| Форма входа |
|
 |
| Меню сайта |
|
|
| Поиск |
|
|
| Мини-чат |
|
|
|
|
|
от архивариуса
| |
| Пинечка | Дата: Суббота, 21.05.2022, 11:50 | Сообщение # 466 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| Старая хайфская улица. С названием, причину которого никто не помнит...
История о девяноста трёх еврейских девушках, почти девочках, память о которых стирается, как мостовая на улице, названной в их честь. (Она расположена чуть ниже Хасан Шукри на которой стоит здание муниципалитета, но в отличии от нее почти всегда безлюдна)
Прочтите это письмо, оно дошло!
Безумная и страшная история о самоубийстве 93-х девушек, решившихся на это только бы не достаться для издевательства немецким солдатам!!!
Тиш'им вэ шалош - на иврите означает "девяносто три".
В память об еврейских девушках, которые предпочли смерть рабству и повторили подвиг героев Мецады (Масады).
ПИСЬМО ХАИ ФРИДМАН
ТИШ'ИМ ВЕ ШАЛОШ*
Прочтите письмо. Я знаю,
Что не получу ответ:
Меня звали Фридман Хая,
Которой уж больше нет.
На улице было хмуро,
По склонам ручьи текли.
Они нас забрали утром
И в гетто приволокли.
Сказали, давясь от смеха,
И каждый был очень рад,
Что сделают нас утехой
Отважных своих солдат.
«Тиш'им ве шалош» нас было,
Агаду б читать нам, петь.
От страха кровь в жилах стыла,
Но как же мы ждали смерть!
И вскоре достали яда
На радость – не на беду,
И не ожидали ада –
Ведь были уже в аду.
И мы помогли друг другу
Быстрей уйти в мир иной,
И я обнялась с подругой
Любимой и дорогой.
Надеюсь я, что на небе
Мы встретимся с нею вновь,
Услышим молитвы ребе
И явим Творцу любовь.
Подействовал яд мгновенно –
Мы мучились только миг,
Когда яд корёжил вены,
И тих был наш смертный крик.
«Тиш'им ве шалош». Прошу, рав,
Прочтите по нам кадиш,
И в душах утихнет буря –
Поселятся гладь и тишь.
Дойдёт ли письмо, не знаю,
Но шлю вам большой привет.
Меня звали Фридман Хая,
Которой уж больше нет.
P. S.
8 января 1943 года "The New York Times" вышла с леденящим кровь письмом Хаи Фридман раввину Меиру Шинколевскому. Письмом, попавшим долгим окольным путём в Штаты из польского гетто:
"Я не знаю придёт ли вам это письмо и не уверена, что вы меня помните. Но в случае, если оно вас найдёт, в момент когда вы возьмете его в руки меня уже не будет в живых. Мы, 93 девушки от 14 до 22 лет, учительницы школы "Бейт Яаков".
27 июля нас арестовали гестаповцы и отправили в подвал, давая лишь воду. Сегодня перевели в другое место, где дали помыться забрав одежду, оставив нижнее белье. Только что сказали, что вечером нас посетят немецкие солдаты, но мы к этому готовы. Весь день будем молиться, а вечером примем приготовленный яд.
Мы не боимся умереть.
К вам лишь одна просьба: прочтите Кадиш о девяноста трёх еврейских девушках"...
Автор стиха Игорь Хентов.
Хайфская улица "Девяносто три" (התשעים ושלוש).
Старая хайфская улица с таким названием, причину которого никто уже и не вспомнит. История об еврейских девушках, почти девочках, память о которых стирается, как мостовая на маленькой хайфской улице:
Есть в Хайфе табличка, врагам назло.
Письмо написала Хая Раввину. Письмо дошло.
|
| |
|
|
| Сонечка | Дата: Среда, 01.06.2022, 15:36 | Сообщение # 467 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 563
Статус: Offline
|  Весной 1943 года, когда Вторая мировая война (1939-1945) была в самом разгаре, командование союзных войск прорабатывало план высадки на Сицилии.
Место высадки было выбрано очень удачно и сулило большие успехи союзному командованию, но лишь при условии, что нападение будет неожиданным для немцев и итальянцев.
Однако именно здесь оно и ждало удара и сосредоточило на данном направлении большие силы. Требовалось любым способом отвлечь внимание немецкого командования и убедить, что удар будет нанесен на других направлениях, прежде всего в Греции, где оккупационный режим Германии был весьма непрочен.
За проведение операции по дезинформации взялась британская разведка MI6.
Однако главная трудность состояла в том, как преподнести немцам дезинформацию, чтобы она не вызвала подозрения.
Прорывом стала идея высказанная капитаном первого ранга военно-морской разведки Эваном Монтегю, который предложил сымитировать крушение самолёта и гибель его пилота, везущего секретное донесение возле нейтральной страны, но в таком районе, где высока активность немецкой разведки.
Идея понравилась высшему командованию, которое доверила её дальнейшую разработку Монтегю, который
весьма остроумно назвал её Mincemeat – «мясной фарш», «мясная начинка для пирога».
Для неё нужно было выбрать тело будущего подставного пилота: причиной смерти должна была быть такой, чтобы тело сошло за долго пробывшее в воде...
Им оказалось тело недавно умершего бездомного бродяги Майкла Гриндура, у которого не было родственников. Для успеха операции ему детально продумали новую биографию. Согласно которой это был 34-летний Вильям Мартин, родом из Уэльса. По званию он был майором Морской пехоты – достаточно высокое звание, чтобы ему можно было доверить секретное поручение, и не слишком высокое, чтобы благодаря этому можно было раскрыть обман: высокопоставленных офицеров, начиная с полковников не столь много и их реальную биографию легче проверить...
Вещи «пилота» были подобраны так, чтобы они давали богатую пищу для размышлений и создавали впечатление реальной биографии: в них были всякие безделушки - огрызок карандаша и ключи, добавляющие образу реальность. На тело был надет серебряный крест и цепочка, в бумажнике лежала икона святого Христофора, а в документах была отметка, что он по исповеданию католик.
Это должно было предотвратить повторное вскрытие тела – ведь католическая церковь тогда выступала против подобной практики.
Всякие даты среди документов и бумаг «погибшего» обрывались 24 апреля, чтобы указать предположительное время вылета. В его вещи положили фото девушки с подписью Пэм на обратной стороне. Рядом были корешки от использованных билетов на театр, счёт из ювелирной лавки за кольцо с бриллиантом, и гневное письмо из банка за неуплату по кредиту, счета за постой в военно-морском клубе (место отдыха и ночёвки британских офицеров, находившихся в командировке или разъездах).
Всё это должно было создать впечатление, что это холостой офицер средних лет, который недавно посвятил свой короткий отпуск или увольнение совместному отдыху с любимой девушкой, на которой вот-вот должен жениться. Будущая помолвка должна была вскоре состояться, и ради неё офицер вынужден потратиться выше своих обычных средств.
Даже личные документы просрочены, чтобы придать образу реальности: «погибший» был так занят будущей помолвкой, что просрочил момент их продления.
Такая подробность была опасна: немцы могли подумать, что этот человек был рассеянным и возникал вопрос: как ему могли доверить столь важную миссию. Для компенсации образа важные документы были положены в портфель, который был прикован цепью к его запястью, как делают банковские клерки. Позже спохватились, что это бы мешало в длительном полете, и прикрепили цепь к поясу. Это должно было сигнализировать высокую ответственность посыльного. Кроме того среди документов в портфеле были рекомендации о нём от начальства, как о человеке способном и ответственном и опытным в десантных операциях.
Собственно документы, содержащие главную информацию и несущие гриф «Лично и совершенно секретно», были оформлены как личное письмо от генерал-лейтенанта Арчибальда Най (ради операции он действительно лично написал его от руки) к генералу Гарольду Александру, где было сказано, что реальная десантная операция начнётся в Греции, Сардинии и Корсике, а в Сицилии лишь обманный манёвр.
Было сказано несколько реальных, но мало значительных деталей, которые немцы уже могли знать: например, настоящее название будущей операции по высадке в Сицилии – «Husky». Даже в рекомендациях от командования Вильяма Мартина была грубая шутка насчёт сардин, как дополнительный штрих в истории...
Замороженное в сухом льду тело «пилота» доставили на британской подводной лодке «Сераф» к побережью Испании возле Уэльвы.
Место было выбрано не случайно: Уэльва была крупным промышленным городом, процветавшим за счёт одного из богатейших в Европе месторождений цветных металлов.
Эти месторождения с 70-ых годов 19 века принадлежали английской компании Rio Tinto Company, что привлекло в город большое количество англичан, которые заняли ключевое положение в большинстве направлений местного бизнеса.
Когда началась Вторая мировая война (1939-1945), Испания заняла благожелательный нацистской Германии нейтралитет: на её территории нацисты имели стоянки в портах и пользовались испанскими аэродромами для своей авиации. Это сделало положение в Уэльве весьма сложным и напряжённым: с одной стороны испанцы не могли запретить деятельность английских компаний в городе по причине своего нейтралитета, а также потому, что месторождения были главным источником доходов города.
С другой стороны добытая здесь руда шла на нужды английской военной промышленности, что работало во вред Германии.
Поэтому Уэльва стала местом невероятной активности Абвера (немецких спецслужб), которые занимались промышленным шпионажем и диверсиями на предприятиях Rio Tinto Company.
В частности немцы даже бомбили суда с рудой, выходящие из порта.
И, конечно же, всё это делалось при прямом попустительстве местных властей...
В 4:30 утра 30 апреля подлодка «Сераф» выгрузила тело «пилота» с пристегнутым испорченным парашютом в прибрежные воды, и уже через пару часов оно было обнаружено местным рыбаком.
Как и ожидалось местные власти, сочтя погибшего католиком, не стали проводить полного вскрытия, а обошлись внешним осмотром тела, придя к выводу, что погибший утонул пару дней назад в ходе падения в море его самолёта.
4 мая было проведены официальные похороны на местном английском кладбище. После этого известия английские спецслужбы предприняли дополнительные меры для укрепления легенды умершего. Сообщение о его гибели было напечатано в Таймс среди списка месячных потерь.
Сыграло на руку то, что умышленно была взята не сильно распространённая, но носимая несколькими реальными морскими офицерами фамилия, и что «пилот» значился среди двух других реальных утонувших возле Гибралтара офицеров...
Когда англичане запросили назад секретные документы и получили их 13 мая, экспертиза показала, что конверт был вскрыт и вновь запечатан.
Как метко заметил по этому поводу Монтегю: «немцы проглотили весь фарш».
Действительно, немецкие спецслужбы сразу же начали охоту за документами, и местные власти были вынуждены предоставить доступ к ним.
Вскоре фотокопии документов были доставлены лично Гитлеру. Благодаря тонкой проработанной легенде (хотя сам Монтегю замечал, что они всё же допустили пару ошибок) у Абвера не возникло ни малейшего сомнения в реальности личности Уильяма Мартина и его донесений, а на основе их доклада и Гитлер поверил в достоверность этих сведений.
Его вера была так крепка, что им были отвергнуты всякие опасения Муссолини, настаивавшего на том, что главный удар будет в Сицилии.
Главная немецкая группировка была размещена в Сардинии, Корсике и Греции. В последнюю был даже направлен один из лучших генералов Германии – Эрвин Роммель.
Кроме того сюда из-под Курска для усиления обороны были переброшены три танковые дивизии из имеющихся шести. 9 июля началась операция по захвату Сицилии, которая продлилась до 17 августа и сразу стала складываться в пользу союзников.
Немцы в течение 2 недель не верили в серьёзность этой операции, ожидая нападения на других направлениях, а когда спохватились, было уже поздно...
Под впечатлением от военных неудач Верховный фашистский совет и король Виктор Эммануил III (король Италии 1900-1946) 25 июля сместили Муссолини с поста премьер-министра. Занявший его место маршал Пьетро Бадольо (1871-1945) начал переговоры с союзниками о перемирии, которое было заключено 3 сентября, одновременно с высадкой союзных войск на юге Италии.
Германия не могла с этим смириться и вынуждена была 8 сентября оккупировать север Италии. В Европе был открыт новый фронт.
Таким образом, операция «Фарш» имела решающее значение для захвата Сицилии и выведения из войны Италии, а точнее её раскола на антифашистский юг и фашистский север.
Вынужденный поддерживать ослабевшего Муссолини Гитлер ввёл свои войска в Италию, что оттянуло значительные силы с других участков Европы и ослабило их оборону.
Это помогло в дальнейшем при десанте в Нормандии в 1944 году и освобождении Франции.
Успех дезинформации сделал германское командование и лично Гитлера настолько мнительными, что позже они много раз просто игнорировали действительно реальную информацию о планах союзников, которая им случайно доставалась при утере британскими или американскими офицерами важных документов.
Захват Сицилии обеспечил британскому флоту контроль над Средиземным морем, укрепил систему снабжения Великобритании и её войск и позволил расширить поток поставок ленд-лиза в Советский Союз через Чёрное море. Кроме того переброска почти половины немецких танков курской группировки сыграл на руку СССР и стал одним из факторов победы на Курской дуге (5 июля – 23 августа 1943 года) – одной из крупнейших и решающих битв Великой Отечественной войны (1941-1945).
Так самым неожиданным образом операция «Фарш» сыграла огромную роль в победе Советского Союза в Великой Отечественной войне и союзников в целом во Второй Мировой.
|
| |
|
|
| Щелкопёр | Дата: Вторник, 14.06.2022, 14:30 | Сообщение # 468 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 339
Статус: Offline
| 82 года назад Советский Союз оккупировал три балтийские страны...
14 июня 1940 года СССР предъявил ультиматум Литве, а 16 июня — Латвии и Эстонии, обвинив правительства этих стран в грубом нарушении Договоров о взаимопомощи, подписанных под давлением Москвы осенью 1939 года, вскоре после пакта Молотова-Риббентропа в три страны ввели дополнительные контингенты советских войск. Созданные под дулом пистолета новые правительства назначили внеочередные парламентские выборы, а новые парламенты быстро провозгласили создание советских республик, которые были приняты в СССР уже в начале августа.
Насильственная советизация обернулась для стран Балтии серией массовых депортаций представителей интеллигенции, духовенства, бывших политиков, военных и зажиточных крестьян.
Во время июньской операции 1941 года из Литвы, Латвии и Эстонии было вывезено свыше 40 тысяч человек, а в ходе второй волны 1949-го года — около 100 тысяч.
The Insider поговорил с теми, кого депортировали в Сибирь в юном возрасте, о потере родных, жизни впроголодь и о дороге домой.
Дайнора Урбонене, Литва
Дайнора Урбонене была депортирована из Литвы 14 июня 1941 года в возрасте 9 лет вместе с семьёй. Её дочь Раса Юхнявичене в 1990 году стала депутатом Верховного Совета Литвы, принявшего Акт о восстановлении независимости Литвы.
Мы жили в небольшом городе Рагува. Папа был директором школы, мама – учительницей. Моему брату Арутису было всего полтора года. Однажды утром, ещё будучи в кровати, я услышала шум в другой комнате. Я пошла туда и увидела картину, которую запомнила на всю жизнь: мама сидела на диване, рядом с ней стоял вооруженный мужчина. Другой направил винтовку в спину моего отца – он стоял прижатый лицом к дверному проёму. Брат плакал, но маме не давали подойти к нему, чтобы успокоить.
Затем начался обыск. Мама начала нервничать, надо было собрать с собой вещи. Набрали что смогли. Нам сказали, что вещей слишком много. Мама с трудом уговорила – объяснила, что там в основном детские вещи. Нас посадили в грузовик и повезли в Паневежис, на станцию.
Но поезд стоял не на самой станции, а на приличном расстоянии от нее – наверное, чтобы не было видно, как нас грузят.
Я увидела страшные вагоны – тогда я не понимала, что они были предназначены для перевозки скота. Мы забрались туда, устроились в уголке у окошка. Посередине вагона – дырка в полу. Мама спросила, зачем она нужна. Ей объяснили, что это туалет. Через несколько дней женщины придумали соорудить подобие занавески, чтобы было хоть чуть-чуть удобнее.
После первой ночи я немного успокоилась. На другой день пришли вооружённые солдаты и сказали, что мужчины поедут в другом поезде. Дети плакали, пытались удержать отцов. Но нас оттолкнули, и мужчин вывели. Нам сказали, что это временно. А на другой день мы увидели, что этот поезд стоит, а на нём надпись: «Арестовано». А на нашем поезде такового слова не было.
Тогда все женщины поняли, что их везут в лагерь. Мы с мамой подошли к этому поезду. Через одну из оконных решеток я заметила папу. Мама плакала. Папа увидел нас с братиком, помахал рукой и даже улыбнулся. Больше мы его не видели...
А нас повезли дальше.
Люди помогали себе церковными песнопениями. В какой-то момент появились слухи, что поезд атакуют с воздуха и нас освободят. Мы, дети, думали – выживем ли мы сами под этими бомбами. Конечно, это были лишь разговоры: никто нас не освободил. Мы проехали через Уральские горы, и мамы начали плакать: «Это уже Сибирь!».
Мы ехали примерно две недели. Нас высадили в Барнауле и отвели за город – в огороженное поле. По краям – вышки, в каждой из которых стоял вооруженный солдат. Нас поселили в палатках – по четыре–пять женщин с детьми в каждой. На другой день маму куда-то вызвали. Я изнервничалась, потому что не знала, что делать с маленьким братом. Через какое-то время нас перевели в город и поселили в очень холодный подвал. Из еды нам выдавали только по 200 граммов хлеба на человека. В том подвале мы прожили почти месяц. Начался голод. Один раз мы ничего не ели дней десять. Тело начинало пухнуть.
Мама пошла работать. Тогда ей стали выдавать по 400 граммов хлеба в день.
Потом мама начала обменивать свои красивые платья, привезенные из Литвы, на еду. И сама говорила: «О чём я думала, когда брала с собой в Сибирь эти красивые платья?» Но даже на вырученные за эти платья деньги купить еду было сложно. Магазины были пустые – там продавался лишь лук да просо.
Однажды мама достала мешок картошки. Мы все картофелины пересчитали и постарались их растянуть максимально надолго. Деньги, оставшиеся от продажи платья, мама завернула в платок и спрятала под матрас. А мне сказала следить, чтобы никто не украл или чтобы не отобрала охрана во время обыска. Нас вообще часто обыскивали. Один раз, помню, отобрали у всех альбомы с фотографиями. Видимо, получили такой приказ...
Потом нас опять погрузили в вагоны и отвезли на другую станцию. Там нас ждали подводы. Садиться в них можно было только детям. Я сидела с братом, а мама шла рядом по снегу. Было очень холодно. Особенно запомнился один вечер. Мама шла грустная, я с братиком сижу в телеге. Небо – красное. А извозчик так ударяет лошадь кнутом, что тот отскакивает в нашу сторону. Я прикрывала собой брата, но кнут ударял по мне. Было больно, но жаловаться тоже было нельзя – иначе пришлось бы слезть с повозки, а уставшей маме самой нести Арутиса.
После недели пути мы приехали на место – 60-й квартал. Нас поселили в жутких бараках. Огромный зал, посередине печка. Но было очень холодно. У нас в бараке умерли три женщины, их похоронили в тайге. Пока их гробы стояли в бараке, мне было очень страшно и тревожно за брата.
Арутис сильно ослаб. К тому же, у него была корь. Однажды вечером он начал плакать, а потом потихонечку затихал. И потом и вовсе стих.
Мама ходила с ним на руках по этому бараку. Я увидела, что у него распрямилась ручка. Я её потрогала и почувствовала, что она совсем холодная. Мама положила его на кровать, и мы поняли, что он умер. Ему тоже сделали гробик и похоронили. Нам опять сказали собираться, и мы долго с мамой плакали, потому что понимали, что оставляем Арутиса похороненным буквально в лесу, что больше его могилы никогда не увидим.
Потом мы переехали в другой барак, в десяти километрах от этого. Это место называлось 82-й квартал. В этом бараке хотя бы были комнаты. Мама уже через несколько дней отправилась на работу. Ходить надо было далеко, и она возвращалась совсем без сил. Один раз мама шла с другими женщинами, те увидели, что мама села на землю и стала говорить, что она хочет спать, что больше никуда не пойдёт. Но те её взяли под руки и отвели в барак. Конечно, мама сильно болела, на неё всё навалилось: болезни, голод, смерти.
А в соседней комнате дети моего возраста остались без мамы – она умерла. Весь барак их тоже поддерживал, чем мог.
Однажды одна из женщин получила письмо из лагеря от своего мужа. Наши, литовцы, были в Красноярском лагере (Краслаг, станция Решоты). Мама написала папе письмо, и мы очень быстро получили короткий ответ: всё хорошо, я здоров. Но уже через месяц другая женщина получила письмо от мужа, который писал, что Йозас Тамошюнас, мой папа, умер. После смерти Арутиса это был второй страшный удар.
Летом 1946 года я случайно узнала, что есть люди, которые собирают литовских сирот и «неофициально» везут их домой. У них уже был готовый список из Литвы. Конечно, он состоял из детей, чьи родственники имели связи с начальниками в Литве. Но поскольку нашли не всех детей, то предложили и другим, в том числе и мне. Поинтересовались, где отец. Я ответила, что он умер в Карлаге.
А про маму ничего не спросили. Мне очень хотелось вернуться домой, но и бросать маму тоже было плохо. Но она настояла, чтобы я ехала, дала мне в дорогу денег. У меня было ощущение, что мы прощаемся навсегда.
В поезде все дети сидели тихо, многие плакали. Еды давали мало, я покупала на остановках варёную картошку. Дня через четыре приехали в Москву. Нас отвезли в детский дом, там нас вымыли и продезинфицировали нашу одежду. Утром посадили в грузовик – повезли показывать столицу. А вечером уже выехали в Литву.
В Вильнюсе, как и когда-то в Паневежисе, нас выгрузили подальше от станции. Кто-то из взрослых сказал: «Целуйте землю!» Мы так и сделали.
Дошли до самого здания вокзала, вышли на площадь – а там большой портрет Сталина. Мы стали показывать на него пальцем и шутить, но нас, конечно, же за это обругали, посадили в грузовик и отвезли в детдом.
Через какое-то время меня забрал дядя по маме и отвёз к родным. А уже в ноябре приехала и мама – она смогла сбежать и тайком добраться до Литвы.
У меня не было метрики, у мамы – паспорта, который она в итоге получила, прикинувшись другим человеком. Так началась наша новая жизнь в советской Литве.
Энн Тыугу, Эстония
Энн Тыугу, советский и эстонский математик, 14 июня 1941 года в возрасте 6 лет депортирован в Сибирь вместе с родителями. Во время перестройки Энн Тыугу стал народным депутатом от ЭССР. Он был одним из инициаторов резолюции, принятой 24 декабря 1989 года Съездом народных депутатов СССР и осудившей секретный протокол к пакту Молотова-Риббентропа. Интервью с Энном Тыугу было записано в январе, а 30 марта 2020 года его не стало...
Я помню это утро – 14 июня. Мы были на даче под Таллинном. Я был ещё в постели, но уже светило солнце. Подъехал грузовик, пришли мужчины с винтовками, говорили на чужом языке. Я русский не понимал, а мама понимала. Мой папа был телеграфистом, и когда его в Первую мировую послали работать в глубь России, она, 16-летняя девушка, сбежала из дома вслед за ним. Поэтому она хорошо понимала русские реалии, и это нас сильно спасало во время ссылки.
Помню, что мама сильно расстроилась. А я стал её утешать. Я узнал, что нас увозят в Россию и сказал ей: «Ты что, там же колхозы, там хорошо живут!»
Я же уже читал появившиеся свежие советские издания для детей на эстонском. Но от этих моих утешений ей стало только хуже. Нас с мамой погрузили в грузовик и повезли в город. Там на работе арестовали отца. А потом заехали и на нашу городскую квартиру, где в этот момент был мой старший брат. Он был на 14 лет старше меня. В общем, собрали всю семью.
А дальше – как у всех. Вагон для скота, в нём я пристроился к окошку и смотрел. Пытался утешать маму, но потом понял, что ничего хорошего из этого не выходит... В поезде нас сразу расселили по разным вагонам. Мы были с мамой в одном, папа – в другом. Юношей, как мой брат, тоже отдельно. Мужчин отправили на север. И отец там и умер. А брата с остальными молодыми ребятами – на лесозаготовки.
Мы долго ехали, потом нас высадили где-то около реки Вятки. Там нам дали странную на вкус овощную икру, соленый сыр, но всё-таки это была хоть какая-то еда. Затем нас, примерно двадцать семей, расселили в городе Уржум – по семьям. Так мы и жили. С нами жила жена бывшего министра с сыном примерно моего возраста. Она ничего не могла, ничего не умела, языка не знала. Ей было совсем тяжело.
Мама сразу устроилась на работу на лыжную фабрику и вечером приносила мне еду из своего пайка. Помню, как ждал её. Вообще город Уржум, откуда был родом Сергей Киров, был известен спиртоводочным заводом. Когда снег выпадал, туда издалека люди целыми обозами приезжали за водкой. У нашей хозяйки собирались эти виновозы: бородатые, с красными лицами мужики, которые мне казались разбойниками. Мама допоздна была на работе, а я язык не понимаю, сижу в углу за занавеской. Мне было жутко страшно. Они пытались меня угостить хлебом, а он мне казался заплесневелым. И я сопротивлялся.
Но вообще в местное общество я включился довольно быстро.
В детском саду я сперва научился говорить: «Дайте, пожалуйста, чаю. Дайте, пожалуйста, хлеба». Хлеба можно было не спрашивать, потому что его было мало, а добавку чая всегда давали. А в школе у нас были прекрасные пожилые учительницы, сосланные из Ленинграда, которые меня берегли. Но были и молодые учительницы-комсомолки, которые меня считали фашистом...
Когда мне ещё не исполнилось и десяти, умерла мама. У нее на спине, около лопатки, образовалось рожистое воспаление. Была зима, начало 1945 года, и надо было пилить и колоть дрова. Ей самой было тяжело, и она меня попросила: «Может, ты распилишь одно?» А я не мог справиться с этой большой пилой. И от этой тяжёлой работы, во время движения, у мамы случилось заражение крови... и всё. А пенициллин был только на фронте. И тогда я вдруг оказался один. Мама же для меня была всем, я был мамин сынок. Брат устроился шофёром, дома практически не бывал.
Я быстро выучился правильно писать по-русски, и наша классная руководительница, зная, что я остался без мамы, давала мне подработку — прописи других детей на проверку. И за эту свою работу я заслуженно получал на обед лишний кусок хлеба.
Другая учительница в деревенской школе тоже меня «прикрыла». Нам в школе говорили, что Гитлер – разбойник. Показывали картинки с ним. Он там выглядел карикатурно ужасно. А меня чёрт дернул за язык – я сказал нашей учительнице: «Гитлер на самом деле не такой, у меня есть его фотография».
Она говорит: «Ну? Откуда?» Я говорю: «У нас маленькая энциклопедия есть». Она заинтересовалась: «Принеси покажи». Я принес маленькую энциклопедию – единственную книгу, которую привёз с собой из Эстонии, и показал там фото Гитлера.
Она посмотрела и сказала: «Да, на человека похож... Но ты не показывай никому».
Заботилась обо мне и хозяйка, к которой мы с мамой переехали за некоторое время до её смерти. Я приходил из школы, и для меня всегда был чугунный горшочек с горячей картошкой, брюквой… Но в 1945-м году было совсем голодно. Нас с братом увезли в трудовой лагерь – подобие совхоза.
Там работали зэки уголовники, разные военнопленные и мы, высланные эстонцы. Там были и женщины, и молодые люди, и дети. Нас кормили плохо, но поскольку там выращивали пшеницу, то, я думаю, все воровали зерно – рассовывали по карманам…
Домой, в Эстонию меня вернул один башкир, друг моей тёти. Его звали Степан Шубин. Он работал шофёром в НКВД в Эстонии. В 1946 году он поехал навещать родню в Башкирию, и тётя попросила заехать в Уржум – забрать меня. Поскольку он служил в НКВД, то ему не составило труда достать справку: «Гражданину Энну Тыугу, 1935-го года рождения, разрешено проживание в Эстонской ССР».
А больше ничего и не надо было – штамп НКВД и всё. Степан договорился с начальником лагеря, чтобы он отпустил меня и ещё двух девушек-сирот. Правда, в 1949-м году их вновь увезли в ссылку. А меня забрать не смогли – я в это время лежал с высокой температурой в тифозной больнице...
Со Степаном мы добрались до Кирова. Оттуда в плацкартном вагоне доехали до Ленинграда. Большой город после деревни меня потряс. Машины, трамваи... У меня на глазах из-за угла с грохотом выезжает трамвай, под него попадает мужик и ему отрезает обе ноги… А вечером сели на поезд, утром меня встретила тётя, которая обо мне заботилась, пока у неё хватало сил. Брат же вернулся только в 1956-м, уже при Хрущёве.
Владислав Паршута, Латвия
Владислав Паршута был депортирован из Латвии в возрасте 5 лет в ходе Большой мартовской депортации (операция «Прибой»). С 25 по 28 марта 1949 года из трёх балтийских стран в отдаленные районы Севера советские власти вывезли почти 100 тысяч человек.
Я родился в 1943 году, в усадьбе Крауйас, под Силене (Скрудаленская волость), на самой границе с Беларусью. Мы жили с отцом, мамой и дедом.
Семья считалась зажиточной: у нас были две коровы и линейка, то есть повозка для людей. Линейка тогда считалась роскошью. Я думаю, поэтому нас и вывезли – посчитали, что мы богатые.
В начале 1949 года забрали отца – он выступал против советской власти. Он сидел в Даугавпилсской тюрьме, которую мы называем «Белый лебедь». Потом его сослали в Воркуту, где он 12 лет отработал в шахтах. Но я об этом узнал уже гораздо позже – от деда в Сибири...
Нас пришли забирать 25 марта 1949 года, около четырёх утра. Мамы дома не было. Был католический праздник, и она засветло ушла в костёл за 40 км от нашей усадьбы – в свои родные места. Потом она должна была зайти в Даугавпилс, чтобы передать отцу в тюрьму передачу.
Мы были вдвоём с дедушкой. Ему тогда было лет 75, а мне пять. Какие из нас «враги народа»?
Я впервые увидел вооруженных людей и решил, что это бандиты. Сборы были суматошные, нас торопили. Дед мне говорил: одевайся, да потеплее. Мне запомнился большой чёрный чемодан. Нам разрешили набрать с собой продуктов. Дед быстро собрал с собой побольше сала – оно долго хранится. Помню, как потом он куски сала выменивал на другие продукты. Нас посадили в телегу, отвезли на станцию в Гриву, город-спутник Даугавпилса. Посадили в вагон-теплушку. Вагон был полный, правда, был застелен соломой.
В пути, когда кто-то умирал, человека заворачивали и прямо на ходу выбрасывали. Это было неприятно, но я вспоминал свою любимую лошадь и изображал, как будто я её запрягаю. Помню, на меня смотрели соседи по вагону и улыбались.
Нас привезли в Омскую область, Саргатский район, совхоз №46. Вначале было совсем тяжело. Еды было мало. Дед собирал крапиву, и мы всё время варили из неё суп. Года через два дед устроился на работу, появились какие-то деньги. Конечно, вся тяжесть упала на его плечи, хотя он был крепкий старик. У меня были свои детские невзгоды. Например, местные мальчишки меня без конца обзывали «Буржуй!». Я сердился, кидался в драку. Их, конечно, было больше, поэтому меня часто избивали.
Но дед меня учил прощать и не злиться на обидчиков.
Он был католик – настолько сильно верующий, что никогда не позволял себе никакой словесной агрессии даже в отношении тех, кто нас забирал. Он не культивировал во мне вражду. Дед говорил: нужно молиться, Бог всё знает. В Сибири он каждый вечер становился на колени и молился – и меня сажал рядом. Мы жили в заглубленных бараках, которые над землей возвышались лишь на полметра. Там по общему коридору бегают мальчишки, откроют дверь и дразнят. А дед меня хватает за ухо, поворачивает к иконе и наставляет, как молиться. Дверь остается открыта, а он не встаёт, не закрывает, пока не закончит молитвы. Но он никогда на этих детей потом не ругался.
До школы я очень переживал разлуку с родителями, но дед очень старался привлечь меня к разным делам. Помню, мне очень сильно хотелось простую белую майку. Дед мне пообещал: если не будешь грустить, будешь со мной разговаривать, то будет тебе майка. Но он её смог купить только года через два-три после того, как нас депортировали. А ещё очень хотелось металлическую заводную лошадь с повозкой. Она продавалась там в магазине. Но её я так и не получил...
Потом меня определили в школу – за десять километров. Автобусов же никаких не было – ходил сам пешком через лес. Меня учили: если стая волков — залезь на дерево. Увидишь в темноте их глаза – два фонарика, залезешь на дерево и пережидаешь. Я уже знал и чувствовал, когда приближались волки.
В школе учился плохо. Наш учитель был инвалид, не очень требовательный. Мне было всё равно. В нас что-то вдалбливали, а все мысли были об одном: как бы где-то найти поесть. Я даже, когда дед отправлял за буханкой хлеба, приносил её всю обгрызенную по краям. Дед пожурит-пожурит...
А когда я вернулся в Латвию, то уже через год из-за полученной тройки плакал.
А 1953 году, когда Сталин умер, детям разрешили вернуться домой. Но дед-то уехать не мог. Он мне сообщил, что за мной приедет мама. А мне не верилось! У нас там было много мужиков, которые пили и дрались. И мне казалось, что её изобьют где-то, не пустят, что она не доедет.
Она приехала летом 1953 года – и я отошёл от этого страха дня через два и начал собираться. Мама мне объяснила, что дед тоже обязательно приедет, но попозже. И он действительно вернулся года через полтора.
В сентябре мы вернулись в Латвию.
Наш дом был уже разграблен и полностью разобран – там валялись лишь отдельные валуны. Я жил в деревне у сестры отца, а мама работала на бетонном заводе. У неё там в общежитии была комнатка, но детям там жить не разрешали. Мне многие до сих пор говорят, что во мне нет внутренней ласки, что я как будто со всеми держу внутреннюю дистанцию. И, видимо, это как раз от того, что в столь нежном возрасте – от 6 до 10 лет – я рос без мамы, без её материнской ласки.
В 1963-м году я поступал в Военное училище, которое располагалось в Даугавпилсской крепости. Я неплохо сдал экзамены. Перед присягой нас вызывали генералы на собеседование. Потом меня вызвали на ещё одно собеседование – с кгбшниками среднего ранга. Мне сразу сказали: «Ты сдал экзамены хорошо. Замечаний к тебе нет, можешь учиться на офицера. Но отец у тебя был осуждён по политической статье, а ты был в Сибири. Поэтому ты должен письменно отказаться от отца».
Я ответил: «Нет, этого я не сделаю». И ушёл, так и не поступив в итоге в училище.
В том же 1963-м году меня забрали в армию. Я помню тот ноябрь: в Америке убили Кеннеди, а у меня умер дед. Я попытался отпроситься из армии, но меня так и не отпустили на похороны...
Наталья Фролова
|
| |
|
| |
|
| papyura | Дата: Среда, 24.08.2022, 14:29 | Сообщение # 470 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Генералы еврейских карьеров
О танковой битве на Голанских высотах, героем которой стал Ами Палант, уже сложены легенды в духе классической мифологии – сражение вошло в историю как «битва в Долине Слёз». Историки сравнивают её с Курской дугой, ибо в обоих случаях решающую роль играла тяжелая бронетехника.
Исследователи подсчитали, что перевес сирийцев был чудовищным: на их стороне в битве в Долине Слёз принимало участие около 700 танков, в то время как у израильтян их было всего около 125–150.
В одном из них и сидел Ами Палант, ротный командир 7-й бронетанковой бригады ЦАХАЛа – человек, который, согласно армейским архивам, «остановил отступление израильтян и спас страну».
Коренной израильтянин Ами Палант родился в 1951 году в мошаве Магшимим. В конце 60-х его призвали в армию, определив в танковые войска. К началу Войны Судного дня Паланта уже повысили до ротного командира, а он сам решил, что военная карьера в танковых войсках – это то, что подходит ему больше всего...
Война началась 6 октября 1973 года совершенно неожиданно для израильтян – шёл праздник Йом Кипур. Сирийские и египетские войска начали атаку на Синайский полуостров и Голанские высоты.
«Голаны стали эпицентром противостояния, – писал историк Абрахам Рабинович. – Если Синай находился достаточно далеко, то прорыв сирийской армии на Голанских высотах означал, что уже через несколько часов они блицкригом окажутся в центре страны».
Сирийцы начали с массированного артиллерийского обстрела, а затем выдвинули вперед танки. Уже в первые часы войны им удалось продвинуться далеко на северо-запад Голанских высот по так называемой «нефтяной дороге» – заброшенной колее на месте бывшего нефтепровода.
Но затем наступление замедлилось: вблизи горы Хермонит – именно это место называют Долиной Слёз – сирийцев встретила 7-я израильская бронетанковая бригада, которой командовал Авигдор Бен-Галь.
Вообще-то Бен-Галь предсказал начало войны еще в сентябре, но в руководстве ЦАХАЛа ему не поверили. Бен-Галя, который вместе со своим джипом подорвался на мине в ходе Шестидневной войны, за глаза называли «контуженым» и «сумасшедшим».
В конечном итоге тот стал самостоятельно укреплять силы вверенной ему танковой бригады...
Историки писали потом, что к началу войны «она оказалась единственным подразделением в состоянии полной боевой готовности».
Разведка утверждала, что сирийцы начнут атаку в районе Долины Слёз около шести часов вечера. В реальности она началась на полдня раньше – и в следующие четверо суток превратилась в одно из самых изнурительных и кровопролитных сражений на Ближнем Востоке в ХХ веке.
У сирийцев было порядка семи сотен советских танков Т-55 и Т-62, разработанных уже после Великой Отечественной войны.
Подразделения израильтян были укомплектованы несколькими десятками британских танков «Центурион». Их разработали во время Второй мировой войны, но в производство запустили позже...
В Долине Слёз сирийцы раз за разом пытались прорвать оборону ЦАХАЛа.
Порой казалось, что им это удастся: 7 октября сирийские десантники зашли в тыл израильтянам и уничтожили более десятка танков. Урон наносили также обстрелы израильских позиций советскими «Катюшами».
Обе стороны ежедневно вели танковые бои.
К вечеру 7 октября 50 «Центурионов» ЦАХАЛа сдерживали атаку около 500 сирийских танков. В битве участвовали остатки роты Ами Паланта – маневрируя и используя естественные укрытия, они подбили несколько машин противника и заблокировали дорогу остальным.
9 октября у израильской стороны, по подсчётам историков, оставался в строю только каждый пятый танк, а количество живых бойцов сократилось на две трети. Тогда же сирийцы вновь были как никогда близки к прорыву: часть израильских «Центурионов» приготовилась оставить позиции...
«Палант приказал отступающим на его участке танкам вернуться и расположил их на передовых боевых позициях. Ами подбадривал бойцов и был личным примером для них, продолжая с разных точек наносить огонь – хотя в его подразделении оставалось всего шесть танков», – говорят архивные документы ЦАХАЛа.
Сражение в Долине Слёз закончилось отступлением сирийской армии.
Журналист издания «Хаарец», посетивший поле боя, описывал его как «нагромождение раскалённой горящей техники посреди изрытых снарядами холмов».
Война Судного дня завершилась полной победой израильтян.
24 октября, когда стороны подписали соглашение о прекращении огня, силы ЦАХАЛа находились в 40 километрах от Дамаска...
В Египте израильтяне почти дошли до Каира, взяли в окружение крупную группировку египетских сил, известную как 3-я армия, и форсировали Суэц.
Дальнейшее наступление на Египет удалось предотвратить только благодаря вмешательству СССР и США. Советское руководство послало ноту протеста, предупредив Израиль «о самых тяжёлых последствиях в случае агрессивных действий против Египта и Сирии»...
За мужество, проявленное в Долине Слёз, Ами Палант был награжден медалью «За отвагу».
Через год после войны он ушёл из армии, но в 1977-м вновь вернулся в ряды ЦАХАЛа и служил до середины 90-х.
Он окончательно завершил военную карьеру в 1995-м, после чего занимался политикой и бизнесом.
Десять дней назад, 15 августа 2022 года Палант умер...
Герой Войны Судного дня, он не оставил воспоминаний о ней. Но зато их записал начальник Паланта – тот самый Авигдор Бен-Галь: «Все говорят о травме той войны, о просчётах политического руководства, о колоссальных потерях. Но в первую очередь говорить нужно, что мы, евреи, одержали небывалую, грандиозную победу, не имеющую аналогов в истории»...
Михаил Блоков
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Пятница, 16.09.2022, 15:51 | Сообщение # 471 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| замечательных людей страна забывает, зато проходимцы всех мастей о себе забыть не дают...
|
| |
|
|
| Kiwa | Дата: Понедельник, 19.09.2022, 14:20 | Сообщение # 472 |
 настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| Проект «Крымская Калифорния»
В ноябре 1914 г. в США был организован «Джойнт» – Объединенный распределительный комитет американских фондов помощи евреям, пострадавшим от войны. Богатейшие евреи мира субсидировали эту организацию, но цели ее были не столько благотворительные, сколько коммерческие.
 Михоэлс и Фефер. Фото 1940-х гг.
В начале 1920-х годов один из руководителей «Джойнта» адвокат Джеймс Розенберг встречался с тестем Н.И. Бухарина и видным хозяйственным деятелем Советской России М.З. Лурье (псевдоним Юрий Ларин).
Они обсуждали возможность создания еврейского государства на Крымском полуострове. Идея зажгла Лурье, и он взялся её лоббировать в правительстве.
Поначалу В.И. Ленину была подана идея получить через «Джойнт» ссуду от американских миллионеров под залог крымской земли, и он согласился. Крым был разделён на паи, под которые выпустили государственные векселя, которые в кратчайшие сроки скупили 200 пайщиков, в том числе семья Рузвельтов, Гуверы, руководители «Джойнта» во главе с миллионером Льюисом Маршаллом.
Ссуда должна была передаваться «Джойнтом» Советскому правительству в течение 10 лет по 900 тыс. долларов ежегодно под 5% годовых.
Вернуть деньги следовало до 1954 года...
В случае невозврата Крым становился собственностью владельцев векселей. В Штатах этот проект получил название «Крымская Калифорния»...
В 1923 г. Дж. Розенберг организовал в Москве выставку американской сельхозтехники, которую посетил уже смертельно больной Ленин, и ему кулуарно пообещали, что «Джойнт» готов оснастить техникой всю Россию, если в Крыму будет организована Еврейская республика в рамках СССР.
Вождь отнёсся к идее благосклонно. и в 1924 г. «Джойнт» создал корпорацию «Агро-Джойнт» с резиденцией в Симферополе.
В течение года на полуостров прибыли множество евреев из Белоруссии, Украины, Болгарии и других регионов и организовали 186 национальных колхозов (!).
Одновременно был сформирован КомЗЕТ (Комитет по земельному устройству еврейских трудящихся) при президиуме Совета национальностей ЦИК СССР, который с советской стороны занялся проблемами освоения Крыма евреями. Душой этого дела стал М.З. Лурье.
В 1925 г. КрымОЗЕТ возглавил работу по переселению евреев на полуостров, готовилось провозглашение Еврейской социалистической республики.
Сталин понимал, в какую ловушку пытается загнать страну «Джойнт», и готовился к длительной борьбе.
Уже в марте 1928 г. по его инициативе Президиум ЦИК СССР принял постановление «О закреплении за КомЗЕТом для нужд сплошного заселения трудящимися евреями свободных земель в приамурской полосе Дальневосточного края». Когда вождь почувствовал, что одолел основных врагов в руководстве партии, 20 августа 1930 г. ЦИК РСФСР принял постановление «Об образовании в составе Дальневосточного края Биро-Биджанского национального района».
Окончательно власть в СССР перешла в руки вождя в 1934 г., и 7 мая того же года Еврейский национальный район получил статус Еврейской автономной области. Вопрос с еврейской государственностью был решён за пределами Крыма...
Тем временем на полуострове расширялось национальное движение крымских татар, возмущённых заселением их земель пришлыми евреями. Сначала татары лишь заворачивали поезда с переселенцами, позже начались погромы еврейских колхозов.
Сталин заявил, что нельзя разжигать националистическую вражду, и ... прекратил переселение.
Идея создания еврейского государства на территории Крыма вновь ожила вместе с учреждением 7 апреля 1942 г. Еврейского антифашистского комитета (ЕАК).
Председателем ЕАК стал театральный режиссёр С.М. Михоэлс. В актив комитета, в частности, вошли поэт И.С. Фефер, видный партийный деятель и жена министра иностранных дел В.М. Молотова – П.С. Жемчужина.
Летом 1943 г. Михоэлс и Фефер совершили длительную поездку по США. Официально они пропагандировали идею Второго фронта в еврейской диаспоре, а на деле - с санкции Молотова - обсуждали вопрос о целесообразности создания еврейского государства в Крыму...
Результат этой поездки Сталин получил на Тегеранской конференции в конце ноября – начале декабря 1943 г. Президент Ф. Рузвельт открыто заявил, что США вынуждены прекратить поставки ленд-лиза в СССР и не могут открыть Второй фронт, поскольку всесильное еврейское лобби в его стране требует от большевиков исполнения обязательств по векселям – решения вопроса с «Крымской Калифорнией»: либо начать выплаты по долгам, либо учредить в Крыму Еврейскую республику.
В разгар войны средств для выплат у страны не было и Сталин согласился начать подготовительные работы по созданию Еврейской республики...
Ещё одно условие США - во главе новой республики поставить С.М. Михоэлса, а не Л.М. Кагановича, как предполагал Сталин. И на это тоже было дано согласие.
Через пару месяцев после атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки посол США в СССР У.А. Гарриман от имени президента Г. Трумэна (Ф. Рузвельт умер 12 апреля 1945 г.) потребовал от СССР вывести из Севастополя и Чёрного моря Черноморский флот и учредить Еврейское независимое государство, в которое должны были войти Крымский полуостров, всё советское Черноморское побережье вплоть до Абхазии (в том числе г. Сочи), а также Херсонская и Одесская области.
Сталин пытался возражать, заявив, что на I сионистском конгрессе 1897 г. в Базеле еврейские националисты приняли решение возродить Израиль в Палестине, и что негоже нарушать выбор народа. Но ему дали понять, что одно другому не помеха...
Атомного оружия у СССР в 1945 г. не было. Началась гонка со временем.
Американцы накапливали бомбы. Кремль, резко расширив и усилив ГУЛАГ, активизировал работы по изготовлению собственного атомного оружия, руководство атомным проектом принял на себя Л.П. Берия; в то же время, Кремль взялся всесторонне помогать евреям, которые вели борьбу за создание еврейского государства в Палестине: только в 1946 г. в Палестину через Болгарию было переправлено около 100 тыс. единиц оружия...
14 мая 1948 г. было провозглашено создание независимого еврейского государства Израиль, а 15 мая началась Первая арабо-израильская война – на Израиль напала Лига арабских государств (Сирия, Египет, Ливан, Ирак и Трансиордания). Длилась война до июля 1949 г...
В сентябре 1948 г. первым послом Израиля в СССР стала видный деятель сионистского движения Голда Меир. К её приезду ЕАК и Московская синагога приурочили массовые выступления советских евреев. В нынешних СМИ утверждают, что так народ приветствовал рождение государства Израиль. По рассекреченным данным КГБ главным требованием митингов было образование Еврейской республики в Крыму.
Ещё в середине января 1948 г. по личному распоряжению Сталина был убит (брошен под грузовик и раздавлен) кандидат в руководители Еврейской республики Михоэлс.
Теперь пришло время покончить с самим ЕАК...
20 ноября 1948 г. Комитет был распущен, а в декабре репрессировали всё его руководство.
12 августа 1952 г. 30 членов ЕАК были расстреляны.
Жена Молотова – П.С. Жемчужина была осуждена на пять лет ссылки. О Крыме и об атомном шантаже Сталин предпочитал молчать, ЕАК обвинили в измене Родине в пользу США и в космополитизме...
Но на этом борьба за еврейский Крым не прекратилась.
В 1952 г. раскрылось убийство в августе 1948 г. официально назначенного преемника Сталина – А.А. Жданова. По недосмотру на дачу к больному допустили белоруску Л.Ф. Тимашук, которая сняла ему кардиограмму и записала диагноз – инфаркт миокарда...
Чуть позже в том же году записки Тимашук о «неправильном лечении Жданова» попали в руки Сталина, и начало раскручиваться «дело врачей».
Ещё бы, ведь убийство самого доверенного человека вождя произошло в середине 1948 г. – в пик атомного шантажа и митинговой войны за еврейский Крым.
В ходе расследования «дела врачей» Сталину стало ясно, что еврейская интеллигенция никогда не простит ему потерю Крыма и он принял решение разом покончить с этим "беспределом"...
Первым делом были ослаблены политические позиции близких к евреям руководителей партии: В.М. Молотова, Л.М. Кагановича, К.Е. Ворошилова, А.И. Микояна.
К началу 1953 г. в строгом секрете КГБ разработал и начал осуществление операции «Белая куропатка», предполагавшей депортацию 100 тыс. евреев (преимущественно партийных и государственных работников и интеллигенции Москвы, Ленинграда и ряда крупных городов) на остров Шпицберген в Северном Ледовитом океане.
Для этого снарядили 18 пароходов.
В Москве подготовку депортации самой шумной части еврейской диаспоры Сталин поручил своему доверенному лицу – второму секретарю московского горкома КПСС Е.А. Фурцевой... Депортация должна была пройти в июне 1953-го... однако 5 марта вождь умер.
В 1949 г. СССР стал атомной державой. Шантажировать его уже не могли. Казалось, что проблема Крыма решена окончательно. Но оставались подписанные правительством РФ векселя, однако Сталин и это учёл...
Уже после его смерти, накануне окончания срока векселей Н.С. Хрущёв осуществил знаменитый сталинский манёвр:19 февраля 1954 г. Крым был передан из РСФСР в состав Украинской ССР, признанной всем мировым сообществом независимым государством в составе СССР...
Векселя таким образом были аннулированы без компенсации, и проект «Крымская Калифорния» лопнул окончательно.
|
| |
|
|
| Рыжик | Дата: Суббота, 15.10.2022, 06:14 | Сообщение # 473 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 322
Статус: Offline
| Ненависть фашистов к Ремарку родилась в 1929 году – тогда вышел его антивоенный роман «На Западном фронте без перемен», признанный одной из лучших книг о Первой мировой войне.
Ремарк, призванный в армию со школьной скамьи, прочувствовал и описал войну без героического пафоса, зато с болью и страданиями. Там были не только бои и сражения, но и загубленные жизни, искалеченные судьбы, внутренние переживания, падение веры и идеалов.
«Вернулось с войны не более половины ушедших, – вспоминал Ремарк. – Те, кто выжил, по сей день не пришли в себя. Я тоже – живой покойник». Похожие слова автор вынес и в предисловие романа: «Эта книга не является ни обвинением, ни исповедью. Это только попытка рассказать о поколении, которое погубила война, о тех, кто стал её жертвой, даже если спасся от снарядов». Фашистами подобные откровения воспринимались как слабость, ведущая к пораженческим настроениям – а на них настоящий ариец не имеет права. Ремарк был провозглашен предателем родины.Эрих Пауль Ремарк родился в немецком Оснабрюке в семье владельца небольшой переплетной мастерской. С детства Ремарк был увлечен живописью и музыкой, играл на пианино и органе. Всерьез задумываясь о музыкальной карьере и без устали оттачивая мастерство, к 17 годам он уже сам давал частные уроки музыки. Незадолго до начала Первой мировой войны Ремарк успешно сдал экзамены в королевскую семинарию Оснабрюка, но уже через год его призвали в армию.
Полученные в боях ранения, одно их которых сильно повредило руку, прервали его музыкальную карьеру. В госпитале он узнал, что умерла его мать Анна-Мария – в честь нее Ремарк позже и сменил свое имя с Эрих Пауля, на Эрих Мария Ремарк...
Ремарк, вернувшийся с войны и награжденный Железным крестом первой степени, был уже совершенно другим человеком – убежденным пацифистом.
Несколько лет он искал себя во всевозможных сферах – был бухгалтером, давал уроки игры на пианино, торговал, работал в бюро по производству могильных памятников, сидел без работы и жил в цыганском таборе. Позже он написал об этом в «Черном обелиске».
Первое же его произведение – «Приют грёз» – было опубликовано в 1920 году.
Однако серьезно заняться писательской деятельностью Ремарк решил только в 1926-м, когда опубликованные им романы «Женщина с золотыми глазами» и «Из юношеских времён» неожиданно для него самого были тепло встречены читателями, да еще и сопровождались похвалой критиков...
Следующий роман – «На Западном фронте без перемен» – и вовсе принёс Ремарку ошеломляющий успех: книга, написанная всего за шесть недель, только за первый год разошлась в Германии тиражом в полтора миллиона экземпляров. И это при том, что долгое время Ремарк обивал пороги издательств, получая лишь отказы – ввиду «неактуальности темы».
...Едва отрывки романа стали выходить в газете издателя, её тираж тут же увеличился в несколько раз, а число предварительных заказов на книгу уже в первую неделю составило более 30 тысяч.
Вышедшая в продажу 29 января 1929 года, книга стала самой продаваемой в Германии за всю историю. Переведенная на 26 языков, она тут же стала бестселлером.
Вскоре американская кинокомпания Universal Pictures купила у Ремарка права на экранизацию. Одноимённый фильм, производство которого закончили уже весной 1930 года, после премьеры в США привезли показывать в Берлин...
Тем временем на Ремарка не прекращались нападки со стороны членов НСДАП. Антивоенная направленность романа, повествующего о бессмысленности и бесчеловечности войны, совсем не вписывалась в пропагандируемые фашистами идеи. Набиравший силу Гитлер объявил писателя французским евреем Крамером и поручил будущему министру пропаганды Третьего рейха Йозефу Геббельсу сорвать показ фильма.
К вечеру 5 декабря 1930 года к кинотеатру, где была намечена премьера, прибыло 200 около штурмовиков, выкрикивая антисемитские лозунги они нападали на зрителей, имевших, на их взгляд, еврейскую внешность.
Вскоре в окружении нескольких нацистских депутатов появился и Геббельс, вслед за ним на балкон зала, где демонстрировался фильм, прошли и все штурмовики, заранее обеспеченные билетами. Едва на экране появились первые кадры, в зрителей с балкона полетели дымовые шашки. Все выбежали из зала, показ был сорван.
Торжествующая толпа коричневорубашечников, продолжая выкрикивать антиеврейские лозунги, победоносно вышла из кинотеатра. Так продолжалось пять вечеров подряд. Геббельс писал в своем дневнике: «Вечером в кино. Уже через 10 минут начинается сумасшедший дом. Полиция бессильна. Разъярённая толпа накидывается на евреев… Снаружи атакуют кассы. Звенят оконные стёкла. Тысячи людей наслаждаются этим спектаклем. Демонстрация фильма отменена и следующая тоже. Мы выиграли».
Впрочем, полиция всё-таки запретила в связи с этим любые демонстрации нацистов в Берлине. Но президент страны Пауль фон Гинденбург, тем не менее, официально запретил к показу фильм, «оскорбляющий чувства ветеранов войны».
«За низкое эстетическое качество» – гласил окончательный вердикт комитета цензуры при министерстве иностранных дел Германии.
Нацисты праздновали очередную из своих побед...
После прихода Гитлера к власти книги Ремарка были сожжены одними из первых. «В 1933 году я был символически сожжён вместе со всеми моими книгами», – вспоминал Ремарк.
В 1938 году на немецком языке вышел очередной роман Ремарка «Три товарища».
В том же году автора лишили германского гражданства. Решение показательного суда гласило: «При поддержке еврейской прессы он самыми мерзкими средствами оскорблял память павших на мировой войне, и уже поэтому должен быть исключён из германского народного сообщества».
В 40-м Ремарк, до того живший в Швейцарии, переехал в США.
Не в силах добраться до писателя, фашисты решили отыграться на его родственниках.
В 1943-м гестапо – за «возмутительно лживую пропаганду в пользу врага» и «подрыв обороноспособности страны» – арестовало его младшую сестру Эльфриду Шольц, оставшуюся в Германии.
Председатель так называемого народного трибунала обратился к Эльфриде со словами: «Ваш брат ускользнул от нас. Но вы от нас никуда не денетесь».
И приговорил её к казни на гильотине.
Прощальное письмо старшей сестре было написано 4 декабря 1943 года: «Я в Плётцензее. И сегодня пополудни, в час, меня больше не будет».
О её гибели Ремарк узнал уже после окончания войны, посвятив Эльфриде роман «Искра жизни», опубликованный в 1952 году.
В том же году он впервые после отъезда и последний раз в своей жизни побывал в Германии. Главной целью той поездки Ремарка в Берлин было посещение тюрьмы Плётцензее, где нацисты отрубили голову его сестре. В честь его приезда в Западном Берлине состоялся показ фильма «На Западном фронте без перемен», с которого и начиналась вся эта история...
Алексей Викторов
|
| |
|
|
| papyura | Дата: Пятница, 21.10.2022, 06:43 | Сообщение # 474 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Ни одна страна не бойкотировала спасение жертв нацистов с такой настойчивостью и бессердечностью, как это делала Великобритания.
Ни в одной другой стране в этом не участвовало столько отдельных чиновников и властных кабинетов...
Британское содружество, состоящее из многочисленных колоний и доминионов, представляло собой самое большое территориальное образование в мировой истории.
Бoльшая часть этих территорий были практически не заселены и отчаянно нуждались в иммигрантах из Европы. В них было более чем достаточно места для спасения сотен тысяч людей, причём они могли бы внести существенный вклад в развитие слаборазвитых регионов, так как твёрдо решили начать жизнь с чистого листа.
 Однако среди британских чиновников царило мнение, что «абсорбирующая способность (империи) равна нулю»! Один высокопоставленный канадский чиновник, на вопрос сколько еврейских иммигрантов его страна может принять после войны, ответил: «Даже ноль – слишком много».
Британские доминионы Австралия, Новая Зеландия, Южная Африка и огромная Индия все вместе взятые приняли меньше беженцев, чем один город Шанхай (тогда под контролем Японии)...
В ноябре 1938 года премьер-министр Великобритании Чемберлен объявил Палате общин, что в Кению отправлены тридцать немецких и австрийских беженцев. Британский губернатор Кении объявил, что его страна готова принять «тщательно проверенных евреев правильного типа, то есть нордических, из Германии или Австрии». В этот огромный регион впускали не более двадцати пяти еврейских семей в год.
В крошечном Люксембурге все евреи представляли средний и средний-высший социальный класс, это были специалисты и опытные бизнесмены, способные разрабатывать и внедрять крупные экономические проекты как в развитых, так и в неразвитых регионах.
В 1941 году министр иностранных дел Люксембурга в изгнании попросил британский МИД найти где-нибудь в огромной Британской Империи убежище для люксембургских евреев, которым угрожали депортацией на восток. Упоминалась Танганьика. Ответ был таким: «В существующих обстоятельствах для Соединенного Королевства невозможно только лишь из сострадания принять беженцев ни союзных, ни иных национальностей» . Кроме того, в наличии просто не было виз Танганьики.
Беженцам было проще въехать на сами Британские острова, где у многих были родственники, чем в британские колонии и доминионы.
В то время когда в крошечные Нидерланды, Бельгию и Люксембург, въезжало достаточно большое число евреев, огромное Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии с населением в 46 миллионов за 12 лет нацистского режима впустило на свою территорию лишь 71 тысячу еврейских беженцев, или 0,15% от всего населения.
Причём многие из этих беженцев просто проезжали через британскую территорию транзитом и более трети из них просто стояли в очереди на пропуск в США по квоте...
Южная и Северная Родезии отчаянно нуждались в белых иммигрантах, но приняли только несколько десятков еврейских беженцев, в основном тех, у кого там были родственники.
В западном полушарии так действовали все британские колонии.
Когда на Бермудской конференции по беженцам в апреле 1943 года американский сенатор Льюкас упомянул возможность доставить беженцев в британский Гондурас, англичане ответили, что там уже находится двадцать беженцев и для новых места нет, потому что европейцам сложно приспосабливаться к местному климату. Сложно понять, почему 200 или 2000 европейцам приспособиться к климату сложнее, чем 20, тем более что новая группа встретит своих соплеменников, которые помогут им освоиться.
Другая британская колония в западном полушарии – Тринидад – стала центром всеобщего внимания в октябре 1941 года. В Тринидад прибыло судно с 85 еврейскими беженцами. Они вышли из Марселя девятью месяцами ранее, на руках у них были бразильские визы, полученные в бразильском консульстве в Марселе. Бразильское правительство отказалось признавать эти визы, и дальнейшие попытки найти хоть какую-то страну для проживания превратились в настоящий кошмар. Корабль заходил во множество портов, но везде получал отказ. В Дакаре (Западная Африка) представители вишистской Франции задержали корабль на четыре месяца. Из Дакара он отплыл в Касабланку, где беженцам не только не дали обосноваться, но отправили в лагерь для интернированных...
В октябре они сели на испанское судно и прибыли в Буэнос-Айрес – снова запрет. Теперь беженцы просили впустить их в Тринидад, но колониальные власти были непреклонны: не впускать никого, причём это решение полностью поддержало британское Министерство по делам колоний. Тем временем сами англичане наглядно продемонстрировали, что на Карибских островах места более чем достаточно: Ямайка приняла 3000 человек...
На этот факт Великобритания указала на Бермудской конференции как на доказательство того, что она делает всё возможное, чтобы помочь беженцам. Эти 3000 новых ямайских граждан служили доказательством, что у Империи есть и место, и транспорт – но только не для евреев. Все 3000 человек были британцами, их эвакуировали с Гибралтара...
Впрочем, в западном полушарии у англичан была одна колония, где им пришлось уступить - Южноамериканская Гвиана представляла собой практически необитаемую территорию, которую в 1920-х предложили сирийцам, но они не воспользовались предложением...
Итак, Великобритания согласилась продавать в Гвиане землю еврейским беженцам по умеренной цене. В этой колонии был экваториальный климат, до экватора было всего пять градусов. Район, выделенный беженцам, располагался в 400 километрах от порта и был соединён с ним дорогой. Более-менее обосноваться в таких условиях могли в лучшем случае несколько сот самых закаленных пионеров, искушенных в сельском хозяйстве, и то лишь с некоторой внешней помощью.
Доктор Исаия Бауман, президент университета Джона Хопкинса и главный эксперт по проблемам переселения, сравнил идею Гвианы с проектом строительства города на Южном полюсе: теоретически возможно, но крайне сложно.
Было ясно, что англичане хотели просто пустить пыль в глаза. Так как еврейские организации колебались с принятием этого предложения, на Бермудской конференции 1943 года оно было отозвано.
Один из главных деятелей антисемитской политики Британии был второй человек в британском правительстве – Энтони Иден.
В течение двенадцати лет он был самым влиятельным членом Палаты общин, а в 1935–38 годах занимал должность министра иностранных дел. В 1939–40 годах сэр Иден работал министром по делам доминионов, полгода в 1940 году он занимал пост министра обороны, и затем до самого конца войны, с 1940 по 1945 годы, он снова был министром иностранных дел...
В разные годы он прослужил в трёх министерствах: иностранных дел, доминионов и обороны. Неудивительно, поэтому, что его последователи были во всех упомянутых ведомствах и все они играли большую роль в решении проблем беженцев.
Сам Иден был ярым антисемитом. Об этом однозначно пишет его личный секретарь, лорд Гарви Тасбергский: всегда, когда возникал конфликт между арабами и евреями, тот занимал сторону арабов. Когда появилась возможность спасти 70 тысяч румынских евреев, он так испугался, что Румыния может их освободить, вместо того чтобы обречь их на смерть, что заявил, что их негде «разместить»...
Когда Джордж Беккер, президент организации «Американский ОРТ», впервые услышал это оправдание о нехватке места и транспорта, он заметил: «Если бы 100 тысяч немцев предложили сдаться, мы бы нашли способ доставить их, куда нужно».
Когда венгерских евреев начали «размещать» в газовых камерах и крематориях Освенцима и тот заработал на полную мощность – 12 тысяч человек в день круглые сутки, доктор Вейцман, представлявший крупнейшую еврейскую организацию, и его помощник Шерток хотели обсудить этот вопрос с Иденом и тот спросил своего личного секретаря:
«Что вы имеете в виду, "я должен"? Кто из моих коллег этим занимается? Государственный министр или мистер Холл? Хотя бы кто-то из них, кто за это отвечает, должен встретиться с этими двумя евреями. Вейцман обычно не занимает много времени».
Иден не стал общаться с Вейцманом и Шертоком по этой чрезвычайно важной проблеме, но перепоручил это Холлу. Министерство по делам колонии плотно сотрудничало с МИДом по всем антисемитским проектам, нередко обгоняя его в усердии. Это было неудивительно, учитывая личные убеждения сотрудников этих ведомств. Когда глава департамента Ближнего Востока Министерства колоний, Гарольд Фредерик Дауни, прочитал статью одного еврейского автора, он сказал:
«Вот такие вещи заставляют пожалеть, что в этой войне евреи не по ту сторону линии фронта».
Вряд ли можно было лучше описать враждебность к евреям. Он считал их врагами, как немцев. Неудивительно, что этот человек был одним из главных сторонников мифа о том, что евреи шпионят на своих убийц немцев...
Перед войной Великобритания контролировала иммиграцию в Палестину, которая была самым естественным решением проблемы обездоленных евреев. Она не только официально предназначалась для создания еврейского дома и мировым сообществом, и самой Великобританией, но ещё и располагалась в самом удобном месте, идеально подходящем для транспортировки из Центральной и Восточной Европы. Река Дунай проходила через Германию, Австрию, Чехословакию, Венгрию, Югославию, Болгарию и Румынию – это был самый недорогой способ доставки. Нигде не нужно было швартоваться, не требовались визы ни одной страны по пути следования.
И в Палестине уже было крупное, хорошо организованное еврейское сообщество, которое радушно встретило бы своих соплеменников. Что касается размещения и абсорбции, то палестинские евреи твёрдо верили в принцип взаимопомощи, благодаря которому с 1948 по 1951 годы население Израиля увеличилось вдвое!
Однако Великобритания ни при каких обстоятельствах не собиралась лишиться контроля над территорией по обе стороны от Суэцкого канала.
В то время почти не было воздушного сообщения, и канал был практически единственным способом сообщения с британскими колониями востока, такими как Индия, Бирма, Сингапур и Гонконг. Согласно условиям палестинского мандата, его действие прекращалось в момент создания еврейского национального очага, ради чего он и предназначался.
Это Великобритании было совершенно не нужно и она решила «прикарманить» Палестину навсегда.
Поскольку мир стоял на пороге новой войны, Великобритания увидела в этом удобный повод заблокировать Палестину для евреев, якобы из стратегических соображений.
Дополнительным стимулом для этого была "добрая воля" контролируемых Лондоном арабских стран, которые располагались в районе Суэцкого канала... многие будущие арабские лидеры, такие как Насер и Садат, восхищались Гитлером и во Второй мировой войне помогали немцам – ещё одно доказательство неэффективности политики умиротворения.
Евреи же предлагали создать собственную армию для борьбы с Гитлером, состоящую из добровольцев из Палестины и других стран. Будь такая армия создана, она бы стала хорошим подспорьем в войне с гитлеровской Германией. Однако англичане наотрез отказались от этого предложения...
17 мая 1939 года вышла "белая книга", где упразднялись обязанности Великобритании по мандату Лиги Наций. Текст гласил: «Правительство Его Величества объявляет, что его политикой не является, чтобы Палестина стала еврейским государством»...
В течение следующих пяти лет иммиграция евреев будет ограничена совокупным числом в 75 тысяч. После этого евреи смогут въезжать в Палестину только с разрешения арабов. Верховный комиссар получит право регулировать цену недвижимости при продаже её евреям и даже запрещать её полностью...
Время для выхода этой белой книги было выбрано очень точно, чтобы свести критику к минимуму: после погромов Хрустальной ночи преследования евреев на оккупированных нацистами территориях резко возросли. Критики со стороны США можно было не бояться, поскольку законопроект Вагнера – Роджерс о помощи еврейским детям был благополучно похоронен в комитетах Конгресса.
В тот же месяц из Гамбурга в Кубу вышло судно с еврейскими беженцами, а Куба отменила законно полученные визы, так что назревал серьёзный скандал.
Всё это должно было отвлечь внимание от британского демарша и исключить возможность критики со стороны американцев.
Борьба с «нелегальным» проникновением в Палестину шла полным ходом.
Министр по делам колоний Малкольм Макдональд объявил, что защитой берегов Палестины от несчастных жертв Гитлера будет заниматься «эскадра эсминцев» при поддержке пяти катеров. Тех, кому удалось спастись от немецких военных кораблей, встречали четыре корабля Королевского флота Его Величества: «Хироу» (флагман), «Хэйвок», «Хенвард» и «Хотспер». Это были самые современные, самые быстроходные британские корабли, спущенные на воду лишь два года до того.
В войне с беженцами участвовал и британский эсминец, «Айвенго»...
Лондонские интриганы не шутили: корабли получили приказ открывать огонь «по любому кораблю, который подозревался в перевозке нелегальных иммигрантов и не реагировал на предупреждения».
И они открывали.
В первый же день Второй мировой войны, когда немцы подвергли бомбардировке Варшаву и дюжину других польских городов, британский корабль «Лорна» открыл огонь по утлому судёнышку «Тайгер хилл» с 1417 беженцами на борту. Эти люди, которым удалось спастись от нацистских варваров, направлялись к берегам Палестины. Конечно, они просто не могли исполнить приказ вернуться в руки палачей. Схватка между «Лорной» и «Тайгер хилл» закончилась блестящей победой королевского флота. Среди убитых были доктор Роберт Шнейдер, молодой врач из Чехословакии, лишённый немцами имущества и человеческого достоинства, а также Цви Биндер, юный поляк, всю жизнь мечтавший обосноваться в Обетованной земле...
Первые два человека, убитые британцами во Второй мировой, были не немцами, а еврейскими беженцами.
В Великобритании принято, что король не занимается политикой, однако в этой всемирной охоте на евреев он всё же решил высказать своё веское слово... он потребовал принять самые жёсткие меры, чтобы не дать жертвам скрыться от своих палачей.
В феврале 1939 года, через три месяца после ужасов Хрустальной ночи, открывшей миру глаза на ужасы нацизма, личный секретарь короля Георга VI сообщил министру иностранных дел:
«Король узнал… что некоторое число еврейских беженцев из разных стран тайком пробирались в Палестину, и он рад думать, что предприняты шаги с целью не позволить этим людям покинуть страны своего происхождения».
Впрочем, далеко не все жители Туманного Альбиона разделяли политику обречения «этих людей» на смерть в «странах своего происхождения». Многие англичане смело выступали против этой линии, в том числе в стенах Палаты общин.
20 июля 1939 года там состоялись дебаты по проблеме палестинской политики и министр по делам колоний защищал политику правительства, утверждая, что она в интересах страны и полностью оправдывает любые, даже самые жестокие меры. Его поддержали более консервативные члены парламента...
А вот что сказал капитан Виктор Казалет:
«Если кто-либо по этим условиям отвернётся от этих людей, он не достоин называться ни британцем, ни христианином».
Даф Купер, позже ставший министром информации в правительстве Черчилля, выступил в поддержку полномасштабной иммиграции в Палестину и неукоснительного выполнения условий мандата:
«Мы должны понять, что наша политика в первую и главную очередь состоит в том, чтобы сделать Палестину настоящим домом для евреев… До появления в истории этих островов, за тысячу лет до рождения пророка Мохаммеда, уже изгнанный еврей сидел у вавилонской реки и пел: "Если я забуду тебя, о Иерусалим, да забудет моя правая рука свое искусство"».
... сэр Д. Хаслам сказал:
«Евреи считают Палестину своей родной землей, вне зависимости от того, родились они в ней или нет. Миллионы из них, кто вообще никогда не был в Палестине, считают эту страну своим домом, точно так же как миллионы представителей британской нации, никогда не бывавшие в этой стране, считают её своим домом…
Насколько я помню, Палестина всегда была известна как Обетованная земля. Обетованная кому? Она была обетована евреям Всемогущим Господом Богом. Это обещание повторяется в почти каждой книге Ветхого завета и во многих книгах Нового завета».
Но правительство снова прибегло к аргументу о безопасности, что якобы с беженцами страну наводнят вражеские агенты...
Тем временем ситуация на континенте стремительно ухудшалась. Погромы начались даже в странах, которые Германия ещё не оккупировала, но где уже чувствовалось её влияние.
После погромов в Румынии румынских евреев охватила такая паника, что перестаёшь удивляться, почему утлое полусгнившее суденышко «Струма» внезапно нашло такое количество пассажиров. Евреи неистово искали любой корабль, который мог бы доставить их из Румынии в то единственное место в мире, которое станет их новым домом, где их встретят друзья.
Но найти корабль никак не удавалось. Богатая сельхозпродукцией Румыния обязалась регулярно поставлять в Германию большие партии скота и пшеницы. На эти поставки был отведён практически весь имеющийся флот, который ходил вверх по Дунаю. В дунайском доке осталось только одно маленькое, старое и утлое суденышко под названием «Македония». Оно было в настолько плохом состоянии, что немцы не рисковали перевозить на нем скот.
Евреям удалось завладеть этим судном и зарегистрировать его под флагом Панамы, при этом его переименовали в «Струму». По официальным данным длина судна составляла 17,06 метра;
Кажется невероятным, но на этом корабле удалось разместить 767 человек. Ещё более невероятно то, что 16 декабря 1941 года, после четырех дней пути, ему удалось достичь Стамбула.
На этом возможности судна были полностью исчерпаны: турки не разрешили пассажирам «Струмы» сойти на берег. Между тем было очевидно, что это жалкое подобие корабля уже не было способно отправиться куда-либо. Турецкие инженеры обследовали двигатель и констатировали, что он не подлежит ремонту. Еврейское агентство предложило свои услуги по транспортировке при условии получения разрешения на въезд в любую страну, не оккупированную немцами.
Англичане отказались впустить беженцев в Палестину, хотя британское посольство в Анкаре благодаря разведданным прекрасно знало об ужасающих условиях на борту «Струмы», где люди могли только стоять, где был один туалет и одна маленькая кухня... но все попытки решить проблему в Лондоне и в британском посольстве в Турции не увенчались успехом. Через одиннадцать дней после прибытия корабля англичане сообщили турецкому Министерству иностранных дел о своем окончательном решении:
«Правительство Его Величества не видит причин, препятствующим турецкому правительству отправить "Струму" обратно в Чёрное море, если оно сочтет это необходимым »...
К 9 февраля «Струма» находилась в стамбульском порту уже шесть недель, турецкое правительство сообщило британскому посольству, что если ситуация не будет решена до 16 февраля, судно отправят обратно, а поскольку двигатель вышел из строя, это означало, что корабль просто отбуксируют в открытое море... ... что и было сделано 23 февраля: «Струме» отбуксировали на восемь километров от берега в Чёрное море, где и оставили беспомощно дрейфовать по волнам.
На следующее утро произошёл взрыв, и этот плавающий гроб (иначе его и не назвать) разлетелся на мелкие осколки...
Из всех пассажиров «Струмы» выжил только один, опытный пловец; остальных ледяные воды поглотили менее чем за полчаса.
765 человек были убиты – не только немцами, но также британскими министерствами и Верховным комиссаром Палестины !!!
В том же духе действовала Британия вплоть до момента, когда действия еврейских повстанцев вынудило их отказаться от мандата на Палестину и покинуть её: беженцев возвращали, помещали в лагеря в Африке и на Кипре.
Вернулись они в Израиль лишь после провозглашения независимости страны.
Но это уже другая история...
Уильям Перл
|
| |
|
|
| Щелкопёр | Дата: Четверг, 03.11.2022, 09:50 | Сообщение # 475 |
|
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 339
Статус: Offline
| через полтора месяца исполнится 13 лет со дня написания этой изумительной статьи, показывающей всю глубину падения подлецов и предателей, что бесконечной чередой тянутся к властным креслам ради одного - НАЖИВЫ, за счёт страны, за счёт нас с вами...
читайте и убедитесь, что не изменилось ровным счётом НИ-ЧЕ-ГО!
даже несколько хуже стала ситуация в связи с общим ухудшением положения в мире...
https://berkovich-zametki.com/Forum2/viewtopic.php?f=6&t=1181
|
| |
|
|
| Златалина | Дата: Четверг, 17.11.2022, 06:35 | Сообщение # 476 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 318
Статус: Offline
| оказывается это профашистское ничтожество возомнившее невесть что о себе, но имеющее мозгов меньше, чем у амёбы (если у той вообще они есть) да-а-а-а-вно планировало все и повсюду захваты, а ЕС "молчало в тряпочку"...
Что стоит за нападением России на Украину?
Чтобы ответить на этот вопрос, надо задать ещё один: почему Россия обладает такой властью на мировой арене?..
Хотя территория и население России значительны, экономика её меньше, чем, к примеру, Южной Кореи, население которой в 3 раза меньше, а территория составляет всего 0,58% российской...
Россия доминирует, потому что она является вторым по величине производителем нефти в мире и крупнейшим поставщиком природного газа, что делает её ведущим экспортером этого важнейшего продукта.
Недавние санкции, введенные ЕС и США, не распространяются на экспорт российской нефти и природного газа, потому что в последние годы ЕС получал почти 40% газа и более четверти нефти из России.
В США 8% импорта нефти и нефтепродуктов приходится на Россию.
КОРОЧЕ говоря, российская экономика построена на экспорте нефти и природного газа, совокупный доход от продажи которых составляет до 36% от общего бюджета страны.
Это и делает Россию «нефтяным» государством, очень похожим на Саудовскую Аравию и Ливию, где богатство и власть сосредоточены в руках верхушки. В настоящее время Россия является единственным «нефтяным» государством в Европе...
Но вот на сцену и выходит Украина, где в 2012 г. было обнаружено, что в экономической зоне Украины на Чёрном море имеются запасы природного газа объёмом около 2 трлн кубометров, которые могли сделать Украину реальным конкурентом России.
Наибольшая концентрация этих месторождений находится вокруг Крымского полуострова. Дополнительно к этому развитие новых технологий в начале 2010-х гг. позволило осуществлять успешное бурение скважин на нефть и природный газ из сланцевых пород. Украина имеет несколько таких мест со сланцевыми горными породами на востоке страны в районе Донбасса и на западе в районе Карпатских гор.
Использование этой сокровищницы могло бы означать полную трансформацию украинской экономики. Однако Украина не имела ни технологий, ни финансов для создания необходимой инфраструктуры.
Чтобы начать создавать эту инфраструктуру, Украина начала выдавать лицензии на бурение американским компаниям Shell и Exxon, что позволило бы ей в течение нескольких лет стать вторым по величине экспортером нефти и природного газа в Европе.
При этом ей не нужно было бы строить сложные трубопроводы, чтобы продавать эти ресурсы Европейскому Союзу, как это пришлось делать России.
Учитывая эти обстоятельства, стало очевидным, что путь Украины к вступлению в Европейский союз, а затем и в НАТО, может быть гарантирован.
В 2012 г., президентом Украины был В. Янукович, пророссийский лидер, который шёл в ногу с интересами Москвы и открытие новых месторождений нефти и газа в Украине напрямую не угрожало интересам России.
Это было продемонстрировано в ноябре 2013 г., когда Янукович внезапно заключил сделку с Россией и отклонил давно обсуждаемое торговое соглашение с ЕС. Россия согласилась инвестировать $15 млрд в государственный долг Украины и снизить на треть международную цену на газ, который Украина покупает у России...
Решение Януковича было предательством по отношению к гражданам Украины, которые хотели иметь более тесные связи с Европой и проголосовали за него с учетом его предвыборных обещаний.
Начались протесты, которые привели к тому, что десятки тысяч граждан собирались на киевском Майдане и у здания украинского парламента. По мере того, как число протестующих росло, украинские силовики становились все более жестокими по отношению к протестующим.
К середине февраля 2014 г., после почти трёх месяцев протестов миллионов граждан Украины, демонстрации вылились в кровавые столкновения с полицией. Погибло много людей и многие тысячи получили ранения.
Когда обстановка стала ещё более взрывоопасной, Янукович бежал в Россию и 22 февраля 2014 г. его правительство пало.
Эти события позже были названы Революцией Достоинства и изменили всю политику Москвы.
Не имея больше возможности тайно сотрудничать с марионеточным правительством Украины, Путин через несколько дней после бегства Януковича перешёл в наступление, начав с аннексии Крымского полуострова, заявив при этом что он защищает этнических русских, проживающих на этой территории.
В результате Россия взяла контроль над двумя третями побережья Чёрного моря, т.е. подавляющей части морской экономической зоны Украины.
Почему это имеет значение?
Добившись такого контроля, Путин практически отнял у Украины примерно 80% недавно открытых запасов нефти и газа, захватив буровое оборудование и другую инфраструктуру на миллиарды долларов. Этот шаг полностью подорвал способность Украины бросить вызов России в экспорте нефти и газа.
После этого Путин фактически спонсировал длительный, затяжной конфликт в Донбассе, т.е. в том районе, где были обнаружены сланцевые породы.
В результате продолжающегося конфликта и Shell, и Exxon отказались от своего контракта с Украиной на добычу полезных ископаемых в этих районах. Это лишило Украину возможности самостоятельно добывать эти ресурсы.
Благодаря этому стратегическому грабежу Россия обеспечила себе положение, которого она желала с момента распада Союза.
Теперь не только недавно обнаруженные запасы нефти и газа принадлежали России, но и стратегический портовый город Севастополь - один из немногих незамерзающих портов, которые российский военно-морской флот может использовать как базу для операций в Черном и Средиземном морях.
Все это подводит нас к сегодняшнему дню и к тому, почему Путин решил вторгнуться в Украину.
В течение нескольких лет президент Украины Зеленский давал обещание вернуть Крым своему народу. 23 августа 2021 г. в Киеве прошёл учредительный саммит «Крымской платформы», в котором приняли участие высшие должностные лица из 46 стран, включая США.
Зеленский обратился к своим коллегам со страстной речью. «Оккупация Крыма ставит под сомнение эффективность всей системы международной безопасности», – сказал он. «Без восстановления доверия к ней ни одно государство не может быть уверено в том, что оно не станет следующей жертвой оккупации».
По итогам саммита была принята совместная резолюция, осуждающая аннексию Крыма и нарушение прав человека на полуострове, а также его «милитаризацию» Москвой.
В ней подчёркивалась необходимость «возвращения Украине» Крымского полуострова – «Участники приветствуют необходимые совместные дипломатические усилия, направленные на восстановление территориальной целостности Украины».
Если Крым будет возвращен Украине, то она, несомненно, вступит в НАТО, чтобы гарантировать, что больше никаких «аннексий» не произойдет, Россия потеряет свой стратегический военный порт Севастополь и окажется в совершенно ином положении в отношении своих основных ресурсов нефти и газа, что резко изменит её доминирующее положение на мировой арене.
С точки зрения российского пахана, эскалация конфликта, бомбардировки городов и деревень по всей Украине, которые он называет «специальными операциями», были единственным способом, которым он мог решить эту ситуацию раз и навсегда...
С точки зрения Украины, потеря богатого ресурсами Крыма и восточных территорий обрекает её на бесперспективное будущее с прямой зависимостью от России.
И как очень верно сказал Зеленский, «Наша правда заключается в том, что это наша земля, это наша страна, наши дети, и мы собираемся защищать всё это.».
Автор Juliette D. Marquis (Юлия Дудник) Перевод Эльзы Герштейн
Сообщение отредактировал Златалина - Четверг, 17.11.2022, 06:37 |
| |
|
|
| Kiwa | Дата: Среда, 21.12.2022, 18:02 | Сообщение # 477 |
|
настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| УРОДЫ !!! такими и остались, что видит весь мир сегодня!..
Легенда «Красной капеллы»
Всю войну он сдавал Москве планы немцев. И даже попав в плен, смог завербовать одного из главных нацистов. На родине заслуг разведчика Анатолия Гуревича не оценили – тут же отправили в лагеря...
В иллюминаторе военного самолёта показалась Москва. Разведчик Анатолий Гуревич не был в родном городе восемь лет – и уже представлял, как пройдётся по знакомым улочкам, заглянет к друзьям и прямо завтра начнёт обустраивать быт. Ему хотелось как можно скорее перевезти из Франции любимую Маргарет и их годовалого сына Мишеля.
Однако на аэродроме вместо коллег из Главного разведывательного управления его встретили сотрудники НКВД – попросили проехать с ними на Лубянку. Там повели не к главному входу, а куда-то вглубь. «Приём арестованных», – прочитал Гуревич. И услышал команду: «Руки назад! Идите вперед!»
Первый допрос проводил начальник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» генерал Виктор Абакумов. Гуревич был абсолютно спокоен: обвинить его, передавшего в Москву за годы войны десятки самых засекреченных гитлеровских планов, было не в чём.
День за днём он рассказывал менявшимся следователям одно и то же: где вырос, как пришёл в разведку, над чем работал под прикрытием в годы войны.
Много лет спустя выяснится, что эти протоколы просто пылились в личном архиве расстрелянного впоследствии Абакумова.
На суде их никто не читал – да и суда-то не было. По крайней мере, Гуревич на нём не присутствовал. Решение «Особого совещания» МГБ СССР Гуревичу озвучили прямо в камере – 20 лет лагерей за измену Родине. Но приговор тут же отошёл на второй план, так как следователь передал и другие новости: его Маргарет и их сын Мишель погибли во время американских бомбардировок в последние дни войны...
С Маргарет Зинер он познакомился, как только приехал в Брюссель в 1938 году. Предстал он перед ней – и её родителями, еврейскими предпринимателями из Чехии, как уругвайский подданный Винсенте Сьерра, занятый в Европе делами преуспевающей семейной фирмы. Глава семейства был рад новому знакомству – как и его интересу к Маргарет. Он не стал противиться решению Маргарет остаться с Винсенте в Бельгии, несмотря на угрозу нацистской оккупации. Мало того, эмигрируя с женой в США, он оставил Винсенте все свои деловые связи – это позволило тут же открыть фирму по оптовым поставкам самых разных товаров: от строительных материалов до бытовых принадлежностей.
В Центре такой роман одобрили.
Днём Гуревич вёл дела фирмы, вечером принимал высоких гостей на их с Маргарет вилле.
Ну, а по ночам доставал из тайника передатчик и ловил позывные Москвы, передавая выисканную информацию. Навыки конспирации он освоил ещё в детстве: квартира его отца, харьковского фармацевта, до революции была местом встреч коммунистов-подпольщиков. После революции и Гражданской войны Анатолий переехал с родителями в Петроград. Окончив школу, поступил работать разметчиком на завод, параллельно отучившись в институте железнодорожного транспорта.
В 1934-м его привлекли к составлению мобилизационного плана района, допустив к ряду «совершенно секретных» материалов, а вскоре предложили углубить знания в институте «Интурист», готовившем «специалистов для работы с иностранцами».
Там Гуревич выучил французский и немецкий языки.
Едва узнав про гражданскую войну в Испании, он сам организовал группу по изучению испанского языка. А вскоре отправился туда переводчиком-добровольцем: попал на подводную лодку, познакомился с рядом высокопоставленных военных – и по возвращении в Москву стал нелегальным сотрудником ГРУ Генштаба Красной армии под псевдонимом «Кент».
Наконец, после спецподготовки, а также смены нескольких паспортов и стран, 26-летний Гуревич легализовался в Бельгии под фамилией уругвайского бизнесмена Винсенте Сьерра.
В Брюсселе он снял квартиру в роскошном доме, стал слушателем элитного учебного заведения, где совершенствовал иностранные языки среди «таких же» отпрысков богатых родителей...
Знакомство с Маргарет вывело его на новый уровень.
Доходы от фирмы, открытой с помощью её отца, позволяли не только вести светскую жизнь, но и содержать немалую часть советской разведсети в Европе, которую уже несколько лет активно налаживал другой советский шпион – Леопольд Треппер, или «Отто».
Но в какой-то момент Отто пришлось покинуть Брюссель. Во-первых, у него был канадский паспорт, а Канада одной из первых вступила в войну в альянсе с Британией. Во-вторых, Треппер не скрывал в Бельгии своего еврейства.
Вот почему накануне нацистской оккупации он отправился в Париж.
Координировать взаимодействие ранее созданной им сети в Бельгии, Голландии, Швейцарии и других европейских странах он поручил Гуревичу.
Так за Гуревичем закрепилось ещё одно прозвище – «маленький шеф».
Постепенно, внедрившись в высшие круги Бельгии, Гуревич через свою фирму стал сотрудничать с нацистами. Поступавшие ему заказы давали возможность получать информацию о планах развития военных действий.
Так, однажды его попросили поставить специальные ткани, в одежде из которых комфортно переносилась бы высокая температура. Несколько наводящих вопросов – и вот в Москву уже пошла шифровка о скором открытии фронта в Африке...
В другой раз Гуревичу поступил заказ на полтора миллиона алюминиевых ложек. «Я как бизнесмен удивился количеству изделий из такого малоценного металла. Ответ поверг меня в шок: “Готовится война против Советского Союза, возможно, будет необходимо организовать лагеря для военнопленных – эти ложки для них”.
Разумеется, все эти данные я срочно передал в Москву. Это было ещё до Зорге...» – вспоминал Гуревич.
А в 1942 году Кент сообщил в Москву, что гитлеровское командование, отказавшись от идеи повторного удара по столице, решило направить войска на Кавказ.
За эту информацию, позволившую Красной армии срочно перегруппировать войска и отразить удар противника, Кента благодарил лично Сталин...
Кроме того, в Москву регулярно шли данные о потерях германской авиации и возможностях немецких предприятий по выпуску самолётов.
О высадке немецких парашютистов под Ленинградом и возможном использовании фашистами химического оружия против СССР.
О захвате немцами ключа к советским шифрам в городе Петсаме и раскрытии немецкой контрразведкой английской агентуры на Балканах. И много о чём ещё.
Поток радиограмм в Москву серьёзно беспокоил германское руководство и по распоряжению Гитлера была создана специальная зондеркоманда «Красная капелла», которой предписывалось в кратчайшие сроки ликвидировать советскую резидентуру и антифашистов.
Позднее в литературе это название закрепится и за самими антифашистами, хотя официально никакой советской «Красной капеллы» никогда не существовало.
Каждая из резидентур имела собственную связь с Директором – так в шифрограммах именовался Центр в Москве. Все они были автономны, на связь друг с другом выходили только по прямому указанию Москвы и в исключительных случаях. Но контакты друг друга имели. Да и шифр у всех был единым.
Вот почему первый же провал вызвал эффект домино.
И произошло это как раз с резидентурой в Бельгии.
О причинах провала, случившегося 12 декабря 1941 года и погубившего треть всей разведсети, спорят до сих пор.
В тот день Треппер приехал из Парижа, о чём не поставил в известность Гуревича.
Без его ведома он собрал разведчиков на конспиративной вилле – начал радиосеанс с Москвой и вёл он его больше пяти часов.
Считается, что немцам повезло: проверяя город, они случайно остановились на улице, где располагалась конспиративная вилла, и быстро вычислили источник сигнала. И какой был улов – не один, а сразу целая группа агентов. Все они были задержаны...
Самому Гуревичу удалось избежать ареста. И он тут же уехал в Париж. А спустя несколько дней перебрался с Маргарет в Марсель. Там он начал создавать новую сеть, но гестапо и французские спецслужбы уже шли по следу.
В ноябре 1942 года его и Маргарет арестовали.
Первый же допрос вели начальник парижского гестапо и шеф зондеркоманды «Красная капелла» Хайнц Паннвиц – они знали, что за птица попала в их сети.
Через несколько недель Гуревичу, который отказывался в чём-то признаваться, показали телеграммы, которые шли в Москву от его имени.
Как оказалось, немцы схватили и Треппера – и тот согласился на навязанную нацистами радиоигру с ГРУ. Суть была в том, чтобы обмениваться шифровками как ни в чём не бывало – будто и не было никакого ареста.
Скрывать после этого свою принадлежность к советской разведке не было смысла, отказ от допросов означал не только его расстрел, но и смерть Маргарет, которая к тому моменту была беременна.
Гуревич начал «сотрудничать» с гестапо.
Сохранились стенограммы всех допросов. В итоге разведчик не сказал ничего, что не знали бы фашисты до его ареста, не сдал ни одного известного ему человека.
Мало того, переданные им в Центр через нацистов шифровки, в каждой из которых содержалось указание на то, что он находится в неволе, не повлекли ни одной потери ни в резидентуре, ни на фронте.
А в какой-то момент Гуревич и вовсе завербовал своего главного врага – нациста Хайнца Паннвица.
Расслышав в его речах сомнения в победе Гитлера, Гуревич предложил ему безопасность после войны – в обмен на сотрудничество с советской разведкой.
В итоге в последний год своего заключения Гуревич передавал в Центр только достоверную информацию из Генштаба вермахта, которую ему поставлял Паннвиц.
Всё это изложено в «Заключении по уголовному делу Гуревича А.М.», подписанном заместителем генерального прокурора СССР – главным военным прокурором генерал-лейтенантом юстиции Александром Катусевым 22 июля 1991 года.
До этого дня Гуревич считался врагом и предателем, хотя был амнистирован ещё в 1955-м...
Тогда, в 50-х, он сразу же попробовал восстановить доброе имя. Но первое же письмо с просьбой о реабилитации в 1958-м закончилось новым арестом – Гуревичу сообщили, что его амнистировали ошибочно.
И попытались инкриминировать участие в фашистских карательных действиях – условно-досрочно его освободили в 1960-м.
Добиваться справедливости Гуревич больше не пытался, а честное имя государство вернуло ему лишь летом 1991-го.
Как только весть об этом облетела советскую прессу, в квартире Гуревича раздался международный телефонный звонок. Мужской голос по-французски попросил к телефону господина Гуревича.
«Я сказал, что это я, – рассказывал сам Гуревич. – И услышал: “Папа, наконец-то я нашёл тебя!”
Это был мой и Маргарет сын Мишель, живущий в Испании. Маргарет, оказывается, выжила и до своей смерти в 1985 году искала меня, обращаясь во все советские посольства. Я обрёл сына 45 лет спустя».
Судьба отвела им ещё 18 лет общения...
Анатолий Маркович скончался в 2009 году. Он часто бывал в Испании, Мишель предлагал ему остаться, но Гуревич наотрез отказывался уезжать из России. Возможно, он рассчитывал на признание его заслуг родиной. Но этого не произошло.
Да, ему восстановили воинский стаж, предоставили льготы как участнику войны, но на этом всё. В семейном архиве Гуревича не осталось ни одной награды или благодарственного письма.
Алексей Викторов
Сообщение отредактировал Kiwa - Среда, 21.12.2022, 18:03 |
| |
|
|
| Рыжик | Дата: Вторник, 03.01.2023, 09:16 | Сообщение # 478 |
|
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 322
Статус: Offline
|
КРУАССАН - СИМВОЛ ПОБЕДЫ И ОТМЩЕНИЯ
Когда утром вы пьёте кофе и намазываете вареньем свой круассан, вспомните, что это не просто булочка из слоёного теста — это часть европейской истории, символ стойкого сопротивления жителей осаждённой турками Вены!
Битва 11 сентября 1683 года под Веной стала переломным моментом в трёхсотлетней войне государств Центральной Европы против Османской империи.
А помогли жителям Вены, которые ждали прихода войска польского короля Яна Собеского, обычные пекари. Они рано просыпаются, когда ещё все спят, и в городе тихо.
И вот как-то утром работники одной маленькой пекарни услышали стук лопат и кирок под крепостной стеной...
Они поняли, что турки делают подкоп и бросились звать солдат. Попытка турок прорваться была сорвана, а через несколько дней подошли польско-австрийско-германские войска и разгромили армию визиря Кары-Мустафы.
В честь этого события венский пекарь Питер Вендлер испёк булочки в виде мусульманского полумесяца, чтобы каждый смог поучаствовать в общей победе спасшейся от турок Вены — съел булку-полумесяц и ты победитель!
Эта история настолько известна у мусульман, что, например, летом 2013 года сирийские оппозиционеры в Алеппо особым приказом запретили выпекать круассаны, как напоминание о поражении единоверцев под Веной.
Об этом тогда даже написал журнал Time...
Так что имейте в виду, когда покупаете круассаны или рогалики — это символ победы над захватчиками!
Сообщение отредактировал Рыжик - Вторник, 03.01.2023, 09:17 |
| |
|
|
| papyura | Дата: Четверг, 05.01.2023, 08:16 | Сообщение # 479 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| 
Наверное, одним из самых простых и в то же время эффективных оборонительных заграждений во время Второй мировой войны стал противотанковый «ёж», его ещё называют «звёздочками Гориккера». В довоенные годы Михаил Львович Гориккер возглавлял Московское танкотехническое училище. Когда началась война, его назначили ответственным за оборону города.
Михаил Львович Гориккер родился 13 января 1895 года в городе Бериславе Херсонской губернии. Став подростком он обучался на слесаря-кузнеца, позже дорос до мастера кузнечного цеха. В 1915 году был зачислен рядовым в армию и участвовал в боях во время Первой мировой войны. Воевал отчаянно и отважно, за что был дважды удостоен награды Георгиевским крестом. В 1917 году был ранен. После выздоровления вступил в ряды Красной Армии. Прошёл всю Гражданскую войну.
В 1919 году стал курсантом, позже был комиссаром полевых госпиталей Юго-Западного фронта, потом комиссаром курсов тяжёлой артиллерии, затем комиссаром пехотных командных курсов и после их окончания был назначен главным инспектором Политуправления РККА по военно-учебным заведениям.
В 1929 году Михаил Львович поступил в военную академию моторизации и механизации.
Даже в те революционные времена это было неслыханно, чтобы начальник над военными академиями сел за парту вместе со всеми в качестве совершенно обычного ученика! Горрикер окончил академию с отличием, получил звание военного инженера и служил в мотовойсках РККА...
За три года до начала войны Московское танковое техническое училище было переведено в город Киев. В 1940 году начальник училища Михаил Львович Горрикер оказался в числе самых первых советских генералов, которым сразу было присвоено это новое звание.
Ещё до начала войны Михаил Львович был озабочен созданием эффективной конструкции для защиты от танкового наступления. Когда же война началась, он сутками пропадал на работе и даже приходя очень поздним вечером домой, за ужином, он продолжал о чём-то размышлять, постоянно пытаясь делать какие-то странные поделки из спичек, клея, пластилина. Потом он брал игрушечные машинки сына и... играл.
Сын недоумевал, глядя на всё это и не понимал зачем это отцу?..
Спустя какое-то время Михаил Львович пришёл домой необычно рано и прямо с порога радостно и гордо провозгласил: «Два танка запороли!» Сказать, что домашние удивились — это ничего не сказать: Горрикер дорожил каждой машиной, опекал и берёг как зеницу ока и тут вдруг радуется, что испортил целых две???
Оказалось, что уже в начале июля 1941 года Госкомиссия провела испытания инженерного сооружения Горрикера, которое должно было остановить танки. Всё прошло отлично.
А конструкция оборонительного заграждения оказалась весьма простой — это были куски обычных рельс, сваренные в форме буквы «Ж».
Изобретение получило имя своего создателя, а в народе эти танковые препятствия прозвали сходу «ежами».
Вся хитрость этой элементарной идеи заключалась в правильной расстановке «звёздочек». Нужно было их располагать в шахматном порядке в два-три ряда. Расстояние между конструкциями должно было равняться примерно двум третям ширины танка...
Дело происходило следующим образом: первый «ёжик» при наезде на него переворачивался и упирался танку в днище. Второй поднимал машину на дыбы и она не могла больше двинуться ни вперед, ни назад. Для исторического сражения под Москвой было изготовлено около сорока тысяч противотанковых «ежей».
Именно эта простейшая металлическая конструкция в сочетании с проявленным героизмом советских солдат, остановила почти все фашистские танки.
За годы Великой Отечественной войны в Советском Союзе было изготовлено чуть больше двух миллионов «звёздочек» Горрикера. Этими препятствиями ощетинились впоследствии все советские города.
Мало кто знает, что немцы едва завидев «ёжиков» сразу отказывались от танкового наступления.
В первые же годы войны они стали вывозить эти заграждения в Германию.
Солдаты вспоминали потом, каково было их удивление, когда при штурме Берлина, они узрели те самые горриковские «звёзды» на подступах к столице Рейха...
Во время войны, конечно, было не до патентов и наград. Имя генерал-майора Горрикера как-то подзабылось. Кстати, за своё изобретение Михаил Львович был отмечен вручением фотоаппарата марки ФЭД.
Со временем противотанковые «ежи» стали считать народным изобретением. Сам изобретатель сначала работал начальником Рязанского, а затем Орджоникидзевского военно-автомобильных училищ, а в начале 1950-х годов ушёл в отставку по состоянию здоровья.
Скончался генерал-майор Горрикер в 1955 году.
Интересно, что когда на похороны героя Министерство обороны предоставило автобусы для желающих проводить его в последний путь, машины не вместили и половины.
Пришло очень много людей, по большей части старичков и старушек. Оказалось, что Михаил Львович был не только храбрым солдатом и гениальным военным инженером, но и очень хорошим и доброй души человеком.
Большинству соседей и просто знакомых он помогал всем чем только мог. Горрикер доставал дефицитные лекарства, делился чем мог подчас с совершенно незнакомыми ему людьми. Они называли грозного генерала очень - нежно «сыночек».
|
| |
|
|
| smiles | Дата: Четверг, 02.02.2023, 13:57 | Сообщение # 480 |
 добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 261
Статус: Offline
|
Истории, поучительность которых только возросла за прошедшее десятилетие.
История, рассказанная Моше Фейглиным.
(Диспут между Моше Фейглиным и Фейсалом Хусейни цитируется с некоторыми сокращениями)
Вначале ведущий диспута предпринял попытку организовать дружеское рукопожатие Фейсала Хусейни и Моше Фейглина, но Моше отказался, заявив, что не пожмёт руку своему потенциальному убийце (что, несомненно, сильно уронило его в глазах присутствующих, большинство из которых были «левыми»).
После этого ведущий предложил обеим сторонам ответить на свой вопрос.
Когда подошла очередь Моше, он сказал: «У нас есть нечто общее, мы оба – верующие люди, верно?» После того, как Хусейни кивнул, Моше вытащил из сумки Коран и спросил: «Это твоя священная книга?»
Хусейни вновь кивнул, но Моше не удовлетворился этим и добился, чтобы тот подтвердил громким голосом, что это его святая книга.
После чего Моше вынул из сумки ТАНАХ и сказал: «А это – книга, которая свята для меня. Все согласны?»
Когда все подтвердили своё согласие, он сказал Хуссейни: «В моей святой книге Иерусалим упоминается сотни раз под своим именем и ещё сотни раз – под образными наименованиями, – тут он привёл целую серию примеров из текста. – Все согласны?»
Когда все согласились, Моше продолжил: А сейчас ты покажи мне хоть одно место, где упоминается Иерусалим в твоей святой книге!»
Бедный Хуссейни, казалось, проглотил язык. После нескольких секунд гробовой тишины по залу прокатилась волна аплодисментов…
Хотя было очевидно, что диспут закончился, интервьюер задал для приличия один или два вопроса, чтобы смягчить впечатление; однако всем было ясно, что Моше отправил противника в нокаут.
История, рассказанная Амрамом Меири, завхозом из Офры.
Когда в Офре асфальтировали патрульную трассу, Амрам следил за работами. И вот подходит к нему феллах и спрашивает: «У кого вы получили разрешение тут асфальтировать?» Тот ответил: «Скажи сам». Феллах говорит: «От Арафата?» «Нет!
– «Так от кого?»
– «Спроси своего отца, что написано в Коране?» – ответил Амрам.
Через несколько дней они встретились вновь в тех местах. Амрам спросил: «Ну что, ты спрашивал у отца, что написано в Коране?»
Тот ответил: «Мой отец не знает Корана. Я спросил деревенского муллу. И он сказал, что еврей прав. Действительно, в Коране написано, что евреи вернутся в Эрец Исраэль, и она будет принадлежать им».
Тогда этот феллах спросил муллу: «Если так, то за что же мы воюем?»
Тот стал ему излагать некую заумную теорию: дескать, хотя евреи вернутся в Эрец Исраэль, и она будут принадлежать им, наш арабский долг им в этом мешать.
История, рассказанная Эфи Эйтамом.
Через некоторое время после своего увольнения из армии Эфи Эйтам был приглашён в Офру. *)см. ссылку в конце этой истории
Он рассказал, как однажды его отправили на курсы повышения квалификации в Соединённые Штаты. В процессе обучения ему был предоставлен отпуск на несколько дней в отдалённой области США, где нет никаких опасных животных, кроме медведя гризли.
Он спросил инструктора: «Что делать, если я наткнусь на медведя?» Тот ответил: «Стой ровно, выпрямившись, и говори: «Это моё место, медведь! Иди прочь!»
И вот на второй день его отдыха, когда он безмятежно удил рыбу… из леса вышел громадный гризли.
«Ладно, – сказал себе Эфи Эйтам. – твоя карьера, брат, закончилась, читай «Шма, Исраэль».
Однако нужно до последней минуты быть дисциплинированным солдатом и выполнить распоряжение инструктора.
Он выпрямился и сказал громким голосом: «Это моё место, медведь! Иди прочь!» И – о, чудо! Медведь всхрапнул, развернулся и пошёл восвояси!
Через два дня, когда приехал инструктор забирать Эфи, тот спросил: «Скажи честно, что за секрет с медведем? Почему он повернулся и ушёл?» ... и сказал инструктор: «Когда ты распрямился и заговорил, он понял, что ты не животное, потому у него даже мысли не возникло тобой поживиться – вот он и ушёл».
*) Эфи Эйтам – генерал, имевший отличную воинскую репутацию; из-за того, что он был религиозным евреем, его долго не производили из полковника в генералы; он уволился из армии, ибо из-за своей религиозности не имел шансов продвинуться по службе выше командира бригады.
История, рассказанная профессором Иосифом Бен-Шломо.
В связи с Ословскими соглашениями в июне 1995 года была организована в Оксфорде тайная встреча между поселенцами и «палестинцами». Встречу организовал Иоси Альпер, в прошлом сотрудник «Моссада», а на тот момент он был директором «Центра Яффо» – института стратегических исследований при Тель-авивском университете.
«На этой встрече, – рассказывает профессор Бен-Шломо,– я представлял позицию еврейской стороны с точки зрения исторического и традиционного права еврейского народа на Эрец Исраэль.
Перед тем, как мы расстались, профессор-«палестинец» Зид Саява, представлявший арабскую сторону сказал мне что ни один до меня не приводил тех аргументов, которые привёл я. Израильтяне, сказал профессор, всегда имели обыкновение аргументировать свою позицию с точки зрения «это угрожает моей безопасности», но никогда не говорили «я теряю мою землю». (Взято из журнала «Натив».)
Конец поучительных историй
****************
После цитирования этих историй полезно резюмировать: в тот момент, когда мы встанем, выпрямимся и скажем: «Это – наше место! Идите прочь!», вся неразбериха закончится.
Все обсуждения и путаницы, которые свалились на нашу голову, посланы нам с одной целью – вынудить нас, наконец, на декларацию, предназначенную для тех кто, живя на территории Эрец Исраэль, претендует на неограниченное владение ею: «Это наше место, идите прочь!»
Для того чтобы мы, евреи, были способны на неё, нам необходимо самим быть неколебимо убеждёнными в своём праве на эту землю.
А право это вытекает ТОЛЬКО ИЗ ТОГО, что евреям Эрец Исраэль изначально дана непосредственно Творцом Вселенной, а не Лигой Наций, ООН или кем бы то ни было из земных организаций или временных земных властителей.
Ведь то, что дано земными инстанциями, ими же может быть взято обратно.
Но то, что дано Творцом, никто не вправе отнять. Но это – только при непременном условии: договор евреев с Творцом, носящий двусторонний характер, действует только тогда, когда мы, евреи, выполняем свои обязательства по этому договору.
Вместо того, чтобы заявить, что эта земля дана нами Всевышним и на этом прекратить обсуждение с кем бы то ни было, мы продолжаем толковать о второстепенных вещах. Например, о соображениях своей безопасности (которая их не интересует!), об источниках воды, находящихся на этой земле, о необходимом естественном развитии существующих там еврейских населённых пунктов, приводим подобные второстепенные соображения, не имеющие никакого отношения к главному и единственному доводу – к нашему изначально неоспоримому праву на эту землю.
Если эта земля принадлежит еврейскому народу, то этот аргумент необходим и достаточен для того, чтобы навсегда прекратить обсуждения на эту тему.
До тех пор, пока мы будем уклоняться от основного аргумента нашего права на землю Эрец Исраэль, наши позиции будут незащитимыми, а мы дойдём до того, что даже сами начнём чувствовать себя захватчиками своей же земли.
Будем и далее стесняться своего наследия, то вовсе его лишимся!
Такую позицию понимает даже медведь гризли...
Внутриполитическая обстановка в Израиле всё ещё не соответствует нашим подлинным интересам и, соответственно, задачам, возложенным на нас Всевышним. Но если сравнить сегодняшнюю ситуацию в Израиле с прежними годами, то нельзя не отметить, что она всё-таки существенно изменяется к лучшему.
Вспомним, что Израиль 1948 года и близких к нему годов начал, если не с точного копирования большевизма, то с формирования государства по несколько облегчённому опыту советского государства-уродца.
Мы начали с того же: с диктата партии (она же – профсоюзы), с устройства на работу и государственной медицинской помощи, которые обеспечивались только по «красной книжке» члена профсоюза, колхозы (т.е. кибуцы) создавались с разрушением семейных очагов и личных хозяйств…
К счастью, этот период стране удалось сравнительно быстро преодолеть, но ещё около 30 лет назад, пробившись, наконец, из советского рая в Израиль, я застал кое-где в кибуцах красные знамёна и даже… портреты великого Сталина, какие я видел в Китае в начале 1960-го года............
25 октября 2016 года Феликс-Азриэль Кочубиевский
Сообщение отредактировал smiles - Четверг, 02.02.2023, 13:58 |
| |
|
|
|
