Город в северной Молдове

Среда, 23.08.2017, 05:08Hello Гость | RSS
Главная | о, женщина... - Страница 14 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 14 из 17«12121314151617»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » О, ЖЕНЩИНА ! или "frailty, thy name is woman" » о, женщина...
о, женщина...
KiwaДата: Понедельник, 27.04.2015, 08:14 | Сообщение # 196
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 339
Статус: Offline
Торопить женщину - то же самое, что пытаться ускорить загрузку компьютера: программа всё равно должна выполнить ещё множество действий, скрытых от вашего понимания...
 
REALISTДата: Четверг, 30.04.2015, 17:11 | Сообщение # 197
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 149
Статус: Offline
устами младенца...

«Бабушка — это такая женщина, у которой нет своих детей. Она любит маленьких девочек и мальчиков, которые дети других людей. Дедушка — это тоже бабушка, только мужчина. Он ходит гулять с мальчиками, и они разговаривают о рыбалке и других вещах.

Бабушкам ничего не надо делать, только приходить в гости. Они старые, и поэтому им нельзя бегать и много прыгать. Но они могут отвести нас на ярмарку, и у них должно быть много денег, чтобы покатать нас на карусели..
Если они с нами гуляют, то они останавливаются, чтобы посмотреть на всякие вещи, например, на красивые листья или на гусениц. Они никогда не говорят: «Пошли быстрее»... Они носят очки и могут вынимать свои зубы.

Бабушки не должны быть очень умными, только отвечать на такие вопрос - «Почему собаки гоняют кошек?» или «Где у червяка голова?».
Когда они читают нам книжки, они ничего не пропускают и не говорят, что эту сказку мы уже читали.

Каждый должен стараться, чтобы у него была бабушка, потому что они единственные взрослые, у которых есть СВОБОДНОЕ ВРЕМЯ ДЛЯ ДЕТЕЙ...
 
shutnikДата: Понедельник, 11.05.2015, 08:27 | Сообщение # 198
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 394
Статус: Offline
СВЕТЛАНА Алексиевич: На войне не бывает хороших людей

... в 1985 г. книга "У войны не женское лицо" - роман голосов, так она это назовет в последствии, женщин-фронтовичек о войне, которую никто не знал, которую мужчины не рассказали, вышла почти одновременно в московском журнале "Октябрь", белорусском издательстве "Мастацкая лiтаратура", а затем в издательствах "Советский писатель", в "Роман-газете" и т.д.
И в последующие годы она переиздавалась многократно - общий тираж дошел до 2 млн. экземпляров.
Книгу приветствовали известные писатели-фронтовики: Кондратьев, Бакланов, Гранин, Окуджава и многие другие.
В том же (1985) году вышла и вторая книга, которая тоже около года (обвинения все те же -- пацифизм, отсутствие идеологических стандартов) ждала своего часа - "Последние свидетели" (сто недетских рассказов).
Эта книга также много раз издавалась, отмечена многочисленной критикой, которая называла обе книги "новым открытием военной прозы".
Женский взгляд на войну, детский взгляд на войну открыл целый материк новых чувств и идей..


http://gordonua.com/publications/Aleksievich-80220.html
 
ФаталистДата: Воскресенье, 24.05.2015, 11:57 | Сообщение # 199
Группа: Гости





поспорили два профессионала...

 
СонечкаДата: Четверг, 28.05.2015, 04:50 | Сообщение # 200
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 213
Статус: Offline


Хрен, положенный на мнение окружающих, обеспечивает спокойную и счастливую жизнь...

Фаина Раневская
 
ПримерчикДата: Пятница, 29.05.2015, 07:40 | Сообщение # 201
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 410
Статус: Offline
Дмитрий Быков вспоминает легендарную Майю Плисецкую, недавнюю смерть которой заглушил шум празднования Дня Победы:

В этом году Майе Михайловн­е Плисецкой исполнилось бы 90.
Одна из величайших балерин ХХ века ушла из жизни в Мюнхене, где вместе с супругом Родионом Щедриным они жили последние годы.
Свой прах Плисецкая завещала развеять над родной землей, каковой для нее без всяких вариантов была Россия…
Андрей Вознесенский называл Плисецкую звездой, адской искрой: «Такая гибнет – полпланеты спалит».
Но вот умерла Плисецкая – и хотя весь мир скорбит, Россия провожает ее удивительно тихо, и сама эмоциональная ровность этого прощания резко контрастирует с ее собственной взрывной природой.
Да, великая; да, символ русского искусства во всем мире, показавшая «им там», что такое русский балет (на это теперь особенно упирают).
Что такое собственно дар Плисецкой, почему по ней сходили с ума, почему она не только «им там», но и нам здесь объясняла, что такое подлинный артистизм и гениальная одаренность – об этом почти все молчат.
Смерти Прокофьева, умершего в один день со Сталиным, страна не заметила; смерть Плисецкой растворяется в громе парада, в спорах о юбилее Победы, тонет в угрозах и опасениях, да и по совести говоря – много ли осталось людей, помнящих ее?
Давно не выступала, жила за границей, превратилась в символ.
Говорят, имела капризный и трудный характер.
Иногда кажется: вспомнили, чтобы забыть окончательно..

Между тем Плисецкая непоминала об одной великой истине, актуальной, кстати, и для нынешней России: хочешь быть защищен – стань незаменимым, единственным.
Все остальные, включая первых лиц государства, заменяются, когда нужно.
Но если ты умеешь что-то, чего не умеет никто больше, – у тебя есть шанс прожить свою жизнь не на четвереньках.
Ты можешь позволять себе капризы, резкости, отважные и отчаянные поступки, защищать Солженицына, как Ростропович, и даже селить его на своей даче, негодовать по случаю реабилитации Сталина, как Плисецкая, и защищать Параджанова, как она же, и свободно жить и танцевать на Западе вопреки неизменной во все времена советской ксенофобии (до такой риторики, как сейчас, в семидесятые не доходило, но практика отличалась мало).
Она была настоящей советской звездой, прекрасной представительницей богемы, из тех, кто собирался у Лили Брик на Кутузовском – там она и познакомилась с Родионом Щедриным, тогда начинающим, но уже триумфальным композитором, – у Аксенова, у Вознесенского, в тогдашнем Доме актера, где сходились мастера, а не спонсоры.
Тогда, в советской теплице, в искусственной замкнутости, – я ничуть не ностальгирую по ней, просто понимаю, что сегодня хуже, – поэты дружили с художниками, звезды балета – с режиссерами, идеология никого не ссорила (разве что отметались самые уродливые крайности), и жива была память о добрых нравах искусства.
Протестовать было принято не тогда, когда кого-то награждали, а когда кого-то, напротив, обходили.
Коллективными были не доносы, а письма в защиту и поддержку.
То есть доносы тоже были, в том числе на Плисецкую, но их авторам не подавали руки.
Советский мир отличался от нынешнего главным образом тем, что при сходных действиях говорились другие слова и людям случалось еще испытывать чувство неправоты; одним это кажется лицемерием, другим – правилами приличия. Плисецкая этот кодекс блюла неукоснительно.
Да, этим людям многое позволялось. Да, у них водились деньги, по советским меркам огромные, по западным – скромные.
Но какая независимость без денег?
Да, их баловали власти. Но какая в России свобода без возможности влиять на эти власти, входить к ним без очереди?
Вспомним, только богема да физики из шарашек обладали тут подлинной независимостью – из унижений собственное достоинство не делается, оно в этой среде не развивается.
Она расширяла границы русской балетной классики, уходила от нее, от дисциплинарно-канонического, парадно-имперского балета, которым восхищался мир, втайне ужасаясь самодисциплине, муштре и абсолютной верности традициям.
Уже ее «Кармен-сюита» была революцией, почему ее и цензурировали нещадно, ругая за «эротизм» (за это же в свое время, за тридцать лет до того, разносили «Катерину Измайлову» Шостаковича).
Да и что это такое – «Бизе – Щедрин»?!
Плисецкая танцевала лет на двадцать дольше, чем позволяет все тот же возрастной канон...
Я успел ее увидеть на сцене – в «Лебедином озере», где она танцевала Одетту – Одиллию.
Одиллия мне понравилась больше, она была ярче, притягательнее, страшнее.
Было мне лет восемь, а десять лет спустя я протиснулся в зал студенческого театра МГУ, тогда еще на углу Моховой и Герцена, где была творческая встреча с Плисецкой, шестидесятилетней, выглядящей едва на сорок.
Поражали ее дружелюбие и резкость – абсолютная открытость в сочетании с безупречным достоинством. Этот тип женщины – скорее «шестидесятницы», чем шестидесятницы, – сейчас абсолютно исчез.
В нем было сочетание ума, сексуальности, самодисциплины, одиночества, некоторого надрыва. На таких женщинах стояла советская система в последние годы – мужчины, если честно, деградировали быстрей, а женщины приспособились.
В это время Плисецкая станцевала свои знаменитые авангардные балеты – «Анну Каренину» и «Чайку».
Ей можно было уже ничего не делать, почивать на лаврах, танцевать иногда на гастролях «Лебедя» или писать мемуары (она и мемуары умудрилась написать так, что книга «Я, Майя Плисецкая» обсуждалась с восторгом и негодованием, раскалывала и провоцировала аудиторию).
Но она продолжала работать, подставляясь, вызывая восхищение и негодование, раздражая и удивляя.
В Советском Союзе были люди – прежде всего люди искусства, хотя и в науке их было немало, – которые считали, что общественная жизнь их касается; что в башне из слоновой кости отсиживаться неприлично, а карьера – ну что карьера?
Советская власть не слишком охотно высылала своих звезд за границу: чтобы лишили гражданства, надо было упорствовать, как Солженицын, или нарываться, как Любимов.
Теперь тоже ничего особенного сделать не могут: ну, лишат финансирования – можно ведь найти, под громкое имя дадут…
Но сегодня всех сковал оцепеняющий страх, а при советской власти его не было.
Был азарт игры со стареющим зверем.
Плисецкая, дочь расстрелянного отца и сосланной матери, была человеком с убеждениями.
У нее, как у многих советских звезд, было обостренное и, думаю, гипертрофированное чувство собственного достоинства, то особое самоуважение, которое присуще прежде всего профессионалам.
Профессионалов у нас традиционно мало, достоинства еще меньше.
Мы все «боимся себе позволить». А она не боялась, потому что с ней ничего нельзя было сделать.
Власть боялась реноме, а избивать женщин на улице еще не было принято...
Понятно теперь, почему артистов, подобных Плисецкой, и личностей ее масштаба здесь долго еще не будет?
Вполне может получиться, что и никогда.
 
дядяБоряДата: Среда, 24.06.2015, 09:09 | Сообщение # 202
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 434
Статус: Offline
 
ПедантДата: Суббота, 18.07.2015, 07:04 | Сообщение # 203
Группа: Гости





Трагедия мужчин:
одни женщины не по душе, другие — не по зубам, а третьи — не по карману!

Вот что значит подруга! Вчера после вечеринки дотащила меня домой на пятый этаж и сдала мужу в руки!..
Хотя я живу на первом и не замужем...

Проиграла мужу в карты на желание, кто ж знал что он такой извращенец, заставил меня уехать к маме на неделю!
 
ПинечкаДата: Четверг, 24.09.2015, 09:17 | Сообщение # 204
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1095
Статус: Offline
«Жизнь у бабы не конфетка...»

Лариса Рубальская придерживается мнения, что мужчину надо упорно искать... 

«Я у всех спрашивала: «Нет ли жениха?» И старания увенчались успехом - 33 года прожила в счастливом браке с известным стоматологом Давидом Розенблатом...

Я легко влюблялась. Мне оказывалось достаточно, чтобы очередной избранник был блондин, не очень высокий, пел под гитару. Такие вот дворовые приоритеты! Честно говоря, не очень разбиралась в социальных слоях.
Я влюблялась в таких, влюблялась… Все эти мужчины потихонечку моё сердце рвали на кусочки. А ведь у каждого человека есть запас любви и неж­ности. Если, предположим, в 20 лет ты обретаешь счастливую любовь на всю жизнь, то все твои чувства достаются этому человеку. А меня вечно переполняли страсти и страдания, именно страдания. И весь запас любви потихонечку пираньями был расхватан…
Я тогда считала: всё, моё дело - хана, всё равно я никому не нужна...
Но в потоке несчастливых любовных историй были и проблески, когда сбывались мечты, которые по определению сбыться не должны.
Два романа мне дали понять, что не такая я пропащая женщина, не такая безнадёжная.
Один из этих мужчин был очень известным человеком, а другой - просто при должности, писал книги, считался выдающимся человеком в литературных кругах.
Оба были значительно старше меня. И вот эти два человека, на которых и рассчитывать было нельзя, дарили мне состояние полёта...

К 30 годам я была уже в полной безнадёжности: уже у всех дети подрастают, а у меня ничего нет... И тогда я стала думать: если очень сильно не постараюсь, не предприму каких-то активнейших действий, то ничего у меня так и не будет. У всех друзей и знакомых спрашивала: «Нет ли жениха? Дайте жениха!» Желания выйти замуж не нужно стесняться.
И метод сработал!
Меня познакомили с известным стоматологом, но...Давид темноволосый, а я любила блондинов.
Довольно медленно говорил, а мне импонируют люди с беглой речью.
В общем, он мне совсем не понравился...
Я долго не была согласна с тем, что Давид - это и есть моя судьба. Но, как только согласилась, погрузилась с головой на 33 года в этот омут очень большой привязанности.

Предложение Давид сделал мне очень смешно. Я начала беспокоиться, что он на мне не женится, хотя после знакомства уже прошло несколько месяцев.
Всё думала: как же мне его привадить?
Мне показалось, что Давид плохо одет. И купила ему дублёнку - я работала с японцами, и у меня были сертификаты на покупку «фирмы». У Давида этот подарок вызвал ужас.
Но понял: я к нему уже более чем расположена. Когда подарила лыжи, он засмеялся и сказал: «Давай, вместо того чтобы кататься по холодному лесу, поженимся».
Я отреагировала мгновенно: «Пойдём быстрей!»
Тем более все вокруг мне говорили: «Ты что, дура? Не упусти, такой хороший мужчина!»
В общем, в мае познакомились, а в ноябре уже подали заявление в загс. Мне тогда 30 лет было, Давиду - 36.

Когда мы с Давидом начали жить вместе, он привёл свою дочку от первого брака Иру и сказал ей: «Лариса - человек, который стал моей жизнью. Если ты будешь к ней хорошо относиться и уважать её, ты тоже будешь в моей жизни, и всё, что я смогу для тебя сделать, я сделаю. Если ты будешь против Ларисы, я выберу её».
Ира за всю жизнь ни разу мне не нагрубила...

Давида уже нет в живых, а мы с ней поддерживаем добрые отношения.

Не могу сказать, что у меня с Давидом был такой уж рай. Всё случалось, он же не ангел.
Иногда мне, конечно, хотелось взбрыкнуть.
Но я 30 лет проработала референтом-переводчиком в японской газете «Асахи». Общение с японцами сформировало мой характер. Голову всё время вниз и только один ответ: «Да, как скажете». Мне всегда говорили: «В вашем словаре не должно быть слова «невозможно». Всё, что скажут, нужно выполнять».
После инсульта у Давида были две аневризмы. Потом сердце стало сдавать. Я день и ночь сидела возле него в больнице. Врачи говорили: «Сегодня всё равно ничего не произойдёт. Идите домой, отдохните. Никто так не сидит».
Я очень удивлялась! «Как я могу уйти? Это моё место на земле», - отвечала...

Мужу исполнилось 70 лет, а на другой день его не стало. В очень короткий отрезок времени ушли из жизни мои самые близкие люди: брат, мама, муж. Это страшно...

Лариса Алексеевна и Давид Розенблат нашли свое счастье, когда им обоим было уже за тридцать. Рубальская не скрывала, что хочет выйти замуж, но в Давиде Иосифовиче поначалу не признала «мужчину мечты». Однако на этом браке настаивали родители и подруги, и ... в итоге курортный роман перерос в крепкий брак.
Вот только детей у них не было.
– Мы с мужем всегда держали пуделей. Мотя появилась у нас восемь лет назад, – рассказывает Рубальская. – Только Мотя не знает, что она собака, думает, что она моя дочка. И я считаю ее членом семьи...
 
просто ФиляДата: Среда, 30.09.2015, 03:52 | Сообщение # 205
Группа: Гости





замечательную женщину и актрису поздравляем со славной датой!

«Со мной неинтересно делать интервью, поскольку я говорю только о театре», – сказала Вера Кузьминична, когда я договаривалась с ней по телефону...

Поймав наш с Юлей Маковейчук взгляд на фотографии по стенам, начинает пояснять:
– Это наш обожаемый кот, Филимон Штанишкин, прожил 14 лет. Это меня муж снял, когда я только-только вышла замуж, он сказал: «Верочка, давай я тебя навеки увековечу». А это я – в детстве. Видите, какая серьёзная».



Глядя на идеально прямую осанку актрисы, невольно выпрямляю спину…

– Вы были младшим ребёнком в многодетной семье. Баловали родители?
– Мы с сёстрами, как и другие дети нашего поколения, были чаще предоставлены сами себе. Папа у меня работал шофером, мама занималась хозяйством, следила за нами, тремя дочками…
Я не скажу, что было какое-то особенное воспитание. Я его не замечала. И не помню, чтобы мне говорили: «Вот это хорошо, вот это плохо». Говорили: «Вера, почисти картошку». Я чистила. «Вера, сходи за керосином», – я шла. «Свари щи», – я варила, как умела.
Я всегда выполняла то, что просила мама, понимала, что ей трудно и с нами тремя, да и наша единственная комната была всегда полна гостей: приезжали люди из деревни, где родился мой папа, жили за печкой, ночевали на сундуке...

– Мама – городская, папа из деревни. Что объединяло ваших родителей?
– Папа и мама были хорошими людьми, простыми, очень скромными, очень честными, работящими. Мама с утра до вечера чего-то шила, перекраивала, стирала. Ну а папа был целый день на работе.
Мама была образованнее, училась в своё время в гимназии, даже какие-то маленькие фразочки по-французски говорила.
 Папа – добрый, верующий, такой идеал русского человека.
Он был очень скромным. Помню, как он пришел однажды с работы и произнёс: «Ой, Шурка (это он маму, Александру, так называл), я сегодня не сдержался и нагрубил начальнику! Я сказал: нехорошо, товарищ начальник»...
Это был предел того, насколько он может вспылить.
Мама первые годы после замужества жила в деревне и очень не любила деревенскую жизнь.
Многие из деревни стали уезжать после раскулачивания, хотя никаких кулаков не было – работяги. У кого было две коровы или две лошади, – забирали всё.
Мама говорила: «А я очень довольна, что всех раскулачили, все теперь будет государственное». Она очень верила в то, что жизнь в итоге будет очень хорошей, справедливой.
С благодарностью и теплом вспоминаю бабушку по маминой линии. Когда я совсем маленькая была, то жила у нее на даче в Салтыковке.
Бабушка считала, что я обязательно должна научиться вышивать гладью, крестиком, вязать и штопать чулки.
Бабушка была чудесная, аккуратненькая. У нее было много-много детей.

– Но всё-таки деревня в вашей жизни была?
– Когда я уже училась в школе, мы с сестрами, с мамой отправлялись в деревню Сухой ручей, около Твери. Вспоминаю людей, живших там – очень хорошие, добрые, гостеприимные, искренне православные. Когда входили в деревню (от станции шли пешком, пусть и с поклажей, поскольку денег на подводу не было), то местные жители выбегали и говорили: «Шурка, живите у меня, мне платить не надо». В общем, вся деревня была как родная.
И жизнь там казалась мне замечательной. Целое лето на свежем воздухе, общение с подружками. Мы ходили за ягодами, купались – вот это, пожалуй, главное.
Для меня воспоминания о деревне – очень светлые. Такое мое представление о России, о земной России.
Я, когда маленькая была, и став взрослой, много читала не советской литературы, а классической и безумно любила Россию до революции. И вообще 19 век.

– Помните детские обиды?
– Нет, у меня обид не было. Но имело место ощущение очень серой, скучной, неромантической жизни. Когда мне было лет 14, я очень была мечтательная, мне хотелось обязательно играть какие-то роскошные роли, красивую любовь, замки, белые кисейные платья, зонтик, веер – в общем, все, чего не было в окружающем меня мире.

– Самые радостные воспоминания детства?
– Театр...  Когда мне было лет семь, соседка повела меня туда, и с тех пор я ни о чем другом больше не мечтала, не думала. Когда увидела бархат, люстры, оркестр – все сверкает, как в сказочным дворце… Это же не то, что – квартира, картошка, капуста.
Я пошла в дом пионеров, в хоркружок и в драмкружок. Перечитала всё на свете о театре.

– А как родители относились к этому увлечению?
– Ничего, нормально. Я же училась хорошо. Их никогда в школу не вызывали. Училась и училась… Поведение хорошее. Отметки хорошие.
Так что они были заняты своей жизнью, сестренки – своей жизнью, а у меня подружка появилась, Катя Розовская, с которой я дружу до последнего момента, лет 75-80. Да, вот такая подружка.
Раньше люди были добрее и проще, радостнее, могли радоваться пустякам...

– А много у вас в квартире комнат было?
– Пять. Пять семей. У каждого по одной комнате. Вообще, вероятно, это была квартира одних из наших соседей. Они единственные – очень нелюдимые, хотя – не злые. Они с нами не дружили. Нет, не сердились, но старались избегать, жить отдельно ото всех.

– Семейная жизнь отличалась от той, о которой, может быть, мечталось в детстве?
– Моя семейная жизнь все-таки была не бытовая. Мой муж Володя Ушаков, которого сейчас уже нет, очень любил меня и очень понимал.
Как это ни смешно звучит, как только я к нему приехала в общежитие, он сразу же сказал: «Я обязательно найму домработницу, чтобы ты ничего по дому не делала». Хотя дом – шесть метров комната. И действительно, сразу он нашел какую-то бывшую повариху Анну Ивановну, она приходила готовить, все убирать.

– Соседи как реагировали, что к вам приходит какая-то женщина и готовит?
– Соседи, а ведь это были артисты Театра Сатиры – Пельтцер, Папанов, Овечкин, Доре и другие, – смеялись над нами по-доброму. Потому что она очень плохо видела, у нее разные очки, один глаз через очки огромный был, а другой нормальный.
Она раньше работала, может быть, в каком-нибудь ресторане, но обычной еды не признавала. Предложения приготовить суп или котлетку – отвергала с возмущением: «Я буду готовит вам только дичь. Настоящие господа едят дичь».
И – перья летели по стенам общей кухни. Она их не видела, и – уходила. Потом стучала Татьяна Ивановна Пельтцер и говорила: «Вер, пойди убери за своей Анной Ивановной». И я шла убирать.
Но как завелось у нас с самого начала, мой муж взял на себя всю бытовую сторону жизни. Оплата квартиры, крупные покупки – я просто не знала, как это делается. Ну конечно, когда мы садились обедать, я ставила тарелки, и то всегда спрашивала: с какой стороны вилку, с какой нож? Он все знал.

– Свадьба была торжественной?

– Свадьбы не было. Когда я согласилась стать Володиной женой, он так обрадовался, мы поехали в общежитие, и он всем объявил новость.
Толя Папанов принес пол-литра, другие вынесли на кухню, что у кого было.
А в загсе расписались лет через семь. Даже не помню, в каком. Никаких платьев, конечно, не было. Зашли, поставили подписи. Даже колец не было.
Мы обменялись ими на «золотой» свадьбе.
Вот «золотая» свадьба была роскошная.
Мы подумали: прожили так хорошо вместе 50 лет, что можем позволить себе красивую свадьбу. И сделали её в Доме актера. Было человек сто, наверное. Главным образом, актеры. И у меня было красивое платье.
 И там мы обменялись золотыми кольцами. А так – и колец не было.

– Как решали конфликты, которые возникали?
– А они никогда не возникали. Абсолютно идеальное существование 54 года.

– Вы как-то написали, что по прошествии времени женщина замечает, что муж смотрит на нее не так влюблено, и в голосе, когда он обращается, нет тех нежных, бархатных ноток. Это плохо или это нормально?
– Был момент, когда мне показалось, что он смотрит на меня совсем по-будничному. Мол, ну куда денется, все хорошо. Причём любовь не прошла, просто не было такого восторга, что ли...
В общем – печальное время – между сорока и пятьюдесятью годами. Мне не давали интересных ролей. Я смотрела тогда на свои фото и видела, что становлюсь какой-то теткой. Вся озабоченная. И в этот период как раз я начала писать книгу.
А потом появился спектакль, который очень повернул мою судьбу и мою самооценку. Я встретила случайно Веру Андреевну Ефремову, художественного руководителя и главного режиссера Тверского академического театра драмы. И она мне говорит: «А вы не хотели бы сыграть Раневскую?»
 «Хотела бы. Я мечтала об этом всю жизнь».
Я стала приезжать в Тверь. И театр понравился, и спектакль очень понравился. Он такой старинный, такой, как я читала в книгах про 19 век. И я, конечно, зажглась этой ролью, мы репетировали. И когда вышел первый спектакль, я поняла, что это моя линия в актерской профессии, что это мое настоящее.
Я изменилась, и у мужа в глазах вновь появились восторг и восхищение.

– Как сохранить любовь за годы семейной жизни?

– А я не знаю. У меня за годы семейной жизни она только увеличивалась. Мне никто не нравился, и я ни о ком другом не думала. Володя очень хороший, отношение ко мне прекрасное, мы – родные люди. А чего еще хотеть?

Последние годы он вообще стал чудо, а не человек.
Он настолько влюблено, благодарно и нежно относился ко мне последние годы! Последние – лет двадцать. Не так уж мало.
У меня было ощущение сплошной влюбленности. Это очень важно для актрисы да и вообще для любой женщины...

– Когда вам было особенно тяжело в жизни?

– Трудно было в последние годы жизни Володи, очень переживала за него.
 Он ослеп абсолютно. Ночью надо было раз пять вставать к нему.
Сидел в ночи, не ложился. Я спрашивала: «Ты так сидишь, потому что тебе очень грустно или потому что тебе так удобно?» ...
 Как только отыграю спектакль, бегу как сумасшедшая домой. Он был очень хороший человек.

– Самый главный подарок, сюрприз, который Вам сделал муж?
– Для меня самый главный подарок – это его понимание меня. Все то, как он жил, это для меня подарок.

– Чего вы боитесь?
– Я бы хотела только умереть, не доходя до дряхлой старости. Мне не хотелось бы быть обузой кому-нибудь. Я бы желала, чтобы Бог послал мне такую смерть, чтобы я не мучила никого собой. И себя.

– Актрисы часто боятся старости...
– Вообще, стареть неприятно всем, актерам – особенно, потому что еще бывают тысячи ролей, которых не сыграл, а уже по возрасту не должен. От этого очень грустно.
А физическая старость – конечно, хотелось бы, чтобы она не была отвратительной. И некоторые люди стареют достаточно симпатично.
Сама жизнь подсказывает, что безумное, страстное стремление быть молодой вечно – нереально. Поэтому надо себя как-то более реально воспринимать.

– Почему ваше поколение, которому с точки зрения быта было тяжелее, гораздо меньше ноет по поводу трудностей жизни?
– Мы как-то раньше умели быть более счастливыми. Может быть, от того, что всего было так мало? Какая-то живая жизнь была.
А сейчас эта гонка за деньгами, за положением...
Такое ощущение, что сейчас все работают, работают, чтобы потом вырваться ненадолго за границу, потратить деньги, опять приехать, работать, работать, работать. Мне не нравится это.
Мне не нравится установка на успех, не нравится, что мы проповедуем силу. Я считаю, что проповедовать надо нравственность, доброту, честность, сочувствие.

– С моей крестницей мы познакомились двадцать лет тому назад. Я ехала куда-то за тридевять земель, к мужу в больницу. В руках – пакеты с едой, мороз, колдобины, ветер.
Вдруг девушка – высокая симпатичная мне говорит: «Можно я вам помогу?» Отвечаю: «Да, конечно». И она поехала со мной до больницы…
А потом Дашеньке захотелось обо мне заботиться. Она только-только окончила 10 классов, сразу купила недорогую машину, чтобы я не ходила пешком. Думаю, что ни одна дочь так не заботится о родной матери, как она обо мне. Прошло время, и когда умерла Дашина мама, я стала ее крестной мамой. Да, она теперь как дочка.
И ещё у меня есть внучка, ей полтора годика.
Вот такое счастье мне выпало.
Крестница – очень образованный человек. Даша самодостаточна во всех смыслах. Она окончила юридический и филологический факультеты, кандидат наук, умная девочка.

– Когда перестали переживать, что нет кровных детей?
– Я человек, помешанный на театре. Поэтому у меня никогда не было потребности, безумного желания иметь детей во что бы то ни стало...
А теперь, когда у меня есть и дочь, и внучка, не могу сказать, что я похожа на сумасшедшую бабушку, которая забывает всё на свете, сосредотачивая всё своё внимание на внуках.
Я живу той же жизнью, как я жила, но очень рада, что у меня есть хорошая маленькая девочка, которая по телефону произносит уже: «баба!»
Это очень приятно. Я говорю: «Умная девочка, хорошая. Погладь себя по головке».
Мне Дашенька рассказывает: «Она погладила, согласилась, что умная девочка». Так что есть такие вот радости.


 Я прожила, с одной стороны, жизнь вроде как скромно, и человек я скромный, а с другой стороны – я избалована жизнью.
Испытав и горе, и радости, любовь зрителей и трудности жизни в театре, я благодарю Бога за свою жизнь, богатую чувствами.


Оксана Головко
Фото Юлии Маковейчук
 
KiwaДата: Суббота, 14.11.2015, 17:43 | Сообщение # 206
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 339
Статус: Offline
Никогда не следует доверять женщине, которая называет вам свой возраст.
Женщина, сказавшая это, может рассказать что угодно. 

Женщина всегда права! Она не права только тогда, когда виновата.
Но разве она виновата, что всегда права? 

Она говорила немного по-французски и очень много по телефону.
 
МарципанчикДата: Суббота, 09.01.2016, 04:32 | Сообщение # 207
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 356
Статус: Offline
Зайка

Ночью перед подъездом на асфальте появилась надпись «Зайка, я люблю тебя!».

Белой эмалевой краской поверх небрежности трудов дворника.
Все шестьдесят женщин подъезда зайкового возраста (от десяти до 60 лет) в это утро выглядели загадочнее черных дыр космоса.
По лицу каждой читалась абсолютная уверенность, что послание адресовано именно ей.
- Как это трогательно, – умилилась одна из женщин. – Настоящий мужчина и романтик растет. Я-то думала так сейчас не ухаживают.
- И не говорите,. – подхватила другая. – И только одна единственная знает, что это написано только для нее.
- Уж она-то точно знает! – залилась румянцем первая. – Но не расскажет никому.
- Эт моей Машке писали, – заметил мельком отец одной из гипотетических заек.
- Ну, ну. Ошибок-то нет! – возразили женщины. – Запятая где положена и «тебя» через Е, а не через И.
- Ну так и почерк ровный, – возразил уязвленный отец. – Не слепой человек, видимо писал. Так что и не вам, вероятно.
Так, слово за слово, разгорелся конфликт полов, поколений и социальных слоев.
С мордобоем, матом и разорванными бусиками.
Приехавший наряд милиции полюбовался с полчаса на побоище заек подъезда и только потом разнял всех.
С утра надпись изменилась.
Кто-то уточнил данные и теперь надпись была более конкретной «Зайка с 6-го этажа, я люблю тебя».
Зайки с остальных этажей почувствовали до крайности оскорбленными в лучших чувствах.
- Это ж надо такой сволочью быть. – сообщила экс-зайка лет сорока с пятого этажа. – Разрисовывать-то – оно ума много не надо. Подарил бы цветов что ли.
- И не говорите, – поддержала еще одна развенчанная, с расцарапанным еще вчера во имя романтики, лицом. – Взял бы, да разметку нанес вместо этих каракулей. Раз уж краски много.
Зайки с шестого этажа свысока поглядывали на всех и мечтательно смотрели вглубь себя. Эту мечтательную задумчивость не оценил муж одной из заек. Он хотел было попенять супруге на недостойное поведение, но увлекся и попинал бедную женщину, к вящему удовольствию всех остальных заек подъезда.
На следующий день надпись закрасили и на белом фоне черной краской появилось «Мильпардон, ошибка. С пятого этажа зайка-то! Люблю тебя.».
С шести утра начали подтягиваться зрители из соседних подъездов. И не зря. Ровно в семь, у подъезда, напрасно обиженная женщина с шестого этажа надавала пощечин своему несдержанному мужу за то, что он козел ревнивый. Мужчина виновато пыхтел и с ненавистью поглядывал на буквы на асфальте.
Женщине рукоплескали все остальные женщины двора, вкладывая все свои обиды на спутников жизни в овации. Мужчины сочувствовали лицом и жестами, но сказать что-то вслух не осмеливались.
- Ишь как под монастырь подвел всех. – вздохнул какой-то мужчина лет пятидесяти. – Нет чтоб по секрету на ушко сказать зазнобе своей. Так нет – надо народ баламутить.
- А ты своей на ушко каждый день говори – она и не взбаламутится. – парировала соседка.
- А мне, допустим, никто не говорит ничего уже лет двадцать пять – и ничего. Не помер пока. – виновато пробурчал мужик.
- То-то и оно, – покачала головой женщина и вернулась к зрелищу.
- На пятом-то незамужних баб нету! – вдруг выкрикнул один из мужчин.
- А что ж в замужнюю влюбиться нельзя уж никому? – взъярились женщины пятого этажа. – Рожей не вышли, что ли?  Что ты молчишь, а? Твою жену уродиной обзывают, а ты? Так и будешь стоять?
Приехавший наряд полиции вызвал подмогу и уже тремя экипажами они гоготали и ... делали ставки.
После всего разняли дерущихся и оформили двадцать три административных нарушения за драку.
Утром на асфальте красовалось «А чего все эти курицы щеки дуют-то? Зайка-то мой – мужчина с пятого этажа. Люблю тебя, зайка!». Управдом прочел это все, ахнул, сразу вызвал полицию и четыре экипажа «Скорой помощи».
- Зачем вам четыре? – допытывалась диспетчер. – Чего у вас происходит-то там?
- У нас на пятом четыре зайки живут! – неуклюже пояснял управдом. – И все женаты. Так что поторопитесь – пострадавшие вот-вот будут.
- Ах ты кобелина! – завыли на пятом этаже и раздался шум бытовой ссоры с рукоприкладством и порчей имущества.
- Алё! – закричали все жители подъезда со двора. – Нечестно так. Спускайтесь вниз – чтоб все видели.
- Сейчас, – вышла на балкон пятого этажа женщина в бигудях. – Скорой там, не загораживайте дорогу...
Санитары пронесли двоих пострадавших.
Еще один зайка вышел сам, гордо осмотрел собравшихся, пригладил резко поседевшие волосы, проводил заплывшим глазом обе кареты «Скорой помощи» и сказал:
- Слабаки! Тряпки!
После чего улыбнулся беззубым ртом и упал в обморок.
- эээ, граждане... – заволновалась толпа. – А где четвертый-то? Может надо ему на помощь идти? Может дверь выбить и отнять бесчувственное тело у этой фурии?
- Что за собрание тут? – вышел последний из заек из подъезда. – Делать вам всем нечего?
Толпа ахнула – мужчина был чисто выбрит, причесан, одет в свежую рубашку и вообще – великолепен как залежавшийся в ЗАГС-е жених.
За мужчиной вышла его жена, поправила демонстративно мужу прическу и ослепительно улыбнулась соседям.
- Верк, ты чего? Бесчувственная какая-то? – ахнули женщины.
- Чего это? – удивилась Верка. – Это ж я писала. Своему.
Люблю его – вот и дай, думаю, напишу. А нельзя разве?
- Вот ты скажи – ты нормальная?!! – завизжали соседи.
- Нормальная, вроде – пожала плечами Верка. – А вы?!....

Фрумыч (из личного блога)
 
duraki19vseДата: Среда, 03.02.2016, 05:08 | Сообщение # 208
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
Полудевочка - полуженщина,
Заплетя под беретом косу,
Шла израильская военщина
С конопушками на носу.



Вещи есть для других непонятные,
На земле не поймет большинство
Для чего ей рожки автоматные,
Да и сам автомат для чего?

Для чего и когда повенчаны,
Это что же за времена,
Полудевочка-полуженщина
И неженское слово «война»?

Только жалость отбросьте в сторону,
И не стоит вменять в вину,
Она делит с мужчиной поровну
Эту боль за свою страну.

Как никто на земле притягательна,
Она здесь, в этот трудный час
За детей, что родит обязательно,
И за каждого здесь из нас...

Улыбаясь в ответ застенчиво,
По Бат-Яму одна, налегке
Шла израильская военщина
С «Кока-Колы» бутылкой в руке.


Александр Гутин


Сообщение отредактировал duraki19vse - Среда, 03.02.2016, 05:09
 
ПинечкаДата: Воскресенье, 14.02.2016, 03:22 | Сообщение # 209
мон ами
Группа: Администраторы
Сообщений: 1095
Статус: Offline
 
duraki19vseДата: Пятница, 04.03.2016, 15:17 | Сообщение # 210
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
....не стало Натальи Крачковской — актрисы, которую любили миллионы зрителей. На прошлой неделе она попала в больницу в крайне тяжелом состоянии. Помочь ей врачи не смогли. За свою жизнь в кино Крачковская сыграла без малого сто ролей. Несмотря на то, что среди них не было ни одной главной, всех своих героинь она сумела сделать яркими и запоминающимися.

"Я живу! И жить буду до конца своих дней вот так! Целиком!
И никогда ни от чего не откажусь! Ни от чего хорошего, что есть на этой земле!"
  - говорила она о себе.

Она умела радоваться каждой прожитой минуте. А на экране почти ни разу не смеялась...
Зато как над всем этим до слёз хохотали зрители.

"Это для меня личный удар. Потому что я с ней дружила, и мы были очень близки. Я помню, в Китае, когда мы были в Харбине, к ней подходили китайцы — она крупная белая женщина — она была для них божеством и была там самая популярная. Подходили и трогали её. Прикасались, потому что, это приносило удачу!
Наташа многим приносила удачу своим хорошим расположением и своей любовью к людям. Светлая ей память", - сказала народная артистка России Лариса Лужина.
Ей часто приходилось драться с сомнениями, кем быть: актрисой, как мечтала, или всё-таки историком, как хотели родители, а потом и с внезапной слепотой после автоаварии.
Но из каждой драки она выходила победительницей.
Первая роль — и десять лет режиссёры будто вовсе не замечали её! Зато от ухажёров не было отбоя — Наталья выбрала того, который вместо цветов дарил ей по утрам булочки и сметану.
"С ней было приятно сидеть за одним столом, обедать. Она так вкусно ела! С ней было уютно, удобно, легко!
Вот подойдите к любому человеку и спросите, знает ли он Наталью Крачковскую? У всех появится улыбка на лице и скажут: "Конечно! Знаем и любим!"

Её, правда, любили все", - отмечает народный артист России Юрий Чернов.
Любопытно, что многих её знаменитых фразочек изначально вовсе не было в сценарии, острая на язык Крачковская придумывала их в последний момент.
А как часто ей было совсем не до смеха:
Ей, любимице зрителей, самой колоритной актрисе советского экрана киночиновники упорно запрещали играть серьёзные драматические роли!
И как больно было слышать от режиссёра такие слова...
"Он говорит: проба хорошая! Но... Я говорю: что "но"?
Но худсовет посмотрел и сказал: "Она же Грицацуева!" И всё", - рассказывала Наталья Крачковская.

Но чувство юмора и удивительная любовь к жизни спасали её всегда.
Даже в эпизодах Крачковская блистала так же ярко, как исполнительницы главных ролей. А в театре, при одном только её появлении, зал взрывался аплодисментами.
"На картине
 "Человек с бульвара капуцинов" приехала пробоваться Саша Яковлева, я говорю: "Сашка, ну, какая ты мечта ковбоя?!" У тебя нет открытого декольте, наполненного чувством!
Наташа Крачковская сказала: "Я ей дам своё наполненное чувство с открытым декольте! Снимем моё, а остальное она сыграет!" Вот, видите, фотография! Вот, Наташа! В нашей новой картине ей приготовлена роль...
Наташа бы её сделала весело, очаровательно... А сейчас, наверное, оттуда она мне приветы передаст", - говорит режиссёр, народная артистка России Алла Сурикова.
И меньше всего она хотела, чтобы тосковали её зрители. 
Ей было так важно, чтобы люди непременно улыбались, вспоминая актрису, которая любила жить.

"Самое прекрасное, что есть на земле — это любовь! И любить нужно всегда! Тогда и сам ты будешь любим", - говорила актриса.

Прощание с Натальей Крачковской состоится в субботу, похоронят актрису на Троекуровском кладбище в Москве.
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » О, ЖЕНЩИНА ! или "frailty, thy name is woman" » о, женщина...
Страница 14 из 17«12121314151617»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz