| Форма входа |
|
 |
| Меню сайта |
|
|
| Поиск |
|
|
| Мини-чат |
|
|
|
|
|
воспоминания
| |
| старый зануда | Дата: Четверг, 03.10.2024, 07:33 | Сообщение # 646 |
|
Группа: Гости
| 
Какое, всё-таки, правильное слово придумали для Советского периода жизни — «застой»!
Действительно! Полный застой! Болото!
Тебе 10 лет. Мама дала тебе один рубль и послала в магазин:— Купи, сынок, буханку чёрного хлеба (12 копеек), буханку белого (батон, 13 копеек), литр молока (26 копеек), пачку масла (100 грамм, 36 копеек) и на сдачу — мороженое (эскимо — 11 копеек).
Пошёл, пнул ржавую банку по дороге, перешёл улицу. Зашёл в магазин, подошёл к кассе. Продиктовал тётке в окошке свой список, отдал рупь.
Кассирша кричит:— Граждане! Пропустите ребёнка! Ребёнка пропускают.
Дают масло, наливают в бидон свежее молоко. В соседнем отделе ребёнок берёт хлеб, булку, суёт всё это хозяйство в авоську и выходит на яркое солнышко, на улицу.
Идёт на угол, протягивает другой тётке одиннадцать копеек, получает серебристое мороженое, тут же его разворачивает, кусает, облизывает, съедает за секунду и лениво плетётся домой.
Рубль, наконец, закончился.
Отдаёт авоську и бежит играть в футбол во дворе.
А вечером, сделав уроки, садится смотреть по телеку «Неуловимых» или «В мире животных».
Тоска… Застой.
Через 5 лет, когда ему уже 15 лет, он берёт рупь и идёт в магазин. Всё в тот же. Опять делает то же самое. Покупает всё то же самое. И опять берёт мороженое за 11 копеек. И опять идёт играть в футбол. Или в хоккей. Или — во Дворец Пионеров, клеить модели кораблей или самолётов. Или в секцию бокса.
Скучно же! Застой!
Ещё через 5 лет ему уже 20 лет. Он студент. Получил стипендию. Пошёл в магазин, отдал в кассу рупь. Пробил чек на буханку хлеба (16 копеек), плавленый сырок за 11 копеек, бутылку пива (37 копеек), 100 грамм «докторской» (23 копейки). Получил сдачу, сложил всё в портфель. Подумал, почесал за ухом, засмеялся, перешёл на другую сторону улицы и купил мороженое «эскимо» за … 11 копеек.
На оставшиеся 7 копеек купил газету «Комсомольская правда» и на метро поехал в общагу.
Застой… Тоска, что тут скажешь? Ужас!
А ещё через 5 лет ему 25 лет. Он закончил институт. Работает в НИИ мэнээсом (младшим научным сотрудником). Зарплата — 110 рублей в месяц. На календаре — 83-й год.
Получает зарплату и идёт куда? Правильно, в магазин! Всё в тот же! Опять даёт кассирше рупь. Опять покупает всё по списку выше, минус мороженое. Стыдно как-то.
Вместо мороженого он покупает три газеты за 9 копеек. И на метро за пятак едет домой.
Рядом с домом он останавливается около ларька и покупает пачку «Беломора» за 22 копейки и коробок спичек за копейку.
Вот раньше, 15 лет назад, этот «Беломор» за 22 копейки был недоступен. Не продадут! Хоть тресни! Наоборот, подзатыльник дадут! Или отцу пожалуются! Все же друг друга знали!
А теперь — пожалуйста! Ты уже большой, сам зарабатываешь. Заплатил 22 копейки, и на тебе папиросы!
Ну разве можно так жить, скажите на милость!
Блин! десятилетиями ничего не меняется! Ни цены, ни люди!
Застой!!!
Опять в программе «Время» какой-то завод построили, какую-то домну задули, какой-то корабль спустили на воду. Опять рявкнули на Запад, чтоб не гоношился.
И опять «Неуловимые». Или «Ирония судьбы».
Ни тебе кровищи на экране, ни тебе стрельбы с десятком трупов, ни задницы голой!
«Жи» и «Ши» — только с буквой «и». Год за годом! Диктор на экране — как автомат русского языка. И опять передачи про учёных, про строителей, про космонавтов...
Занудство! Годы идут, а ничего не меняется!
И так — везде! Застой! Хоть стреляйся! Скука смертная.
Вот так сидишь, бывало, смотришь, как где-нибудь в Африке негры друг друга стреляют, и думаешь:— Вот! даже в Африке жизнь бьёт ключом! А у нас — эх, одно расстройство! Дал соседу по морде — получил 15 суток. Украл — сел.
Ни те — присяжных, ни те — прогрессивной прессы, ни те — правозащитников!
А когда кто-то кого-то застрелил из ружья по пьяному делу, так весь город миллионный это месяц обсуждал.
Только и слышишь на лавочке у парадной:— Ой, чё деется, бабоньки! Да где ж такое видано, чтоб живого человека из ружжа средь бела дня застрелить? Что ж дальше-то будет? Кошмар какой!Застой… Тоска…Проклятая власть!
Ни стрельбы, ни кокаина, ни жевательной резинки! Один Чайковский с Моцартом, да Толстой с Пушкиным.
Разве это жизнь?
Как это можно, вы только вдумайтесь! Так издеваться над людьми:
Годами ездить на трамвае за три копейки, а на метро — за пятак! Годами платить за квартиру 5 рублей в месяц! Десятилетиями знать, что если закончишь ВУЗ — наверняка попадёшь на работу по специальности! Ни тебе безработицы, ни тебе взяток! Ни тебе папы — банкира! Ну что это за жизнь? Кто такое выдержит?
Предсказуемость просто убивала! Вот не успеет какой-нибудь Синявский или какой-нибудь Даниель даже рот открыть для протеста против всей этой чудовищной жизни, а ты уже знаешь: Сядет! И обязательно угадаешь!
Это же застой! Болото! Всё же наперёд известно!
Спрашиваешь, бывало, на работе:— А где этот Сенька, который протестовал?
— Как это где? Сидит уже!
Берёшь свой карандаш, склоняешься над кульманом и тихо радуешься за товарища. Наконец, хоть для него всё кончилось! Ни трамваев за три копейки, ни газет за две копейки, ни «Беломора» за 22 копейки! Отмучался! Теперь, поди, круглые сутки — свежий воздух, сосны столетние, снег хрустит под ногами! И сопки синеют вдали! Романтика! Повезло парню!
Эх!!!
Берёшь в руки 100 рублей с профилем Ленина, смотришь на неё, на купюру эту и думаешь:
Ну и что, что в Москву и обратно — 16 рублей? Ну и что, что гостиница 2.60 в сутки, ну и что, что обед в ресторане — пятёрка?
Ну нельзя же из этого культ делать! Надоело! Скучно же!
Ведь год за годом одно и тоже! Ну сколько можно, в самом деле? Когда же это всё кончится?
*********
Кончилось...
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Пятница, 11.10.2024, 11:57 | Сообщение # 647 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
|
Попрощаться с евреями...
В этом эссе я хотел попрощаться с евреями, как я знал их в моем советском детстве — некоторые учёные, некоторые подпольные бизнесмены или врачи, собирающие шоколад и коньяк. Их больше нет.
Но я хотел бы попрощаться и со всеми светскими (и не только советскими) евреями, которые ещё есть, но исчезают. Мои правнуки ещё увидят евреев, но их дети, только смогут прочитать про это племя, но никак не встретить их. Если, конечно, праправнуки заинтересуются историей.
Начнем с конца.
Для меня история исчезновения евреев выглядит так: в I — II веках нашей эры 40% евреев добровольно стали христианами, а оставшиеся продолжали жить религиозной жизнью.
150 лет назад появились как группа светские евреи — потомки евреев, которые не соблюдали религиозные законы. Всего 150 лет назад это было очень маленькое и новое образование.
80 лет назад 40% евреев истребили. Оставшиеся евреи либо остались религиозной группой в разных странах, в том числе и в Израиле, либо стали израильтянами, либо стали американцами с неким духом еврейства — либо на словах, либо в рамках реформистского иудаизма.
Почему я утверждаю, что они очень быстро исчезают, или почему 40% евреев уходят от своего племени в либералы-интернационалисты?
Наверное, это эссе вас обидит, хотя я пишу его с любовью и уважением к читателю. Оно может обидеть вас, потому что я буду использовать собирательный образ людей, которых хорошо знаю.
Евреев, которые стали израильтянами, и евреев, которые стали американцами. Вам покажется, что все это «не совсем так» или «ну, я не такой». Возможно, но это статистически средний образ людей, которых я наблюдал в течение десятков лет моей жизни в Израиле, где я много лет служил в боевых частях, защитил две докторские диссертации и был профессором Тель-Авивского университета.
Это статистический образ советско-американского еврея, среди которых я провёл 15 лет жизни как профессор и как генеральный директор компьютерных компаний, который заработал в Америке миллионы.
Семидесятые годы.
В Вене приземляется самолёт с еврейскими эмигрантами. Рейс из Киева. При выходе идет селекция: в Израиль — направо, к «Сохнуту», налево к «Джойнту» — на пути в другие страны.
Я, моя жена и трёхлетняя дочка — единственные из самолёта пошли направо.
Решение моих попутчиков было простое — они не хотели умирать в армии, и они хотели больше денег. Господа соотечественники (да, я гражданин Израиля и Америки), были две причины: на некрасивом языке — это «трусость и алчность», а на красивом — всё дивно и просто: ну какой я еврей? Я что — пойду в синагогу? Зачем мне помирать, если можно жить без войны? Зачем получать мало денег, если за ту же работу можно получать много денег? Любому человеку понятно, что не идти в армию и получать много денег лучше, чем умирать от арабской пули и работать за гроши.
Всё оказалось просто — все те, кто не были религиозными или идиотами (читай — сионистами, вроде меня), поехали жить нормальной жизнью. В 70-е это было по желанию, а потом наступил конец 80-х, и Израиль заставил приехать к себе миллион человек, которые мечтали об Америке и по своей воле в Израиль не приехали бы...
Мы разделились. Навсегда.
Буду говорить только про людей, которых хорошо знаю — инженеры, врачи, бизнесмены, адвокаты — все те, кто зарабатывает деньги образованием.
В Израиле небольшой процент этих людей стал религиозными, а, в основном, они в синагогах не бывают, но все праздники, с недоступными для американцев названиями, как Шавуот или Суккот — празднуют. Все ритуалы и смысл религиозных праздников им понятен и принят.
Никакого конфликта между зажиганием ханукальных свечей и нехождением в синагогу у них нет. Зарабатывают бывшие советские евреи неплохо, но не роскошно. Путешествуют много — Израиль это остров, и любое путешествие начинается с полёта. Мои друзья бывают несколько раз в году в Европе, почти все побывали в Америке, некоторые путешествовали по Азии. Почти все бывают в России, абсолютно все смотрят телевидение из России. Десятки рейсов из Израиля в Батуми, Нижневартовск, Львов, Самару, Днепропетровск, не говоря уже о Москве, Петербурге, Киеве, Риге, Минске, Тбилиси и т.д.
Мои друзья знают на память, как имена израильских министров, так и российских. Никакой ненависти к России у них нет. Путин и вся система скорее вызывают улыбку, чем возмущение.
Я недавно путешествовал на Камчатке и не чувствовал никаких проблем, так как не ожидал вежливости американцев, чистоты японцев и удобства путешественника по Швейцарии.
И, конечно, не сравнивал Камчатку с Аляской.
А вот ожидания прекрасной природы сбылись.
Бывшие советские, а не только их дети, вжились в атмосферу израильского быта: не всегда убирают за собакой, не ожидают, пока люди выйдут из лифта, а бросаются вперед в борьбе за место в лифте, не предупреждают велосипедиста «Ай эм он ё райт», а смело проезжают мимо него.
Бывшие советские не видят грязи в местной поликлинике, относятся спокойно к тому, что живут в домах, которые ветшают, так как никто не хочет платить за обслуживание. Книги читают только по-русски, даже известных израильских писателей читают в переводе.
Дети бывших советских евреев с радостью служат в армии и не видят для себя другого места на земле. Все они побывали после армии во многих странах и свободно говорят по-английски. Некоторые дети умеют говорить по-русски, но внуки уже ни бельмеса на «тарабарском» не понимают.
Дети женятся, выходят замуж за представителей разных этнических (но еврейских) групп (марокканцы, персы, йеменцы, румыны), и это не вызывает никакого негатива.
Их образование? Так себе, в основном они образованы (и титулованы) меньше, чем их родители.
Среди моих близких тридцати друзей (пятнадцать пар) в Израиле — 18 с высшим техническим образованием, включая двух профессоров и трёх докторов наук, 5 врачей, трое с высшим музыкальным образованием, один архитектор. Среди их детей есть пятеро с высшим техническим образованием, из них — два профессора, три адвоката, ни одного врача и ни одного с высшим музыкальным. И это на тридцать пять детей!
Никто из них, включая моего сына, генерального директора компании в миллиард долларов, никаких угрызений от отсутствия технического, юридического или музыкального диплома не испытывают.
Советоамериканцы (напоминаю: моего круга) живут существенно лучше среднего. По традиции, эмигранты живут в больших городах и их окрестностей. Любят, ну просто обожают страну, которая освободила их от коммунистов. В России не бывают: «к этим бандитам ни ногой», любят республиканцев, но на работе это скрывают. На «высокие праздники» заглядывают в синагогу.
Моя оценка реформистского движения проста: реформизм существует 150 лет, но количество реформистских евреев, у которых дедушка был реформист, весьма мало. Для меня это очень симпатичный клуб бывших евреев, дети, а тем более внуки которых в это уже не играют.
Так как мы поддерживаем связь друг с другом, в основном на Интернете, то хочу отметить, что моя почта заполнена песенками на незнакомом советоамериканцам языке идиш и списками евреев лауреатов Нобелевской премии, которые курсируют из электронной почты в Фейсбук и обратно.
В еврейской светской культуре (а была такая в ХХ веке и в России, и в Америке), советские эмигранты не продвинулись — все те же сестры Берри или «ба мир бисту шейн» в исполнении экзотического ансамбля.
В отличие от своих израильских друзей, эмигранты читают книги по-английски, а некоторые даже хвастаются своим американским акцентом на русском языке.
Новые еврейские американцы посылают друг другу статьи и ролики об Израиле.
В их глазах советоизраильтяне люди симпатичные, но такие, которым не повезло — они не добрались до счастья, до Америки. В конце 80-х годов я в первый раз переезжал из Америки в Израиль и превращался из профессора Сити Колледжа в профессора Тель-Авивского университета. Не однажды мне говорили: «Ну что, всё же не удалось зацепиться?»
А что с детьми? С внуками? Все дети с дипломами колледжей. 100%. Дети пошли во врачи, адвокаты, бухгалтеры, брокеры. Многие основатели великих компаний Силиконовой Долины потомки евреев — Фейсбук, Гугл, Убер, Эйрбнб, но я не встречал молодого (родившегося в Америке) еврея-программиста, а встречался с сотнями софтверных инженеров.
Те из вас, кто побеждал в районных, областных и даже международных олимпиадах, спокойно смотрят на то, что ваши дети и внуки не могут победить китайцев не только на олимпиаде, но и во всех других соревнованиях.
Посмотрите на список аспирантов по математике MIТ в 1950 году и в 2020 году. В 1950 году список похож на иешиву с примкнувшей к ней небольшой протестантской школой.
В 2020 году список выглядит, как меню в китайском ресторане...
Женятся дети моих соотечественников на неевреях. И понятно почему: какой смысл нерелигиозному человеку ограничивать выбор своей пары одним процентом претендентов. Это было бы абсолютно нелепо.
Передо мной фотография конца 60-х годов. Фотография сделана в Горьком. На снимке 10 евреев и две еврейки. Все они ученики великого репетитора Якова Каплана, который готовил для поступления в университет на физику или математику. Учил только евреев и учил их на экспорт — из-за локального антисемитизма в Киеве у них, победителей олимпиад, не было никаких шансов поступить в университет в Киеве, и они уезжали в Россию. Впоследствии, один из 12 живет в Украине, один в Австралии, один в Германии, один в Канаде, двое в Израиле, а семеро в США. Я один из двух, живущих в Израиле.
Что с ними произошло, а главное, кто их внуки?
Простое утверждение: для воспроизводства количества евреев, у этих евреев должно быть 50 еврейских внуков. У этих 12 евреев — 14 еврейских внуков, из них шестеро — моих. Возможно, у этих восьми американских внуков будет 2-3 еврейских ребёнка, но у них уже не будет еврейских внуков. Баста.
Волнует ли это меня? Нисколько! Так же, как гомосексуализм — естественная часть нашей жизни, и бессмысленно ею восторгаться или возмущаться, так и ассимиляция естественна.
Прощайте евреи. Ваши внуки стали частью либеральной религии с её очень строгим кодексом «что можно, и чего нельзя говорить и делать». Либеральное верование в одинаковые способности рас и полов, в необходимость исправлять неравенство административными мерами, вера в симметрию гомосексуализма и гетеросексуализма, в равенство и миролюбивость всех религий — это и есть та религия, в которую перешли потомки евреев, точно так же, как они перешли в христианство почти две тысячи лет тому назад.
Израиль — это одна из культурных американских колоний, и, как в метрополии, здесь немало верующих в идеалы либерализма. Будущее покажет, будет ли светский Израиль продолжателем светских евреев (на что автор этих строк надеется), или связь нерелигиозных израильтян с евреями будет такая же, как связь американцев, потомков англичан, с Англией.
Небольшая часть наших детей и внуков выбрала религиозный путь и осталась евреями. Почему? Если бы вы знали ответ на этот вопрос, вы, наверное, тоже бы выбрали путь евреев.
Засим остаюсь ваш, нерелигиозный израилеамериканец, профессор, генеральный директор и отставной израильский сержант.
Леонид ШТИЛЬМАН
|
| |
|
|
| Шульберт | Дата: Четверг, 17.10.2024, 09:46 | Сообщение # 648 |
|
Группа: Гости
| прислали вчерась воспоминания, что посвящены народному артисту СССР ЗиновиюГердту. Впрочем, в этих воспоминаниях многое сказано не только о Гердте, но и о самом Горине ( я очень любил и уважал обоих!):
"Люди, подобные Гердту, возникнув в твоей жизни, занимают в ней такое прочное место, что невозможно понять и вспомнить — когда же это случилось.
В мою жизнь он вошёл как природное явление.
Когда же это произошло? Наверное, на «Необыкновенном концерте», где я не мог опомниться от голоса конферансье и его реприз. Потом я снова услышал этот голос в «Фанфан-Тюльпане». А позже Гердт появился уже в компании общих друзей, а затем мы познакомились ближе и стали хорошими приятелями, несмотря на разницу в возрасте.
Когда Гердт смеялся, то в мире наступала гармония. Я как человек, пишущий какие-то забавные вещи, как только слышал, что Гердт над ними смеётся, уже ни о чём не беспокоился.
А вот если он ещё и вскакивал…
Помню, у Гали Волчек в театре «Современник» был праздник, и когда я прочёл свое поздравление, Гердт вскочил со своего места и стал громко аплодировать.
Для меня это было наивысшей похвалой — сам Гердт вскочил!
Как сказал Жванецкий (и это абсолютно точно), любой человек рядом с Гердтом умнел. Когда я был на его чаепитиях, то сочинил для него такие стихи:
Хорошо пить с Гердтом чай!
Хоть вприкуску, хоть вприглядку.
Впрочем, водку невзначай
С Гердтом тоже выпить сладко.
Пиво, бренди или брага —
С Гердтом всё идёт во благо,
Потому что Зяма Гердт
Дарит мысли на десерт.
Ты приходишь недоумком,
Но умнеешь с каждой рюмкой,
И вопросы задаёшь,
И, быть может, запоёшь!
А потом я спел ему такой романс:
Ах, ничего, ничего,Что сейчас повсеместно
Близких друзей сокращается круг.
Не оставляйте стараний, Маэстро,
Не выпускайте стакана из рук!..
Он относился к той части русской интеллигенции, по которой можно было сверять поступки.
Не знаешь, как отнестись к тому или иному явлению, публикации, книге и даже фильму, — спроси у Гердта. Он поразительно чётко чувствовал фальшь.
Он мог похвалить, а мог вынести приговор, буквально убить одним словом.
Я никогда не забуду, как мы были с ним на концерте рок-группы в Сочи. Мы вышли, и он сказал: «За два часа ни одной секунды искусства!» По-моему, это гениальная рецензия.
Несмотря на то, что Гердта большинство зрителей и коллег знают как добродушного, весёлого рассказчика, комфортного во всех отношениях собеседника, он был естествен во всех своих проявлениях. Он мог сказать: «Мне неприятно здесь пить», встать и уйти...
Вообще фразы, которые он мог бросить на прощание или сказать при встрече, вроде: «Видеть вас — одно удовольствие, а не видеть — совсем другое» — мгновенно становились крылатыми.
Он в равной степени любил шутку литературную и шутку, сказанную на ходу, в обиходе. При всей своей жёсткости в оценке всего того, что происходило в театре, литературе и кино, он мог подсесть к человеку и сказать: «Я хочу выпить за вас. Вы, на мой взгляд, человек безусловно талантливый». Или: «Я считаю, что это гениально, и даже не спорьте со мною. Я говорю сразу «это гениально» для того, чтобы окончить спор и не переходить на личности».
Такая милая форма старой интеллигенции, когда вдруг в нюансах проскальзывало и «вы», и «ты», легко возникал комплимент, намёк, шутка. Во всём этом была удивительная гердтовская гармония, подтверждением которой являлись и такие фразы: «Это — говно. Пойдемте отсюда»...
Он ненавидел пошлость — условность, которую люди ставят выше смысла.
Он, например, совершенно терялся, когда его спрашивали: «Зиновий Ефимович, а над чем вы сейчас работаете?» Разговор сразу же заканчивался.
Терпеть не мог вранья и неправды жизни и общества, которому, он очень надеялся, станет гораздо лучше жить после падения коммунизма.
Однажды был какой-то митинг, и мы, выходя из Дома кино, продираясь через толпу, услышали оклик женщины, адресованный Гердту: «Туда не ходите! Там ж@ды!» Гердт воскликнул: «Я тоже ж@д!» — и начал продираться туда, куда ему не советовала идти эта дама.
Она пыталась его остановить: «Вас-то я не имела в виду!»
— «Да нет, вы именно меня и имели в виду, — ответил Гердт. — И я этому рад!»
Он вообще был довольно задирист, мог вступиться за кого-то на улице, не боялся ответить на оскорбление, не боялся говорить правду.
Зяма очень любил свою машину и вообще всё, что связано с бытом. Помню, я переехал в новую квартиру и думал, как её обустроить. Поехал к Гердту советоваться по поводу шкафа и он сразу же взял быка за рога: «Здесь даже и думать нечего! Нужно заказывать вот такой-то и такой-то шкаф… Вот такой-то фабрики… Тебе нравится моё предложение?!»
Я не успевал ответить «да», как он уже восклицал: «Это блестящий повод выпить!» — и уже доставал рюмки. Этот шкаф, «выпитый» с Гердтом, до сих пор стоит в моей квартире и несёт свою верную службу.
Перед юбилеем Гердта я поехал на рынок и купил живого гуся, поскольку Паниковский питал известную слабость к этим птицам. Я сказал ему: «Зяма, хватит воровать гусей, пусть у тебя будет свой гусь». Этот гусь важно расхаживал весь вечер среди гостей и перекочевал вместе с Гердтом на банкет. Потом они с Таней меня долго корили: «Что ты наделал? Ты же понимаешь, что съесть мы его не можем, а жить с гусем невозможно. Мы не умеем за ним ухаживать… Он щиплется!»
Они долго ходили по Пахре и предлагали гуся жителям, пока наконец его не взял к себе на полный пансион Червинский, который в это время решил обзавестись курами. Наверняка этот гусь закончил свою жизнь в один из рождественских вечеров, но если это и так, то этот гусь погиб во славу Гердта.
Не будучи одесситом, Гердт стал гордостью одесситов. Он удивительно вписался в эту часть российской культуры, в ироничную и остроумную «одесщину», чьи жители постоянно находились в состоянии конфликта с миром — как Паниковский.
Просто у коренных одесситов такое свойство — всё время немного ворчать, тихо бурлить, регулярно как бы напоминая о собственной температуре кипения.
Счастье не должно быть полным — у евреев так положено.
На еврейских свадьбах полагается разбить тарелку и наступить на неё — это показатель готовности молодожёнов к тому, что не всё будет гладко. А если опуститься на большую глубину размышлений на эту тему, то счастье не может быть полным, пока не построен разрушенный храм царя Соломона.
Это в крови еврейского народа — нельзя всё время закатывать глаза от счастья. Гердту была свойственна печаль, оборотной стороной которой было его, гердтовское, веселье".
|
| |
|
|
| Сонечка | Дата: Среда, 30.10.2024, 08:36 | Сообщение # 649 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 563
Статус: Offline
| Александр Поволоцкий - скрипач-виртуоз. Есть что-то в нём от мальчишки: волосы, собранные в хвостик, очень живые глаза...Впервые я услышала его на концерте "Виртуозов Тель-Авива", где он играл вместе со своими детьми Юджином и Марианной.
 Это было потрясающе: совершенное звучание, блестящая импровизация и полное взаимопонимание между музыкантами. Я еще подумала: как же надо любить музыку, чтобы дети захотели продолжить дело отца. И вот спустя два года, мне удалось договориться с Поволоцким об интервью. Я пришла к ним в розовый дом в одном из районов Яффо. И отметила, до чего это уютное жилище, красивое и теплое, насквозь пропитанное музыкой, соответствует духу своих хозяев.
Александр поставил свой рабочий диск и полились дивные "Четыре времени любви", которые он писал на протяжении 25 лет...
Полина Лимперт-
Как говорится, нет пророков в своём отечестве. И у меня сложилось впечатление, что ваше имя больше известно за пределами Израиля, чем в Израиле. Так ли это?
-Я не знаю, мне трудно определить степень моей известности за границей, но доля истины в том, что вы сказали - есть. Могу судить хотя бы по тому, что я был приглашён членом жюри на международный конкурс Венявского (один из старейших в Европе, международный скрипичный конкурс имени Генриха Венявского проводится один раз в пять лет, начиная с 1935 года; к примеру, одним из его победителей был Давид Ойстрах. До Поволоцкого чести быть приглашенными в члены жюри не удостаивался ни один русскоговорящий израильский "мастер смычка" - ред. )
- То, что вы написали увертюру в "соавторстве" с Венявским - своеобразная творческая наглость, как если бы кто-то написал фантазии на тему Паганини (а они существуют).
- Ну, фантазии на темы Паганини начали писать, как только его не стало. В соавторстве с Венявским я тоже писать не мог, потому что он умер достаточно давно. Но я использовал его произведения. Это был очень кропотливый труд.
Венявский является одним из столпов скрипично-музыкальной литературы, композитором и виртуозом-практиком, одним из праотцев современной скрипки, то есть техникой её владения. Он развил романтическую виртуозную скрипичную игру. И те несколько концертов для скрипки в сопровождении фортепьяно или в сопровождении оркестра даже спустя сто лет трогают сердца. Его музыка, может быть, проста, но очень мелодична и очень искренна.
Но в смысле исполнительского мастерства она отвечает самым высоким меркам. И очень трудно работать с материалом талантливым.
Поэтому то, что я сделал, безусловно, было смело. Но в первую очередь это было смело со стороны тех, кто мне предложил это сделать. Ведь это была не моя идея. Мне это предложил сделать Шломо Минц, очень известный в мире скрипач, который был председателем жюри на конкурсе Венявского.
- Существует печальная традиция: таланты в Израиле не задерживаются. Принимают гражданство других стран и прославляют их. Почему?
- Если говорить о талантах, то их не так уж и много. Если уезжают по-настоящему талантливые люди, то это оттого, что здесь мало пространства для работы. Они уезжают для того, чтобы играть, если они солисты. А если уезжают только для того, чтобы где-то играть в оркестре или преподавать - я очень много таких встречал за границей, - я вам даю гарантию, что они не прославляют ни себя, ни страну, в которой живут. Израиль могут прославить такие имена, как, например, Максим Венгеров, Ефим Бромфман, Гиль Шахам. Они являются гражданами Израиля и, действительно, живут и в Европе, и в Америке, и концертируют по всему миру. А кто знает человека, который сидел здесь в каком-то небольшом оркестре и переехал в такой же оркестр, но в Европе?
- Как вы думаете, почему израильские родители стараются дать образование талантливым детям не дома, а за границей?
- Там более широкие горизонты. Но опять-таки не все талантливые дети становятся талантливыми взрослыми. Недавно я услышал по телевизору очень интересное высказывание одного музыкального критика. Она сказала, что талантливый и способный человек - это два совершенно разных понятия.
Я когда услышал это, понял, что она абсолютно права.
Потому что способный человек - это человек, который хорошо впитывает, а талантливый - это человек, который отдаёт. Когда способный ребёнок уезжает за границу, он там впитывает новое. Например, в Джульярдской школе в Америке, безусловно, его развитием будет заниматься больше людей, чем здесь. И культурная жизнь там богаче. Но сумеет ли он потом выдать то, что впитал в себя, - это покажет жизнь.
- Почему вы "задержались" в Израиле? Может быть, за границей ваша творческая жизнь сложилась бы совсем по-другому?
- Так получилось. Наверное, у каждого - своя судьба. Мне захотелось поменять свою судьбу, которая, кстати, и в Советском Союзе складывалась удачно.
- То есть можно сказать, что Израильский филармонический оркестр под управлением Зубина Меты стоил того, чтобы оставить ради него ансамбль скрипачей Большого театра?
- Я думаю, что никакая работа не стоит жертв. Есть твоё внутреннее состояние. Ты можешь работать в замечательном коллективе, а быть исключительно несчастным человеком. Всё должно быть в гармонии. Неужели вы думаете, что игра в оркестре у Зубина Меты является краеугольным камнем моего счастья?
Безусловно, это не так. Но всё вместе: и то, что я приехал сюда, и что поступил в оркестр, и то, что имел возможность реализоваться, и то, что мои дети получили достойное образование (дочка тоже играет в этом солидном оркестре), и то, что я люблю эту страну, - всё ЭТО даёт мне право чувствовать, что я здесь - на своём месте.
- Картинка детства: дети гоняют во дворе в футбол, а какой-то еврейский мальчик пиликает на скрипке. Его зовут поиграть, но родители не пускают. Это похоже на ваше детство?
- Нет. У меня не было такого зацикленного детства, где скрипка - и больше ничего. Я успевал и с мячом бегать, и на скрипке играть, и в кино ходить чуть ли не каждый вечер. Когда я был ребёнком, телевизоров не было, единственным культурным центром были кинотеатры, а в кинотеатрах были оркестры, у меня там работал папа, там я и ошивался...
- А если бы сейчас предложили какую-то халтуру - пошли бы? Например, на частную вечеринку к "новым русским"?
- Когда мы только приехали сюда, я, безусловно, искал любой вид заработка. Не ходил на похороны, но на торжества - ходил. Я не играл, когда гремели тарелками, вилками и когда жевали...
Но когда на торжествах устраивали небольшой камерный концерт, я играл. Последние пять-шесть лет я это не делаю. Хотя... всё зависит от оплаты.
Но играть, когда жуют, я этого не сделаю, даже если обещают много заплатить. Потому что я всегда одинаково играю при любом выходе на публику, понимаете? Для меня всё равно - стою я на большой сцене или в ресторане. Главное - что я играю.
- Вы играли в лучших оркестрах мира...
- Всего в двух оркестрах двух стран: Советского Союза и Израиля, но они были лучшие и там и здесь, и они концертировали по всему миру.
- Насколько вы современны? Пользуетесь при написании музыки компьютером?
-Да, последние лет пять я пишу на компьютере. Я не пишу компьютерную музыку, аранжировки я делаю на компьютере...
Во-первых, это значительно удобнее! Когда я пишу, я не только сразу вижу напечатанные ноты, но и слышу написанное. То есть я как бы пишу - и одновременно себя критикую. Это замечательно! Компьютер для сочинения, конечно, колоссальная вещь!
- Гимнастка Ольга Корбут однажды сказала, что, достигнув определённого уровня мастерства, она уже не могла спуститься ниже. И ничто не в силах помешать, ни плохое настроение, ни самочувствие. Вы бы могли сказать это про себя?- Год назад я был приглашен в Польшу на 70-летие президента конкурса имени Венявского. Они попросили, чтобы я приехал со своими детьми. Я специально для этого выступления написал пьесу на три скрипки. И наше выступление должно было стать центром всего юбилейного концерта.И вот буквально за несколько дней до этого...
С нами жила моя тётя. Она меня вырастила, она всю жизнь прожила с моими родителями и в Израиль приехала с нами. Ей было почти 99 лет, но она была молодцом.
И как раз накануне нашего отъезда она попала с воспалением лёгких в больницу. Не поехать я не мог, потому что это моя работа, я не мог подвести людей, которые нас пригласили.Мы прилетаем в Польшу. У нас был один день на репетицию - пианист, с которым мы должны были играть, был поляком. И вдруг по "Си-Эн-Эн" передают, что в Израиле произошёл теракт. Палестинцы расстреляли в упор шесть израильских солдат. И мой сын начал интересоваться - кто погиб? Он ведь тоже служит в армии, и у него там масса друзей и знакомых.
В день концерта, буквально за пару часов до нашего выхода на сцену, приехала моя жена с израильской газетой и мой сын увидел, что один из погибших - мальчик, с которым они были приятелями, вместе играли в теннис... Он через дорогу от нас жил. Можете представить состояние моего сына, когда он увидел, что его товарищ - погиб! Какое у меня было настроение, вы тоже можете себе представить.
Но я ему сказал: "Так! Эмоции - в сторону! Мы идём на сцену!" И мы отыграли. Концерт прошёл потрясающе. Нас великолепно принимали.
На следующий день мы улетали. И вот зазвонил мобильный телефон моего сына. Звонили из больницы. И по его взгляду, по тому, как он посмотрел на мою дочь, я все понял. "Она умерла?". Он ответил: "Да". Моя тётя умерла буквально за пару часов до нашего возвращения - я вам рассказываю это к тому, что в профессии есть только одно: твой выход на сцену - и зрители. Никого не должно интересовать, что творится у тебя в душе...
- Я знаю, что существует определенный набор популярных классических произведений-шлягеров, которые ждёт зритель. Чем бы ты его ни угощал - модным, изысканным, чувственным, - а он всё равно будет хотеть "Чардаш" или "Полет шмеля". Что вы думаете на этот счёт?
- Я к этому отношусь положительно. Всё дело в том, как это исполнять.
- Какие творческие планы?
- Во-первых, я только что закончил пьесу по заказу международного мастер-класса "Кешет Аялон" под руководством Шломо Минца. На эти мастер-классы приезжают скрипачи со всего мира. Обычно по окончании этих курсов проводится заключительный концерт, на котором играют лучшие, а завершается всё это выступлением ансамбля скрипачей. На этот раз они попросили меня, чтобы я аранжировал пьесу, которую израильский космонавт напел жене из космоса.
Второе - выпуск диска, который я должен закончить до конца этого месяца. Это будет мой сольный диск, где будут исполняться импровизации на известные темы с пианистом Игорем Наймарком, мои пьесы, которые были записаны в Москве с оркестром радио и телевидения, джазовые пьесы, пьесы для скрипки с оркестром... Одну пьесу - на тему "Перпетуум мобиле" Паганини - в джазовой обработке я играю с дочкой. Весь этот диск - подарок моего сына, который его продюсирует.
- В общем, у вас получился натуральный семейный подряд. Как он будет называться?
- "Четыре времени любви". Есть у меня такая пьеса. Я её часто играю в концертах, и зрители часто просят... Всем она нравится. Это сюита из четырёх частей, которую я писал на протяжении двадцати пяти лет. Правда, когда я её начинал, я не думал, что так получится...
- Тема бесперспективности жизни больше у вас не возникает? Вы живёте в согласии с самим с собой?
- Да, я живу в гармонии.На прощание Александр Поволоцкий показал мне выложенную кирпичом стенку и сказал: "Когда я обдумывал, как писать увертюру к Венявскому, я выкладывал эту стенку"...
И я с уважением посмотрела на его руки. Руки, способные класть кирпичи и - писать музыку.
MIGnews.com
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Понедельник, 18.11.2024, 07:09 | Сообщение # 650 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| 
 Россиянам давно пора открыть глаза, включить мозги и понять наконец, кто и почему их дурит, заявила в интервью"ГОРДОН" литературный критик, жена поэта-шестидесятника Роберта Рождественского Алла Киреева.
Роберт Рождественский – автор нескольких сот песен, в том числе "Не думай о секундах свысока", "Что-то с памятью моей стало", "Мои года – мое богатство"...В этом году исполнилось ровно 30 лет со дня его смерти. Из отпущенных 62 лет 41 год Роберт Иванович прожил с любимой женой – литературным критиком Аллой Киреевой.
Как им, таким разным, удалось сохранить семью, Алла Борисовна сама не может ответить. Рождественский – кумир поколения, поэт, обласканный советской властью, Киреева – бунтарь и правдоруб, всю жизнь ненавидевшая Коммунистическую партию и советский строй.
"Робка действительно очень долго искренне доверял всему, что видел и слышал, – вспоминала Киреева в интервью. – Помню, году в 78-м вдруг заявил, что собирается в партию…
Я не выдержала: "Значит, так: одно заявление в партию, второе – в ЗАГС на развод. Я с партийным жить не буду!"
О несгибаемом характере Киреевой можно судить по одному красноречивому эпизоду: на 70-летний юбилей поэта Андрея Вознесенского пожаловал экс-управляющий делами президента РФ (и Ельцина, и Путина) Павел Бородин. Пока кремлёвский чиновник поднимался на сцену, Киреева, сидевшая в первом ряду, громко крикнула: "Вор должен сидеть в тюрьме!"
"Последнее, что помню, – безумные глаза Зои Богуславской (жена Вознесенского. – "ГОРДОН"). – признавалась Киреева. – Вырвалось… Бородин, конечно, обаятельный с виду мужик… Но елки-палки! Ты же поэт! Да Робка бы повесился, если бы я ему сказала: "Давай пригласим Пал Палыча…" Лучше уж сухарь есть вместо белого хлеба, чем таскать таких людей на порог!"
– Алла Борисовна, вы понимаете, чего добивается Путин?
– Ни новый СССР, ни Российская империя ему не нужны. Цель Путина – построить шубохранилища для себя и своего ближайшего окружения. Это бизнес-задачи и ничего более.
– А Владимир Владимирович уверяет, что "самая главная трагедия – это отчуждение украинского и русского народов", чему якобы немало поспособствовал Запад.
– Путин своими руками устроил все самые главные трагедии России последних 15 лет. Подчеркиваю: трагедии устроены им и только им!
– Судя по соцопросам, российский народ так не считает, иначе откуда у президента РФ рейтинг 84%?
– Сегодня Путин почти всем внутри России нравится, а завтра, когда государство начнет залезать в кошельки обывателя, – сильно разонравится. Скоро кремлёвские обещания о создании "Новороссии" большую часть российских обывателей разочаруют и даже разозлят.
– И на Красной площади появится Майдан?
– На свой Майдан у России силёнок не хватит, вместо этого начнутся грабежи и кровавые разбои.
– Почему именно Украина вызывает у российского обывателя такую агрессию и ненависть?
– Большинство россиян зомбировано телевизионной пропагандой. Народ разучился думать и работать, да и не хочется ему. Потому сосед, который взял судьбу в собственные руки, вызывает неприятие и раздражение.
– Странно, что пропаганде поддалось и молодое поколение, не знающее СССР, но прекрасно понимающее, что такое Запад.
– Молодёжь в России росла с включённым телевизором, которому абсолютно верила и верит. Сейчас они запутались в интернет-сети, читают всякую глупость вместо книг. В России очень жёсткая пропаганда, которая меняет сознание, для меня это абсолютно реальный факт.
– Как вы спасаетесь от кремлёвской пропаганды?
– Читаю русскую классику, не смотрю телевизор, где одни и те же лица с пеной у рта и с безумными глазами несут чушь. На меня пропагандой действовать невозможно.
– Почему так много представителей творческой интеллигенции России – писатели, артисты, музыканты – не только не выступают против политики Путина, но активно её поддерживают?
– Потому что у них рабская, лакейская душа.
– Вы обратили внимание, что среди деятелей России, подписавших письмо в поддержку Путина, нет ни одного поэта?
– Поэты – довольно тонкий материал. Как хорошо, что в Украине заметили: подписи настоящих поэтов под письмом нет. И это прекрасно. Понимаю, почему в украинском обществе назрело презрение к россиянам. Это ужасно. На восстановление прежних отношений уйдут десятилетия сложнейшей работы.
– Вы лично ощущаете действие санкций?
– Я настолько дряхлая, что редко хожу по магазинам, потому западные санкции меня не коснулись. А ответные санкции России выглядят инфантильно. Это ужасная детсадовская привычка: "Ах, вы так? Тогда мы вам так!" ...
Когда российский обыватель говорит: "Хорошо, что западные товары запретили, теперь отечественный производитель поднимется", – он не понимает, сколько времени и технологий нужно, чтобы вырастить, например, свою пшеницу. Но куда деваться, такой в России народ…
– Чем закончится российско-украинская война?
– Невозможно прогнозировать. Кремлёвская власть непредсказуема, совершенно неясно, чего ей захочется завтра. Думаю, в конце концов, Украина станет свободной европейской страной, а Россия по-прежнему будет вставать с колен.
– Что бы вы пожелали нашим народам?
– Украине желаю поскорее стать настоящим твёрдым кулаком и попробовать не ненавидеть Россию. Поверьте, не все россияне виноваты в том, что сейчас происходит. Россиянам желаю только одного: открыть глаза, включить мозги и понять наконец, кто и почему их дурит.
Наталия ДВАЛИ, редактор
|
| |
|
|
| papyura | Дата: Суббота, 07.12.2024, 08:01 | Сообщение # 651 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Чуть более ста лет назад, в мае 1921 года, в Палестине случился погром. (Поясняю для не-израильских друзей: "погром" - это древняя традиция, родившаяся в средневековой Европе (а может быть, и раньше), когда соседи режут, насилуют и грабят евреев).
Арабы громили евреев в Яффо, в Петах-Тикве, в Хадере, в Иерусалиме. За неделю убили 47 человек и
6-го мая беспорядки докатились до Реховота.
Толпа арабов (которые ещё не догадывались, что они - палестинский народ, но уже чётко знали, что евреев нужно резать), вооружённая палками, камнями, топорами, с криками "Смерть евреям" двигалась из Рамле в Реховот.
Обороной Реховота руководил публицист, писатель, педагог, общественный деятель, уроженец деревни Телепино, что под Киевом, Моше Смилянский...
Если не считать 2-х лет службы в Еврейском батальоне британской армии в самом конце Первой Мировой, никакого военного опыта у Смилянского не было.
То ли в британской армии не было занятий по гуманистическим правилам ведения военных действий, то ли Моше пропустил их, так как в это время чистил картошку на кухне, но он так и не овладел премудростями военного гуманизма, и всю жизнь придерживался примитивной местечковой концепции: "Пусть лучше убью я, чем убьют меня" (право, дикарь!).
На подступах к Реховоту Смилянский приказал установить пять оборонительных пунктов. Штаб обороны размещался в "Доме Слуцкина" (сегодня это школа Де Шалит, известная всем реховотчанам).
Из Иерусалима прибыл доктор Гери, который вместе со своей женой-медсестрой организовал импровизированный полевой госпиталь. В Реховоте жили несколько евреев-ветеранов британской армии, им Смелянский раздал винтовки и распределил их по огневым точкам. Остальным жителям поселения приказали сидеть по домам и не высовываться...
В полицию защитники поселения не обращались: в то время британские полицейские были очень заняты выписыванием штрафов гражданам, которые ходят без масок, ловлей злостных нарушителей правил дорожного движения и расследованием коррупционных скандалов сионистского руководства (якобы кто-то из высокопоставленных сионистских руководителей получил в подарок от богатого плантатора ящик апельсинов).
Беспокоить полицию такой глупостью, как погром, было как-то неловко. Также решили не обращаться к мировому сообществу, ибо 100 лет назад межплеменные разборки на далёком Ближнем Востоке не интересовали прогрессивную международную общественность...
Когда погромщики подошли совсем близко к границам поселения, Смилянский, не успев подумать, где же он завтра будет есть хумус, где будет чинить машину, или у кого будет покупать дешёвые овощи, и не успев повздыхать, что среди арабов тоже есть приличные люди и, даже не вспомнив, как однажды арабский фельдшер достал ему занозу из пальца, скомандовал "Огонь!".
Раздался залп, и шесть мирных арабских жителей, спешивших подискутировать с еврейскими соседями о Новом Ближнем Востоке, навсегда остались лежать на пыльной дороге Рамле-Реховот.
Ещё с десяток были ранены и также не смогли принять участие в дискуссии. Вся остальная толпа, поняв, что евреи сегодня не очень расположены к диалогу, побросав палки, топоры и колья, разбежалась.
В Реховоте не пострадал ни один еврей.
Назавтра в Рамле хоронили жертв неудавшегося погрома...
А в Реховоте продолжили заниматься рутинными делами: строить дома, сажать деревья и воспитывать детей. И никто не заламывал руки по поводу "мирного сосуществования".
Да и слов таких в иврите ещё не было. Язык был простой, и люди несложные.
|
| |
|
|
| smiles | Дата: Четверг, 19.12.2024, 12:35 | Сообщение # 652 |
 добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 261
Статус: Offline
| Он мог быть первым – вместо Гагарина. Но в космосе стал первым из евреев.
Борис Волынов – единственный живой участник первого отряда космонавтов отметил свои 90!!
Сначала он был одним из 3641. Потом – одним из 20-ти : отбор в первый отряд советских космонавтов был жесточайшим. Сначала военные врачи изучили медицинские книжки лётчиков. Заочную проверку прошёл только каждый десятый – ко второму этапу допустили 347 человек.
Главные требования к будущим покорителям космоса были сформулированы так: не старше 35 лет, рост не выше 175 см, вес не больше 75 кг, отличная физическая форма.
Всем этим требованиям соответствовал и 24-летний военный летчик Борис Волынов. По званию – старший лейтенант...
Волынова вызвали к командиру полка. «Захожу, а в комнате сидит представитель особого отдела. Всё очень таинственно. Подписываю документ о “неразглашении”. Теперь – в кабинет к командиру. А там вместо него сидит подполковник-медик. Беседа – тоже таинственная, полунамёками. Дескать, если изъявлю желание летать на технике, более совершенной, чем самолёты, на больших скоростях и высотах, то со мной готовы вести беседу дальше
. Риск для жизни – есть. Не говорите сразу “да” или “нет”, посоветуйтесь с семьей и друзьями. Тут я не выдержал. Как же, говорю, с семьей посоветоваться, если я только что дал подписку о неразглашении. Медик улыбнулся, я тоже. И я ответил согласием».
Так вспоминал Борис Волынов день, в который он принял решение, определившее его жизнь.Потом было еще много медицинских проверок. В том числе испытания на будущие космические нагрузки. Сурдобарокамера – замкнутая камера небольшого объема, в которой нужно было провести 10–15 суток при полной звуко- и светоизоляции.
Центрифуга. При перегрузке в 10 g вес увеличивается в десять раз, так что невозможно было поднять руку, лишние 12 g – уже нет сил открыть глаза. Кандидатов изучали и психологи: для полёта в космос требовались особые свойства характера – и железные, можно даже сказать, титановые нервы.
После всех проверок в первый отряд космонавтов было включено 20 человек.
Борис Волынов, один из этих двадцати, мог полететь в космос уже в 1962 году. Но не полетел, остался на земле в качестве дублёра...
Из дневника Николая Каманина, руководителя отбора и подготовки советских космонавтов, запись от 8 августа 1962 года: «Комиссия утвердила командиром “Востока-3” капитана Николаева Андрияна Григорьевича и его заместителем – капитана Быковского Валерия Федоровича. Командиром “Востока-4” назначен майор Попович Павел Романович, а его дублёром –инженер-майор Комаров Владимир Михайлович.
“Запасным” космонавтом для обоих кораблей назначен капитан Волынов Борис Валентинович».
В отряде космонавтов существовало неписаное правило. Считалось, что дублёр – главный кандидат на следующий космический полёт. Но в случае с Волыновым это правило раз за разом не срабатывало.
1963 год. Совместный полёт двух кораблей – «Востока-6», пилотируемого первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой, и «Востока-5». На «Востоке-5» должен лететь Валерий Быковский, Волынов – дублёр, в официальных документах его называют «заместителем». Незадолго до полёта выясняется, что для обоих кораблей были подготовлены женские кресла. Из-за разницы в весе под Быковского кресло подогнать можно, а под Волынова – нет.
Проблему удалось решить, но в космос всё равно полетел Быковский...
В начале 1964-го был составлен список шести командиров космических кораблей, которые будут готовиться к следующим полётам. Первый заместитель командующего ВВС маршал Сергей Руденко без каких-либо объяснений вычеркнул Волынова и перенёс его фамилию в другой список – программы «Союз». Программа «Союз» была более поздней по времени, целью программы был пилотируемый облёт Луны.
Каманин пытался убедить маршала, что Волынов подготовлен лучше всех, он должен лететь сейчас, а не через несколько лет. Да и беспричинное отстранение вызовет недовольство других космонавтов. Не убедил. В августе того же года Волынова назначили командиром корабля новой серии – «Восход-1». Но в октябре в космос полетел на «Восходе» Владимир Комаров.
1966 год. Волынова наконец назначили командиром корабля, а не дублёром. Вместе с Георгием Катысом и Георгием Шониным он должен был отправиться на «Восходе-3» в рекордный по длительности полет – на 15 или 18 суток. Дату полёта неоднократно переносили, а за несколько дней до старта и вовсе отменили...
У Волынова всё ещё оставался шанс принять участие в программе «Л-1», командовать кораблём, который совершит первый облёт Луны. Но советскую лунную программу закрыли.
Октябрь 1968-го, на орбиту запущен корабль «Союз-3» с Георгием Береговым на борту. Волынов – даже не дублёр, а резерв, то есть дублёр дублёра.
В конце того же года Николаю Каманину стали намекать, что Волынова вообще не нужно посылать в космос. «В ЦК кое-кто возражает против участия Волынова в космических полётах», – передавали ему. «Кое-кем» был заведующий отделом оборонной промышленности ЦК КПСС, кандидат в Политбюро ЦК Иван Сербин. Возражения были связаны с тем, что мама Бориса Волынова – еврейка. Каманину, как он сам это называл, приходилось заниматься «еврейским вопросом» – защищать своего подопечного.
Начальник политуправления ВВС генерал Мороз, посещая космодром Байконур, поинтересовался: «Как дела с Волыновым?» Каманин ответил: «Борис Волынов – один из лучших наших космонавтов, и к полёту он подготовлен отлично». Тогда Мороз не совсем уверенно посоветовал ему: «Всё-таки к Волынову придётся внимательно присмотреться...»
14 и 15 января 1969 года с космодрома Байконур были запущены два космических корабля – «Союз-4» и «Союз-5». Пилотом «Союза-4» был Владимир Шаталов. Экипаж «Союза-5» состоял из трёх человек. Командир корабля – Борис Волынов, бортинженер – Алексей Елисеев, инженер-исследователь – Евгений Хрунов.
Советские газеты и радио рассказывали об уникальной программе полёта, о первой в истории стыковке двух кораблей, о первом в истории переходе двух космонавтов из одного корабля в другой. Зарубежные СМИ обратили внимание на одну деталь, не обсуждавшуюся в СССР: корреспондент агентства Reuters, перечисляя членов экипажа «Союза-5», упомянул следующие факты биографии Волынова: «Его отец умер вскоре после его рождения, мальчика воспитывала мать, врач по имени Евгения Израилевна. Как говорят русские, это еврейское имя. Если это так, то полковник Волынов – первый в мире еврейский космонавт».
На отчество матери обратил внимание и старейший лондонский еврейский еженедельник Jewish Chronicle: «Не вызывает сомнения тот факт, что советским властям нужно было называть его национальность так, как она указана в документах – “еврей”. Это привело их три месяца назад к решению пересмотреть практику объявления национальностей космонавтов».
«Красные используют космонавта в качестве доказательства отсутствия антисемитских настроений». Так назывался репортаж корреспондента агентства UPI из Москвы. Американский журналист пересказывал, что он слышал от московских евреев. Продавщица Дома книги на Калининском проспекте – коммунистка, оба родителя евреи, показывала на портрет Волынова в витрине и спрашивала американца: «А вы знаете, что он частично еврей?»
Молодой еврейский интеллигент рассказал, что когда по радио сообщили о полёте «Союза-5», к нему в дверь постучалась соседка, старая еврейка, и спросила: «Вы слышали про запуск? Вы знаете, что Борис Волынов – еврейский мальчик?»
Шаталов, Елисеев и Хрунов вернулись на Землю на «Союзе-4» 17 января. Борис Волынов приземлился на следующий день, пробыв в космосе 3 суток и 54 минуты.
Из сообщения ТАСС: «18 января 1969 года в 11 часов московского времени после успешного выполнения намеченной программы полёта, в заданном районе Советского Союза в 200 километрах юго-западнее Кустаная приземлился космический корабль “Союз-5”, пилотируемый лётчиком-космонавтом Б.В. Волыновым. Самочувствие космонавта хорошее.
Для осуществления спуска с орбиты в расчётное время была включена тормозная двигательная установка. По окончании работы двигателя от орбитального отсека отделился спускаемый аппарат с космонавтом Б.В. Волыновым. После торможения в атмосфере парашютная система и двигатели мягкой посадки обеспечили плавное снижение и приземление аппарата в расчётном районе.
На земле космонавта Б.В. Волынова встретили представители группы поиска, друзья, спортивные комиссары и журналисты».
О том, как всё было на самом деле, стало можно говорить только много лет спустя...
Во время схода с орбиты спускаемый аппарат не отделился от приборно-агрегатного отсека.
Волынову впоследствии рассказывали, что когда это произошло, в Центре управления полётом повисла тишина, а потом кто-то предложил скинуться деньгами на похороны.
В плотных слоях атмосферы корабль начал вращаться – солнечные батареи вели себя как крылья.
На высоте около 80–90 километров над Землей взорвались топливные баки.
Благодаря этому взрыву спускаемый аппарат (СА) отбросило от приборного отсека...
Вот как вспоминал происходящее сам Волынов:
«Я как испытатель контролировал происходящее по приборам и иллюминаторам и вёл репортаж на магнитофон. Понимал: ситуация настолько сложная, что выхода из неё нет.
До столкновения с поверхностью Земли оставалось полчаса. Быстро вращался СА: голова-ноги, голова-ноги. Кругом – плазма. Я вижу розовые жгуты раскалённого газа в иллюминаторах. В кабину поступает едкий дым (потом выяснилось, что в пепел превратилась эластичная герметизирующая резина люка СА). Перегрузки – до 9 g (для сравнения: в нормальной ситуации они не превышают 3,5–4 g).
Затем корабль перешёл во вращение, предусмотренное при баллистическом спуске, когда СА вращается вокруг продольной оси...
Понимая, что всё кончится пожаром, я сунул листочки с записями в середину бортжурнала и плотно перевязал его бечёвкой: в таком виде книги обгорают только по углам.
Надо было сделать всё, чтобы донести полученную новую информацию до тех, кто полетит за мной...
На высоте около 10 км отстрелился люк парашютного контейнера и была введена в действие парашютная система.
После раскрытия основного купола парашюта мне стало ясно, что вращение СА не прекратилось. Стропы парашюта стали закручиваться, а это грозило складыванием купола.
Мне повезло ещё раз: после скручивания строп начиналось их раскручивание.
До самого приземления СА вращался то в одну, то в другую сторону.
Ударило о Землю “хорошо”! Но сознания не терял. Видел, как магнитофон, крепившийся у плеча, оторвался, отлетел и ударился о пол, не задев, к счастью, ноги.
Выбрался из дымной кабины: степь да степь кругом. Да ещё мороз минус 38 градусов, а на мне – только полётный костюм и кожаные “тапочки” (в то время летали без скафандров)».
Место приземления находилось примерно в 600 км от расчётного...
Но, к счастью, космонавта кто-то заметил с пролетавшего гражданского самолёта. Через полтора часа прибыли спасатели.
Волынов спросил, снимая шлем, не седой ли он? Нет, он не поседел. Но при «мягкой» посадке получил несколько травм, в том числе перелом корней зубов верхней челюсти.
Об этом в 1969 году не знали за рубежом, и почти никто в СССР.
На полёт «Союза-4» и «Союза-5» народ откликнулся анекдотом, в котором были обыграны фамилии космонавтов: «ПоШАТАЛись-пошатались по космосу, поВОЛЫНили-поволынили, ни ХРУНа не сделали и ЕЛИСЕли».
Врачи, знавшие настоящую историю посадки «Союза-5», сообщили Волынову, что дорога в космос ему теперь закрыта. И в авиацию ему не вернуться – после пережитого ему не то что за штурвал садиться, а просто летать на самолёте в качестве пассажира в ближайшие годы не рекомендуется. И лучше даже близко к самолёту не подходить.
Борис Волынов не послушал совета врачей.
В 1973-м он уже готовился в составе одного из трёх экипажей к полёту на первую военную орбитальную пилотируемую станцию (ОПС-1) «Алмаз». Из-за неожиданной разгерметизации станции полёты были отменены.
В 1974-м в космос была запущена ОПС-2. К ней должны были отправиться те же самые три экипажа, которые готовились отправиться к первой ОПС. Первому экипажу – Павлу Поповичу и Юрию Артюхину – это удалось. У второго экипажа – Геннадия Сарафанова и Льва Демина – не сработала система стыковки.
Борис Волынов и Виталий Жолобов должны были лететь третьими. Их полёт отменили.
Но 6 июля 1976-го Борис Волынов всё же отправился в свой второй космический полёт – в качестве командира корабля «Союз-21». Бортинженером был Виталий Жолобов.
Полёт должен был продлиться 60 суток. Вначале всё шло нормально. Стыковка с орбитальной станцией «Салют-5» прошла без проблем. Космонавты проводили эксперименты, предусмотренные программой полета. Но на 42-е сутки полёта произошла, как это принято называть, нештатная ситуация: неожиданно отключилось освещение, перестала работать часть приборов, в том числе система регенерации воздуха. Произошло это всё как специально в то время, когда орбитальная станция находилась на тёмной стороне Земли. Через 1 час 40 минут после отключения космонавты смогли установить ручное управление станцией. Но у Виталия Жолобова резко ухудшилось самочувствие: бессонница, потеря аппетита, головная боль. Полёт был прекращен досрочно – на пятидесятые сутки.
О втором возвращении из космоса Борис Волынов рассказывал так: «Последние сутки вкалывал без сна. Надел на напарника скафандр, перенёс его в корабль. И садились ночью. А это сложно.
Потом, после полёта, мы “вертикальную позу” долго не могли соблюдать.
Вскоре обнаружились “сердечные дела”. У обоих. Потеря веса была 7 кг с лишним. Я полгода не мог бегать. В общем, досталось».
После второго полёта Борис Волынов продолжал работу в Центре подготовки космонавтов.
В мае 1990 года он был уволен в запас по возрасту и отчислен из отряда космонавтов, в котором прослужил 30 лет.
Волынова считают своим земляком в Иркутске – там он родился, и на Кузбассе – в Прокопьевске Кемеровской области прошло его детство.
Бывал космонавт несколько раз и в Израиле – там он тоже свой.
В разговоре с местными журналистами первый еврейский космонавт признался: «Еврейского в моем детстве было мало, если оно вообще было. Скажем, о существовании мацы я понятия не имел».
В 90-й день рождения хочется пожелать Борису Валентиновичу Волынову чисто по-еврейски – до 120!
Алексей Алексеев
|
| |
|
|
| Златалина | Дата: Вторник, 31.12.2024, 13:53 | Сообщение # 653 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 318
Статус: Offline
| Он бросился на границу с Газой из Америки, она – из Тель-Авива. Полюбив в полях после атаки ХАМАСа, эти двое обрели друг друга...
Ия ездила «в поля» с первых дней войны. В самом начале волонтёрское движение помощи фермерам на границе с Газой было стихийным. Израильтяне обзванивали поселения и кибуцы, искали попутчиков в социальных сетях – и приезжали убирать урожай. Помощь была нужна многим: обычных сезонных рабочих из Таиланда и Газы на юге больше не было.
К декабрю волонтёры работали уже слаженно: каждую пятницу – это начало выходных в Израиле – в шесть утра автобусы на юг отправлялись из всех крупных городов Израиля. Ия садилась в свой в Тель-Авиве. Она не пропускала ни одной поездки, поэтому сразу обратила внимание на новенького, говорящего по-русски.
Алик в то раннее утро 1 декабря 2023 года оказался в автобусе волонтёров впервые.
За день до этого он прилетел в Израиль из Парижа – специально, чтобы помочь еврейским фермерам. Через две недели работы в теплицах он собирался лететь дальше, в Юго-Восточную Азию: со дня выхода на пенсию юрист Алик не засиживался в родном Бостоне – и всё время путешествовал.
В то утро волонтёры ехали в поселение При-Ган в двух километрах от границы с Газой.
Но по прибытии со стороны Газы начались интенсивные обстрелы: ровно в то утро кончилось временное перемирие. Время подлёта ракет в тех краях всего несколько секунд, укрыться невозможно, да и негде, поэтому фермер, к которому они ехали, отправил их обратно в Тель-Авив: армия запретила работать.
Алик был в растерянности – тогда Ия решила помочь «бедному туристу». Мужчина сначала не горел желанием общаться с разговорчивой попутчицей. Но внезапно Ия позвонила подруге-археологу: «Вам не нужен на раскопках волонтёр из Бостона?»
И тут Алик посмотрел на Ию другими глазами.
Когда речь нечаянно зашла об этрусках – предшественниках древних римлян, оба бросились показывать друг другу фотографии из недавних поездок по Италии. И обнаружили, что снимали одно и то же! Выйдя из автобуса в Тель-Авиве, Ия повела Алика гулять по своему любимому Яффо, где она живёт уже более 20 лет – с тех пор, как приехала в Израиль. Через неделю Алик понял, что хочет в жизни делать две вещи: работать в израильских полях и видеть Ию. Билет в Таиланд он так и не купил...
– Тяжелее всего убирать урожай лимонов: длинные шипы царапают руки и рвут любую одежду, – делится Алик.
– Ну нет, тяжелее всего мыть теплицу, в которой сгнили тонны сладких перцев. Вода очень дорогая, и фермеры, когда понимают, что урожай убирать некому, отключают автополив. И всё сгнивает, – говорит Ия...
Вот уже девять месяцев, как Алик, родившийся в Москве и проживший в США полвека, встает в 4:30 утра и идёт в темноте по улочкам Яффо, чтобы успеть на развозку волонтёров.
Ия присоединяется лишь по выходным: она продолжает работать инженером.
Впрочем, недавно она договорилась с начальством о дополнительных отпусках – чтобы путешествовать с Аликом по миру. Пока что в свои выходные они гуляют по Израилю. Ещё они развлекают внуков Ии, которые уже называют Алика «дедушкой».
Алик может проследить свою еврейскую родословную до 1780 года. Он много раз бывал в Израиле, причём первый раз – аж в далеком 1980 году. Но он никогда не планировал здесь жить.
– Пока я смотрел на израильтян извне, я и не предполагал, насколько мы похожи. Сейчас, будучи внутри, вижу, что я даже машину вожу так же, как местные!
– Да он только с виду такой московский интеллигент, а внутри – пацан с соседнего двора, с которым можно забор перелезть. Настоящий израильтянин! – смеётся Ия.
– Если бы ты не села в тот автобус, я бы не остался, – серьёзно отвечает Алик. В мае он подал документы на израильское гражданство.
Ольга Андреева
|
| |
|
|
| Гость Mира Лейдерман | Дата: Понедельник, 06.01.2025, 14:26 | Сообщение # 654 |
|
Группа: Гости
| «Братьев моих ищу я»: Трамп, Израиль и евреи США
День 9 ноября 2016 года выдался пасмурным на Нижнем Манхэттене. Я пил кофе — ничего, что «Старбакс», главное, горячий! — на углу Бродвея и Чемберс-стрит, листая свежую «Нью-Йорк таймс». Главный заголовок крупнейшей газеты Америки был почти траурный — Трамп победил на выборах президента США.
Дело было накануне моего дня рождения, за окном моросил дождь, а в голове крутилось: «И неясно прохожим в этот день непогожий, почему я весёлый такой». Потому что я радовался, а прохожие за окном были реально хмурыми, их знаменитый американский «смайл» куда-то исчез. Прямо как в телесюжетах советских международников: «Золотая осень царит над Вашингтоном, но не радует она простых американцев».
Горе горькое обрушилось ночью на Манхэттен, где, как говорят, можно пройти километры, не встретив ни одного республиканца. Основы либерального мироздания пошатнулись. Непослушный народ сделал не тот выбор, к которому его подводили медиапастухи CNN и The New York Times.
За сутки до этого, в сам день выборов 8 ноября, я приземлился в Нью-Йорке — в городе с наибольшим числом евреев на планете.
Миллион евреев Города большого яблока условно можно разделить на большинство и меньшинство.
Первые — и их примерно 70 % — это более ассимилированные, более либеральные, слаборелигиозные, с высокой долей смешанных браков, более интегрированные в элиту бизнеса, СМИ и науки, отдалившиеся от Израиля источники еврейских образов Вуди Аллена и стабильный электорат Демократической партии США.
Вторые — и их примерно 30 % — это сохранившие более сильную национальную идентификацию, более традиционные, более консервативные в политических и социальных взглядах, более религиозные, с меньшей долей смешанных браков, с крепкой завязкой на Израиль, сторонники Республиканской партии США.
Мои друзья, любезно пригласившие погостить в их доме в Квинсе, были явно из второй группы.
Родившиеся в СССР и привезённые в Америку детьми на излёте 1980х годов, они окончили здесь медицинские факультеты университетов и за прошедшие 30 лет стали уважаемыми врачами в двух крупнейших госпиталях Нью-Йорка.
И их родители, и они сами — убеждённые республиканцы, помнящие советский социализм и ценящие американскую свободу.
В идеологии этой части «новых американцев» соединились и доля благодарности президентам-республиканцам Рейгану и Бушу-старшему за развал советской империи, и опора на честный труд профессионалов своего дела — с неприятием паразитизма, криминала, сидения на пособиях и фудстемпах.
А ещё эта часть американских евреев очень критична к промывке мозгов, которую ведут крупнейшие медиа Америки — естественно, в пользу демократов.
Эти люди замечают, насколько ведущие СМИ враждебны к Израилю и добры к исламистам и террористам всех мастей. Советский опыт родителей дал хорошую прививку от этой пропаганды.
Я напросился пойти вместе с друзьями на их избирательный участок.
В очереди к школьному зданию были заметны как еврейские, так и азиатские лица. Молодые хабадники решили не терять время и поставили столик возле очереди, предлагая подходящим лицам возложить тфилин.
Голосование шло тихо и спокойно — никто не ожидал потрясений, потому что и город, и штат Нью-Йорк всегда голосуют в массе своей за кандидатов-демократов. Результаты по штату был предопределены изначально, и голосование моих друзей было скорее демонстрацией гражданской позиции — показать «городу и миру», что и в этом крупнейшем мегаполисе есть другая точка зрения.
Замечу, что точно так же голосовали за Трампа ещё две группы моих знакомых из Нью-Йорка — русскоязычные ашкеназы из Бруклина, как религиозные, так и светские, а также бухарские евреи из Квинса, чья стотысячная община вообще объявила пост и молитвы накануне выборов — во имя победы Дональда Трампа.
А дальше была затяжная ночь подсчёта голосов. У экрана Fox News мы наблюдали, как один за другим колеблющиеся штаты окрашиваются в цвета Трампа.
История происходила на наших глазах — та история Америки, которая одним американцам дала надежду, а у других вызвала жуткую депрессию на следующие четыре года.
Мультгерой популярного сериала «Южный парк» поёт: It’s hard to be a Jew on Christmas. Думаю, моим еврейским друзьям из Квинса так же непросто в таком окружении. Потому что быть евреем-республиканцем в Нью-Йорке — значит быть в двойном меньшинстве...
Но в следующие две недели я познакомился и с большинством американского еврейства. Два шаббата я провёл в респектабельном пригороде Чикаго и в городе Силвер-Спринг возле Вашингтона.
В обоих городах я был субботним гостем в разных семьях и молился в синагогах, которые относились к религиозным сионистам и организации Orthodox Union.
И там меня ждал сильнейший когнитивный диссонанс: я встретил прекрасных людей, любящих родителей, гостеприимных евреев, соблюдающих кашрут и шаббат, но скорбящих об избрании Трампа.
Ханука в Белом доме. Трамп сломал в корне парадигму Клинтона-Обамы, которая требовала от Израиля бесконечных уступок и «болезненных компромиссов»
Я мог судить только по заявлениям Трампа в поддержку Израиля (их реализация была ещё впереди) — и не понимал, почему эти замечательные евреи категорически не принимают его, высказывают надуманные страхи о каком-то приходе фашизма и расизма.
За шаббатним столом я в мягкой форме попытался возразить: «Но ведь избрание Трампа — это так хорошо для Израиля!» На что мне один из гостей резко ответил: «Да какая разница, что он обещает Израилю, — нам он не нравится по причинам внутри Америки!»
Другой прихожанин синагоги горько посетовал: «Надо уезжать в Канаду!» Женщина ему ответила: «Ну зачем так резко. Надо перетерпеть — это же всего на четыре года».
Я слушал эти стенания и понимал, насколько же израильское восприятие отличается от американского. И ещё одна мысль кольнула тогда сознание: им здесь всё равно, что происходит с нами там, в Израиле...
Как же возникла ситуация, при которой голосование за кандидатов Демпартии стало для большинства евреев США безусловным рефлексом?
Изначально Республиканская партия была партией белой протестантской элиты.
Демократы, базировавшиеся на Юге, проиграли гражданскую войну и десятки лет были аутсайдерами в политике. В начале ХХ века Демпартия привлекла три новые этнические группы в качестве своей электоральной опоры: католиков (в основном ирландцев и поляков), евреев и афроамериканцев... или, говоря проще - негров (админ. сайта)
Двадцатилетнее правление президентов-демократов Франклина Делано Рузвельта и Гарри Трумэна в 1933-1953 годах зацементировало большинство евреев как избирателей Демпартии. Этому способствовали и борьба с нацизмом, и поддержка молодого Государства Израиль, и в целом продвижение демократами идей гражданских прав.
Да и внутренние процессы ассимиляции среди американских евреев делали именно Демпартию и её идеологию наиболее подходящим каналом для широчайшей интеграции евреев во все сферы американского общества.
Так родилась старая шутка: «Что такое американский реформизм? Это программа Демократической партии плюс бар-мицва».
Трамп дал Израилю то, что на иврите называется ахават хинам — беспричинную любовь
Даже разочарование евреев в президенте-демократе Джимми Картере не дало Рональду Рейгану большинства голосов на еврейской улице. Крупнейшие спонсоры-евреи охотно финансировали избирательные кампании Клинтона и Обамы.
Между либеральным еврейством и Демпартией можно было ставить знак равенства. Отношения глубокой взаимной привязанности 1990-2010-х годов остаются таковыми и сейчас, несмотря ни на что.
В 2018-2020-х годах Демпартия стала заметно сползать в левый политический радикализм — в ней весомо зазвучали голоса социалистов, сторонников ислама и агрессивных акций движения BLM. Афроамериканское крыло партии перестало стесняться антисемитских и антиизраильских выражений.
В этой атмосфере перед выборами-2020 прозвучало откровенное интервью потенциального вице-президента от демократов Камалы Харрис, в котором она пообещала защищать интересы палестинцев и прекратить произраильский курс Трампа.
Насилие на улицах против евреев со стороны «цветных» соседей, погромы магазинов в крупных городах сопровождались ещё и насилием идейным.
Вот что рассказала мне та знакомая из Квинса, в семье которой я гостил: «Когда были протесты против полиции летом 2020 года, наш госпиталь и наша профсоюзная организация буквально заставили каждого врача выйти на митинг солидарности и встать на одно колено — в знак почтения к убитому полицейскими наркодилеру. Я в это время пряталась, чтобы никто не знал, что я не вышла. Потому что могут быть большие проблемы. Они мыслят так: если я не против полиции, значит, я расистка. А если я расистка, значит, не буду максимально хорошо лечить людей другого цвета кожи. А это прямой повод к увольнению».
Если такая политическая цензура творится в современной Америке, то это уже не «земля свободных» и не «дом храбрых», как поётся в гимне США.
«Джо Байден — не Барак Обама», — сказал после выборов в ноябре 2020-го Аарон Дэвид Миллер, старший научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир. «Его взгляд на Израиль во многих отношениях принадлежит [предыдущему] поколению и намного ближе к [взглядам] Билла Клинтона. Байден, как и Клинтон, влюблён в идею Израиля. Поэтому он, как и Клинтон, склонен примиряться с реалиями, в которых находится Израиль, и его склонность состоит не в том, чтобы судить, а в том, чтобы дать Израилю преимущество сомнения».
Но жизнь научила нас опасаться влюблённых в идею Израиля. Потому что прекрасная идея, которая сидит у них в головах, отличается от того реального Израиля, в котором хочет жить еврейское большинство нашей страны.
Эта нестыковка между «идеальной моделью» и реальностью порождала у всех администраций демократов — и Клинтона, и Обамы — зудящее желание переделать Израиль под своё понимание того, каким Израиль должен быть согласно самым красивым принципам либерализма.
Это всегда заканчивалось соглашениями Осло с палестинскими террористами, кровью терактов, поощрением аппетитов Арафата и Абу Мазена, вливанием американских денег в левые НГО, которые должны были научить израильтян, как им правильно жить в своей стране, идя на постоянные уступки кровожадным соседям.
Позже это выразилось в многолетнем стремлении загнать Израиль в прокрустово ложе обамовского Нового Ближнего Востока — на фоне полыхающей «арабской весны» и попыток наказать Израиль в ООН за «непослушание» и строительство жилых домов в своей столице, а также в Иудее-Самарии.
Журнал «Нью-Йорк» вышел в сентябре 2011 года с обложкой, на которой рядом с Обамой в кипе сверкал заголовок: «Первый еврейский президент США». Джон Хайлеманн, автор главного материала номера, цинично оправдывал давление Обамы на Израиль: «Президент выступает здесь не в роли бездушного нападающего, а в роли заботливого и трезвого брата, который бьёт своего пьяного брата или сестру: дело не в том, чтобы причинить вред парню, а в том, чтобы заставить его протрезветь».
Вот такими ролевыми играми с плёткой демократы обычно и пытались заниматься с Израилем. Они — якобы старший трезвый брат, мы — якобы младший неразумный пьяница.
И всё это усиливалось патернализмом и снобизмом евреев — главных советников Обамы, которых Нетаниягу в кулуарах называл «евреями, ненавидящими самих себя».
На сопротивление этой настырной любви демократов ушли годы и масса сил еврейского народа в Сионе. За многое можно критиковать Нетаниягу, но одно я точно поставлю ему в огромную заслугу: он выдержал все восемь лет давления администрации Обамы. Биби умело маневрировал в Вашингтоне ради двухпартийной поддержки Израиля в Конгрессе. Нетаниягу нещадно критиковал ядерную сделку с Ираном, но смог добиться её отмены только после Обамы...
Почему-то всегда такая любовь демократов выражается в стремлении с хрустом переломать кости объекту любви — конечно, для его же блага, чтобы он в точности соответствовал фантазиям и высоким стандартам Свободы и Прогресса, эталоны которых явно хранятся в штаб-квартире Демпартии.
Не надо любить идею Израиля. Не надо восхищаться «светлым образом Израиля».
Иногда хочется, чтобы нас не любили, а просто оставили в покое. А если любили, то такими, какие мы есть.
Именно это и сделал Дональд Трамп в 2017-2020 годах.
Симпатия и поддержка не в обмен на уступки, а просто потому, что мы живём на своей земле в этой части глобуса; потому, что мы правы — и правда на нашей стороне.
Упомянутый журналист Джон Хайлеманн убеждал читателей: «Проявляя жёсткую любовь к Израилю, Обама пытается убедить союзника в том, что принятие болезненных и рискованных компромиссов для мира с палестинцами — это единственный способ сохранить сионистскую мечту».
И тут пришёл Трамп — и сломал в корне парадигму Клинтона-Обамы, которая требовала от Израиля бесконечных уступок и «болезненных компромиссов», а от палестинцев не требовала ничего, кроме красивых слов на бумаге.
Трамп пробил подписание мирных соглашений Объединенных Арабских Эмиратов, Бахрейна и Судана с Израилем. Этим Трамп сделал палестинцев полностью нерелевантными в арабском мире.
Рухнул базовый постулат, по которому мир Израиля с арабскими странами невозможен без урегулирования с палестинцами. Оказалось, что очень даже возможен. И без наших болезненных уступок.
В корзине подарков Трампа Еврейскому государству — признание Иерусалима столицей Израиля и перенос туда посольства США, признание Голанских высот частью Израиля, тотальная поддержка в ООН, запреты финансового бойкота Израиля и удары по международным организациям, которые вели антиизраильскую политику.
Да, Трамп делал это рука об руку с премьером Израиля Нетаниягу — и президенту США было очень комфортно в дуэте с правым главой правительства.
Да, Трамп делал это не только и даже не столько ради еврейских голосов. Он в том числе работал и на свой электорат — десятки миллионов евангельских христиан США. Но он делал там, где его предшественники только говорили, обещали или запугивали Израиль.
Такая мощная произраильская линия дала свои плоды и на еврейской улице. Если на выборах-2016 за Трампа проголосовали только 24 % евреев США, то на выборах-2020 — уже 30,5 %.
А Флорида, один из ключевых штатов, показала рекордное голосование — 43 % евреев штата за Трампа. В это число вошли и большие группы евреев из стран Латинской Америки, которые сбежали во Флориду от социализма и левых диктатур в своих странах.
Но есть и другой взгляд на, казалось бы, успешные для Трампа цифры роста числа избирателей-евреев. То, что, несмотря на самую большую за всю историю США поддержку Израиля, только 30-40 % евреев проголосовали за Трампа, говорит (кроме личной ненависти к Трампу) ещё и о том, что сам Израиль и его поддержка уже не являются важным фактором для более чем половины американских евреев.
И это равнодушие к интересам безопасности Израиля со стороны мейнстрима евреев США — возможно, один из самых мрачных результатов выборов-2020,
общий итог которых показал наличие двух политически разных группировок внутри еврейского народа. Если внутри США среди избирателей-евреев была пропорция 70 на 30 % в пользу Байдена, то в Израиле среди имеющих право голосовать на выборах в США была абсолютно обратная пропорция:
70 на 30 % в пользу Трампа.
Эти цифры яснее других показывают разрыв мировоззрений между евреями, живущими в США, и евреями, живущими в Израиле. Неужели между нами пролегла непреодолимая пропасть?
Электоры должны собраться 14 декабря 2020 года для выборов президента США. Это будет день в середине еврейского праздника Ханука, когда мы отмечаем победу Света над Тьмой, немногих над многими. В ту неделю мы будем читать, как и каждый год, главу Торы о взаимоотношениях между сынами Яакова.
Йосеф идёт на поиски братьев. Между ними — глубокая трещина, а значит, это трещина в фундаменте будущего еврейского народа. Как исправить раскол? Как зацементировать разрыв и восстановить отношения братства?
«И нашёл его (некий) муж, и вот он блуждает в поле; и спросил его муж, говоря: Что ты ищешь? И сказал он: Братьев моих я ищу. И сказал муж: Отправились отсюда…» (глава Вайешев, 37:15-17).
Комментарий к «отправились отсюда»: они отдалились, отстранились от братства и от братских чувств, не желая видеть в тебе брата. Они ушли от самого понятия братства. А в наиболее резкой трактовке: они перестали быть тебе братьями.
В современном мире еврейский народ географически разделен на три части: еврейское население Израиля — 6,7 млн человек, еврейство США — 5,76 млн человек, и евреи остальных стран диаспоры — в сумме около 2 млн человек. Фактически Израиль и США — два основных «кита» еврейского народа.
Замечу, что та же цифра — 5,5 млн евреев — была в США и накануне Второй мировой войны. Неужели американские евреи с тех пор не рожали детей? Или какая-то ужасная эпидемия выкосила их ряды?
Ничего подобного. Просто весь демографический прирост «съедался» ассимиляцией, смешанными браками и отходом от еврейства.
Отвергая Израиль и/или ослабляя свою связь с еврейским государством, американское либеральное еврейство оказывается на распутье между двумя векторами своего будущего. Причём история еврейского народа подсказывает, что оба вектора будут развиваться параллельно.
Путь первый: дальнейшая ассимиляция, крен влево, отвержение Израиля как национального дома еврейского народа, потеря остатков еврейской идентичности, продолжение романа с Демпартией, которая всё более радикализируется, становясь домом для социалистов типа Берни Сандерса, для исламистов, друзей Ирана и антисемитов из «Антифа» и BLM.
Путь второй: пробуждение национальной и религиозной идентичности евреев США, усиление их спайки с Израилем, медленное преодоление почти векового романа с Демпартией, политическое соединение со здоровыми силами в консервативном движении, включая евангельских христиан, на почве американского патриотизма и произраильской активности.
Вопрос остаётся открытым: готовы ли американские братья восстанавливать их исчезающее братство с Йосефом — Израилем?
Мы в Израиле можем от чистого сердца сказать евреям США, что ищем их и всегда ждём.
Вопрос в том, ищут ли они нас...
Шимон Бриман, 22 ноября 2020
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Среда, 08.01.2025, 05:54 | Сообщение # 655 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
|  В начале 50-х в Англии двое евреев случайно встретились в поезде. Один из них был легендарный первый мэр Бат-Яма Давид Бен-Ари, читавший в поезде книгу на идиш. Второй – автор этой книги знаменитый авангардный писатель и драматург Шолом Аш.
Увидев читателя своей книги, он решил подойти к нему и представиться. Дальше события развивались стремительно. Давид Бен-Ари, мечтавший превратить Бат-Ям в культурный центр, предложил Ашу переехать в Бат-Ям и обязался построить ему дом за счёт мэрии. Аш согласился с условием, что дом будет построен по соседству с домом самого мэра. Бен-Ари без труда решил этот вопрос, и в 55-м Аш переехал с женой в свою виллу с садом, куда привёз свою огромную библиотеку, коллекцию иудаики и собрание картин, среди которых были работы Марка Шагала, Дега, Модильяни и других выдающихся художников.
Два года спустя Аш поехал в Лондон навестить дочь и там внезапно умер.
Его жена Матильда в Бат-Ям не вернулась и оставила дом и коллекции в дар Бат-Яму, чтобы в нём был основан музей её мужа.
Несколько месяцев назад я писала о печальной участи картин выдающегося еврейского художника Иссахара-Бер Рыбака, которые чудом во время Холокоста сохранила его жена. Ее тоже пригласил в Бат-Ям Давид Бен-Ари и даже основал музей Рыбака. Однако после смерти мэра и жены Рыбака здание музея было заброшено.
Та же участь ожидала и дом Аша. Долгие годы он служил пристанищем для уличных котов, и лишь в последнее время был отреставрирован и вновь открылся для литературных мероприятий (ул. Арлозорова, 50).
Кто сейчас помнит, что Шолом Аш (1 ноября 1880 – 10 июля 1957) был мировой знаменитостью, несколько раз номинированный на Нобелевскую премию. Его называли “еврейским Диккенсом” за то, что он писал о людях из самых низших социальных сословий. Его пьесы ставили в лучших театрах мира. Произведения Аша переведены на множество языков...
Шолом Аш в 18 лет ушел из дому и начал зарабатывать себе на жизнь во Влоцлаве частными уроками: ведь помимо идиша он в совершенстве владел ивритом и польским.
Первую новеллу в 1899 году Аш написал на иврите и показал известному еврейскому писателю Ицхоку Лейбушу Перецу. Тот оценил её положительно, но посоветовал писать на современном разговорном языке — идише.
В повестях «Городок» (1905), «Богач Шлойме» (1909) Аш рисует патриархально-религиозные устои еврейского местечка.
В 1909 Аш уехал в США, где создал социальные романы из жизни пролетариев: «Мотке-вор» (1917), «Дядя Мозес» (1917), «Мать», «Электрический стул», «Возвращение Хаима Ледерера» и др.
Аш воскрешал древние предания в романах «Во славу божию» (1920), «Кастильская колдунья» (1921), «Псалмопевец» (1937), «Человек из Назарета» (1943)...Библейские мотивы лежат в основе романов «Мария» (1949), «Моисей» (1951).
В 1928 году Аш посетил СССР. Встречался с М. Горьким, Б.Пильняком, Л. Леоновым, А.Свирским и др. писателями. Шолом Аш был автором таких произведений, как «Уголь» (1928), «Ист-ривер» (1947), «Гроссман и его сын» (1954).
Одной из главных целей Аша в его творчестве было изложение еврейской жизни, прошлого и настоящего. Он ставил еврея в центр каждой своей работы, наряду с пониманием еврейских отношений с внешним миром. Некоторые из его наиболее часто повторяющихся тем были: вера человека, доброта и щедрость. Его отталкивало и интриговало христианское насилие, а вдохновляло еврейское мученичество и выживание. Хотя многие из его произведений сегодня уже не читают, его лучшие произведения зарекомендовали себя как эталоны еврейской и идишской литературы.
 Незадолго до короны я смотрела в Бейт-Лесин замечательный спектакль по знаменитой пьесе Аша “Мотке-вор”.
Если я начну писать о жизни и сложном характере Шолома Аша, то не закончу до завтра. На коллаже фото, сделанные в доме Аша. Я даже посидела в его кресле.
Рина ЗАК
|
| |
|
|
| отец Фёдор | Дата: Среда, 29.01.2025, 08:27 | Сообщение # 656 |
|
Группа: Гости
| Когда цена жизни равна нулю, когда кровь на руках считается нормой, когда человечество теряет человечность, в этой мгле обязательно найдутся люди с большим сердцем – люди, которые перевернут представление о страхе, потому что приняли единственное правильное решение.
Командир немецкого гарнизона Пауль Беренц в 1943 году на захваченном греческом острове Закинф, пригласил к себе в кабинет Лукаса Каррера – мэра города Закинфаи, направив револьвер в его сердце, резко потребовал составить список всех евреев маленького острова.
Каррер, не поведя глазом, сказал, что ему понадобится немного времени для написания списка. После тяжёлого разговора с немецким командиром, он сразу же пошёл к Хризостому – епископу острова.
Епископ и мэр, ни на секунды не усомнившись в своих действиях, придумали план. Они тянули время целых три дня, пока жители острова прятали 275 евреев, что там проживали, после чего отправились к командиру Беренцу.
Когда они вручили ему список всех евреев, командир проглотил язык от возмущения. На листе было написано только два имени: епископа и самого мэра...
Когда командир вопросительно посмотрел на епископа, тот сказал:— Тут все ваши евреи! Если вы хотите депортировать евреев острова Закинфа, я поеду с ними и разделю их судьбу.
Ещё в 1924 году в Мюнхене епископ лично познакомился с Гитлером, когда получал степень доктора философии. Это знакомство спасло Хризостома от неминуемого расстрела.
В тот же день, когда командир гарнизона Пауль Беренц огласил своё требование, епископ написал письмо в Берлин с просьбой не трогать евреев Закинфа. Ответа ждали недолго: Евреи остаются на острове под личную ответственность епископа и мэра.
В итоге остров Закинф стал единственным местом в Европе, а вероятнее всего и в мире, где не ни один еврей не пострадал, не подвергся гонениям и не познал холода и голода.
Их поступок не остался незамеченным.Через три года после окончания войны, небольшая еврейская фирма на острове, занимающаяся стеклом, в знак благодарности епископу бесплатно застеклила восстановленную церковь Святого Дионисия, несмотря на законы hанахи.
А в 1978 году музей Катастрофы Яд ва-Шем признал мэра Лукаса Каррера и епископа Хризостома Праведниками мира.
Честь и слава нации, взрастившей таких сыновей!
В 92 году прошлого века, там где находилась синагога, разрушенная землетрясением еще 1953 году Центральный еврейский совет Греции поставил мемориальные плиты, с барельефами епископа Хризостома и Лукаса Каррера.
4 мая 2016 года, на церемонии на еврейском кладбище Закинфа в честь Йом ha-Шоа, посол Израиля в Греции Ирит Бен-Аба, отметила храбрость жителей Закинфа, «которая стала легендарной в еврейском мире и Израиле», отдав одновременно честь митрополиту Хризостому и мэру Карреру.
В основании мемориала написано: Евреи Закинфа никогда не забывают мэра, любимого епископа и того, что они сделали для нас.
И мы помним этих людей:
• Епископ Димитриу Хризостом (1890 – 1958)
• Мэр Лукас Каррер (1909 – 1985)
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Вторник, 04.02.2025, 13:16 | Сообщение # 657 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| Известно, что Уинстон Черчилль был сторонником сионизма. Но мало кому известны заявления Черчилля, сделанные им во время слушаний комиссии Пиля в марте 1937-го, протоколы эти до сихпор никого не интересовали и не привлекали общественного внимания.
Лишь недавно кое-какие высказывания Черчилля, касающиеся арабо-еврейского конфликта, были опубликованы сэром Мартином Гилбертом в его книге Churchill and the Jews(«Черчилль и евреи»).
Эти высказывания являются замечательным и актуальным ответом тем, кто считает создание еврейского государства несправедливостью по отношению к арабам и отмечает день провозглашения Израиля как палестинскую Катастрофу.
Сэр Мартин Гилберт — один из крупнейших еврейских историков современности и автор более 80 книг, получивших всемирное признание, в том числе книги о борьбе советских евреев за выезд из СССР, он является официальным биографом Черчилля, что придаёт серьёзный вес как выводам, содержащимся в его книге, так и приведённым в ней фактам...
Уинстон Черчилль впервые столкнулся с евреями в доме своего отца, сэра Рэндольфа. Тот был известен тесной дружбой с евреями и завсегдатаями привилегированных британских клубов, членом которых состоял сэр Рэндольф.
Сплетничали, что у него чересчур много этих приятелей. А члены семьи (не сын Уинстон) даже упрекали его за то, что он слишком часто и в слишком большом количестве приглашал евреев к себе домой...
Хорошей иллюстрацией отношения Черчилля-старшего к евреям служит история, рассказанная Гилбертом в его книге: однажды, когда Черчилль-старший гостил в поместье у одного из своих друзей, некий знатный аристократ приветствовал его словами: «Сэр Рэндольф, не привезли ли вы с собой ваших еврейских друзей?» На что сэр Рэндольф немедленно ответил:
«Нет, я не думаю, что их могла бы позабавить здешняя компания» .
Сын полностью перенял отношение отца к евреям и смолоду обзавёлся среди них близкими друзьями.
В возрасте 27 лет, будучи уже членом парламента, он познакомился на своём избирательном участке в Манчестере с перебравшимся год назад в Англию из Женевы химиком Хаимом Вейцманом.
Мимолётное знакомство на митинге, где выступал Черчилль, переросло в дружбу, длившуюся всю жизнь.
Неслучайно первый лорд адмиралтейства Уинстон Черчилль сразу же после начала Первой мировой вызвал к себе Вейцмана, продолжавшего заниматься исследовательской работой в Манчестерском университете. Англия остро нуждалась в ацетоне — растворителе, использовавшемся при производстве кордита, важнейшего взрывчатого вещества.
– Доктор Вейцман, нам нужно 30 тысяч тонн ацетона. Можете ли вы его произвести? — обратился Черчилль к своему приятелю.
Вейцман вспоминал: «Я получил карт-бланш от Черчилля и от порохового отдела адмиралтейства и взялся за работу, которая привела меня к последствиям, которых я даже не мог себе представить».
Говоря о последствиях, Вейцман имел в виду не только налаженное им производство ацетона, оказавшее английской армии огромную услугу в войне.
Одним из последствий было сотрудничество Вейцмана с преемником Черчилля на посту первого лорда адмиралтейства Артуром Бальфуром.
Заслуги Вейцмана перед Англией в деле обеспечения армии взрывчаткой стали одним из факторов, приведших к тому, что Артур Бальфур, министр иностранных дел в правительстве Ллойд-Джорджа, направил барону Ротшильду письмо, ставшее известным как Декларация Бальфура, сыгравшая кардинальную роль в укреплении еврейского ишува в Палестине.
Черчилль много лет активно поддерживал обязательства Англии, высказанные в Декларации Бальфура по отношению к сионистскому движению и всемерно способствовал максимальной реализации этих обязательств, поскольку считал сионизм противовесом большевизму, в первую очередь среди евреев.
«Пассивного сопротивления большевизму недостаточно, — писал он в статье «Дом для евреев», опубликованной в 1920 году. — Резко контрастируя с международным коммунизмом, сионизм предлагает евреям коренную национальную идею. Британскому правительству представилась возможность обеспечить для евреев всего мира пристанище и создать центр их национальной жизни. Государственная мудрость и историческое чутьё мистера Бальфура помогли использовать эту возможность. Была принята декларация, однозначно определившая политику Великобритании в этой сфере».
Черчилль делает важный вывод: «Начинающаяся борьба между евреями-сионистами и евреями-большевиками есть борьба за душу еврейского народа». И в этой борьбе, по мнению Черчилля, «нужны практические альтернативы как в моральной, так и в социальной сферах. Быстрое создание национального еврейского центра в Палестине могло бы не только стать убежищем для людей, угнетаемых и подавляемых ныне в несчастных странах Центральной Европы, но и послужить символом еврейского единства и еврейской славы»
Черчилль не на словах, а на деле помогал сионистам строить еврейский национальный очаг в Палестине. Так, в качестве министра по делам колоний он в течение одного (!) дня утвердил заявку Пинхаса Рутенберга на предоставление ему концессии по использованию вод рек Иордан и Ярмук для получения электроэнергии, благодаря чему в Палестине была построена первая гидроэлектростанция и создана «Электрическая компания», существующая до сих пор.
Черчилль приложил руку и к созданию компании по переработке солей Мертвого моря, быстро завершив длившуюся долгие годы бюрократическую волокиту с выдачей концессии...
К сожалению, вскоре в Лондоне политическая ситуация изменилась: к власти пришли люди, опасавшиеся чрезмерного усиления сионистов и постоянно оглядывавшиеся на арабов. Именно в этой атмосфере и проходила работа комиссии Пиля весной 1937 года.
И именно с таким сионистским багажом Черчилль пришёл давать ей свои показания.
Этой комиссии, вошедшей в историю по имени её председателя, бывшего министра по делам Индии лорда Пиля, было поручено определить характер британских обязательств по отношению к евреям и арабам и выработать предложения о будущем подмандатных территорий. Показания Черчилля имели огромную важность, и ему в общей сложности было задано более ста вопросов.
Когда в апреле 1937 года отчёт комиссии был опубликован, в нём не цитировались высказывания Черчилля. Они не были преданы гласности и позже.
Но, без всякого сомнения, позиция Черчилля оказала серьёзное воздействие на выводы комиссии, которые без его чёткой и бескомпромиссной поддержки евреев были бы менее благоприятными для сионистского движения.
Впрочем, высказывания Черчилля имеют не только историческое значение, они как нельзя более актуальны для сегодняшнего этапа арабо-израильского конфликта.
Приведу лишь некоторые, которые, как мне кажется, могут стать весомым аргументом в спорах с теми, кто утверждает, что евреи совершили по отношению к арабам преступление, отобрав их землю и заставив жить в угнетении…
«У арабов нет причин быть противниками евреев. Евреи обеспечили развитие Палестины, они вырастили сады и обеспечили ирригацию полей, построили школы и электростанции и сделали Палестину гораздо более приспособленным и удобным для жизни местом, чем она была за несколько лет до их приезда. Арабы живут теперь гораздо лучше, чем до прибытия евреев…
Арабы обязаны всем, что они имеют, еврейской инициативе. Насилие со стороны арабов вызвано фанатизмом и завистью».
На вопрос, не будет ли распространение еврейского очага на всю Палестину грубой несправедливостью по отношению к арабам, Черчилль ответил:
«В чём заключается грубая несправедливость, если люди приходят и создают в пустыне пальмовые и апельсиновые рощи?
В чём несправедливость, если создаётся всё больше рабочих мест и богатств для каждого? В этом нет несправедливости. Несправедливо, когда живущие в этой стране оставляют её пустыней в течение целых тысячелетий».
Но этим Уинстон Черчилль не ограничился. Отвечая на заявление Пиля, что Великобритания «будет испытывать угрызения совести, зная, что она год за годом притесняла арабов, которые всего лишь хотели оставаться в своей собственной стране», Черчилль выдал целый пассаж, которого сегодня постеснялись бы не только так называемые постсионисты, но и многие так называемые сионисты, заразившиеся болезнью «политикал коррект»:
«Я не считаю, что собака на сене имеет исключительные права на это сено, даже если она лежит на нём очень длительное время...
Я не признаю такого права. Я не признаю, например, что какая-то великая несправедливость была совершена по отношению к американским индейцам или к аборигенам в Австралии.
Я не признаю, что этим людям был нанесён ущерб в результате того, что более сильная раса, более высокоразвитая раса или, во всяком случае, более умудрённая раса, если так можно выразиться, пришла и заняла их место».
Можно только представить себе реакцию израильской прессы, если бы такое утверждение посмел высказать какой-нибудь израильский политик.
Но вот с сэром Уинстоном разделаться не так уж и просто, ведь речь идёт о высказываниях одного из самых влиятельных политиков свободного мира...
|
| |
|
|
| Рыжик | Дата: Суббота, 08.02.2025, 16:53 | Сообщение # 658 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 321
Статус: Offline
| Наум Сагаловский
СНЫ В ЛЕТНЮЮ НОЧЬ
Памяти Мити Шкляного
Какие сны нам снятся по ночам?..
Мы юны, нам двенадцать с половиной,
мы с пионерской гордостью невинной
внимаем мудрым сталинским речам.
Мы сплочены в мужской суровый класс.
Ещё ни боли в сердце, ни колитов.
Вокруг полным-полно космополитов
с фамилиями вроде как у нас.
Мечта поэта – зимнее пальто!
Увы, обноски наши – вне сезона,
и жизнь проходит возле стадиона
и цирка под названьем “шапито”.
Учителя нас мучают с утра,
погрязшие в контузиях и грыжах,
а в нашем классе – сразу двое рыжих,
мы называем их Амон и Ра.
О нашей пятой проклятой графе
ещё антисемиты не орут нам,
и наш директор – Лев Наумыч Грутман,
кавалерист в армейских галифе,
Иосиф Львович – завуч и русак,
он учит нас премудрости грамматик,
Семён Абрамыч – лысый математик,
он формулами ставит нас впросак.
Афины, древний Рим, Лаокоон,
диктанты, драки, мелкие крамолы…
Три этажа неполной средней школы
нам заменяют цирк и стадион.
А девочки?.. Трофейное кино,
записки, вздохи, бантики-косички –
романов наших первые странички,
которым продолженья не дано…
Куда всё это делось? Как прибой,
нас разметала жизнь по белу свету.
Но так устроен мир: иных уж нету,
а те далече. Это мы с тобой…
Какие сны нам снятся по ночам?..
Мы повзрослели. Нам уже под сорок.
Усталые, мы вышли на пригорок,
и бездна открывается очам.
Остановись и посмотри назад.
Что там, внизу? Несбывшиеся грёзы,
любовь, тома поэзии и прозы,
Муму, Война и мир, Вишнёвый сад…
Там не дрозды российские поют,
не солнца свет, не арфы многострунность –
недолгая разграбленная юность,
сиротский однокомнатный уют.
Там детство, опалённое войной,
там отрочества жалкие руины!..
Земную жизнь пройдя до половины,
мы – пасынки в своей стране родной.
А что там впереди? Туман и мрак,
там пустота, зияющая бездна,
иной душе, быть может, и любезна,
где можно выжить, если не дурак,
где жизнь – борьба, по Карлу Ильичу,
где незавидна доля инородца.
Я не хочу ни выжить, ни бороться,
я жить хочу, я просто – жить хочу…
…Вот старый снимок. Мы – вдесятером,
жидовских морд непуганных десяток,
нам не грозят ни слава, ни достаток.
Мы в Киеве. Ещё не грянул гром,
куда бежать – ещё не решено,
ещё мы никого не провожаем.
Лишь через год, в связи с неурожаем,
начнут менять евреев на зерно,
и ты уедешь первым. А пока
из Дарницы ли, с Чоколовки, с Нивок
мы собрались, чтоб сделать этот снимок.
Такими мы пребудем на века.
Десяток душ – потомкам напоказ,
ещё нам не страшны ни смерть, ни старость.
Теперь нас только шестеро осталось.
Надолго ли? Ты там проси за нас…
Какие сны нам снятся по ночам?..
Уходит поезд. Дальняя дорога.
А то, что провожающих немного –
не придавай значенья мелочам.
Вокзальный дух, с военных лет немил,
плацкарты, визы, вещи, вещи, вещи…
Не забывай! Какой нас рок зловещий
уводит от отеческих могил?..
Нас двое, провожающих, из тех
на старом снимке, где мы все моложе,
и третий обещал явиться тоже,
но, видно, задержался, как на грех.
А на тебе китайский макинтош,
и голос твой звучит потусторонне.
Уходит поезд. Люди на перроне.
Ну, что ж, прощай, обнимемся, ну, что ж,
иди, уже волнуется жена,
до встречи!.. Разоделся, как на праздник…
Ну, с Богом!.. Уезжает одноклассник,
и рушатся, как скалы, времена…
Не то, что б мы дружили с юных лет,
ну разве что – во мнении оплошном,
но связаны мы памятью о прошлом,
она за нами тащится вослед,
она ещё проявится опять
в причастности к ОВИРу и ХИАСу.
Мы вечно будем братьями по классу,
по средней школе номер тридцать пять!..
…Уходит поезд. Тронулся. Исчез.
И светофор закрыл свой глаз зелёный,
и паровоза голос отдалённый
растаял где-то в мареве небес,
а мы вдвоём с товарищем идём,
и слышим что-то в гуле бестолковом:
ещё наш бедный скарб не упакован,
покой в семье, и жизни полон дом,
но, в общем-то, пора уже и нам
не ждать грозы и выбраться из нетей…
Идём вдвоём, а нам навстречу третий
бежит и не глядит по сторонам –
один из рыжих, солнечный брюнет
по кличке Ра, бледнее, чем бумага.
Он опоздал на проводы, бедняга.
Кто может знать – нарочно или нет?…
Какие сны нам снятся по ночам?..
Почти что семь десятков за плечами.
Сон не идёт. Мы реже спим ночами
и чаще обращаемся к врачам…
Но видится мне много лет спустя:
июньский день… Судьба полна сюрпризов.
Я тоже получу желанный вызов
и родину покину, не грустя,
и ты мне дашь обещанный гарант
в тот город, где живу я и поныне,
погрязший в многолетней паутине,
на пенсию ушедший эмигрант.
Июньский день. Вернее – ночь. И я
с надеждою, но явно без восторга
уже лечу из Рима и Нью-Йорка
в Чикаго, и со мной моя семья,
и всё неясно – что, куда и где,
ни языка, ни денег, ни приюта,
и будущее призрачно, как будто
написано кругами по воде…
И вот – огни, толпа, аэропорт,
такая красота – подстать Парижу.
Я знаю, что сейчас тебя увижу,
но не уверен – чем не шутит чёрт?
А день тот – нескончаемый такой,
что дремлет на ходу сынок-проказник…
Стоит мой полысевший одноклассник
и машет мне приветливо рукой…
Я позабуду радость первых строк,
родной земли немеркнущие виды,
восторги, унижения, обиды,
огонь костра, романтику дорог,
ненужной славы медленный обвал,
признания, наполненные вздором,
предательство иных друзей, которым
в их трудный час я руку подавал,
последнюю печаль – спасибо ей,
но этот день, почти что четверть века
тому назад, останется, как веха,
в уже недолгой памяти моей…
…Нас шестеро осталось. С каждым днём
всё тоньше нить, и рушится основа.
Когда-нибудь мы соберёмся снова.
Ты жди. Мы обязательно придём.
Мы будем приходить по одному.
И вот, в конце концов, сойдёмся все мы.
А наши сны, и снимки, и поэмы –
кому они останутся? Кому?..
|
| |
|
|
| Имммигрант | Дата: Понедельник, 24.02.2025, 07:34 | Сообщение # 659 |
|
Группа: Гости
| Размышления оптимиста о Трампе и Украине
В последние дни все, кому небезразлична судьба Украины, пребывают в тоске и разочарованы действиями Трампа. Даже лучшие аналитики и комментаторы с горечью говорят: всё не так, всё не туда, и даже аморально...
Читатель, подарите мне пять минут вашего времени и, быть может, я смогу развеять ваш пессимизм.
Сначала вводные соображения
1. Трамп безусловно хочет остановить кровопролитие в Украине. Вряд ли кто-либо с неповреждённой моралью будет против этого стремления. Заметьте: Трамп хочет не мира, а лишь остановить бойню, то есть он хочет перемирия. Это принципиальное положение.
2. Трамп плохо относится к Зеленскому, на что у него есть серьёзные основания: все три года после вторжения России в Украину, Америка худо-бедно, но всё же Украине помогала и вооружением, и деньгами, и политически. Однако Украина в большинстве случаев в ООН голосовала против США и Израиля и часто так же, как её злейший враг Россия.
Когда Трамп шёл на президентские выборы Украина занимала явно про-байденовско-харрисовскую позицию, она почти истерически была против Трампа. Украинский посол Маркарова словами и делом поддерживала Байдена, что выглядело как прямое вмешательство в американские выборы, а когда 3-е лицо в правительстве Спикер Палаты представителей М. Джонсон потребовал у Зеленского отозвать Маркарову, тот не согласился и она сегодня при Трампе продолжает занимать тот же пост.
Я уж не говорю про свирепую украинскую коррупцию, которую даже в военное время Зеленский не смог обуздать, что к большому неудовольствию консервативных американцев приводило к разбазариванию американской помощи. Так за что Трампу любить Зеленского?
3. Трамп – это мастер переговоров и сделок. Он даже на эту тему написал учебник. Он игрок и хитрец, у которого в рукаве нередко спрятана козырная карта. Даже его фамилия Trump по-английски значит «козырь». Он никогда ни до, ни во время переговоров не раскрывает свою стратегию, а она у него часто бывает нестандартной.
4. Ведя переговоры хитрец Трамп всегда старается обворожить противника, однако он мягко стелет, но спать его противнику бывает жёстко. Вспомните, как во время своего первого президентского срока он называл Путина «другом» и говорил: «я ему верю», и в то же самое время накладывал на Россию жесткие санкции и поставлял в Украину летальное оружие. Так что не стоит все слова Трампа принимать буквально, за чистую монету.
5. На ранней стадии переговоров Трамп не видит смысла привлекать ни Зеленского, ни европейских лидеров. Сначала надо прощупать позицию и настроение противника, выработать лучшую стратегию для нажима, а уж потом вводить других игроков, особенно тех, которые могут внести лишь эмоции, но вряд ли что-то конструктивное. Тем более Зеленского, которому, как и Путину, сегодня нужна только победа, а «за ценой не постоим».
6. У Трампа и его команды сейчас внутри страны дел невпроворот. Идёт буквально революция (или контрреволюция – как вам угодно), «перестройка» всей американской системы. Дела европейские, в том числе война в Украине (многие американцы даже не могут найти её на карте) далеко не в первой повестке дня. Тем не менее, перед выборами Трамп обещал войну остановить, и сегодня это вопрос его чести. Его принцип: «обещал – сделай».
А сейчас краткий исторический экскурс...
3 марта 1918 года был заключён Брестский мир для вывода России из Первой мировой войны. Цену, которую большевики заплатили, была потеря 26% населения и 707 тысяч кв. вёрст, то есть вся Украина, Латвия, Эстония и Молдова. Стратегия Ленина была выжить, сохранить армию, собраться с силами, а когда придёт время – забрать всё обратно. Так оно и получилось. Кто-то позже добровольно вернулся под российско-советское крыло (Украина), а кого-то взяли силой (Латвия и Эстония), но всё вернули обратно.
Разумеется, нынешняя ситуация – это не калька событий 100-летней давности: времена другие, обстановка другая, да и страны не те. Однако, общая стратегическая идея та же: один шаг назад, а когда придёт время – два шага вперёд.
Похоже, что Трамп выбрал подобную стратегию. Суть её на мой взгляд в следующем.
Договориться о перемирии и взамен отдать России почти всё, что она уже успела захватить. Ну может что-то вернуть в обмен на российские территории, которые сейчас удерживают украинские войска. Для дела это не принципиально, но позволяет Путину выглядеть победителем и «сохранить лицо». Для Украины это болезненно, но для неё лучше такая ампутация, чем истечь кровью. Мира это не принесёт, но перестанут гибнуть люди и сохранится армия. Будет не мир, а перемирие, что на первое время тоже неплохо. На сколько лет перемирие? Кто может знать? К примеру, Северная и Южная Кореи находятся в состоянии перемирия вот уже более 70 лет, причём Южная Корея процветает, а Северная – сами знаете в каком состоянии. Кстати, Украина на юге, а Россия на севере. Поняли намёк?
Перемирие даст передышку всем: Украине, России, Америке и Европе. Всем. Как это используют Украина и страны Запада? В первую очередь – наращиванием вооружения. Украина с помощью Америки и Евросоюза должна развить свою военную индустрию и воссоздать армию. Страны Европы будут вынуждены раскошелиться на военные расходы, может не на 5% от ВВП, как требует Трамп, то хотя бы на 3.5%.
Америка ускорит перевооружение и резко усилит военное производство, в том числе ядерного и космического оружия. Иные словами, через несколько лет Украина и её союзники станут сильнее и не будут лёгкой добычей для любого агрессора.
Что касается России, то и там будет идти наращивание вооружения, хотя ни качество этого вооружения, ни количество невозможно будет сравнить с западным. Россия будет пытаться привлечь для помощи Китай, но это не принесёт им серьёзных дивидендов. У Китая сейчас своих проблем выше крыши, так к чему ему решать ещё и российские задачи? Китай и так безо всяких усилий отхватывает восточные российские территории и заселяет их китайцами. Для Китая сейчас куда важнее «дружить» и торговать со странами Запада, чем с отсталой, но агрессивной Россией.
Нет сомнений, что врождённое стремление России к военной экспансии никуда не исчезнет, но шансы её на будущий успех как в Украине, так и против иных европейских стран будут ничтожны, ибо невозможно будет сравнивать военные и экономические ресурсы России и коллективного Запада. Как показала война в Украине, российская армия малоэффективна, а шансов на её расцвет нет и не будет.
В не столь далёком будущем Россию ждут фундаментальные перемены, скорее всего после ухода Путина с политической арены. Она уже практически лишилась своего интеллектуального потенциала: большинство талантливых людей эмигрировали, университеты находятся в самом плачевном состоянии, Российская Академия Наук умерла, высокоточное оборудование на заводах морально устаревает, нового им не продадут, а своё делать они не умеют. Для восстановления этих колоссальных потерь нужно не одно поколение, то есть 50–100 лет.
В ближайшие годы уровень жизни в России будет неизменно снижаться, особенно в провинции. Результатом станет нарастание центробежных сил, которые разорвут Россию на куски, и она распадётся на части. Возникнут «Московская республика», «Казанское Ханство», «Уральское Княжество», и т.п. Называйте, как хотите. Это будут неподвластные центру образования, без имперских интересов прежней России.
Такая стратегия может работать либо медленно, либо ускоренно, но будет работать обязательно. Если Трамп снимет с России все санкции и даже будет ей чем-то помогать (надеюсь, что нет), то процесс российской агонии затянется. Если же санкции останутся и контроль за ними будет усилен, особенно на все товары, которые хоть как-то могут быть использованы для производства оружия, то развал страны произойдёт быстрее.
Это будет благотворный исход для всего мира, в том числе и для злобного и агрессивного образования, которое ныне есть Россия.
©Jacob Fraden, 2025
https://kontinentusa.com/yakov-f....ukraine
|
| |
|
|
| papyura | Дата: Суббота, 08.03.2025, 13:35 | Сообщение # 660 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Он перевоплощался в Карлсона, Санчо Пансу и кардинала Мазарини, но для нас навсегда остался Хоботовым из «Покровских ворот» – одним из самых нелепых и в тоже время великих персонажей советского кино.
Мы привыкли думать, что всяк, ставший актёром, им и родился: мечтал с пелёнок, бежал из дома, родительской воле вопреки. Питался тротуарной пылью в столице, культурными вздохами и театральными контрамарками, ловил любое пролетавшее мимо высказывание об искусстве, а уж потом, добравшись в приёмную аудиторию своей артистической альма-матер, скосил важную комиссию, как охапку зрелых колосьев в поле, и солнцем взошёл над сценой.
Так вот это всё не про того актёра, которого зритель помнит как Льва Хоботова – милейшее инфантильное дитя, рождённое авторами фильма «У Покровских ворот». Исполнитель этой роли Анатолий Равикович в театралы не собирался. Драмкружок в детстве посещал исправно, это да, но вовсе не драма его занимала, а девочки-студийки.
К выпуску из училища он всё ещё не чувствовал себя актёром, достойным столичной сцены, поэтому живо откликнулся на распределение и профессиональную карьеру начал в ДК Комсомольска-на-Амуре. Отработал он там два года – наблюдал, как совершенно не подготовленная к культурным событиям публика Хабаровского края превращается в театрального зрителя, а молодые актёры, плюя на неудобства и лютый холод за окном, отдаются работе без оглядки. Не успел он перевестись в Сталинградский театр имени Горького, как получил приглашение в театр Ленсовета в Ленинграде, которому посвятит впоследствии 26 лет своей жизни.
Порядка 70 ролей на сцене... самых разнообразных, и конечно же, «Малыш и Карлсон», где он играл с Алисой Фрейндлих.
Одним из дорогих воспоминаний о работе на сцене для него были именно работы с ней. «Она никогда не тянет одеяло спектакля на себя» – не о многих партнёрах так отзываются актёры.
А самой трудной работой стали роли с его второй женой, Ириной Мазуркевич.
Говорил, что актёру в нём тут всегда приходилось бороться с простым человеком.
Он сыграл более чем в 70 кинофильмах и телеспектаклях – играл врачей, писарей, служащих, адвокатов, корреспондентов, хороших людей и проходимцев.Маленькие роли, роли покрупней, в «Загадке Эндхауза» он играл даже Эркюля Пуаро, но зритель помнит его Хоботовым!
Когда под конец жизни его снова спрашивали об этой работе, он мог начать ответ, не дослушав вопроса. Он и любил его, и не понимал, и злился, когда Хоботова называли недотёпой. И на Хоботова тоже злился.
Ну правда ведь – что это за мужик, из него даже подкаблучник толковый не вышел. А потом мог осечься и закончить: «Впрочем, каждый актёр играет сам себя, или свои оттенки». Себя он тоже не считал практическим и хватким человеком.
Автобиографический «Негероический герой» Анатолия Равиковича – крепкий сборник сюжетов Гражданской и Великой Отечественной войн, жизни в тылу, артистического быта и театрального закулисья...
В количестве детей в семье своего отца автор уверен не был. Не совсем понимал, чем занимался его дед, но было похоже, писал он, что свою сознательную жизнь тот провёл на управленческой должности: то ли при помещике каком-то, то ли при фабриканте.
Подробности не проговаривались, деталей его отец – Юрий (Юлик) Равикович – боялся. Происхождения своего Юлик остерегался ещё с начала революции. Семья отправила его, 12-летнего пацана, в 1917 году из украинского Чернобыля в город Глухов. Там он трудился в кожевенном цеху, заработал страшнейшую грыжу и неизгладимый пролетарский опыт – уже через два года возненавидел всех буржуев, начиная с собственного брата.
Первая еврейская комсомольская ячейка в Глухове возникла как раз благодаря Юлику, который её и возглавил. Мать Толика, Лейба Нисоновна, в эту ячейку тоже входила, но интересовалась не столько классовой борьбой, сколько непосредственно секретарём организации.
Её родители по тем временам были ужасно зажиточными, владели аж собственной бубличной пекарней. Однажды Юлик сказал ей: «Люба, если хочешь, чтобы мы поженились и в дальнейшем у нас не было классовых разногласий, ты должна экспроприировать у своего отца-капиталиста средства производства. Этим ты докажешь свою преданность делу революции, и я смогу с чистой совестью на тебе жениться».
Скоро его мама в компании бравого комсомольца приехала в пекарню к своему отцу, и после некоторых препирательств они забрали полтора мешка муки – всё, что смогли найти. Мать плакала, конечно, но утешила себя мыслью о высоком деле революционной борьбы и скором замужестве.
В своих мемуарах Равикович – и это редчайший случай в актёрской мемуаристике – не побоялся написать, что его отец был сотрудником частей особого назначения. Они выполняли множество полезных функций, в том числе – раскулачивали крестьян. После смерти Сталина сын допытывался у отца о его службе, и тот, раскаиваясь, её проклинал...
В 1941-м они оказались в Саратове, Толику тогда было шесть лет. Оттуда истории про жуткий голод, нищету, пахнущий мясом бульон из плохо выделанных кож, картошку, которую мать приносила с поля в рукавах своего тулупа, и первую победу над бытовым антисемитизмом. Какой-то мальчишка во дворе донимал Толика: жид он или нет? В итоге потребовал: «Если не жид, сними штаны». На вопрос: «Зачем?» тот ответил: «Затем, что всем жидам, когда они родятся, х… отрезают, мне батя сказал!»
А Толик-то был уверен, что у него с этим делом всё в порядке. И вот он снял штаны, схватил своё маленькое «всё в порядке» обеими ручонками и, потрясая им, стал кричать: «Я не жид! Я не жид!» Так и был принят в компанию сверстников...
Только в 1944 году они вернулись в Ленинград. Скоро началась школа, которую Толик ненавидел всем сердцем: «Благодаря учителям я чувствовал себя тупым, вредным пакостником, лгуном и лентяем». Школьный режим он называл «лагерным», а нравы – «тюремными». Его били все подряд одноклассники, и сдачи он научился давать только в пятом классе.
В будущем он представлял себя водителем здоровенной грузовой машины, но это в мечтах. На деле родители ждали от него высшего образования, а «пятый пункт» сильно ограничивал возможности в выборе вуза. Среди прочих был Ленинградский театральный институт имени Островского – по его воспоминаниям, там имелась небольшая квота на поступление для евреев. Отец, услышав о таком выборе, кричал: «Когда в Глухов приезжали артисты, это было как холера. Они воровали всё подряд! Хуже цыган!» – и пугал сына нищенской долей актёрского люда. Но было поздно, документы Толик уже подал.
На третьем туре вступительных экзаменов он мариновал комиссию сначала «Тарасом Бульбой», потом читал стихи Маяковского, когда дело дошло до басен, представил «Волка на псарне» – члены приёмной комиссии его всякий раз останавливали. Уже были готовы попросить из аудитории, но Толик сказал: «Я ещё не пел!»
«Пусть споёт», – отозвался Аркадий Райкин, присутствовавший там же. Он затянул «По долинам и по взгорьям», поднялся в тональности непозволительно для себя высоко, «мимо», и в финале от изнеможения просто выл. Аудитория истерически гоготала, женская её часть вытирала тушь под глазами, мужская – кряхтела. Он был уверен в провале, но в назначенный день всё же обнаружил свою фамилию в числе студентов, зачисленных на актёрский факультет в класс Константина Хохлова: его фамилия была дописана внизу списка от руки. Константин Павлович сказал ему потом: «Я решил всё-таки дать вам шанс. Вы выглядели таким замечательным идиотом, что сразили всех».
Алёна Городецкая
|
| |
|
|
|
