».
***
Чтобы встретиться с конструктором, надо было предварительно созвониться с ним по телефону, в противном случае он не подходил к двери. Роберт Людвиговоич чего-то боялся.
По словам Бартини на его жизнь покушались трижды — в Берлине, в Севастополе и в Москве, в 1967 году, в самом центре столицы: «москвич» с погашенными фарами пытался сбить его на улице Кирова...
Бартини умер в ночь с 4 на 5 декабря 1974 года.
Когда его – два дня спустя – нашли на полу ванной, из крана хлестала вода, на кухне горел газ.
По заключению милиции, ночью Бартини почувствовал себя плохо, встал из-за стола, опрокинув стул, и прошел на кухню. Зажег газ, стал набирать воду в ванной. Потом упал навзничь, ударившись головой об косяк.
Бартини предчувствовал свою смерть: именно в ту ночь барон написал завещание, приложил к нему черный пакет и спрятал за плотной шторой.
На тщательно заклеенном пакете была надпись: «Я убрал из моих статей о константах одно следствие. Прошу вас, когда вы сочтете это уместным, сообщить в любой форме, по вашему выбору, что я, Роберто Бартини, пришел к нему математически, не уверен, что не ошибся, поэтому публиковать его не стал. Оно нуждается в проверке, у меня на это уже не осталось времени. Следствие такое: количество жизни во Вселенной, то есть количество материи, которая в бесконечно отдаленном от нас прошлом вдруг увидела себя и свое окружение, — тоже величина постоянная. Мировая константа. Но, понятно, для Вселенной, а не для отдельной планеты…
А, значит, мы еще встретимся ».( Из статьи Сергея Медведева)
***
На закрытом праздновании своего семидесятипятилетия юбиляр молча вскинул вверх сжатый кулак — символический салют Коминтерна, поклонником которого он был в юности и члены которого давно сгинули — кто в расстрельных подвалах Лубянки, кто в колымских лагерях.
Многие истолковали этот жест как символ преданности Бартини коммунизму.
Но скорее всего это был жест победителя, которого не удалось уничтожить, запаяв в душный цинковый ящик забвения.
Роберто Бартини — итальянский барон и один из отцов российской авиации — как все провидцы знал и свое далекое будущее.
Он предвидел, что его идеи, подарив миллионам людей радость полета, поднимут их над душной и страшной реальностью так же непобедимо и просто, как взлетает над бессилием самых страшных обстоятельств человеческая душа, у которой есть крылья.
Сергей ПРОТАСОВ
P.S.
В статье, опубликованной после смерти Бартини в одном из вестников были слова:”Это был поразительно скромный труженик. Его работ хватило бы для присуждения ему высшей ученой степени”.
Второй том уфологической «Энциклопедии непознанного» характеризует этого человека как пришельца, контролирующего техническое развитие человеческой цивилизации…
Не так давно имя Бартини присвоили одной из малых планет солнечной системы.
14 мая 1997, в день 100-летия со дня рождения, в фойе конструкторского бюро, которым он руководил, появилась мемориальная доска Р.Л.Бартини.
В том же году вертикально взлетающую амфибию ВВА-14 – одну из последних работ конструктора – порезали на металлолом в Таганроге…
|
| |
|
|
|
