| Форма входа |
|
 |
| Меню сайта |
|
|
| Поиск |
|
|
| Мини-чат |
|
|
|
|
|
линия жизни...
| |
| Kiwa | Дата: Воскресенье, 10.05.2020, 13:11 | Сообщение # 391 |
 настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| Марк Львовский
О ПОСЛЕДНЕМ КОНЦЕРТЕ ПАБЛО КАСАЛЬСА
Врачи, наконец, разрешили девяностотрёхлетнему Пабло Касальсу нелёгкий путь из Пуэрто-Рико в Испанию, в Монсеррат. Но всё прошло замечательно, и счастливые маэстро и Монсеррат в волнении ожидали столь желанной, казалось ещё недавно, неосуществимой встречи; все понимали — последней…
Конец августа 1973 года выдался в Каталонии не дождливым и нежарким, вечера были восхитительны.
Скалы-призраки, окружавшие Монсеррат, сначала потемнели, потом нежно растворились в черноте ночи, но с приходом чарующего света луны вдруг ожили и превратились в одну огромную толпу бредущих паломников, одетых в светло-коричневые одежды.
И брели они, конечно, в Собор, где через несколько минут должен был начаться концерт Пабло Касальса.
Зал Собора был переполнен. Настолько, что служащие, несмотря на недовольство монахов, расставили в широких проходах между деревянными лавками все с огромным трудом найденные стулья, табуреты и даже два искалеченных инвалидных кресла. Для Собора вещь неслыханная! Огромный неф превратился в театральный зал, пресвитерская и хоры — в сцену, на которой уже стояли стулья: один — низкий, спокойный, с широкой спинкой для маэстро, другой, ничем ни примечательный, для сопровождающего его скрипача. Чуть в глубине чернел огромный рояль с поднятым крылом. Свет роскошных светильников нефа был притушен, но сцена освещена ярко, даже празднично.
До начала концерта оставалось ещё минут пять, и маленький маэстро, спрятавшись за последней перед хорами колонной нефа, смотрел на уже заполненный, встревоженный, нетерпеливый зал и… плакал. По-стариковски — почти без слёз, с трудом сдерживая судорожные движения щёк, постоянно вытирая платком раскрасневшийся нос.
Он плакал оттого, что покинул свою Испанию… Боже правый — тридцать четыре года назад!
Ему не раз приходило в голову, что осуждая все эти долгие годы «кровавый режим Франко», чёрт знает какими эпитетами награждая генералиссимуса, он осуждал и награждал этими эпитетами саму Испанию, её, как он любил выражаться, «великий, никем ещё не покорённый народ».
Ибо видел, что Испания тихо живёт и трудится, благополучно миновав войну, разруху, междоусобицу. Видел, как каудильо утихомирил бушующие автономии, сотворив державу, с которой начали считаться и враги, и друзья. Видел, что истинно кровавым режимом был не режим Франко, а некогда воспетая им Советская власть.
Его друг Пабло Неруда, всемирно известный поэт и коммунист, оказался куда практичнее: изгнанный из любимой им Чили, он при первой же возможности возвратился, стал даже консулом во Франции, преспокойно оставаясь при своих замечательных убеждениях.
Он плакал…
Не состоялось его триумфального возвращения домой.
Несколько концертов, несколько восторженных приёмов, но ни одного официального приглашения вернуться на родину. То ли боялись Франко, то ли понимали, что маэстро слишком далеко зашёл в своих обличениях режима.
Враги каудильо Франко обожали цитировать его.
С 1945 года его назвали «одним из голосов мировой совести». Тогда легко было расставлять акценты, а он раньше многих других понял, что мир устроен гораздо сложнее, чем красивые лозунги, но было поздно — он снова и снова играл сначала избранную им, а потом и навязанную ему роль. И играл с блеском. Поэтому теперь плакал.
Наконец он успокоился и тотчас начал думать о боли в правой руке, которую скрыл от врачей. Сейчас рука не болела, а только ныла, но коварная боль могла вернуться в любое мгновение, и перетерпит ли он на этот раз, одному Богу известно. Боль в руке была постоянной, но становилась нестерпимой, когда к ней присоединялась боль в плечевом суставе — это случалось, когда рука со смычком шла резко вверх.
Менее всего ему хотелось опозориться в Монсеррате. Хотя и знал, как добра к нему публика. Даже слишком добра. Он прекрасно понимал, что восторженные, порой даже истеричные овации и слёзы на глазах были данью не его исполнению, а силе его воли и бесконечной его старости.
Но если Бог позволит ему сегодня благополучно завершить концерт, он торжественно объявит, что это его последнее публичное выступление. Достойное завершение карьеры — в Испании, в Каталонии, в Монсеррате, в тайном мире каменных застывших идолов, пришедших слушать его музыку… И он опять чуть не расплакался…
— Хватит, хватит, сентиментальный старик… для моих страданий существует ночь…
И, обернувшись, царским жестом приказал принести ему виолончель.
Вдруг зал, как волна, мягко приближающаяся к берегу, затих; последний вздох, последнее покашливание… На сцену вышли два молодых человека, изящным жестом расправили полы ослепительно чёрных концертных сюртуков и воссели — один за огромный рояль, другой, артистично поёрзав, — на стул в центре сцены; одарил зал нежной улыбкой и несколько раз тронул смычком занявшую боевую позицию скрипку.
И на сцену вышел великий маэстро — мелкими шажками, но уверенно, чуть склонив лысую голову, как пушинку держа левой рукой немного уступающую ему по росту тёмно-вишнёвую виолончель. Зал встал, и овация, сначала нестройная, но очень скоро обретшая силу и радость, наполнила величественный Собор Монсеррата.
Маэстро поклонился длинным, уважительным поклоном, дал овации продлиться ещё несколько приятных секунд, сел на предназначенный ему стул, удобно пристроил послушный инструмент, приподнял смычок — боли не было, — поднял голову, подарил залу лёгкий и в то же время нетерпеливый кивок благодарности, и всем стало ясно, что маэстро приехал играть, а не слушать в свою честь аплодисменты.
Пабло Касальс. 1972 год
И страстное трио Шуберта, и бурное трио Бетховена прозвучали безукоризненно. Боль, конечно, появилась, но вполне сносная. И маэстро, как с ним это происходило всегда, завёлся.
Часть из Сольной сюиты Баха захватила зал настолько, что зрители побоялись по окончании её хлопать. Что всё идёт прекрасно, Пабло Касальс видел и по восторженному лицу скрипача. «Славный мальчик, — подумал маэстро, — как он внимателен сегодня, как он любит меня…».
И тогда он сыграл одну из самых нежных своих вещей — «Ave Maria».
И зал чуть не сошёл с ума.
«Пао! Пао! Пао! Пао!..». Да, да, не удивляйтесь, так прозвали его ещё в 1920 году, когда он создал в Барселоне «Рабочее концертное общество». Прозвали и не забыли.
…Господи, если бы он мог вернуться в Испанию…
Сухой, неизвестно откуда прозвучавший мужской голос объявил перерыв.
…Пао удобно восседал в кресле настоятеля Собора, пил удивительно вкусный тонизирующий напиток — изобретение монахов-бенедиктинцев — и выслушивал комплименты руководителя детской хоровой капеллы, которой предстояло выступить вместе с маэстро во втором отделении концерта. Как талантливы эти дети! Всего два дня репетиций, и они были готовы исполнить вместе с маэстро его труднейшую Рождественскую ораторию «Ясли». Правда, несколько самых трудных мест маэстро убрал, немного сократил и саму ораторию, но это нисколько не умалило талант и старательность детей.
Наконец, перерыв закончился, юные исполнители заняли свои места, Пабло Касальс устроился на стуле вполоборота к ним; капельмейстер, как торжественно называли молодого руководителя капеллы, страшно взволнованный столь близким присутствием великого мастера, поднял руки, сосредоточил на них внимание детей, закрыл глаза, дождался первого, поразительно красивого, словно начатого на земле и оконченного в небе пассажа виолончели, знаменовавшего собой тихое, печальное вступление скрипки, и приглушённые детские голоса, повинуясь плавному движению рук своего дирижёра, начали исполнение торжественной мессы.
Маэстро чувствовал себя прекрасно и решил никаких заявлений по поводу «последнего концерта» не делать. Он, оказывается, был ещё вполне сносным стариком.
…А часом раньше из чёрного «Мерседеса», после того как он тихо вкатился в незаметную постороннему взгляду пещеру, резким жестом отказавшись от помощи двух молодых атлетического сложения людей, тяжело вылез низкорослый, почти лысый, узколицый старик. Выпрямился, глубоко, с наслаждением вздохнул и в сопровождении высокого, молодого, одетого во всё белое священника вошёл в Собор, но не через главный вход, а через боковую дверь, откуда начиналась железная винтовая лестница, ведущая на верхнюю галерею, вдоль которой располагались крошечные балконы, прямо над хорами. Медленно поднявшись по лестнице, господин уселся в мягкое кресло на одном из балконов, указанных ему священником, и, закрытый от посторонних глаз тяжёлой шторой, с улыбкой уставился вниз, на залитые светом хоры, в центре которых священнодействовал маленький виолончелист. Затем господин вытащил из кармана пиджака крошечную баночку, высыпал из неё на ладонь несколько белых горошин, сосчитал, лишние ссыпал обратно, оставшиеся отправил в рот, проглотил, прикрыл глаза и с наслаждением отдался музыке. Он успел к самому началу трио Бетховена.
Во время перерыва господин не покинул своего места. Судя по выражению его лица, Рождественская месса показалось ему скучноватой, но дети понравились чрезвычайно. Перед второй частью мессы он даже захлопал, но вовремя опомнился и с беспокойством окинул взглядом зал — не обратил ли кто на него внимание. Но все были поглощены музыкой.
Когда тонкие руки капельмейстера взметнулись в последний раз, и чистые детские голоса, блестяще взяв отчаянно высокую ноту, стали медленно и необыкновенно чисто угасать, и рука маэстро со смычком бессильно опустилась вниз, и зал взвыл от восторга, довольный господин встал, что-то шепнул мгновенно появившемуся священнику, и оба они весьма резво спустились вниз.
…Публика, наконец, отпустила маэстро. Еле живой, он сидел в крошечной келье, медленными глотками пил разбавленный лимонный сок, вытирал огромным платком лоб и пытался собраться с мыслями. Что случилось сегодня? Откуда взялись силы на большой концерт, проведённый им с таким вдохновением? Господи, как ты добр!
И слава тебе, великий целитель, госпожа музыка!
Неожиданно в келью вошёл уже знакомый нам молодой, одетый в белое священник, попросил прощения у маэстро за столь наглое вторжение, но…
Он склонился к уху маэстро и прошептал несколько слов. Глаза Пабло Касальса вдруг стали огромными, изумлёнными, он переспросил, получил подтверждение ранее сказанному, покорно встал и отправился вслед за священником. Священник одну за другой открывал перед маэстро таинственные двери, и, наконец, они попали в круглую мягко освещённую комнату, единственным украшением которой была превосходная копия «Распятия» Эль Греко. Если можно, конечно, назвать эту картину украшением…
За небольшим дубовым столом, на котором стояли вазочка с разнообразными орехами, бутылка тёмного вина и два сверкающих чистотой бокала, на простой, отполированной древностью скамье сидел уже знакомый нам господин, величественным жестом приглашая вошедшего гостя воссесть на такую же скамью, находящуюся по другую сторону стола. Пабло Касальс, всё ещё с вытаращенными глазами, сел. Священник удалился. И они остались вдвоём — великий виолончелист и генералиссимус Франко.
Генералиссимус Франко. 1972 год
— Ты даже умирать не приедешь домой?
— Ты меня лишил дома.
— Не говори ерунды, Пао, я не изгонял тебя. Ты был молод, занимался только музыкой, и не мудрено, что запутался в кошмаре Гражданской войны. А всё повесили на меня — и якобы изгнание тебя, и убийство Лорки, и тысячи других смертей. Ты слышал, наверное, что меня обвиняют даже в пожаре в «Саграда Фамилия»?!
— Ты никого не наказал за убийства.
— Кого наказывать? Это тебе легко не прощать. А мне, стало быть, одну войну нанизывать на другую? Мщением увеличивать количество мёртвых испанцев? Мало их погибло?
— Но в твоих застенках были замучены четыреста тысяч человек!
— Ты сам считал, да? Или это подсчитали за тебя твои друзья-коммунисты? Я держал в «застенках», как ты выражаешься, лишь фанатиков, не желающих мира в моей Испании.
— В твоей…
— И в твоей тоже. Оглянись, Пао, оглянись! Посмотри на Испанию! Она успокоена. Она задышала. Ей предстоит великое будущее! Она догонит Европу. Мой народ упрям!
— Твой народ…
— И твой тоже, Пао. Он упрям и силён, как бык, изящен и бесстрашен, как матадор. Мы очень скоро завалим Европу фруктами и вином. Моя казна…
— Твоя казна…
— Но не твоя же, Пао… Она полна и надёжна. Я только начал отпускать вожжи. Ко мне стучатся деловые люди, со всего мира. Ах, Пао, как жаль, что мы с тобой не увидим великую Испанию…
— Она всегда для меня была великой.
— В этом я не сомневаюсь. А ты не задумывался, что, обливая меня грязью, ты унижаешь Испанию? Молчишь? Это я спас её сначала от сумасшедшего живодёра Сталина, потом от сумасшедшего живодёра Гитлера, потом от местных царьков, возмечтавших разорвать страну на карликовые государства.
— Ты до сих пор запрещаешь в Каталонии каталонский язык!
— А им плевать на мои запрещения! Все твои монахи молятся на каталонском, треплются на каталонском. И чёрт с ними! Но, Пао, на скольких языках должна говорить страна? Лучше было бы, если бы андалузец говорил с каталонцем через переводчика? Приехать из Толедо в Барселону в сопровождении гида?
Франко замолчал. Отпил вина. Долго грыз орешки. Оба отдыхали.
— Возвращайся, Пао. Много ли великих испанцев осталось на свете… Ты, Дали, я…
— Ты оговорился — не поставил себя на первое место.
— Нет, не оговорился. Я знаю, что от меня останутся только даты с бесчестным добавлением «кровавый режим Франко». А твоя музыка и картины Дали — навсегда. Я не завидую. Каждому Бог дал исполнить свою миссию на земле. Возвращайся, Пао. Если у тебя не хватит денег купить себе достойный дом в Барселоне, я помогу. Тебе воздвигнут памятник …
— Уже не успею…
— О чём ты говоришь? Ты играешь, как молодой. Кроме того, я дам тебе потрясающих целителей…
— …и припишешь заслугой себе моё возвращение домой.
— Не будь смешным, Пао. Мне уже не нужно никаких заслуг и наград. Я о тебе пекусь. Об Испании… Пао, не обижайся, но шубертовская «Ave Maria» посильнее твоей.
— Ты же никогда не ошибаешься, генералиссимус.
— Я очень люблю тебя, Пао. Ты такой же коммунист, как я священник. Я люблю в тебе испанца, упрямого и гениального… Возвращайся, Пао…
— Я схожу с трапа самолёта, ты обнимаешь меня, бешено строчат камеры, щёлкают фотоаппараты, назавтра все газеты полны волнующих снимков, вся Испания плачет…
— Это хорошая картина. Она частенько стоит перед моими глазами. И мне очень грустно, что у меня она вызывает волнение, а у тебя — иронию. Знаешь, Пао, я думал, что в девяносто три года человеку пора менять упрямство и обиды на разум.
Памятник Пабло Касальсу в Монсеррате
Даже, если он испанец. Знаешь, что говорят о нас итальянцы? «Если испанцу надо забить гвоздь, но под рукой нет молотка, он сделает это своей головой». Я до сих пор не понимаю, это комплимент или издёвка?
Прощай, Пао!.. Возвращайся…
Он постучал костяшками пальцев по столу. И тотчас появились два молодых человека атлетического телосложения и молодой священник, одетый во всё белое.
…Августовская ночь над Монсерратом сверкала звёздами, благоухала цветами и тихо раскачивалась под музыку Пао. А он, донельзя взволнованный, медленно прохаживался вдоль Собора и что-то шептал, будто молился.
…Он умер через два месяца, 22 октября 1973 года в городе Рио-Пьедрас, в Пуэрто-Рико.
Франко пережил его на два года…
|
| |
|
|
| ГУГЛИК | Дата: Среда, 27.05.2020, 12:49 | Сообщение # 392 |
 приятель
Группа: Пользователи
Сообщений: 10
Статус: Offline
| Леонид Зорин - просто интервью...
https://jew-observer.com/lica....u-zhizn
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Среда, 03.06.2020, 02:28 | Сообщение # 393 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| Как вы полагаете - кому человечество давно должно поставить памятник? В первую очередь? Нет, ни Богу, ни царю, ни полководцу, ни писателю, ни художнику, хотя каждый из них безусловно заслуживает памяти.
Это будет памятник обыкновенному пожилому человеку.
"В возрасте дожития", как это чудесно называет наша медицина.
В определенный момент этот человек замечает, что его родное, единственное и ещё вчера такое послушное тело больше не такое послушное...
Человек понимает, какое счастье было его не замечать, и ещё понимает что счастье это покинуло его навсегда.
Отныне он внутри машины, которая с каждым днем все настойчивее требует капремонта, на ближайших станциях техобслуживания очереди, причем бессмысленные, так как запчастей нет и не будет, да и мастера подразбежались.
За кордоном есть и мастера и некоторые детали, но цены такие, что в случае с машиной вы бы уже плюнули и купили новую.
С телом это, увы, не проходит.
Вы читаете про революцию в науке, про выращенные из стволовых клеток органы, суставы и целые
конечности и отчетливо сознаете, что эти чудо-технологии станут достоянием широких масс аккурат на следующий день после ваших поминок.
Загибающийся автомобиль сообщает вам о своих проблемах стуками, хрипами, мигающими лампочками.
Тело беседует с вами с помощью боли.
Оно становится в этом плане таким изобретательным и разнообразным, что порой вызывает искреннее восхищение.
И вы с этой сволочью один на один.
Жаловаться бессмысленно — у детей вы будете вызывать раздражение: они просто не поймут, о чём вы, у них сейчас совсем другие проблемы.
Если вы поддерживаете детей деньгами, раздражение они постараются спрятать. На время.
Не все это умеют.
Жаловаться товарищу своего возраста тоже глупо — у него-то как раз те же проблемы и вы в одинаковом положении.
К тому же товарищей этих вокруг вас становится меньше и меньше.
И не дай бог пожаловаться человеку старше тебя: он тут же намекнёт на разницу в возрасте и мягко объяснит что по сравнению с ним вы ещё в самом начале этого интересного пути.
Можно жаловаться врачам, но мы выяснили, что это как минимум дорого...
А голова?
Этот твой домик, внутри которого ты, как тебе казалось, не стареешь и привычно командуешь телом?
Долгое время действительно так и было, и вот кончилось: ты по привычке приказываешь себе легко выпорхнуть из машины (она у тебя всё еще молодежная, спортивная), а тело нескладно выкарабкивается, медленно перенося вес на ногу, которая, естественно болит.
И это ещё не основные сюрпризы: то, что ты стал хуже видеть, ещё бог с ним: ты купил красивые очки и они тебе даже идут.
Со слухом сложнее: красивых как очки слуховых аппаратов почему-то нет и тебе кажется, что все окружающие с брезгливым любопытством заглядывают тебе в уши, которые заткнуты чем-то вроде кусочков пластилина.
А без этих затычек ты либо просишь повторить каждую обращённую к тебе фразу дважды, либо сидишь в компании, глупо улыбаясь и делая вид, что слушаешь собеседника, пока не замечаешь, что он уже давно задаёт тебе какой-то вопрос, а ты продолжаешь благожелательно кивать.
Память начинает вытворять чудеса: услужливо вынимая из прошлого совершенно не нужные тебе фрагменты
(причём украшенные микроскопическими деталями), она наотрез отказывается работать в коротком бытовом диапазоне,
и скоро твой ежедневный выход из дома разбивается на несколько фаз:
— вышел — вернулся за очками
— вышел — вернулся за телефоном
— искал телефон, пока он не зазвонил
— вышел — вернулся за ключами от машины.
Самое ужасное то, что ты начинаешь к этому привыкать.
Человек быстро привыкает к хорошему...
Ты перестаёшь наряжаться.
Потому что дизайнеры всего мира шьют для молодых. И на молодых. И ты понимаешь (хорошо если понимаешь) что узенькие джинсики с нечеловечески низким поясом будут отлично сидеть вот на том длинном худом, молодом настолько, что он ещё и с ориентацией-то не до конца определился, а твоё брюшко повисает над этими джинсиками на манер второго подбородка, с которым у тебя, кстати, тоже проблемы.
Можно, конечно, поискать одежду более взрослую, но она подаст тебя именно тем, кем ты стал так недавно — пожилым слегка склонным к полноте человеком, и тебе отчаянно не захочется выглядеть самим собой.
Результаты этих мучений известны:
либо плюем на всё, донашиваем старое (если влезаем),
либо последний отчаянный рывок в мир иллюзий — подкрашенные волосы, совершенно бессмысленные походы в спортзал, диеты, начинающиеся каждое утро и заканчивающиеся каждый вечер, посильное втягивание живота при приближении объекта женского пола (памяти и тут хватает минуты на полторы — потом следует неконтролируемый выдох.)
В общем жизнь ваша наполняется совершенно новыми смыслами.
И если вы держите эту безостановочную серию ударов, отлично понимая, что победы не будет и задача в том, чтобы красиво проиграть, если вы не потеряли способности улыбаться, шутить и иногда даже нравиться женщинам — вы настоящий герой. И заслуживаете поклонения и памятника.
Вы думаете, я это всё о себе? Да прям. Я только приближаюсь к старту.
И иногда наряжаюсь. Как идиот.
Андрей Макаревич
|
| |
|
|
| papyura | Дата: Пятница, 05.06.2020, 08:44 | Сообщение # 394 |
 неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Старейший театральный режиссёр Исаак Штокбант – фронтовик, основавший весёлый театр «Буфф», где записывалась группа «Сплин» и играли мастера клоунады Юрий Гальцев и Елена Воробей, писал, что хотел стать актёром с детства.
«В 30-е годы вышел фильм “Остров сокровищ”, – вспоминал он. – Мы, мальчишки четвёртого класса, захотели стать пиратами, сочинили сценарий, разучили роли и выступили в Агитпункте при школе. Мы носились по сцене, что-то орали, “убивали” друг друга. Потом на сцену вышел какой-то дядя с красной повязкой на рукаве и сказал: “Довольно, ребятишки. Пошумели и хватит. Сейчас будут выступать настоящие артисты”.
Наше первое представление провалилось. Но я уже тогда решил, что буду артистом».
Исаак Штокбант родился в 1925 году в Петербурге в семье еврейского инженера. Прошло полтора года со смерти Ленина. Вся страна называла своих младенцев Володями, Вилями и Владленами: «А мой папа взял и нарёк меня библейским именем Исаак».
Правда, не всё пошло по-папиному...
Штокбант вспоминал, что пока родители были на работе, нянька Нюша втайне отнесла его в церковь и там крестила. «Наверное, хотела сделать хорошее дело», – резюмировал он. Четвероклассник Исаак Штокбант изводил родителей своими мечтами о сцене. Дошло до того, что его мать попросила известного актёра Юрия Юрьева оценить актёрские способности сына. Штокбант вспоминал, что его подвёл тогда репертуар. Он выбрал читать стихотворение Маяковского «О советском паспорте». Читал, не жалея сил, а под конец даже выхватил из кармана нарисованный «паспорт» и потряс им в воздухе.
«Юрьев смотрел на меня, как мне показалось, с каким-то сожалением. Я понял, что моя песенка спета, – вспоминал Штокбант. – Мог ли я знать тогда, что Юрий Михайлович, дворянин, аристократ, не мог разделить моего упоения от этих стихов».
В планы еврейского мальчика стать лучшим актёром на свете вмешалась война...
Штокбанту было 15. Он рыл окопы под Ленинградом вместе со взрослыми, сидел на крышах Невского проспекта и тушил «бомбы-зажигалки» в ящиках с песком.
Тогда же он впервые увидел смерть. Во время блокады от голода умер его дед.
Даже в поздних интервью Исаак Штокбант не мог отделаться от чувства вины: «Я виноват перед ним, потому что мама последний кусочек еды отдавала мне». Его призвали в армию в 43-м. Штокбант воевал в Венгрии, Австрии, за боевую доблесть получил орден Красной Звезды и медаль «За боевые заслуги».
Он вспоминал позже, что даже в суровые фронтовые дни ему не переставала сниться сцена – и во снах он блистал на ней. Однако армия не отпускала: после окончания войны Исаак Штокбант оставался на военной службе еще 15 лет.
Он смог уволиться только в 35 лет – когда Хрущев сокращал число военных.
По его собственным словам, «бросился в театральный институт сразу же, в военной форме и ещё даже без паспорта».
 В актёры не взяли – сказали, что слишком стар. Зато зачислили в режиссёры.
Штокбант говорил: поначалу учиться было сложно, я был зажат, а наизусть помнил только боевой устав пехоты.
«Первое, что мне сказал учитель: “Штокбант, вы – собака! Залезайте под стол, это ваша будка, и вы не пропускаете ни одного прохожего!” И вот я, гвардии майор, под столом лаял на сопляков, укусил девушку за ногу и порвал ей чулок», – со смехом вспоминал он годы спустя.
Исаак Штокбант с отличием закончил обучение в Ленинградском театральном институте в 1965 году.
 Казалось, театр тоже долго ждал его – и дождался. После выпуска Штокбант уехал в Красноярск поднимать местный ТЮЗ. Затем опять пересёк полстраны и оказался в Москве – ставил спектакли в театре имени Гоголя. Из столицы отправился работать в Петрозаводск, где возглавил драмтеатр Карельской АССР.
Лишь в 1975 году он смог вернуться в родной Ленинград, где начал преподавать, возглавил мастерскую эстрадного искусства при «Ленконцерте».
В 1983 году он занялся созданием собственного театра «Буфф». От латинского «буфф» – озорство и веселье.
Этот театральный жанр включает в себя элементы комедии, мюзикла и танцевального представления. Театр «Буфф» стал примером того, как можно создавать новые шоу на сцене – лёгкие, яркие, но при этом не лишенные иронии и злободневности. При жизни Исаак Штокбант получил массу театральных наград.
Народный артист РФ, заслуженный деятель искусств, его имя внесено в «Золотую книгу» Санкт-Петербурга. «Он был незаурядный и очень добрый», – говорит о Штокбанте юморист Юрий Гальцев. В разные годы театр «Буфф» буквально притягивал к себе молодых и талантливых артистов: Гальцев, Елена Воробей, Сергей Селин и даже народный певец-гармонист Игорь Растеряев – все они начинали под руководством Штокбанта.
Причём Растеряев, уже став известным певцом, строил свою карьеру так, чтобы гастроли не мешали его работе в театре «Буфф». Известно, что в студии театра в начале 90-х записала свой первый альбом группа «Сплин». А её лидер, Александр Васильев, служил в театре администратором. Исаак Штокбант скончался 26 января в возрасте 94 лет в Санкт-Петербурге.
Фронтовик, мечтатель и театральный гений, он до конца жизни говорил своим актёрам и ученикам: «Счастье – вещь неизбывная, оно присуще человеку даже в самых трагических ситуациях. А трудности – это возможность преодолевать. Если ты можешь преодолевать – значит, ты живешь»
Михаил Блоков
|
| |
|
|
| smiles | Дата: Пятница, 05.06.2020, 12:26 | Сообщение # 395 |
 добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 261
Статус: Offline
| замечательный рассказ о талантливом человеке, спасибо!
|
| |
|
|
| Рыжик | Дата: Вторник, 16.06.2020, 01:56 | Сообщение # 396 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 322
Статус: Offline
| памяти Григория Горина
Всё умирает на земле и в море,
Но человек суровей осуждён:
Он должен знать о смертном приговоре,
Подписанном, когда он был рождён…
С. Маршак
Бег времени неуловим. Еще совсем недавно Григорий Горин жил среди нас...
Как рано он ушёл!
Как невосполнимо!
еврейская притча «На два метра короче» в удивительно красивом пересказе на русском языке, сделанным Григорием Гориным.
Шайка Фейфер любил поговорить о жизни и смерти.
Когда его спрашивали, что лучше для бедняка: родиться или не родиться, Шайка отвечал:
— Бедняку лучше не родиться! Но такое счастье выпадает одному бедняку из тысячи.
Когда у Шайки кто-то спрашивал, скоро ли придется умереть, Шайка отвечал:
— Скоро! Но если сейчас у вас для этого нет свободного времени, то не торопитесь.
На вопрос, почему он не едет в Америку, Шайка ответил вопросом:
— А где она, Америка?
— С другой стороны земли.
— Тогда лучше ехать после смерти, — подумав, сказал мудрый Шайка Фейфер.
— Почему? — удивились все.
— Дорога будет на два метра короче.
Горько говорить о Горине умершем. Впрочем, скажу неуспокоительное, но банальное: «Великое не умирает».
Мы счастливые люди, что видели великие спектакли по гениальным пьесам Горина.
Горин на "отлично" окончил эту школу, взяв у неё самое лучшее... До сих пор десятки его монологов читают сотни артистов, благословляя автора за постоянный успех. Стоит хотя бы вспомнить ставший уже хрестоматийным монолог "Хочу харчо!".
Его рассказы постоянно публиковались в "Литературной Газете" в "Клубе "Двенадцать стульев" и всегда вызывали повышенный интерес читателей. Они были смешны, остры и печальны. Его шутки вызывали резонанс во всех слоях общества, на всех его уровнях.
А потом он решительно и бесповоротно ушёл в драматургию. Он писал такие пьесы, которые невозможно было не ставить. Театры хватали их прямо "с кончика пера", ещё тёплыми, потому что пьесы Горина были обречены на успех.
Цитирую режиссёра Марка Захарова: "Горин — это явление. Причём, не случайное, не какой-нибудь метеорит, промелькнувший однажды… Горина надо осмыслить, как некую закономерность, которая впитала в себя весёлость целого, не очень складного и не слишком удачливого поколения…"
Как много цвета ушло бы из палитры Российского искусства, если бы не было таких театральных и телевизионных шедевров как "Тиль", "Тот самый Мюнхгаузен", "Дом, который построил Свифт", "Обыкновенное чудо", "Формула любви", "Забыть Герострата"…
Не говоря о спектакле по его последней пьесе "Шут Балакирев", до премьеры которого он не дожил всего несколько недель. .
Шут о Шуте — спектакль-реквием.
|
| |
|
|
| старый зануда | Дата: Понедельник, 22.06.2020, 01:45 | Сообщение # 397 |
|
Группа: Гости
| Многие знают знаменитую фотографию со встречи Никиты Хрущёва и Джона Кеннеди в 1961 году, на которой первые лица государств запечатлены вместе со своими супругами. Нельзя не заметить, насколько простоватой и неухоженной смотрелась Нина Хрущёва рядом с иконой стиля Жаклин Кеннеди. Небрежно причёсанная, в цветастом наряде, она выглядит бабушкой в халате... на Западе её так и называли.
Нина Хрущёва и Жаклин Кеннеди (Вена, Австрия, июнь 1961 года)
Однако внешность обманчива. Нина Хрущёва свободно говорила на пяти языках, много занималась партийной работой, воспитывала пятерых детей (троих своих и двоих – от первого брака Никиты Хрущева).
Уроженка села Василив Люблинской губернии, Нина Кухарчук могла выглядеть как крестьянка, и она не стыдилась этого. Но это не мешало ей общаться на равных с мировыми лидерами.
Раньше, когда попадалась на глаза эта фотография, испытывал неловкость за "наших"– советская бабка и светская леди. Фотка всегда служила иллюстрацией некоторого цивилизационного "ихнего" превосходства над нашей бытностью.
Недавно прочёл статью из западного научного журнала, в котором описывалось, как во время визита Хрущева в США, Нина Петровна, "стояла в сторонке вдвоём с Рокфеллером, и они о чём-то горячо спорили"...
Потом Рокфеллер вспоминал, что жена советского генсека пыталась его убедить в превосходстве социалистической модели экономики над капиталистической.
удивило меня: стояли вдвоём. Тогда, как она без переводчика его "убеждала"?
И что эта бабка-простушка могла знать об экономических моделях?
В другом уже западном издании, а потом из отечественных источников узнал, что разговаривали Хрущева и Рокфеллер на чистейшем английском языке, который она прекрасно знала - начала учить его в 1938 году.
А до этого выучила и свободно владела украинским, польским, французским.
И вообще, Нина Петровна, в отличие от своего мужа, была прекрасно образована: до 12 лет училась в своей родной холмской школе, потом уехала в Люблин, где продолжала образование. После этого было Мариинское женское училище. В 1920-х получила образование в Коммунистическом университете им. Я.Свердлова.
Её трудовая карьера - преподаватель политэкономии в разных партийных учебных заведениях.
После этого не оставалось у меня никаких сомнений в том, что образ деревенской простушки для этой высокообразованной женщины был проявлением чего-то другого...
Теперь прочитываешь во взгляде этой "простушки" на фото чувство уверенности женщины, которая знает себе цену. Она понимает, кто такая Жаклин - элегантная, утонченная, но... пустая и несчастная... Что она видела в жизни, чего и с чьей помощью добилась? Вот Нина ей могла бы рассказать, как служила революционному делу агитатором на Польском фронте, как... Впрочем, вряд ли Жаклин это бы поняла...
Оказывается что советские первые леди, жёны других высших партийных руководителей нередко на две головы превосходили своих мужей образованностью и кругозором.
В годы сталинского правления жители западных стран привыкли к зияющему рядом с вождем СССР пустому месту — генералиссимус даже до гибели жены появлялся на людях один.
С приходом к власти Никиты Хрущёва ситуация кардинально изменилась. Его жена Нина Петровна Кухарчук не только активно участвовала в партийной работе, но и сопровождала мужа в заграничных поездках. Фактически она создала прецедент существования в СССР полноправной первой леди.
Нина Кухарчук провела детство на территории Люблинского воеводства современной Польши — в то время область входила в Российскую империю.
Родители-крестьяне воспитывали пятерых детей, родившаяся в 1900 году Нина была средней. Семья жила в бедном селе Василев — женщины работали у помещика на посадке и сборке свеклы за 10 копеек в день, мужчины заготавливали сено за 20-30 копеек.
Нина окончила в деревенской школе три класса. Преподаватель горячо убеждал Петра Кухарчука в больших способностях девочки и необходимости продолжить образование. Когда Нине исполнилось 12 лет, отец отвёз её к своему брату в Люблин. Дядя устроил девочку в прогимназию с четырёхлетним обучением.
Нина Кухарчук успела перейти во второй класс прогимназии, когда разгорелась Первая мировая война. Спасая дочь и сына от австрийских солдат, мать собрала самое необходимое, и они, взяв с собой только узелки, отправились в путь.
На одной из небольших станций случайно встретили отца Нины, служившего во вспомогательных частях. Тот упросил командование взять жену на работу кухаркой.
Дети путешествовали с обозом.
Командир части, в которой служил Петр Кухарчук, воспользовался затишьем между боями и отправил Нину в Киев с письмом к епископу Евлогию. Тот помог Нине устроиться «на казённый» счёт в холмское Мариинское женское училище, вывезенное в Одессу. Там обычно учились дочери чиновников и духовенства — крестьянку бы ни за что не приняли. Девушке помогли военная неразбериха и заступничество епископа Евлогия.
Кухарчук закончила 8 классов, а в 1919 году осталась работать секретарём училища, но в её распоряжении не было даже пишущей машинки — приходилось от руки снимать копии с документов, оформлять аттестаты выпускницам.
В 1920 году Нина Кухарчук вступила в ВКП (б). Летом того же года по мобилизации коммунистов её послали на фронт в Польшу. Кухарчук хорошо знала украинский, поэтому ей поручили агитацию за советскую власть по сёлам. Вскоре Нина Петровна заведовала в ЦК Компартии Западной Украины отделом по работе с женщинами, её откомандировали в Москву проходить шестимесячные курсы в Коммунистическом университете имени Свердлова, а затем — в Донецкую область преподавать в партшколе.
Нина едва выжила после сыпного тифа, свирепствовавшего в то время. К осени 1922 года её направили преподавать политэкономию в окружную партшколу Юзовки.
Овдовевший в 1918 году Никита Сергеевич учился на рабфаке. Его дети от первого брака Юлия и Леонид жили с бабушкой и дедом на руднике Рутченковка.
 Никита Хрущёв и Нина Кухарчук, 1924 год
Нина Петровна и Хрущёв быстро понравились друг другу, сошлись и сыграли в 1924 году свадьбу. Молодожены работали вместе. К концу 1926 года Хрущёв перешёл в окружной комитет партии, а его жену пригласили на учёбу в московскую Коммунистическую академию им.Крупской.
Закончив образование, она переехала в Киев преподавать на украинском политэкономию западноукраинским подпольщикам. Туда же переехал и Хрущёв.
Первая общая дочка — Надя — не выжила. В 1929 году родилась Рада.
Вскоре Никита Сергеевич отправился учиться в московскую Промышленную академию. Нина Петровна воспитывала сына и дочку мужа от первого брака как своих. Супруги с тремя детьми жили в общежитии.
Впоследствии им выделили четырёхкомнатное жильё в знаменитом Доме на набережной. Туда же перебрались и родители Хрущёва. В 1935-м родился сын Сергей, через два года — младшая дочь Елена. С 1938 года Нина Кухарчук вернулась к общественной работе и уже не оставляла её. Хрущёва назначили на должность первого секретаря ЦК КП (б) Украины, и семья переехала в Киев.
В войну Нина Петровна с детьми эвакуировалась в Куйбышев. Там она продолжила самообразование — окончила курсы английского языка.
В боях погиб Леонид, старший сын Никиты Сергеевича, после чего Хрущёвы удочерили его дочь Юлию. После назначения Хрущёва на должность Первого секретаря ЦК КПСС Нина Петровна официально стала первой леди.
Воодушевлённые происходившими в СССР переменами жители стран Запада приветствовали её появление на людях восторженными комментариями. Её называли русской матушкой, бабушкой, доброй и милой женщиной.
Прессу восхищали владение английским, умение с достоинством вести себя на публике.
В наши дни в Интернете регулярно размещают фотографию, на которой Нина Хрущева запечатлена вместе с Жаклин Кеннеди. Как правило, акцент в таких публикациях делается на простоватую внешность советской первой леди по сравнению с элегантностью американки. Злоязычные читатели забывают, что Нина Петровна старше Жаклин на 29 лет, перенесла тяготы бедного крестьянского детства, лишения двух войн и вырастила пятерых детей.
Сотрудник охраны Хрущёва полковник Кузовлев рассказывал: «Нина Петровна была очень строгой, экономной женщиной. Сотрудники обслуги и даже дети не страшились её мужа, но трепетали перед нею — молчаливая, но предельно требовательная...
Будучи намного образованнее супруга, Нина Петровна нередко оказывала влияние на решения Хрущёва. Она отказалась переезжать в Кремль — вскоре Кремлевский комплекс был открыт для посещения.
Во время поездки Хрущевых в США Рокфеллер удивлялся, насколько хорошо Нина Петровна понимает экономические проблемы. Именно она убедила супруга взять на вооружение сельскохозяйственный опыт Соединенных Штатов.
Нина Петровна даже в сталинское время, невзирая на риск, продолжала общаться с родственниками репрессированных коммунистов. Регулярно контактируя с деятелями культуры Украинской ССР, она убеждала супруга обратить внимание на нужды сферы искусств.
После потери должности и опалы Хрущёва в 1964 году Нина Петровна долго приходила в себя и даже заболела. Семье выделили дачу в Петрово-Дальнем, где Никита Сергеевич жил круглый год. Малоизвестный факт: супругам потребовалось оформить документы на выданную квартиру в Староконюшенном переулке (раньше были служебные).
Тогда и обнаружилось, что больше 40 лет они прожили „нерасписанными“, без регистрации. Супруги официально поженились только в 1965 году — Нина Кухарчук наконец-то стала Хрущёвой.
Кремлёвские высокопоставленные приятельницы отвернулись от Нины Петровны после опалы мужа, её поддерживали интеллигенция и деятели искусств, приезжали друзья юности из Донбасса.
Никита Хрущёв с дочкой (внучкой) Юлией и внучками (правнучками) Ксенией и Ниной
В 1971 году умер Никита Сергеевич и Нина Петровна осталась одна в Жуковке, во „вдовьем поселке“. Она не запирала дверь на замок — просто задвигала ручку палкой.
Нине Петровне назначили пенсию в размере двухсот рублей, оставили возможность вызывать служебную машину и пользоваться спецполиклиникой. Умерла Нина Хрущёва в 1984 году, пережив мужа и младшую дочь.
|
| |
|
|
| Kiwa | Дата: Пятница, 26.06.2020, 01:00 | Сообщение # 398 |
|
настоящий друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 698
Статус: Offline
| сколь многое сокрыто было для нас, увы!
|
| |
|
|
| Пинечка | Дата: Пятница, 03.07.2020, 02:59 | Сообщение # 399 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1549
Статус: Offline
| «У нас только два времени – светлое будущее и тёмное прошлое. Из светлого и тёмного постоянно получается смутное настоящее. Тем не менее мне удалось выяснить насчёт себя, что я родился – есть свидетели, учился – есть документы, женился – со слов одной женщины…
Особые приметы: образование – шуточное, характер – весёлый, заработок – смешной, отношение к власти – легкомысленное, состояние – анекдотическое.
P.S. Юмористика – мое хобби. Основного своего призвания пока не нашёл. Считаю, что люди без чувства юмора опасны для общества и должны быть от него изолированы».
Эта краткая автобиография в шутливой форме была изложена Анатолием Трушкиным в одной из его книг.
Писатель-юморист, чьи произведения не один десяток лет с успехом читали с эстрады Ефим Шифрин, Ян Арлазоров, Клара Новикова, Михаил Евдокимов, Роман Карцев и, конечно же, он сам, ушёл из жизни 9 июня.
То, что еврейский юмор преобладает на советской и российской эстраде, многими воспринималось как аксиома и потому Анатолий Трушкин, который не был евреем, не раз удивлял зрителя, недоверчиво вопрошавшего: «Писатель-юморист и не еврей?»...
Юмор Трушкина был народным, но был ему присущ и специфический еврейский оттенок – умение взглянуть на себя со стороны, смешать шутку с горькой иронией.
Возможно, поэтому, помимо дружбы и творческих союзов с многими еврейскими юмористами, Трушкин долгое время сотрудничал с еврейским театром «Шалом», на сцене которого с успехом шли комедии по его пьесам.
Анатолий Трушкин родился в октябре 1941-го в Челябинске, куда были эвакуированы его родители из Подмосковья. Через четыре месяца семья вернулась домой, а когда Толе исполнилось десять лет, переехала в Москву.
Литератор рассказывал, что первое яростное желание оставить рукопись потомкам охватило его в начальной школе: на парте он вырезал своё имя, за что был прозван писателем. «Отец, правда, узнав о проступке, тут же выбил из меня “писательство”, причём не из головы, а из другого места, ремнём. Но учительница русского и литературы никогда не сомневалась в моём литературном будущем, всегда ставила “пять” за стилистику, хотя за грамотность было постоянно “два”»...
Мальчику исполнилось 15, когда родители по работе вновь переехали в Челябинскую область – закрытый город Озёрск, где в то время создавался плутониевый заряд для атомной бомбы.
Отец работал по линии КГБ, а мама была лаборанткой производственного объединения «Маяк» – там и производились компоненты ядерного оружия. Одним из воспоминаний тех лет остались еженедельные похороны молодых учёных, погибавших от облучения – прощались с ними в здании местного кинотеатра. Своими глазами видел Анатолий и облако от радиоактивного взрыва на химкомбинате в сентябре 1957-го – оно миновало сам город, но затронуло многие окрестные села, вскоре вымершие...
В десятом классе родители решили отправить сына доучиваться в Москву, чтобы он смог подготовиться к поступлению в авиационно-технологический институт, в котором уже учился его старший брат.
Дети, по большому счёту, были предоставлены сами себе: приезжавшая порой из Подмосковья бабушка контролировала лишь наполненность холодильника. Но хулиганить, как признавался сам Трушкин, было просто некогда.
В Озёрске он увлекся гимнастикой, в Москве же продолжил заниматься лёгкой атлетикой – вскоре его включили в городскую сборную, впоследствии он даже стал чемпионом города по самбо. Если свободное время и появлялось, то оно всецело посвящалось книгам.
Читать Анатолий любил с ранних лет, но о писательской стезе даже не думал – прекрасно ладивший с математикой, он видел себя исключительно инженером.
Но тут в МАТИ, как и во многих других вузах страны, был создан театр эстрадных миниатюр, куда Анатолия как активиста и включили.
Текстов для выступлений не хватало и ребята писали их сами. Постепенно Трушкин с головой ушёл в театр, став основным автором студенческой команды. Ему даже разрешили свободное посещение лекций – так что, как признавался сам Анатолий, к окончанию института он не мог отличить болта от гайки...
Тем не менее несколько лет после окончания МАТИ он работал инженером на оборонном предприятии, пока случай не свёл его с главным редактором газеты «Студенческий меридиан». Вскоре Трушкин уже возглавлял в издании отдел юмора. Позже Анатолия пригласили стать главным редактором пресс-центра в штабе студенческих стройотрядов при Городском комитете комсомола в Москве. Правда, от него требовалось профильное образование, так что Трушкин поступил в Литературный институт.
Параллельно с учёбой и работой Трушкин писал юмористические пьесы для телевидения и «Кабачка 13 стульев». Точнее, сначала в его обязанности входил поиск небольших юмористических пьес и рассказов, на основании которых и создавались сценки в «Кабачке». Но довольно скоро он сам стал их писать под разными псевдонимами.
Вот тогда Трушкин и понял, что он «не режиссёр, не редактор и не драматург» и что «нужно заниматься только юмором».
Важную роль в его дебюте, по признанию самого Анатолия, сыграл Михаил Жванецкий.
«Это был 1983 год. Мы с ним пару раз до этого пересекались на концертах, но близко особо не общались.
И вдруг на каком-то большом форуме юмористов после выступления именитых артистов дали слово Жванецкому как самому главному номеру программы. Выходит Михаил Михалыч и неожиданно говорит: “А пусть сейчас Трушкин что-нибудь почитает”.
Меня ещё толком никто и не знал, да и не готовился я, просто пришёл на банкет. Я говорю: “Миша, у меня и нет ничего с собой, все тексты в гостинице оставил”. Он говорит: “Ничего, сходи и возьми, а они подождут”. Я пулей в номер, что-то там схватил, прочитал один рассказ.
Миша говорит: “Читай ещё”. Прочитал другой рассказ, потом третий.
На форуме присутствовали представители Министерства культуры СССР и “Росконцерта”. После этого посыпалось столько заявок, что никаких материальных забот я уже не знал.
Что подвигло тогда Жванецкого, я не знаю, но, видимо, он знал ситуацию лучше меня и дал возможность заявить о себе. Я ему благодарен по гроб жизни».
Впрочем, заявить о себе мало, нужно было постоянно поддерживать интерес, появившийся к его персоне. В этом ему крайне помогли тонкий юмор, вкус и остроумие в сочетании с актуальностью тем.
Тексты писателя пользовались популярностью, успех десятков юмористов был построен именно на них. Когда же он выступал сам, смеялись и взрослые, и дети – Трушкин писал юмористические рассказы в том числе для «Ералаша».
Шутливые зарисовки Трушкина были изданы в сборниках «Хотите верьте...», «Нашли время смеяться», «Побольше посмеешься – поменьше поплачешь», «Смешная наша жизнь», «Содом и Гоморра».
Включены они и в «Антологию сатиры и юмора России XX века», в предисловии к которой Аркадий Арканов отметил, что лицо сатиры в XX столетии определили Зощенко, Жванецкий и Трушкин.
Трушин сочинял по 20–30 рассказов в год. Шутя, он объяснял свою работоспособность тем, что если не будет писать, станет старым и нищим. Потом добавлял: «Не писать не могу. Без труда – пустота кругом».
На творческий покой он никогда не собирался. «Даст Б-г счастливой жизни, умрём за мольбертом и за письменным столом, но чтобы это подольше так длилось, – говаривал он. – Сам Б-г велел, конечно, но, как бабушка говорила, может быть, и чужого подворуем немножко»...
Не получилось.
В мае у Трушкина диагностировали коронавирусную инфекцию и он был госпитализирован. Болезнь протекала в тяжёлой форме, но в конце месяца состояние его улучшилось и писателя перевели в обычную палату.
Трушкин ожидал выписки, однако вечером 9 июня его состояние резко ухудшилось. Спасти артиста не удалось.
Алексей Викторов
|
| |
|
|
| Бродяжка | Дата: Четверг, 16.07.2020, 11:22 | Сообщение # 400 |
 настоящий друг
Группа: Друзья
Сообщений: 750
Статус: Offline
| Наступило время, когда не осталось чему удивляться. Возможно, это лишь моё возрастное восприятие, всё-таки через два года исполнится 50 лет со дня благословенного Прибытия в Америку!
А “отбытие” было ещё лучше. Без всего, лишь с мечтой, которую растили во мне мои родители, и проросла она в пальму и в кактус, но без берёзки.
В то время – удивление было во всём! Поскольку новое было в стране всё: мышление, цвeта кoжи, не говоря уже о “промтоварах”, музыке и машинах!
И удивлялся всему! Ведь жизнь началась сначала и даже сложнее было начинать жизнь уже взрослым. Отучиваться от старого, постигать новое – это уже огромное “удивление”.
Удивление гамбургеру и Бродвею – с чем это можно сравнить?
Рассказ мой, как всегда, будет не из чисел, точных справок и ссылок на интернет.
Возможно, данный момент и есть тот, когда надо перестать удивляться?
… Нью-Йорк, 1972 год.
Работал, ремонтируя музыкальные инструменты, ну и парковал машины по вечерам на бензоколонке. Короче – купил бензоколонку, одолжив деньги у близких американских родственников Аэлиты, плюс огромный долг в банке!
Знал, если буду работать с утра до ночи, то со временем, всё будет нормально. Так и трудился. Работников несколько – все нeгpы.
Друзья и Попутчики! Я отказываюсь использовать название выражение “aфpoaмepиканцы”!
Это были настоящие американцы, а не граждане Aфpики!
Летом 1977-го года в Нью-Йорке перегорела, если так можно сказать по-советски – “главная пробка”... и город на пару дней погрузился во тьму.
Утром первого же дня, проехав на машине через Бруклин, Бруклинский мост и улицы Манхэттена без светофоров, добрался до моей бензоколонки – 26-aя стрит и 10-ая авеню.
Манхэттен, к моему удивлению, был полон не полиции, а странными группами чepнoкoжих людей на машинах. По виду чувствовалось – будет что-то нехорошее.
Работники мои были готовы к этому и разъяснили мне, что у них есть opужие и “отстоим наше место работы”.
Вот такой подход.
Как нормальные люди, они ценили своё рабочее место. Не было у них ничего общего с преступными бездельниками, да и не хотели быть безработными и жить на пoсобие. Поэтому, я абсолютно против слышимых иногда слов – “они все не хотят работать”.
Неправда! Большинство всегда были такие же, как и любой нормальный человек, ценящий работу и заботящийся о семье.
Я, честно говоря, был испуган и поражён бесстрашием моих работников перед видом толпы. В общем, вокруг были разбиты сотни магазинов и бизнесов.
А наш, мои верные трудяги, отстояли. Толпа испугалась, они поняли, с кем имеют дело!..
Это была моя первая реальная встреча с прослойкой населения, которые хотели лишь взять, ничего не давая взамен. Разрушать, а не создавать.
Я лично думаю, что началось это со времён хиппи.
Начало было положено разложением институтов и колледжей, первые плоды “просветительной” работы профессуры. Эти, так называемые “прогрессивные движения: “Молодёжное Peвoлюциoнное Движение”, вoeнизиpoванные “Чepные пaнтеры” и “Пoдземная Погoда”, и другие “освободительные группы” получали деньги от нашей бывшей родины.
На разлoжение Америки годились все: и ретро-кoммуниcты с тpoцкиcтами и aнapхиcтами вместе! Борьба неудачников, и поэтому мечтателей, с победителями-реалистами. Мечта coциализма против реальности кaпитализма.
По Лeнину-Тpoцкому-Бaкунину. Победим хорошее – Плохим
Второй важнейший момент, как раз в те 60-e годы, патлатые философы начали сжигaть Aмериканский Флaг. Hе запрещено конституцией!
Это удивило и поразило меня.
Вот вам начало разложения нравов молодых людей. И дело не в вoйне во Вьетнаме. Они и сейчас сжигают наш Флаг ради рекламы своего “свободолюбия” и удобных случаев попасть на телевидение.
В меню этих безмозглых – “свобода Пaлecтинe”, “долг пoтомкам paбoв”, “долой памятники кpoвопийцaм” и масса других предлогов, высосанных из пальца!
Сколько раз эти погромы и разбой повторялись с тех пор? Не много, но и не мало раз!
В крупных городах формула выработана простая.
Если арестован даже бандит, но нeгp – это уже повод для протеста. Достаточно безумно для страны, которая на самом деле сделала огромные шаги в борьбе с pacизмoм.
С каждым разом всё “красочнее” погромы и разгул. Появились профессиональные погромщики. Финансы получают от дьявoла по имени Cоpoс...
Как видим, интернет к этим призывам caтaны цензуры не применяет.
Да и “молодняк”, рассказывающий репортёрам, как и сколько денег за участие в беспорядках получает, правоохранительных органов не боится.
( подписаться на интернете довольно просто. За участие в демонстрации $50–$80. За “лихость” с уничтожением имущества – $100.00. Все эти дела делаются без стеснения ).
Сopoсу скрываться нечего, сеть его организации мощная, денег хватает, как и полной, нечеловеческой нeнaвисти к Америке. Он не брезгует никем и ничем. Почему, например, не помочь встающим на ноги в Америке изуверскому “Муcульмaнcкoму Бpaтству”, pacиcтcкой бaнде “Aнтифa“ и организации, считающей, что бeлыe, как и любые другие жизни не важны...
Тем более, что демократы и люди с лeвым уклоном “поймут” и постелят пригласительный коврик со словами “тoлеpантность и политкopректность”. Вытирайте ноги – и вперёд!
Больше пожаров, больше оружия! В борьбе с “pacизмoм” путём убийcтвa и гpaбежа, теперь есть официальная поддержка вaндaлизмa от демoкратической партии!
Той, которая, кстати, была партией, стоявшей за paбcтвo, это факт. Они это “забыли” и не любят вспоминать…
Несмотря на трагедию случившегося, невинной жepтва не была.
Рeцидивиcт, прecтупник. Здоровенный бугай, накачанный нapкотой хоть и с больным сердцем!
Но ЭТО не предлог paзрушить, уничтoжить и пoджечь!
Желание гульнуть и ограбить, вот что толкает больше половины этих маpoдёров на их “протест”. Взгляните на состав этой массы. Видим “профи”, которые бывают на встречах глав правительств в любом городе мира.
На чьи деньги мы знаем! Одеты как один, готовые на всё, натренированные звepи.
Обязательно среди поджигателей aнapхиcты, иcлaмиcты ...
И “бeлый мусор”. Бородатые и татуированные, с плакатами, часто даже не имеющими отношения к происходящему. Особенно интересны молодки с волосами всех цвeтов радуги! Юбка обнажает всё и вся, руки как в перчатках в татуировке типа “миру – мир”, личико, перекошенное в крике лозунга, а может от десятка иголок во всех местах этого испорченного “портрета”.
Серьёзно, на самом деле – вы ещё удивляетесь?
Прошедшие, ну хоть 10 лет, не помогли вам наконец перестать удивляться всему, что происходит и куда это движется?
Дональд Трамп лишь замедлит это paзложение общества, но не вылечит.
Этот “вирус” будет непосильной заботой наших детей и внуков…
Здравомыслящие люди понимают, что было, что есть и что будет.
Не нужны интернетовские ссылки, цифры и статистика. Общая картина достаточна видна, чтобы более не удивляться.
Пoлиция ведь никого не убилa в день официального вступления на пост Президента Дональда Трампа.
А разбой и погром начались сразу же!
Кто же спровоцировал тогда?
Тут участвовал весь “райкoм партии” во главе с "кенийским американцем" Обамой, подстегиваемой гримасой, так называемой улыбкой, Нэнси Пелоси и лаем Чака Шумера.
И знакомые лица на улицах!
И тогда, и сейчас!
Ну, на данный момент намного больше Вашингтонской поддержки демократов-конгрессменов, стукачей бюрократов и ненaвиcтников Трампа.
Их имения имеют воopужённую охрану, так что подстегивать aнapхиcтов и бандитов на погромы не опасно для этих лицемеров.
А вот вам “предмет”, чему можно удивляться!
Кандидат в Президенты от Демократической партии. Каждый здравомыслящий человек должен удивляться!
Как он мог быть выдвинутым на главный пост страны? Безликий бюрократ, бывший вице-президент, сумевший наворовать денег вместе с неудачником сыном в Укрaине, прикрываясь именем Обамы.
А тот его прощал, поскольку Байден, всегда поддерживал и подписывал любые экономические и политические выдумки “начальника”.
Пусть мистер Байден не забудет принести на дебаты с Президентом Трампом справку от врача-психиатра!..
Всё больше и больше я вижу, как прозорлив Трамп в движении фигур по политическому полю. И слепцы в сумасшедшем доме есть, как бывший Президент Буш-мл., и не выигравший войны, как и Мэттис, Колин Пауэлл, вдруг вспомнивший про цвeт своей кoжи!
Болтается между партиями нeудачник и лузeр – Митт Ромни.
Слепцы, повторяю это слово. А слепота, неумение увидеть, что нужно стране – это хуже, чем разбой на улице.
Поскольку становится понятно, кто довёл страну до этого момента. Не забудем и первого aфpиканца на посту Президента с его pacиcтcкой супругой.
Вредители, в полном смысле этого слова.
Словами и действиями – без грабежа и пожара, довели страну до такого состояния, что даже Мартин Лютер Кинг перестал бы с ними здороваться...
Студенты в этих толпах вызывают наибольшее омерзение. Родители могут радоваться – деньги на образование “дали плоды”! Если такой студент под машину попадёт, сгорит от своего же “молoтового кoктейля” или по ошибке, как “бeлый”, будет убит “возмущённым народом”, то может лишь тогда папа и мама задумаются, как же так?
Право иметь оружие, Конституционное право!
Оно было сделано создателями величайшего документа в истории народов не для войны с завоевателем.
На это есть армия.
Для борьбы с внутренним врагом, так и сказано.
Я горд, что имею оружие. Дай Бог – никогда не пользоваться им нигде, кроме тира. Но если надо защитить страну от внутреннего врага и тем самым защитить семью и наш образ жизни – рука не дрогнет.
Но вот, удивлён новостью из России! Президент страны “обеспокоен” беспорядками в Америке.
Ещё бы! Многие в правительстве России, как и члены Думы, ну и артисты впридачу – взволнованы! Всё-таки страшно, если многомиллионную виллу этих граждан России разгромят или сожгут. Но деньги у вас в Американских банках есть огромные, назад их не получить, так что мой совет – наймите хорошую Американскую воopужённую охрану. Стоящее дело!
А президент пусть беспокоится об оБнулении своего срока, Благополучии своего народа, Благосостоянии страны, Благословенной Конституции, там ещё много слов на букву Б, причём важных слов.
По секрету сообщаю неуважаемый Президент: доллар крепок, торгуем нефтью и газом, биржа летит в верх – всё будет опять, как и было.
Я же сказал, было такое уже, не удивляйтесь!
Деньги за “Бескорыстную помощь” c бракованными дыхательными аппаратами, Дональд Трамп заплатил сразу, без рассрочки, все $660.000. Так что с Богом!
Что удивляться пройдохе Шарптону? Он всё тот же провокатор. Тоже мне – “святой отец”! Давно должен был сидеть в “долговой яме”, как минимум! Ему подходит одно слово из новорусского словаря – “отстой”.
Совесть отсутствует, ничего нового или удивительного. Помню этого шарлатана по Нью- Йорку – все годы провoцировал бeспорядки!
Вокруг котла, в котором он будет вариться в заоблачном мире за все свои тяжкие, неискупимые грехи, за все жертвы людские, в которых повинен, будет стоять хвостатый почётный караул.
Знакомые всё лица, Шумер, Надлер, Шифф, Пелоси, Обама, чета Клинтон, Кортес, Сандерс, Комби, Райс…
Смешного, в общем-то, мало… Ужас!
И ведь нормальная демонстрация не имеет смысла и роли, если это наряду с погpoмом! На лeвaцких болванов, вставших на колени и вознёсших преступника в ранг святых, обращать внимание не имеет смысла. Они делают такие глупые и лишённые логики поступки постоянно. Удивляться нечего, привычно.
Я персонально боюсь одного. Если слишком разгуляются эти подонки и всколыхнут безмолвную огромную массу Америки, настоящей Америки, не тронутой гнилью городов, будет очень плохо. Страшно подумать.
Там и сила, оружие и воля. Спящий гигант. Не разбудить бы.
Пусть лишь на выборах просыпаются, а за кого будут голосовать, вы сами знаете. Также не удивительно!
Удивляюсь лишь одной прекрасной новости!
Биржа – после вируса, погромов и злопыханий демократов, опять взлетела на тот же уровень, который в годы “прекрасного Обамы” был недосягаем.
При нём был полный штиль на бирже, постоянная риторика на любой вопрос и отсутствие хорошей экономики.
Но было “понимание народа”.
И он, именно он, пoлубeлый-получёрный, отбросил pacовыe отношения в Америке на 30 лет назад!
Погром и вирус – и сразу в один день, 2,5 миллиона американцев вышли на работу. Оживёт и пойдёт всё по-старому, вернее по-новому, как и в последние три года.
Скажу “мягко”. Когда морально слабые граждане страны видят на экранах телевизоров, как демократ, спикер Палаты представителей, рвёт на куски речь выступающего Президента – после этого и разбой, и враньё, и разгромленный город, являются естественным результатом поведения и примеров “сверху”.
Что уж требовать соблюдения законов “снизу”. Если Нэнси можно, то и нам можно!
Бесспорно, уровни разные, но результат один!
Толеpaнтность и политкopректность – это прекрасные спасательные круги с замечательного гигантского лайнера по имени Америка!
Как показывает этот момент нашего времени – громить стало легче!!!
Интернет и мобильные телефоны мгновенно могут сплотить ряды замаскированного “пролетариата и комсомола”, а их идейные руководители, имеющие в руках 90% телевидения и прессы, поддержат идеологически мгновенно.
Так что, заложенное в университетах в 60-х годах, – принесло “достойный” урожай!
А то, что лeваки ненавидят Трампа, становится нормальным.
Я не удивлён!
Он ведь против всего фальшивого и губящего Америку.
Достижения нечего перечислять.
Одно просто смешно. Даже у преcтупных диктатopов, таких как усатый или тот, что с чёлкой, порывшись, можно найти что-то сделанное хорошо... Усатый мяcник – создал свой тип архитектуры, вероятно пригрозив смертью архитекторам. И появились в разных городах великой страны, где “всё колосилось и сыпалось в закрома”, здания сталинского ампира.
А трясущийся выродок с чёлкой, создал для влюблённых в него граждан – автобан.
Наш Президент за три года сделавший невиданное для страны и нас всех – в глазах людей больных лeвизнoй, не сделал ничего хорошего.
Ничего!!!
А это значит – их болезнь прогрессирует. И подтверждает, что Президент на правильном пути.
Удивляться нам нечему. Мы всё уже видели и не раз.
А вы, “Владельцы заводов, газет, пароходов”, голосовавшие против Трампа? Сколько раз будете видеть ваши уничтоженные бизнесы, разграбленные супермаркеты и разбитые магазины?
А вы, простые чepнoкoжиe граждане, охмурённые бeлoкoжeй Демократической партией – неужели не видите, что творится именно в тех городах, которые в руках ваших демократических камрадов? Неужели до сих пор не видите, за кого надо голосовать, чтобы хоть продлить жизнь нашей страны, отдалить от aнapхии, лжи и отсутствия границ?
А как же вы, молчаливые, простые городские трудящиеся – демократы, не имеющие средств на телохранителей и без вооружённой охраны, как ваши партийные бонзы. Как вы можете избирать на повторные сроки омерзительных мэров, бросивших вас в серьёзнейший момент?
Пора выкинуть очки с линзами, сделанными из вранья и выданные на партийном собрании.
Пора увидеть, что хорошо и что плохо. А эти два качества не имеют цвета кожи, религии и нaциoнaльности.
Через пять месяцев выборы!
Президентство Трампа на следующие четыре года даст реальную возможность народу убедиться в успехе его “пути” и открывает прямую дорогу на республиканского Президента и после Трампа!
Может быть, на удивление половине Америки, когда страна будет жить как никогда, есть маленький шанс, что кто-то из лeваков, “вылечится”! (в чём я лично... сомневаюсь! ... адм.)
Bсе проблемы с вирусом уже были и до этого, как и разнузданная толпа!
Пережили и переживём!
И поэтому, говоря словами старой песни, из исчезнувшей страны:
Новый СРОК – Трамп же ждёт,
Он у самого порога.
Пять минут пробегут –
Их осталось так немного.
Без пяти? Без пяти.
Но, ведь, пять минут немного,
Он на правильном пути,
Хороша его дорога.
Наивно – возможно. Весело – бесспорно!
Не удивляйтесь, а будьте готовы к следующему разгулу!
Я знаю даже точный день, когда это произойдёт!
На следующий день после избрания Дональда Трампа на второй срок Президентства! Не сомневайтесь.
И он, и “они” готовятся к этому!
Джек Нейхаузен
|
| |
|
|
| Сонечка | Дата: Четверг, 23.07.2020, 12:54 | Сообщение # 401 |
 дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 563
Статус: Offline
| Имя Михаила Давыдовича Александровича мы услышали впервые в годы войны.
Из хриплой уличной тарелки раздавались неаполитанские песни, арии из опер, «Рассвет» Леонковалло, Колыбельная Блантера, в которой упоминался товарищ Сталин, – до того жалостливая мелодия, что першило в горле и набегала слеза.
Говорили, что на передовой в составе фронтовых бригад певец выступал в постоянной «униформе» – чёрный фрак, галстук-бабочка и лакированные туфли...
Наступил незабываемый май 1945 года – год победы со слезами на глазах.
Товарищ Сталин разрешил московским евреям организовать траурный молебен в синагоге. Поминальную «Эль Моле Рахамим» и другие псалмы поручили петь Александровичу.
Церемонии придали международное значение, собрали всю еврейскую элиту, а также солистов Большого театра.
Синагога вместила тысячу шестьсот человек, а двадцать тысяч рыдали на улице; женщины падали в обморок, бились в истерике, многих укладывали в машины скорой помощи.
Евреи оплакивали не только близких, но и свой народ.
Спектакль, организованный правительством, удался на славу, его повторили через год, а потом заслуженному артисту РСФСР Александровичу запретили выступления в синагоге.
Его еврейский вокал на этом кончился, если не считать исполнения двух песен на каждом концерте – право, на котором он настоял.
В 1948 году за концертную деятельность Александрович получил Сталинскую премию, как тогда говорили, «прямо из рук вождя».
Но началась борьба с космополитами, а потом с «убийцами в белых халатах», Александровича НКВД пыталось обвинить в том, что с неаполитанскими песнями он передаёт шпионам в зале антисоветскую информацию...
Сталин же решил, что певца пока «рано брать», и сделали отвлекающий манёвр – устроили пышный концерт Александровича в Большом зале Московской консерватории.
Мне посчастливилось трижды восторгаться живым голосом артиста в концертных залах Москвы и Киева.
Его пение поражало музыкальностью, очарованьем бархатного голоса, виртуозностью исполнения и безупречной артикуляцией; еврей, уроженец Риги, он обладал изысканной русской литературной речью.
Многие, как и я коллекционировали его пластинки с записями неаполитанских и других народных песен, романсов, арий из опер для лирического тенора.
Всего он записал 70 пластинок, тиражом (согласно официальным документам!) в 22 млн. экземпляров.
Петь ему разрешали только по-русски; но нет худа без добра – над его программами работали лучшие советские переводчики.
Военные годы принесли молодому артисту начало всенародной любви слушателей. н обрёл и личное счастье, женившись на Рае Левинсон. Позже у них родилась дочь Илона.
Превозмогая трудности, он утвердил себя, в качестве лучшего камерного певца огромной страны; показал свою бескомпромиссность в решении творческих вопросов; к нему пришла подлинная слава.
В 1985 году в Мюнхене были изданы мемуары Александровича «Я помню».
Как справедливо считает издатель этой книги Леонид Махлис, «великий певец за годы творчества в СССР сумел "облагородить" советский песенный жанр, вдохнуть в него человеческие чувства, удержать на плаву тонущую еврейскую музыкальную культуру».
Замечательные мемуары помогли мне написать этот очерк...
Борьбу за творческую независимость Александрович начал ещё при Сталине, приказавшем зачислить лирического тенора в труппу Большого театра.
Были заказаны костюмы для партий Ленского, Дубровского, Альмавива и Альфреда, и обувь на высоких каблуках. Но певец всю жизнь «имел одной лишь думы власть» – стать камерным исполнителем...
Его спас разгром оперы «Великая дружба», после которого председателя комитета по делам искусств сняли с работы.
Во время процесса «врачей-убийц» Александрович старался выбрать место гастролей подальше от Москвы; по стране распространялись слухи, что он арестован...
Потом гастроли артиста в Уфе были отменены, а его телеграммой вызвали в Москву. Все думали, что для заклания, но Великий Режиссёр дал приказ организовать концерт певца в Большом зале Московской консерватории.
В начале шестидесятых годов концерты Александровича передавались по три-четыре раза в неделю, он широко концертировал по стране, но вскоре перестали издавать его пластинки, ограничивали гастроли и уменьшали гонорары.
Началась компания шельмования певца.
В стране при Хрущёве и Брежневе нарастал государственный антисемитизм, а Александрович давал отпор всем чиновникам и руководителям, которые пытались его унизить.
Я оказался свидетелем одного из конфликтов певца в Киеве.
Были анонсированы его выступления в Киевской филармонии, распроданы билеты, но после приезда Александровича выяснилось, что из программы концертов исключены две еврейские песни. Он отказался выступать, и администрации пришлось перед ним извиниться.
Исполнение песен на идиш вызвало овацию, аплодисменты долго не смолкали; но после этого случая в Киев его не приглашали.
Великого певца выдавливали из страны, и он начал добиваться эмиграции.
Михаил Давидович Александрович родился 23 июля 1914 года в селе Берспилс (Латвия). Он рос хилым рахитичным ребёнком, но с каждым годом всё отчетливей проявлялась его музыкальность, и на пятом году отец стал заниматься с ним музыкой.
В пять лет он смог разучить народную колыбельную на слова Лермонтова: «Спи, младенец мой прекрасный»; обладал замечательным слухом, музыкальной памятью и чистым голосом. Подражая канторской манере исполнения еврейских религиозных напевов, мальчик научился вибрировать голосом, имитируя рыдания.
В 1921 году семья Александровичей с пятью детьми, перебралась в Ригу.
Преподаватель Еврейской народной консерватории Ефим Вайсбейн вначале отказался прослушивать слабого болезненного малыша, но отец не сдавался. Наконец, педагог согласился разучить с ребёнком еврейскую песню: «Дуют, дуют злые ветры». С каждой новой фразой лицо Вайсбейна становилось бледнее, губы дрожали, а к концу песни он не выдержал и заплакал.
Видя уникальную одарённость ребёнка, Вайсбейн, композитор Соломон Розовский и директор профессор Квартин решили зачислить мальчика в детскую группу консерватории, где под руководством Доры Браун он стал изучать сольфеджио, игру на рояле и освоил технику чтения нот.
Замечательные педагоги единогласно пришли к уникальному выводу, что стандартные методы – постановка голоса, звука, дыхания и вокализы могут вызвать напряжение детских голосовых связок и повредить голосу, тем более что чудо-ребёнок безукоризненно владел своим дыханием. Вайсбейн интуитивно нашёл ключ к восприятию ребёнком музыки – эмоциональное раскрытие перед ним содержания произведений, «трогающих душу»: страдающий шарманщик Шуберта, умирающая мать, страстная баркарола Гуно, и т. д.
Педагогам удавалось «зажечь» душу одарённого ребёнка музыкой Шуберта, Шумана, Грига, Римского-Корсакова, Гречанинова, Гуно и других талантливых композиторов.
Они, как «садоводы» впервые в мире применили метод «выращивания» голоса.
Александрович, прежде, чем рассказывать о себе, приводит примеры вундеркиндов – композиторов (Моцарт, Мендельсон), скрипачей (Яша Хейфец, Миша Эльман), пианистов, дирижёра Вилли Ферреро, но считает, что вундеркиндов среди певцов до него не было.
Были мальчики – солисты в церквах и синагогах (среди них можно упомянуть Баха и Россини).
Но в детские годы они не обращались к классике или к народной музыке.
Миша в девять лет, исполняя романс «Шарманщик» Шуберта, первый раз заплакал над горькой судьбой нищего уличного музыканта. Ранее вокальное и психологическое созревание, и одновременно сдержанность чувств (хотя «детская душа разрывалась на части») определило его «вундеркиндность».
Слёзы, даже истерики стали уделом его слушателей.
После первых концертов в Риге, осенью 1923 года газета «Ригаше нахрихтен» писала: «…Что же касается девятилетнего певца Миши Александровича, то он не имеет себе равных среди вундеркиндов. Его первое появление на сцене вызвало всеобщее изумление и восторг.
Человек, не присутствовавший на концерте, просто не может представить себе всю проникновенность его пианиссимо, и форте, и необъятный диапазон голоса…»
Александрович в свой книге много говорит об ошибках в обучении юных вокалистов, чьи голоса ещё физиологически не сформировались – о трагедии выдающегося юного певца Робертино Лоретти и сотен учеников из знаменитого хора Свешникова при Московской консерватории, которых заставляли петь после четырнадцати лет…
Чтобы помочь семье Миша в 1924-1926 годах с большим успехом выступал в Латвии, Литве, Эстонии, Польше, Германии. В эти годы он пел на русском, немецком, латышском и идиш.
В период ломки голоса (1927-1933 гг.) юный Александрович учился в гимназии и игре на скрипке в Рижской консерватории.
После шестилетнего перерыва Миша впервые выступил с сольным концертом в Риге 1 января 1933 г. и в том же году стал выступать в концертах с литургическим репертуаром, но 27-28 января его пригласили провести субботнюю службу в знаменитой рижской «Гогол шул» Рижской синагоги, а спустя год, в августе 1934-го, он переехал в Манчестер (Англия), где стал главным кантором местной центральной синагоги.
Живя и работая в Англии, он периодически выезжал в Италию, где совершенствовался в пении у знаменитого тенора Беньямино Джильи.
Джильи не занимался педагогической деятельностью, но сделал для Александровича исключение. Поработал с ним «для собственного удовольствия» несколько недель и отказался от платы за уроки.
«Помощь Джильи оказалась неоценимой. Его вокальное мастерство стало для меня образцом на всю жизнь. Моё самое заветное желание с тех пор заключалось в одном: хоть в чём-то стать похожим на него».
Мастер-классы у Джильи сыграли важнейшую роль в последующей вокальной акции Александровича, соединившего еврейский вокальный стиль хазанут с итальянским бельканто.
С большим юмором написаны главы, в которых рассказано о канторской деятельности молодого певца, начавшейся, когда ему было 20 лет.
Профессия кантора была принята Мишей, как уступка отцу и для оказания помощи семье. Отца он постоянно вспоминал со словами любви и глубокой благодарности – он вывел Мишу в люди, с огромным тактом и умением лелеял его талант, ради которого готов был отдать жизнь.
В манчестерской синагоге было больше сотни претендентов, но Мишу сочли самым достойным кандидатом.
Последним, что удерживало молодого кантора в Манчестере, была интересная музыкальная жизнь, но несносные руководители синагоги настаивали на женитьбе, и певец окончательно расстался с опостылевшим английским городом и перебрался в Ковно, поближе к родным.
Ковенская синагога разрешила молодому кантору организовывать концерты и даже выступать в опере; на свои концерты он даже приглашал оперных артистов, но это вызвало раздражение ортодоксальных евреев. Их особенно возмущала светская жизнь кантора, отсутствие у него бороды и превращение синагоги в концертный зал.
Пришлось вмешаться главному раввину Каунаса Шапиро, объяснившему ортодоксам, что Александрович своей музыкальной деятельностью резко увеличил посещаемость синагоги, сделал службу более современной и понятной для нового поколения прихожан, которым понравился сплав знакомых напевов с итальянским бельканто.
В книге описан интересный эпизод.
Однажды после богослужения оперная солистка, католичка сказала кантору: «сегодня впервые в жизни я изменила моему Богу. В те минуты, когда я слушала ваши молитвы, я верила, что ваш Бог, лучше нашего»...
Михаил Александрович часто вспоминал этот эпизод, добавляя, что подобная оценка выше для него, чем все звания и сталинские премии.
Успех в карьере кантора не поколебали твёрдого решения Михаила стать камерным певцом – родной стихией для него станет концертная эстрада.
Выступление певца в 1972 году в зале Культурного центра Тель-Авива на Всемирном фестивале канторского искусства за несколько минут превратило его в «канторскую звезду первой величины». После этого выступления профессионалы, стоя провозгласили: «Да здравствует король»...
Александрович несколько лет жил и в Нью-Йорке, имел огромный успех в Карнеги-Холле, в Мэдисон Сквер Гарден, в Центре им. Линкольна и других крупнейших залах США; потом был кантором в Канаде и во Флориде.
С 1975 года он вёл «мастер-класс» для Нью-Йоркских вокалистов.
Создаётся впечатление, что, стремясь к главному в жизни – карьере камерного певца, Александрович параллельно многие годы впитывал в себя основы канторского мастерства, тесно связанного с хазанутом, история которого насчитывает больше сотни лет.
Нежелание стать профессиональным кантором в юные годы не помешало выдающемуся музыканту принять участие в создании нового стиля канторства, в котором важную роль играли сила и красота самого голоса, колоратура и умение исполнять композиции классического плана.
Еврейская литургическая музыка была признана такими композиторами, как Моцарт, Шуберт, Равель...
Важнейшим классическим источником обогащения хазанута стала для Александровича музыка итальянского бельканто.
Созданный им сплав можно назвать гениальным.
В октябре 1971 г. М. Александрович с семьёй выехал на постоянное жительство в Израиль, а в 1974 г. переехал в США.
После отъезда из СССР он с успехом концертировал в Тель-Авиве, Нью-Йорке, Торонто, Рио-де-Жанейро, Сиднее и Буэнос-Айресе, выступал с канторским пением в синагогах.
На Западе певец выпустил 7 сольных и множество сборных компактных дисков и кассет с записями оперных арий, русских романсов, еврейских традиционных песен, сложнейших канторских псалмов и гимнов.
В 1989 году (19 лет спустя после эмиграции) по приглашению Госконцерта и Союза театральных деятелей Александрович совершил первое турне по бывшему Союзу.
Потом ещё несколько раз повторял приезды. Побывал в Москве и Ленинграде, Харькове и Одессе, Запорожье, Днепропетровске, Магадане. Его встречали переполненные залы и трибуны стадионов, сотни тысяч поклонников с цветами и слезами на глазах.
Многие люди моего поколения не дождались этих прощальных концертов, но они явились открытием для тысяч молодых людей, которым удастся прослушать его аудиозаписи – старые песни и арии, и еврейскую музыку, с которой они ещё не знакомы.
Странный феномен.
Теперь в старости неаполитанские песни в исполнении Паваротти, Боттичелли или Доминго я воспринимаю на слух в русских переводах, сделанных когда-то для Александровича.
Он умер в Мюнхене, 3 июля 2002 года, не дожив три недели до 88-летия.
На его похоронах главный раввин Мюнхена сказал: «Мы все – люди грешные. Наверное, было немало грехов и у покойника. Но когда он предстанет перед судом Всевышнего, ему достаточно будет спеть несколько фраз, и все его грехи будут прощены».
|
| |
|
|
| KBК | Дата: Четверг, 23.07.2020, 14:08 | Сообщение # 402 |
 добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 145
Статус: Offline
| да уж, кантор он был известнейший и потому хотелось бы добавить пару строк об обладателе столь удивительного голоса:
великий кантор
https://www.ng.ru/facts/2014-02-19/5_kadish.html
|
| |
|
|
| papyura | Дата: Среда, 05.08.2020, 04:45 | Сообщение # 403 |
|
неповторимый
Группа: Администраторы
Сообщений: 1746
Статус: Offline
| Борис Баркас - человек, которого все "забыли"...
http://chtoby-pomnili.net/page.php?id=1157
|
| |
|
|
| smiles | Дата: Среда, 05.08.2020, 11:04 | Сообщение # 404 |
|
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 261
Статус: Offline
| интересно только ГДЕ все эти успешные исполнители произведений Бориса были все эти годы, а?!
|
| |
|
|
| Бродяжка | Дата: Четверг, 20.08.2020, 08:38 | Сообщение # 405 |
|
настоящий друг
Группа: Друзья
Сообщений: 750
Статус: Offline
| Против часовой стрелки
Общество убеждает нас стареть и плохо себя чувствовать, и мы подчиняемся...
Когда в 1979 году психиатр Эллен Лангер затеяла этот эксперимент, у неё уже была репутация специалиста, предпочитающего подтверждать смелые теории ещё более смелой практикой.
Практиковалась она преимущественно на пенсионерах.
Тремя годами ранее она стала автором поистине революционного для геронтологии эксперимента в доме престарелых Арден-хаус в Коннектикуте, доказав, что трепетный уход за стариками вовсе не так хорош, как принято думать, и сведёт в могилу быстрее, чем иное заболевание.
Эксперимент стал частью исследованиясиндрома выученной беспомощности.
Но миссис Лангер не намерена была останавливаться на достигнутом. Она собиралась полностью разрушить тусклый ореол старости и доказать, что мы молоды ровно настолько, насколько считаем себя молодыми...
Для нового эксперимента она отобрала восемь мужчин.
Средний возраст испытуемых — 75 лет. Все они должны были неделю жить в переоборудованном для научно-мирских нужд монастыре в штате Нью-Хэмпшир, не зная, что именно их ждёт.
Всё, о чем их попросили — не брать с собой книги, журналы или фотографии, появившиеся менее 20 лет назад.
Когда восемь мужчин вошли в дом, где им предстояло безвылазно провести неделю, они обомлели... казалось будто они перенеслись в прошлое.
Конкретно — в 1959 год.
Чёрно-белый телевизор, старые пластинки, книги на полках, календари — всё возвращало их в реальность двадцатилетней давности.
Дальше больше: участников эксперимента попросили одеваться и вести себя так, будто на дворе и правда 1959 год. А им ... не пыльные 75 лет, а задорные 55.
Поначалу казалось, что подобное невозможно.
Как вычеркнуть последние 20 лет из жизни?
Однако быстро выяснилось, что очень даже легко...
Без связи с внешним миром, где все ещё царствовал 1979 год, мужчины начали говорить, жить и даже думать так, будто оказались в 1959-м.
Персонал обращался с ними соответственно: никаких предложений помочь донести тяжёлую сумку или перевесить полку. Никаких напоминаний принять таблетки или сходить в туалет.
Всё сами!
Первая же неделя эксперимента дала потрясающие результаты: у большинства испытуемых улучшились осанка, гибкость, мышечная сила, зрение (на 10%!) и память.
То есть все те параметры, которые не щадит возраст...
Кроме того выяснилось, что у 63% участников в конце эксперимента результаты теста IQ были выше, чем в начале.
НО самое интересное: участники эксперимента помолодели и внешне.
Их фотографии до и после эксперимента были показаны случайным людям. Те, посмотрев на фотографии, посчитали, что на снимках «после» мужчины выглядят в среднем на три года моложе.
То есть эксперимент доказал, что наше самочувствие напрямую зависит от нашего окружения и модели, которую оно навязывает.
Если ты в 70 будешь называть себя дедушкой, жаловаться на старость и просить всех подряд перевести тебя через дорогу, то и будешь чувствовать себя как старик.
Но если набраться смелости и проигнорировать запрос социума на ворчливых пенсионеров, и до самой смерти в 95 лет думать, что тебе всё ещё 45 — у тебя есть все шансы прожить не только долгую, но и здоровую, активную и счастливую жизнь.
В 2009 году Эллен Лангер написала на основе своих экспериментов бестселлер «Против часовой стрелки» (Counter Clockwise).
Ты можешь найти в сети издание на английском.
Не знаешь английского? Ничего, выучи.
В твоём юном возрасте это вообще раз плюнуть...
|
| |
|
|
|
