Дата: Понедельник, 24.11.2025, 05:51 | Сообщение # 451
Группа: Гости
"Мой дед был старостой синагоги в Могилёве, где жили мои предки, и плохо говорил по-русски. Мой сын – религиозный еврей, уехавший в Израиль в далеком 87-м году. Все мои потомки – от сына три дочки, мои внучки, вышли за хасидов в Израиле. Правнучки и правнуки растут в религиозных семьях. Я же – абсолютно не религиозен..."
Жил я достаточно долго. Где я умру – неизвестно. Определение дома. Определение места.
Всё отыскать его силюсь я, Запечатлеть его в слове. Я родился на Васильевском, Мать и отец – в Могилёве.
Внучки родились в Израиле, Рядом с погибшим Содомом. Кто растолкует мне правильно, Что мне считать своим домом?
Гнал ураган меня галсами С яростью невыносимой. В спальный мешок забирался я, Пахнущий дымом и псиной.
Север пургой меня потчевал Над океаном бездонным. Кто объяснит мне доходчиво, Что мне считать своим домом?
Долго не ведал я, баловень, Истины в горьких облатках. Жил я подолгу на палубах Разных судов и в палатках.
Там, где для мыслей подобных Попросту не было времени. Определение дома. Определение племени.
Живший стихами и песнями, Был бы, возможно, всегда я Счастлив с подругою, если бы Не появлялась другая.
Таинство детского лепета, Блин, что останется комом. Кто объяснит мне бестрепетно, Что мне считать своим домом?
Предки, что газом удушены, В братской исчезли могиле. Дом мой, в блокаду разрушенный, Люди обжили другие.
Необратимо потеряно Всё, что с рожденья дано нам. Кто объяснит мне уверенно, Что мне считать своим домом?
Город ли жёлто-медовый, Этот заснеженный мыс ли? Определение дома. Определение смысла
Жизни, что теплится вроде бы, – Значит – не кончился порох. Определение Родины – Призрачной точки опоры.
Александр Городницкий- бард, просто академик иочень мудрый еврей
Дата: Пятница, 26.12.2025, 07:43 | Сообщение # 453
Группа: Гости
ПОЕЗД
Памяти С. М. Михоэлса
Ни гневом, ни порицаньем Давно уж мы не бряцаем: Здороваемся с подлецами, Раскланиваемся с полицаем. Не рвёмся ни в бой, ни в поиск — Всё праведно, всё душевно… Но помни: отходит поезд! Ты слышишь? Уходит поезд Сегодня и ежедневно.
Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй!
А мы балагурим, а мы куролесим, Нам недругов лесть, как вода из колодца! А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам — Колёса, колёса, колёса, колёса…
Такой у нас нрав спокойный, Что без никаких стараний Нам кажется путь окольный Кратчайшим из расстояний. Оплачен страховки полис, Готовит обед царевна… Но помни: отходит поезд, Ты слышишь?! Уходит поезд Сегодня и ежедневно.
Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй!
Мы пол отциклюем, мы шторки повесим, Чтоб нашему раю — ни краю, ни сноса. А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам — Колёса, колёса, колёса, колёса…
От скорости века в сонности Живём мы, в живых не значась… Непротивление совести — Удобнейшее из чудачеств! И только порой под сердцем Кольнёт тоскливо и гневно: Уходит наш поезд в Освенцим! Наш поезд уходит в Освенцим Сегодня и ежедневно!
Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй!
А как наши судьбы — как будто похожи: И на гору вместе, и вместе с откоса! Но вечно — по рельсам, по сердцу, по коже — Колёса, колёса, колёса, колёса!
Дата: Воскресенье, 15.02.2026, 15:24 | Сообщение # 456
Группа: Гости
Некрасивая девочка
Среди других играющих детей Она напоминает лягушонка. Заправлена в трусы худая рубашонка, Колечки рыжеватые кудрей Рассыпаны, рот длинен, зубки кривы, Черты лица остры и некрасивы. Двум мальчуганам, сверстникам её, Отцы купили по велосипеду. Сегодня мальчики, не торопясь к обеду, Гоняют по двору, забывши про неё, Она ж за ними бегает по следу. Чужая радость так же, как своя, Томит её и вон из сердца рвётся, И девочка ликует и смеётся, Охваченная счастьем бытия. Ни тени зависти, ни умысла худого Ещё не знает это существо. Ей всё на свете так безмерно ново, Так живо всё, что для иных мертво! И не хочу я думать, наблюдая, Что будет день, когда она, рыдая, Увидит с ужасом, что посреди подруг Она всего лишь бедная дурнушка! Мне верить хочется, что сердце не игрушка, Сломать его едва ли можно вдруг! Мне верить хочется, что чистый этот пламень, Который в глубине её горит, Всю боль свою один переболит И перетопит самый тяжкий камень! И пусть черты её нехороши И нечем ей прельстить воображенье, – Младенческая грация души Уже сквозит в любом её движенье. А если это так, то что есть красота И почему её обожествляют люди? Сосуд она, в котором пустота, Или огонь, мерцающий в сосуде? 1955
В этой роще берёзовой, Вдалеке от страданий и бед, Где колеблется розовый Немигающий утренний свет, Где прозрачной лавиною Льются листья с высоких ветвей, — Спой мне, иволга, песню пустынную, Песню жизни моей. Пролетев над поляною И людей увидав с высоты, Избрала деревянную Неприметную дудочку ты, Чтобы в свежести утренней, Посетив человечье жильё, Целомудренно бедной заутреней Встретить утро моё. Но ведь в жизни солдаты мы, И уже на пределах ума Содрогаются атомы, Белым вихрем взметая дома. Как безумные мельницы, Машут войны крылами вокруг. Где ж ты, иволга, леса отшельница? Что ты смолкла, мой друг? Окружённая взрывами, Над рекой, где чернеет камыш, Ты летишь над обрывами, Над руинами смерти летишь. Молчаливая странница, Ты меня провожаешь на бой, И смертельное облако тянется Над твоей головой. За великими реками Встанет солнце, и в утренней мгле С опалёнными веками Припаду я, убитый, к земле. Крикнув бешеным вороном, Весь дрожа, замолчит пулемёт. И тогда в моем сердце разорванном Голос твой запоёт. И над рощей берёзовой, Над берёзовой рощей моей, Где лавиною розовой Льются листья с высоких ветвей, Где под каплей божественной Холодеет кусочек цветка, — Встанет утро победы торжественной На века.
Любовью дорожить умейте, С годами дорожить вдвойне. Любовь - не вздохи на скамейке И не прогулки при луне. Всё будет: слякоть и пороша. Ведь вместе надо жизнь прожить. Любовь с хорошей песней схожа, А песню не легко сложить.
Дата: Пятница, 13.03.2026, 08:48 | Сообщение # 460
Группа: Гости
Они были дружны Енгибаров и Высоцкий.
Леонида Енгибарова называли «клоуном с осенью в сердце». Необыкновенно талантливый, он скончался в возрасте 37 лет от остановки сердца... Умер Енгибаров 25 июля 1972г. И Высоцкий, потрясённый его смертью, написал эти стихи. И в тот же день, спустя 8 лет, не стало самого поэта. Вот такая «случайная неслучайность». Они похоронены оба в Москве, на Ваганьковском кладбище, на одном участке. В двух шагах друг от друга…
Стихотворение Высоцкого, посвященное Леониду Энгибарову «Шут был вор…»
Шут был вор: он воровал минуты, Грустные минуты тут и там. Грим, парик, другие атрибуты Этот шут дарил другим шутам.
В светлом цирке между номерами Незаметно, тихо, налегке Появлялся клоун между нами Иногда в дурацком колпаке.
Зритель наш шутами избалован, Жаждет смеха он, тряхнув мошной, И кричит: «Да разве это клоун?! Если клоун — должен быть смешной!»
Вот и мы… Пока мы вслух ворчали: «Вышел на арену — так смеши!», Он у нас тем временем печали Вынимал тихонько из души.
Мы опять в сомненье… Век двадцатый: Цирк у нас, конечно, мировой, Клоун, правда, слишком мрачноватый, Невесёлый клоун, неживой.
Ну а он, как будто в воду канув, Вдруг при свете нагло, в две руки Крал тоску из внутренних карманов Наших душ, одетых в пиджаки.
Мы потом смеялись обалдело, Хлопали, ладони раздробя. Он смешного ничего не делал, Горе наше брал он на себя.
Только, балагуря, тараторя, Всё грустнее становился мим… Потому что груз чужого горя По привычке он считал своим.
Тяжелы печали, ощутимы, Шут сгибался в световом кольце, Делались всё горше пантомимы, И морщины глубже на лице.
Но тревоги наши и невзгоды Он горстями выгребал из нас, Будто многим обезболил роды, А себе защиты не припас.
Мы теперь без боли хохотали, Весело по нашим временам: «Ах, как нас прекрасно обокрали, Взяли то, что так мешало нам!»
Время! И, разбив себе колени, Уходил он, думая своё. Рыжий воцарился на арене, Да и за пределами её.
Злое наше вынес добрый гений За кулисы — вот нам и смешно. Вдруг весь рой украденных мгновений В нём сосредоточился в одно.
В сотнях тысяч ламп погасли свечи. Барабана дробь и тишина… Слишком много он взвалил на плечи Нашего… и сломана спина.
Зрители, и люди между ними, Думали: вот пьяница упал… Шут в своей последней пантомиме Заигрался…и переиграл.
Он застыл, не где-то, не за морем, Возле нас, как бы прилёг, устав, Первый клоун захлебнулся горем, Просто сил своих не рассчитав.
Я шагал вперёд неукротимо, Но успев склониться перед ним. Этот трюк уже не пантомима… Смерть была — царица пантомим!
Этот вор, с коленей срезав путы, По ночам не угонял коней. Умер шут. Он воровал минуты, Грустные минуты у людей.
Многие из нас бахвальства ради Не давались: проживём и так! Шут тогда подкрадывался сзади Тихо и бесшумно — на руках…
Сгинул, канул он, как ветер сдунул! Или это шутка чудака?.. Только я колпак ему придумал, Этот клоун был без колпака.
Дата: Воскресенье, 29.03.2026, 08:37 | Сообщение # 461
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 324
Статус: Offline
Благодарю антисемитов За жизнь, в которой был погром, Когда с шакальим аппетитом Свинцом, железом и огнём Выковывали нашу волю, Дубили кожу, души, плоть…
Такая нам досталась доля – Но отводил глаза Господь От зрелищ гнусного глумленья, Расправ бесчинствующих толп…
Из поколенья в поколенье – Где овцы есть, быть должен волк.
Вы, волки, думали: евреи Исчезнут все, в конце концов?! Недальновидностью своею Вы изваяли мудрецов.
Нетленный элемент эпохи Героев духа воспитал, И выживания уроки – Наш самый верный капитал.
Мы авангард, отряд спецназа, Несём достоинство и честь, Мы есть везде, где нужен разум… Мы в преисподней тоже есть!
Вам хватит ереси и злобы Евреям отплатить «добром»… И нас, пока вы – юдофобы, Ждёт нескончаемый погром.
Когда ж, от ярости дурея, Взорвёте вы весь шар Земной – Последними уйдут евреи И свет погасят за собой!
Дата: Вторник, 07.04.2026, 15:28 | Сообщение # 462
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 340
Статус: Offline
Листок последний
Не бывает любви несчастной. Может быть она горькой, Трудной, Безответной и безрассудной, Может быть – Смертельно опасной, Но несчастной Любовь Не бывает, Даже если она убивает. Тот, кто этого не усвоит – И несчастной любви не стоит.