Город в северной Молдове

Четверг, 27.07.2017, 17:47Hello Гость | RSS
Главная | воспоминания - Страница 23 - ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... | Регистрация | Вход
Форма входа
Меню сайта
Поиск
Мини-чат
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 23 из 26«12212223242526»
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » всякая всячина о жизни и о нас в ней... » воспоминания
воспоминания
duraki19vseДата: Среда, 01.06.2016, 04:44 | Сообщение # 331
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
да-а-а нелепая смерть хорошего - видно по всему - человека!
 
дядяБоряДата: Понедельник, 13.06.2016, 18:00 | Сообщение # 332
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 434
Статус: Offline
Урок мудрости

О том, что моя бабушка не умеет читать и писать, я узнал случайно. И признаюсь – этот факт не произвел на меня никакого впечатления. Ну, не умеет и не умеет, и что?
Её безграмотность никак не отражалась на событиях её жизни, потому что возникающие вопросы и проблемы она решала с той житейской мудростью, для которой знание алфавита, умение читать и писать были не нужны. А нужен был природный ум, умение анализировать накопленный опыт и иметь свой субъективный взгляд на происходящее.
Всё сказанное я понял гораздо позже, когда её уже не было с нами.
Она никогда не отвечала сразу. Обязательно была пусть и крохотная, но пауза. Именно в эту коротенькую паузу она успевала посмотреть собеседнику в глаза и решить, отвечать или промолчать.
И ещё. Я вдруг с отчетливой ясностью вспомнил, что бабушка никогда не то, чтобы кричала, она никогда не повышала голоса. Всегда, почти всегда, за исключением тех дней, когда она болела и не могла вставать, бабушка ждала меня и встречала на улице, у покосившихся ворот нашего двора.
Она сидела на длинной, старенькой скамейке и смотрела в конец улицы, где был летний кинотеатр «Вятан» – «Родина», с крыши которого мы, мальчишки, часто и бесплатно смотрели кино…
В те годы, я, юноша, который уже работал и имел, что называется, какие-то карманные деньги, часто гулял с друзьями по вечернему родному городу и порой довольно поздно возвращался.
Если мама или папа могли иногда повысить голос, мол, почему так поздно, почему заставляешь нас волноваться и нервничать, то бабушка никогда этого не делала. Нашептывая благодарные слова молитвы, что я жив, она поднималась мне навстречу, целовала, и мы вместе входили во двор под свет лампочек, которые горели над каждым крыльцом.
Она не спрашивала меня, где был, чем занимался и почему задержался. Она с улыбкой начинала рассказывать о тех маленьких и порой незначительных событиях, которые произошли дома с родными, или во дворе с соседями. И каждый раз получалось так, что я сам, подхватив её интонацию, начинал рассказывать о себе – где был, что делал и с кем познакомился.
Выслушав, бабушка обязательно предлагала мне поесть.

Обязательно!
И это не просто предлагалось, а это уже выносилось, разогретое и вкусно пахнущее, это уже было на столе с хлебом, помидорами-огурцами, неповторимым Бакинским сыром, лимонадом «Дюшес» или минеральной водой «Бадамлы», а главное, мой дорогой читатель, это был запах. Неповторимый, удивительно аппетитный, пронзительно вкусный и настолько притягательный, что через минуту к столу подтягивались взрослые – дядя Агаси Гейбатов, Сёма Абаев, Сурен Аванесов и, конечно же, мой папа. Самым естественным образом возникала бутылка водки, и начиналось застолье…
Сколько же замечательных и прекрасных часов знал мой старый Бакинский двор в теплые, летние ночи! Не исчерпать слов и никогда не забыть!..
…Для моей бабушки это были самые счастливые минуты жизни. Она любили угощать, любила смотреть, как человек ест. Нет, нет, она не заглядывала, что называется, в рот! Она просто получала удовольствие, видя, как человек поглощает еду, и как при этом взгляд этого человека становится добрым, светлым и теплым…
…Бабушка, как и моя мама, а позднее и сестра, замечательно готовила. «Хоя гушди», «Бугламяй бябяи» – не стану сейчас переводить названия блюд и говорить о содержании. Надеюсь, будет время вернуться и к этому. Скажу только, что в нашем доме всегда были папины друзья – азербайджанцы, лезгины, русские, армяне. Позднее, когда я повзрослел, стали приходить и мои друзья. И бабушка, вместе с мамой, всегда пыталась их накормить. И это всегда вызывало улыбку.
Но что было особенно важно – никто и никогда не приносил с собой свинину. Знали – нельзя!
Помню, как во дворе отец с товарищами играл в нарды.
Пришёл один из его друзей и принес корейку. Отец вошел в комнату, взял нож и вышел. Корейку нарезали, отец хотел вернуть нож, но ему навстречу вышла бабушка, каким-то неуловимым движением руки забрала у него этот нож и незаметно опустила его в мусорный ящик. И всё! Отец даже не обсуждал это…
…Бабушка часто ездила в Махачкалу – там жили родственники.
Когда мне исполнилось лет десять, с ней стал ездить и я. Ей это доставляло удовольствие, и мама с папой были не против. Ехали обычно, то ли в общем вагоне, то ли в плацкартном – не помню. Я забирался на верхнюю полку и смотрел в окно – станции и полустанки, брошенные, одинокие строения, отары овец, степь и волны Каспийского моря летели мне навстречу – я был счастлив…
…Внизу, напротив бабушки, сидела славянского типа женщина с удивительно ясными, небесными глазами. Она посмотрела на меня, что-то сказала бабушке и улыбнулась. Затем она достала каравай чёрного хлеба, большой кусок сала, зеленый лук, несколько крутых яиц, какое-то питьё в бутылке, спокойно разложила все это на столе и стала нарезать хлеб.
Я смотрел на это широко распахнутыми глазами и едва успевал проглотить слюну – пахло аппетитно и вкусно. Женщина сделала бутерброд – хлеб, кусок сала с мясными прожилками и лук. И это чудо протянула мне.
Я опешил. В следующую секунду я наклонился с верхней полки и увидел глаза бабушки. Она улыбнулась мне и кивнула. Я взял бутерброд и съел.
До сих пор помню вкус этого хлеба и доселе неизведанный вкус настоящего сала…
…Позднее, уже в Махачкале, сидя у родственников, бабушка сказала мне, что никогда нельзя отталкивать руку, дающую хлеб и воду. 
Никогда!..
А Всевышний простит и не сочтёт это за грех, потому что он умный и добрый!..
…Мою дочь зовут Ольга в честь моей бабушки Овгоил! Так мы с женой решили.
В нашей семье, да простит нас Всевышний, едят всё, а вот дочь и её семья соблюдают кошерность. Она даже не знает вкуса свинины.
Ольга никогда не видела моей бабушки, но я очень надеюсь и верю, что вместе со многими замечательными генами, в её крови есть и ген мудрости…

Эфраим Абрамов
 
FireflyДата: Пятница, 17.06.2016, 15:14 | Сообщение # 333
Группа: Гости





ПРОСТОЙ, но ЦЕННЫЙ совет:

«Мама моего друга всю свою жизнь придерживалась здорового питания. Никогда не употребляла алкоголь или какую-то «плохую» пищу, каждый день занималась физическими упражнениями, всегда была подвижной и активной, принимала все добавки, которые прописывал её врач, никогда не выходила на солнце без солнцезащитного средства, а когда выходила, то так ненадолго, как только было возможно, в общем, она оберегала своё здоровье, делая все, что было можно.
Сейчас ей 76 лет, и у нее рак кожи, рак костного мозга и остеопороз в тяжелой стадии..

Отец моего друга ест бекон поверх бекона, масло поверх масла, жир поверх жира, никогда, буквально никогда не занимался спортом, каждое лето сгорал на солнце до хрустящей корочки, фактически он жил на полную катушку и не так, как советовали окружающие.
Ему 81, и доктора говорят, что у него здоровье молодого человека..

Люди, вы не можете спрятаться от своего яда.
Он есть, и он найдет вас, так что, как сказала мать моего друга: «Если бы я знала, что моя жизнь так закончится, я бы прожила её по полной, наслаждаясь всем, что мне говорили не делать!».

Никто из нас не выберется отсюда живым, так что, пожалуйста, перестаньте относиться к себе как к чему-то второстепенному.

Ешьте вкусную еду. Гуляйте на солнце. Прыгайте в океан. Делитесь драгоценной правдой, которая у вас на сердце.
Будьте глупыми. Будьте добрыми. Будьте странными.
На остальное просто нет времени».


Ричард Гир

 
СонечкаДата: Четверг, 23.06.2016, 08:44 | Сообщение # 334
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 208
Статус: Offline
...Надежда Яковлевна Бевзюк всю жизнь прожила в селе Тышковка Гайсинского района Винницкой области.
С молодых лет она дружила c еврейкой Александрой Левиной (в замужестве - Малина), несмотря на разницу в возрасте: Надежда была старше Александры примерно на 25 лет.
Даже после переезда Александры в Москву, в начале 30-х годов, дружба эта не прекратилась: приезжая в Гайсин к родным, Александра всегда навещала Надежду и останавливалась у нее.
27 мая 1941-го Александра привезла в Тышковку на свежий воздух и деревенское питание своих дочерей - восьмилетнюю Дору и трехлетнюю Милу, а сама отправилась в Грузию, где должна была пройти месячный курс лечения. 22 июня началась война. У Надежды Яковлевны не было возможности отправить Дору и Милу обратно в Москву и когда в середине июля село было занято немцами, Надежда поняла, что еврейским девочкам грозит опасность, она стала искать для них надежные места укрытия.
Ведь все вокруг знали о дочках Александры Малиной, приехавших к ней на лето из Москвы. А так как Малина сама родилась здесь, ее национальность ни для кого не была секретом.
Маленькую Милу удалось пристроить к бездетным супругам Андрону и Татьяне Драч. Со временем они очень привязались к девочке и относились к ней как к родной дочери. Но однажды Татьяна Куприяновна Драч попала в облаву и была угнана в Германию, на принудительные работы.
Больной туберкулезом Андрон сам ухаживал за «дочкой» до конца оккупации.
После войны Мила никак не могла поверить, что он не ее родной отец...
Тем временем Дора оказалась в селе Мытков в семье Данилы Ивановича и Анны Исаковны Коваленко. Анна Исаковна впервые услышала о ней от баптистов Тышковки, ее собратьев по вере, и, посовещавшись с мужем и сыном, предложила приютить девочку в своем доме.
Они договорились, что Дора поживет с ними как член семьи, не скрываясь от соседей, но при облавах и обысках должна будет прятаться в специально обустроенной яме в сарае. Сначала жители Мыткова отнеслись к Доре доброжелательно, считая ее русской сиротой, но со временем правда вышла наружу и ... осенью 1942-го Доре пришлось покинуть дом Коваленко.
Начался период ее скитаний, от села к селу. Люди, как правило, верили в ее историю о погибших родителях, а может, просто жалели девочку, подкармливали, разрешали переночевать, но нигде ей не удавалось задержаться надолго. Надежда Яковлевна Бевзюк следила за ее передвижениями, советовала ей, к кому лучше обратиться, а кого обойти стороной, часто сама находила для нее временные убежища. В трудные времена она забирала Дору к себе, страшно рискуя и собой, и девочкой, так как местная полиция подозревала, что Надежда где-то прячет своих подопечных. Измученные, постоянно находясь в опасности, наконец, весной 1944 года они дождались освобождения.
После этого Дора уже официально стала жить у Надежды Бевзюк и даже проучилась два месяца в Тышковской сельской школе...
Родители Доры и Милы, появившиеся в Тышковке в конце лета 1944-го и забравшие девочек обратно в Москву, до самой смерти были благодарны их спасителям и материально поддерживали их в трудные послевоенные годы.


23 марта 1995 года Яд Вашем удостоил Надежду Бевзюк, Андрона и Татьяну Драч, а также Данилу и Анну Коваленко и их сына Дмитрия почетного звания Праведник народов мира.


Сообщение отредактировал Сонечка - Четверг, 23.06.2016, 08:45
 
АфродитаДата: Пятница, 24.06.2016, 07:04 | Сообщение # 335
Группа: Гости





...что лишний раз доказывает - все люди РАЗНЫЕ!
 
KiwaДата: Среда, 29.06.2016, 02:51 | Сообщение # 336
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 335
Статус: Offline
Август Бебель писал: "Изгоните сегодня евреев, и завтра же на их места засядут христиане, которые нисколько не уступят евреям в искусстве выжимать соки из населения…"(Социал-демократия и антисемитизм, СПб.1907, с.1067)".

 А автор известных "гариков" написал по подобному поводу:

Среди совсем чужих равнин
Теперь матрешкой и винтовкой
Торгует гордый славянин
С еврейской прытью и сноровкой.
 
duraki19vseДата: Суббота, 16.07.2016, 05:55 | Сообщение # 337
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
... комментарий и документальный фильм

...«Край тепла и солнца, плодородная, щедрая земля. Основные сельскохозяйственные культуры - озимая пшеница и кукуруза. По урожайности зерновых республика занимает первое место в стране!»
Первое место, представляете!Во всем СССР!
Где сегодня та урожайность?
Где та пшеница и кукуруза, которая сегодня стоит дороже бананов?

Идем дальше. «Все табачные фабрики Советского Союза используют молдавские табаки».
Что сегодня? Даже наша табаководческая республика перешла на импортный табак!

«Молдавские фрукты и овощи — отличное сырье для консервной промышленности. Вовсе концы Советского Союза посылает Молдавия дары своей щедрой земли!»
Консервная промышленность приказала долго жить.
А из-за недальновидной политики сегодняшних властей о наших фруктах-овощах на просторах бывшего СССР давно позабыли.

«Молдавия — республика высокоразвитой современной промышленности. Молдавские тракторы работают сегодня на полях Украины, Белоруссии, многих зарубежных стран»...
Покажите мне сегодняшний современный молдавский трактор! Хоть что-то из продукции нынешней молдавской высокоразвитой промышленности!
«Молдавские микроприборы получили золотую медаль на международной ярмарке в Лейпциге».
Не сыпьте соль на рану...

«Молдавия выпускает холодильники, электронасосы и многое другое. Ее продукция экспортируется за рубеж».
А что сегодня экспортируем за рубеж, кроме рабсилы?
«В ногу со временем идет молдавская легкая промышленность. Заслуженная слава у молдавского ковроделия».
Где молдавская легкая промышленность? И о славе нашего ковроделия давно ничего не слышно...

«Молдавию называют республикой-садом. Черешня, вишня, сливы, абрикосы, персики, груши, более сорока сортов яблок».
Покажите мне, сколько сортов яблок выращивается у нас сегодня!
«Сад-гигант «Память Ильичу» раскинулся на 6 тысячах гектарах. Здесь более 4 миллионов деревьев. По одному дереву на каждого жителя Молдавии»...
Зато сегодня  выращивай что хошь, хоть коноплю, хоть крапиву!
Зато деревьев точно осталось по одному на каждого жителя - если учесть, что полстраны на зарубежных стройках корячится.
«Вся страна получает яблоки из Молдавии». Не делайте больно, товарищи из прошлого...
«Небольшая Молдавия занимает первое место по производству винограда.
Прибыль с каждого гектара виноградника составляет 1500 рублей в год».
1500 рублей! Это же около 2000 тысяч долларов по тем ценам!

С ума сойти можно!
«Молдавия — это край трудолюбивых и веселых людей!» Точно, что трудолюбивых!
А вот что весёлых... Где вы видели сегодня весёлого гражданина Молдовы?
Весёлого, потому что живет в гармонии с самим собой и со свой страной, в уверенности в сегодняшнем и завтрашнем дне?!...

Э-эх! Какую страну умудрились профукать дерьмократы хреновы...!
И понадобилось всего-ничего, каких-то двадцать пять лет...


 
СонечкаДата: Среда, 03.08.2016, 09:52 | Сообщение # 338
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 208
Статус: Offline
Оперный певец Ян Пирс – гордый американец и сентиментальный еврей – был стабильно аполитичен, в отличие от активистов холодной войны, но при этом сделал для евреев СССР больше, чем многие политические ораторы.
Выступив в 1956 году с концертом в Москве, он, неожиданно для себя (и для КГБ!), дал толчок возрождению еврейского самосознания в СССР.
Иешуа (Ян, Джейкоб) Пинхес Перельмут родился в 1904 году в семье еврейских эмигрантов из Российской империи. Родители, пятеро детей и бабушка с дедушкой ютились в квартирке на Орчад-стрит в Нижнем Ист-Сайде. Жилось бедно, но думать о проблемах было некогда: отец со временем открыл маленький бизнес, столовую, и вся семья, включая Яна, ему помогала.
А еще в мальчике рано проявился яркий музыкальный талант – он был певчим в знаменитой синагоге на Генри-стрит и в свободное время играл на скрипке в клезмерском коллективе. Но в Америке для еврейского ребенка музыка не считалась таким уж перспективным занятием.
По настоянию родителей после школы Ян поступил в Колумбийский университет с твердой уверенностью заниматься медициной, но оттуда его довольно быстро отчислили за неуспеваемость.
Терять было нечего, и Джейкоб Перельмут переименовался в Джека «Пинки» Перла, сколотил ансамбль и отправился выступать в отелях горного округа Салливан в так называемом Поясе Борща, или Еврейских Альпах.
В начале 30-х он, обладатель лирического бархатного тенора, устроился в новосозданную радиокомпанию при Радио-сити-мьюзик-холле, а в 1938 году дирижер Метрополитен-оперы Артуро Тосканини услышал его по радио, почувствовал громадный потенциал молодого певца и пригласил на прослушивание.
Так в карьере Перельмута, который раньше выступал перед курортными отдыхающими, начался звездный период.
Перельмут никогда даже не пытался скрывать свое еврейство, и когда его менеджер предложил заменить имя Ян на американизированное Джон, категорически отказался. Фамилию в итоге все-таки переиначил и стал Пирсом, но в его псевдониме все равно оставалась явная еврейская нота. «Я еврей не только по имени, – однажды сказал он в интервью. – Только я не из тех, кто аккуратно соблюдают шаббат, я делаю это, когда могу».
И все же к духовному он был гораздо ближе, чем может показаться: Пирс часто инкогнито ездил по синагогам и бесплатно вел дневные службы...
Весной 1956 года американо-еврейского Пирса совершенно неожиданно позвали с серией концертов в СССР – приглашение ему и скрипачу Айзеку Стерну отправили через Сола Юрока, легендарного еврейского импресарио и эмигранта из Российской империи.
С приходом Никиты Хрущева в СССР началась «оттепель», и власть стала позволять то, о чем люди раньше и мечтать не могли: в 1955 году генсек отправил на гастроли в США легендарных музыкантов – пианиста Эмиля Гилельса и скрипача Давида Ойстраха, а сразу же после знаменитой речи о развенчании культа личности Сталина на XX съезде партии пригласил в страну и американских музыкантов.
Этим «концертным обменом» Союз кричал миру: «Смотрите, и у нас, и у вас евреи живы, здоровы и знамениты».
Только вот громче всего обычно говорят неправду...
Айзек Стерн позже шутил: «Они присылают нам своих еврейских скрипачей из Одессы, а в ответ мы отправляем им своих еврейских скрипачей из Одессы».
Но таковы были правила игры..

Программа тура, в котором должен был принять участие Пирс, оказалась более чем плотной – шесть сольных концертов и шесть выступлений в трех операх в трех городах за четыре недели. Несколько недель Пирс колебался, но в конце концов любопытство и желание выступить перед новой публикой перевесили страх – а еще ему очень хотелось своими глазами увидеть родную землю его родителей. Но ему даже в голову не могло прийти, что для евреев СССР его приезд будет чем-то большим, чем просто экзотические гастроли.

***
В Москве Пирса с женой и дочкой встретила переводчица и по совместительству представитель Комитета госбезопасности Александра Александровна. Она удивила гостей отличным знанием географии США, цитировала английских поэтов, но даже не пыталась скрывать крайнее неодобрение национальных взглядов Пирса: когда тот попросил кошерную еду, она резко ответила: «Еда в СССР достаточно хороша для наших евреев. Почему она вдруг не подходит вам?»
И, конечно, ее очень возмущал тот факт, что все ее попытки контролировать общение Ян сводил к нулю – с евреями он попросту переходил на идиш, правда, в той напряженной атмосфере долгие беседы вести было рискованно...


В его репертуаре было немало еврейских песен, но в программу выступления он включил только традиционные итальянские и французские арии, и еще несколько номеров на русском и английском – для баланса.
Первый концерт, состоявшийся 3 июля, был проведен с большим советским официозом: на нем присутствовали американские и израильские послы, а также другие почетные гости – например, прямо в первом ряду сидела делегация раввинов, которая только что прилетела из Нью-Йорка..
В антракте посол Израиля зашел в гримерную поздороваться с Пирсом и, конечно, спросил его, почему тот не исполняет национальные песни, ведь в зале так много евреев. Ян как-то очень неуверенно ответил, что забыл клавиры в номере отеля, а когда Алиса, жена Пирса, предложила за ними вернуться, в разговор вмешалась переводчица Александра и довольно жестко сказала, что это долго, а времени нет.
Такси в то время было не вызвать, и Алиса твердо заявила, что поедет за нотами на метро. В итоге их «ассистент» решила замять конфликт, им подали машину, и через 20 минут ноты уже были у певца...
После основной программы концерта Пирса пять раз вызывали на бис.

В свой шестой выход он наконец-то решился и спел на идише «Ха-Ярден», и в зале застыла тишина..
Когда он закончил, раздалось всего несколько вежливых хлопков, но Пирса это не особо расстроило – он твердо решил продолжить песнями с религиозной нотой на идише, «А дуделе» и «А хазндль аф шабос».
И уже тут овации не заставили себя ждать.
Уставшему до невозможности Пирсу  пора было уходить со сцены, но в последнюю минуту он захотел исполнить «А дин тойре мит гот» («Просьба к Б-гу»).
Это была песня, в которой подтекста даже искать было не нужно – слова к ней написал еврейский хасидский лидер, которого называли «заступником еврейского народа», знаменитый  Леви Ицхак из Бердичева.
В атмосфере воинствующего атеизма даже думать о такой лирике было преступлением, поэтому этот номер для Пирса мог иметь самые серьезные последствия.

Но он ... просто спел:

Доброе утро Тебе, Владыка вселенной!
Я, Леви Ицхак, сын Сары из Бердичева,
От имени Твоего народа Исраэля вызываю Тебя на суд!
Что Ты хочешь от Своего народа?!
За что Ты наказываешь Свой народ?!…
Он говорит: «Повели сынам Исраэля!»
Он везде просит: «Говори к сынам Исраэля!»
Что бы ни случилось – повели сынам Исраэля!
Отец дорогой, отец небесный!
Сколько на земле разных народов?
Вавилоняне, персы и эдомиты...
Русские, что они говорят?
«Наш царь – это единственный царь».
Немцы, что они говорят?
«Наш кайзер – главный».
Англичане, что они говорят?
«Наш Георг Третий – это правитель».
А я, Леви Ицхак, сын Сары из Бердичева, говорю:
«Да будет возвеличено и освящено Имя Твое, о Б-же!»
И я, Леви Ицхак, сын Сары из Бердичева, говорю:
«Не сойду с этого места,
Пока не прекратятся бедствия народа Израиля,
Пока не придет избавление!»
Да будет возвеличено и освящено Имя Твое, о Б-же!

На строчке «За что Ты наказываешь Свой народ?!» многие в зале стали плакать, а когда Ян закончил петь, овации были настолько оглушительными, что от невероятно мощной звуковой волны даже начали дрожать колонны..
Работникам пришлось выключить в зале свет, чтобы хоть как-то заставить людей выйти.

В этот вечер стало понятно, что евреи в Союзе остались евреями, несмотря на запрет религии, культуры или «иных» политических взглядов.
У поколения, которое выросло вне синагог, кроме музыки, другого ключа к национальному возрождению и не было.
Но советская власть не сразу уловила эту связь: чуть больше «еврейского смальца», чем планировали, каши не испортит, посчитала верхушка.
И на следующий день после концерта Хрущев, Булгарин, Маленков и Молотов прибыли в американское посольство на празднование Дня независимости США. Атмосфера на встрече была легкая, а гости приехали с задорным настроением. Хрущев даже подошел к Пирсу и извинился за то, что пропустил концерт – он был на переговорах с маршалом Тито, руководителем коммунистической партии Югославии.
Если бы приезд Пирса закончился одними только концертами, Советы могли бы считать, что этот пункт их культурно-дипломатического плана был выполнен идеально.

Но случилось иначе: Москва гудела, о том первом выступлении Пирса говорили все.

Он уехал в Киев и Ленинград дать несколько концертов там, а когда вернулся в столицу СССР, был уже настоящей еврейской знаменитостью. В одну из суббот Ян появился в Московской хоральной синагоге, и там его уже ждала многотысячная толпа – все хотели услышать, как он будет молиться. И как только Пирс начал читать первую молитву, у него и всех остальных потекли слезы. Когда Ян дошел до середины мусафа, когда принято просить благословения для правителей страны, габбай передал ему список с именами лидеров компартии, но Пирс его не взял. Завязался спор, и чтобы избежать скандала, тому пришлось зачитать список самостоятельно.
Это была маленькая победа, которая говорила о многом.
СССР продолжил проводить политику культурного обмена и после выступлений Пирса, но власти очень скоро поняли, что музыка может быть опаснее проповедей.
В 1963 году Пирс приехал в Союз с повторным визитом. Он снова спел «Дин-Тойре» в Московской консерватории имени П.И. Чайковского, и снова две тысячи человек открыто плакали. В этот раз, правда, ему запретили вести службу в синагоге...

Последующие выступления израильских и еврейских артистов продолжили большое дело, которое – сам того не осознавая – начал Пирс.

В своих более поздних интервью он признавал, что тот московский концерт сыграл большую роль в начале возрождения еврейской жизни в СССР, но пытался держаться подальше от геройской патетики.
«Не нужно ехать в Россию или в любое другое место и становиться бунтовщиком или политическим лидером, – сказал Пирс в одном из интервью. – Нужно просто пожать руку, улыбнуться, сказать еврейское слово, чтобы они почувствовали, что мы остаёмся братьями, несмотря на ограничения».
Первый концерт Пирса и его появление в синагоге стали настоящей легендой среди советских евреев. Когда два года спустя он давал концерт в Израиле, новые репатрианты из СССР вспоминали, как стояли за билетами целую ночь, чтобы попасть на его концерт. Они утверждали, что именно его молитвы помогли им добраться до Израиля.
В 1956 году во время того легендарного визита в разговоре с нью-йоркскими раввинами один старый советский еврей тихо пошутил:
 «Ваша делегация умеет говорить на нескольких языках, а мы, русские евреи, на всех них умеем молчать».
В масштабах страны евреи тогда действительно тихо отступили. Но это был не акт согласия, а стратегия самосохранения в ожидании подходящего момента. И расчет оказался верным.

Ганна Руденко
 
АфродитаДата: Суббота, 06.08.2016, 14:55 | Сообщение # 339
Группа: Гости





Кремы этого рязанского парфюмера были настолько хороши, что придворные дамы перевезли его в Петербург и передавали из рук в руки буквально под конвоем...

С трудом сбежав от них, а заодно и из России, Макс Фактор поселился в Лос-Анджелесе, где сначала покорил Голливуд, гримируя Чарли Чаплина и накладывая макияж Марлен Дитрих, а потом создал косметическую империю, процветающую и сегодня.
В Голливуде за рост, едва достигавший 150 сантиметров, его называли «маленький Геркулес».
Говорил он с таким комичным акцентом, что сыновья даже не разрешали ему давать интервью.
Но для покорения индустрии кино и получения «Оскара» ни рост, ни внешность, ни бархатный тембр голоса, ни даже актерский талант ему были не нужны.

Он обладал иным удивительным талантом – искусством создания лиц, благодаря которому покорил не только кинематограф, но и большую часть прекрасной половины человечества.

Встречавшиеся с ним Ильф и Петров в своей книге путешествий по «Одноэтажной Америке» писали: «Много лет назад Макс Фактор, молодой человек в продранных штанах, приехал с юга России в Америку. Без долгих размышлений Макс принялся делать театральный грим и парфюмерию. Вскоре все 48 объединившихся штатов заметили, что продукция мистера Фактора начинает завоевывать рынок. Со всех сторон к Максу потекли деньги. Сейчас Макс невероятно богат и любит рассказывать посетителям волшебную историю своей жизни. А если случайно посетитель родом из Елисаветграда, Николаева или Херсона, то он может быть уверен, что счастливый хозяин заставит его принять на память большую банку крема для лица или набор искусственных ресниц, имеющих лучшие отзывы Марлен Дитрих или Мэрион Дэвис»...

Конечно, на момент выхода книги жительницам социалистических республик имя Макс Фактор навряд ли о чем говорило, а потому авторы не вдавались в подробности этой «волшебной истории жизни». Однако можно представить, как двумя мастерами юмора и иронии был бы описан эпизод из биографии великого визажиста, вышедшей уже в следующем столетии: «Февральской ночью 1904 года двадцатисемилетний Макс Фактор с женой и тремя маленькими детьми отсиживался в лесу, боясь больше за судьбу семьи, которую он прятал пять лет, нежели снега и ветра или даже царских людей, выкрикивающих его имя. Еще несколько дней назад Макс Фактор был любимцем царской семьи, высоко ценим при дворе, а теперь за ним шла охота, как за беглецом».


Итак, основатель знаменитой косметической империи родился в Российской империи 5 августа 1877 года в городе Здуньская-Воля на территории современной Польши.

Наблюдать же за процессом преображения лиц Фактор, а тогда еще Максимилиан Абрамович Факторович, начал в семилетнем возрасте.
Он продавал фрукты и конфеты в театре, актрисы которого с радушием пускали к себе в гримерные маленького и милого торговца, который с интересом наблюдал за тем, как словно по волшебству они менялись на глазах до неузнаваемости.
Такой ранней трудовой деятельности способствовала весьма большая даже по тем временам семья, в которой было 12 детей.
Впрочем, именно нужда в постоянном заработке и дала Максимилиану возможность освоить многие азы, связанные с его будущей профессией: в восемь лет он стал помощником аптекаря и получил начальные знания в области химии, а в девять уже был ассистентом ведущего косметолога и специалиста по парикам в Лодзи.
Позже он устроился к считавшемуся лучшим в городе берлинскому стилисту и набрался опыта в его команде, а в возрасте 14 лет он уже работал гримером в Большом театре, переехав в Москву.
Вынужденно оставив работу в связи с призывом в армию, после окончания службы Макс направился в Рязань, где открыл небольшой магазин по продаже парфюмерии, париков, румян и кремов собственного изготовления.
А через некоторое время после того, как город посетила столичная театральная труппа, с восторгом скупившая чуть ли не все запасы его продукции и разрекламировавшая его позже при императорском дворе, Макс был приглашен в Петербург.
Он поставлял продукцию театрам и придворным, консультировал и изготовлял индивидуальные косметические средства, буквально еле успевая выполнять заказы: «Все мое время занимало индивидуальное консультирование, я показывал им, как подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки их лиц»...


Платили, конечно, щедро, но и требовали полной отдачи и чуть ли не постоянного нахождения при дворе.

Судя по изложенной биографии Макса, даже жениться ему пришлось тайком, а троих детей, рожденных за пять лет работы при дворе, он видел лишь урывками. Устав от такой жизни и почувствовав все более нараставшую волну антисемитских настроений, скопив к тому времени более чем весомое состояние, Фактор решил уехать в Америку, где к тому времени у него уже обосновались родственники.
Сложность была в том, что будучи востребованным при дворе, он колесил от одной знатной дамы к другой чуть ли не весь день. Был всегда на виду, всегда под охраной. Осознав, что просто так откланяться и уехать у него, скорее всего, не получится, Фактор придумал весьма оригинальный способ сбежать от присмотра, договорившись предварительно со знакомым врачом, он покрыл себя желтоватым гримом, изображая всем своим видом неподдельную боль от внезапного недуга.
Врач, убедив всех в тяжелом состоянии Фактора, назначил ему лечение в Карлсбаде (нынешние Карловы Вары).
Но даже на лечение Фактора направили под присмотром, хотя, возможно, это и делалось из самых лучших побуждений. Тем не менее решение Фактором уже было принято – он сбежал от охраны, встретился в заранее оговоренном месте с женой и детьми, все вместе они отсиделись в Богемских лесах и в итоге добрались до Америки...

На новом месте талант Фактора принес ему, как известно, еще большее уважение и почёт.
Первоначально поселившись в Сент-Луисе, открыв парикмахерскую и освоившись, Фактор понял, где могут быть востребованы его умения.
Он поехал в Лос-Анджелес, где полным ходом набирал обороты кинематограф, и открыл небольшую лавку.
Однажды, увидев на улице «отвратительно раскрашенных людей», он последовал за ними и оказался на съёмочной площадке. Фактор вспоминал: «Их грим состоял из странной смеси вазелина и муки, сала, крахмала, кольд-крема и красного перца.
Самые изобретательные использовали тертый кирпич с вазелином, чтобы выглядеть свежее. Все это образовывало маску, которая трескалась от любого движения лицевых мускулов».

Дело в том, что актеры наносили себе грим, к которому привыкли в театре. Но там они были на расстоянии от зрителей, а в кино с его крупными планами он был не только неприемлем, но и быстро изнашивался под влиянием осветительных приборов.
Макс вернулся в лавку и начал работать.
К 1914 году в своей маленькой лаборатории он создал лёгкий крем двенадцати оттенков, представив его на обозрение актерам.

Его первыми клиентами из Голливуда стали Чарли Чаплин и Бастор Китон, а затем и все звёзды Голливуда потекли к Фактору нескончаемым потоком...

И это был лишь первый шаг к успеху.
Любую проблему с гримом, возникающую в процессе съёмки, Фактор решал, экспериментируя в своей лаборатории при салоне. Он создал первые искусственные ресницы – для Филлис Хэйвер, создал крем, высветивший кожу Рудольфа Валентино, которому до этого доставались лишь роли темнокожих злодеев. Для следующего звёздного клиента он создал первый крем, не пропускающий пот, а затем и решил существовавшую проблему губной помады, таявшей от жары.


С губной помадой он вообще экспериментировал долго, создав приспособление, которое в дальнейшем усовершенствовал его сын, – машинку для поцелуев.
Ведь работа над цветом и стойкостью помады была невозможна без постоянных опытов. Тестировали помаду как добровольцы из сотрудниц, так и влюбленные парочки, всласть целующиеся в «лабораторных целях».
Но вскоре ежедневные поцелуи надоели и ... ... на свет появилась машинка, состоявшая из двух форм губ, мужских и женских, расположенных друг напротив друга. Между ними помещали бумажную салфетку, и по количеству отпечатков, оставшихся на салфетке до исчезновения с губ помады, судили о её устойчивости.

Ещё более очаровательное изобретение Фактора известно как микрометр красоты, основной задачей которого был поиск мелких изъянов во внешности, которые впоследствии можно было бы исправить гримом.
Снабженное множеством гибких металлических полос, максимально близко расположенных к измеряемым частям лица, устройство показывало непропорциональность с точностью до миллиметра!
Уже первые замеры выявили искривление носа у тех, у кого раньше этого и не замечалось, породив и сопутствующие комплексы. Потому немудрено, что прибор, воспринятый сначала на ура, перестал вскоре пользоваться популярностью.
Н
о именно он и привёл Фактора к утверждению, что идеальной женской красоты не бывает!
А за ним последовал и следующий его вывод, ставший впоследствии рекламным слоганом компании: «Роскошные женщины создают себя сами».

Алексей Викторов
 
duraki19vseДата: Вторник, 06.09.2016, 02:29 | Сообщение # 340
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 141
Статус: Offline
Жил на свете ЧЕЛОВЕК.
Его называли отшельником и чудаком или ...  просто крутили пальцем у виска.

Каждое утро к подъезду его дома на Арбате прилетала большая стая голубей.
И бежали навстречу бездомные собаки, радостно виляя хвостиками, и бомжи, коими богата была Москва в 90-е, поджидали в сторонке, стараясь не остаться незамеченными очень скромным и неприметным пожилым человеком в потертой куртке, кепке, почти надвинутой на глаза...
Не любил, когда его узнавали!
И для каждого находилось у него не только доброе слово, но и угощение: птицам - пшено, собакам - колбаска и косточки, бомжам - хлеб, сосиски, мелкие деньги...
Впрочем, люди ценили не столько дары, сколько искреннюю заботу знаменитого артиста о тех, кто пал на самое «дно» в силу жизненных обстоятельств: ведь побеседовать о жизни и пожать руку знаменитому артисту, вновь почувствовать себя уважаемыми -
 дорогого стоит!

«Идите с миром», - отвечал он на слова благодарности и шёл кормить бомжей четвероногих - бывших «друзей человека», от которых массово избавлялись россияне, ставшие внезапно нищими после грабительских экономических реформ 90-х...
Сколько породистых и метисов, лохматых и короткошерстых, маленьких и больших, было обречено на холодную и голодную смерть, если, конечно, "повезет" им избежать лап живодеров!
И он выбрал для себя миссию - помогать этим несчастным, брошенным созданиям, хотя сам едва сводил концы с концами: жил на мизерную пенсию в маленькой квартирке, с кухней в четыре квадратных метра, куда и друзей было неловко пригласить.
Черно-белый телевизор, неработающий душ и кран холодной воды, вместо занавесок на окнах - мешки из-под сахара... комнаты, нуждающиеся в ремонте... и тяжелобольная жена.
«Почему только вы ходите, а где ваша супруга?» - спрашивали местные продавцы.
«Да вот, шляпу подходящую в гардеробе не нашла», - отшучивался, покупая лапшу «Доширак» для себя и пшено - для голубей.
Мясные обрезки и косточки для животных ему оставляли продавцы соседнего Смоленского гастронома...
Он же мясо не потреблял - был вегетарианцем, занимался йогой, врачей не посещал - даже карточки медицинской не имел в поликлинике. Возможно, именно поэтому дожил до преклонного возраста без хронических болячек.
На девятом десятке изношенный организм уже давал о себе знать...

Это удручало, впрочем, как и все, происходившее в России в 90-е.
«Новую эпоху» - криминального разграбления страны - не мог принять и приспособиться.
Но в любую погоду - несмотря на настроение и сердечные боли - он находил в себе силы встать с постели, чтобы идти к тем, кто нуждался в его заботе, любви, ласке...
Птицы садились на плечи, голову, клевали корм с ладони, собаки жались к ногам, ласкались.
И чувствовал он, как необходим этим беззащитным созданиям в мире холодном, равнодушном, жестоком...

Птицы и собаки следовали за ним повсюду и бродил он с этой свитой по арбатским дворикам, кормил собак, кошек. Беспризорных котят, щенков относил в зоомагазин, где затем их бесплатно отдавали в добрые руки.
Страстную любовь к животным, природе, пронес через всю жизнь, с тех детских лет, когда его - болезненного ребёнка, мать устроила в школу, располагавшуюся в заповеднике.
Застенчивый, погруженный в себя, мальчик часами гулял в лесу, подружился с птицами, насекомыми и даже деревьями. Беседовал с ними, нежно разглаживал пожухшие листочки, физически ощущая страдания срубленных, случайно покалеченных, варварски поломанных.
Лес воспринимал как огромное чудо, как храм, и боялся причинить вред любому, даже муравью...
Вот ползет невесомая букашка по ладони, едва касаясь лапками, нежно щекочет кожу: хрупкие ножки, ломкие крылышки, изящное тельце - ювелирная работа божественного мастера!
А может быть, и люди для кого-то там, наверху, всего лишь ничтожные насекомые?
Даже став взрослым, никогда не убивал он тараканов, мух, пауков, потому что все живое создано самим Творцом, и человек не вправе уничтожать его творения.

Как-то зимой, в жестокий мороз, он заметил на люке теплоцентрали умирающего пса.
«Надо взять собачку, а то за ночь замерзнет», - и восьмидесятилетний человек отнес несчастного пса домой.
Так в квартире поселился Мальчик - обычная дворняга, с вылезшей шерстью, выпирающими под кожей ребрами, злобная и недоверчивая...
Но, если есть в человеческом сердце настоящая любовь, любую дворнягу можно отогреть: пёс поправился и стал лучшим другом своему спасителю.
Когда они в обнимку отдыхали на диване, на телефонные звонки отвечала супруга:
«Не тревожьте Гошу, на нем спит собака. Он очень боится её побеспокоить. Она же дворняга. Столько перенесла. Пусть поспит...»
Бывало, Мальчик занимал диван раньше хозяина, и приходилось тому укладываться рядом - на полу.


«Собаки - они как лекарство: лечат, спасают людей, укрепляют нервную систему. После восьмидесяти всем надо иметь собаку. Она спасёт вас, поможет с режимом дня лучше всяких докторов» - советовал он друзьям и мечтал о том, чтобы все люди подкармливали животных!

Человек должен жить в доброте и любви к живым существам, иначе он даже не животное по Дарвину, а  манекен из кожи, набитый трухой под названием "внутренние органы"...
Кроме Мальчика, в семье жили два попугая и спасенная из лужи божья коровка, которой - благодаря неустанной заботе - выпало счастье прожить на свете целых ТРИ года, вопреки двухлетнему жизненному сроку в природе...
Одного из попугаев нарекли Борисом - он был куплен в день, когда президентом страны стал Ельцин. Попугай умел говорить и часто, с интонациями супруги хозяина, кричал вслед: «Что ты всё бегаешь? Пойди, поспи!»
По вечерам Человек выходил на балкон, рассматривал в телескоп звёздное небо, и верный Мальчик ложился у ног, согревая своим теплом.
Как же манили далекие галактики, инопланетные цивилизации!
Но, - беседовал он с собакой, - человечество слишком агрессивно, не захотят инопланетяне с нами общаться, вряд ли мы будем приняты во вселенское высокоразвитое созидательное братство ...
Вся история человечества - бесконечные войны, разрушения, насилие, горе и слёзы народные.
Наши технические достижения направлены не на благо человечества - на уничтожение друг друга.
И с техническим прогрессом деградирует человеческая мораль...


Именно этой любовью - к жене, дочери, собаке... любовью ко всему живому он и жил, и был счастлив, хоть пенсии не хватало, и сантехнику починить было не на что, и жена тяжело болела, и дочь - художница, скульптор, мало зарабатывала...
От предлагаемой материальной помощи всегда отказывался: «другим сейчас тяжелее...есть люди беднее. Я же могу жить и в бочке, как Диоген».
Ни деньги, ни машины, ни дорогая обстановка - ничто материальное не интересовало - любил лишь страстно книги, заполонившие всю квартиру: Пифагор, Сократ, Гомер, Овидий, Гораций, Петрарка ...

Часто поступали приглашения принять участие в спектаклях - «юморинах» в Театре киноактера.
Несмотря на плохое самочувствие, всегда соглашался, шутил, что зарабатывает на корм бездомным животным.
Вот и 6 сентября 2001 года, когда за два часа до начала спектакля, его попросили заменить заболевшего артиста - согласился ...
Сердечный приступ случился прямо на сцене - "скорая" отвезла в больницу, где ещё полтора месяца врачи боролись за его жизнь...
Он умер 22 октября 2001 года.

Знаменитого актера и великого Человека в последний путь провожали не только люди - бездомные собаки тянулись за гробом, в небе кружили птицы...
Год спустя на его могиле, на Ваганьковском кладбище, был установлен, созданный на народные средства, памятник с очень скромной надписью:
ГЕОРГИЙ ВИЦИН
1917-2001
 
МарципанчикДата: Четверг, 22.09.2016, 07:23 | Сообщение # 341
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 350
Статус: Offline
Уникальный, талантливый человек, поэт, писатель, музыкант, исполнитель и автор собственных песен ЛЕОНАРД КОЭН в свой 82-й день рождения, 21 сентября, опубликовал новую песню You Want It Darker.
Альбом с таким же названием появится в октябре.
Это будет 14-я пластинка в дискографии Коэна и уже третья его работа за последние шесть лет.




Леона́рд Но́рман Коэн родился в 1934 году в Монреале (Квебек, Канада) в еврейской семье среднего достатка.
Его отец, Натан Коэн, имевший польские корни, был владельцем известного магазина одежды, а мать - иммигранткой из Литвы. Родные Леонарда, как и другие евреи с фамилиями Коэн, Кац и Каган, считаются потомками храмовых священнослужителей.
Сам Коэн вспоминает об этом так: «У меня было очень мессианское детство. Мне сказали, что я потомок первосвященника Аарона».
Когда Коэну было девять лет, умер его отец. Позже Леонард рассказывал, что именно смерть отца впервые подтолкнула его записывать слова на бумаге и  свой первый сборник стихов "Давайте сравним мифологии" Коэн посвятил отцу...

Он ходил в еврейскую школу, где учился вместе с поэтом Ирвингом Лайтоном. Будучи подростком, Коэн научился играть на гитаре и сформировал фолк-группу под названием Buckskin Boys. Отцовское завещание обеспечило Коэну небольшой постоянный доход, достаточный для того, чтобы осуществить свои литературные амбиции.

В далекие 60-е, говорили, что если у француженки есть всего одна запись, то это запись Леонарда Коэна.
Несмотря на нарастающую популярность, в начале 1960-х годов Коэн вел, большей частью, затворническую жизнь.
В 1966 году Леонард принял окончательное решение зарабатывать не писательством, а песнями, его всё больше и больше манила авторская песня...
В 1967 году, одна из первых и наиболее известных песен Коэна, Suzanne ("Сюзанна"), в исполнении Джуди Коллинз очень быстро стала хитом, а после выступлений на нескольких фолк-фестивалях, Леонард близко знакомится с продюсером Джоном Хаммондом, благодаря которому записывает свой первый альбом "Songs of Leonard Cohen" ("Песни Ленарда Коэна"). За этим последовали альбомы Songs from a Room («Комнатные песни» с известными композициями Bird on the Wire — «Птица на проводе» и The Partisan — «Партизан»).
Песня  «Партизан» положена на музыку, написанную певицей русского происхождения Анной Марли (Смирнова) в Лондоне в 1942 году...
70-е годы были активным набором "высоты" для Леонарда Коэна - он выпустил еще несколько альбомов и с 1979 года... замер на целых пять лет.
В 1984 году мир узнал один из величественнейших коэновских хитов - песню Hallelujah ("Аллилуйя"), которая вошла в альбом Various Positions ("Разнообразные позиции"). Однако звукозаписывающая студия Columbia Records отказалась распространять альбом в США, ссылаясь на то, что популярность Коэна в последние годы была не слишком высокой...
В 1988 году, с выходом альбома I’m Your Man ("Я твой мужчина"), стало заметно, что музыкальный стиль Коэна претерпел радикальные изменения, именно этот альбом стал самым успешным со времен Songs of Leonard Cohen.
В 1996 году Коэн неожиданно для всех отправляется в дзэн-буддистский монастырь (секты Риндзай) на Лысую гору недалеко от Лос-Анджелеса и остается там на целых пять лет. "Я не ищу новой религии, - позже сказал он. - Старая, иудаизм, меня вполне устраивает"...
Приблизительно в эти годы в одном англоязычном издании появляется статья, посвященная Леонарду Коэну и его хиту "Dance me to the end of love". Бесспорно, эта песня была любима миллионами, и всегда воспринималась как грустная любовная лирика, хотя некоторые обороты и слова в песне вызывали малообъяснимые подсознательные ассоциации у многих.



И как оказалось, совсем не напрасно. Источник вдохновения оказался куда более трагическим, чем могло показаться. В статье писалось: "...В концлагерях струнные квартеты заставляли играть, пока людей убивали. Именно от этого Коэн  отталкивался, но в процессе работы над песней все немножко изменилось, и он понял, что вышла любовная или свадебная песня. Или даже молитва. "Если песня приходит из глубины, - сказал он, - то она получается о многом".
В 1995 году Коэн написал об этой песне: "Я бы поставил ее во главу списка собственных любимых песен. У этой песни - десятки и десятки куплетов, которые я писал на протяжении многих лет. И на самом деле эта песня была написана про лагерь Терезиенштадт во времена Холокоста"...
Многие современные поэты, музыканты, певцы испытали на себе влияние творчества Коэна. Ховард Рэм, современный норвежский поэт, писатель, вспоминает: "Леонард Коэн был первым, кого я встретил в искусстве. Для меня, 15-летнего начинающего поэта, именно он осветил живым светом библейскую историю, которую, я понимал, не смогу найти в Вестланне за тысячу последующих лет. Осознавая это, с еще большим рвением я переводил стихи североамериканского еврея с русскими корнями, противопоставляя его коренному норвежцу из Норвегии, стоящему посередине земли нового миропредставления. Но начало магии - в пении и голосе, который говорил не со мной, а для меня".

В 2001 году Коэн возвращается в музыку со своим альбомом "Ten New Songs" ("Десять новых песен"), созданный в соавторстве с Шэрон Робинсон. Этот альбом был заслуженно назван "самым меланхоличным и спокойным альбомом" в творчестве Леонарда Коэна.
В 2006 году выходит в свет альбом Blue Alert ("Голубая тревога") - альбом песен, написанных Коэном и Анджани.
Один из обозревателей выскажет об этом альбоме интересную ассоциативную трактовку: "При его прослушивании возникает ощущение, будто произошла реинкарнация Коэна в женское тело. Хотя он не спел ни одной ноты, его голос обволакивает альбом, как дым".
В конце февраля 2009 года композитор Филип Гласс, которого называют "десятым гением из 100 гениев современности", выступил с циклом песен, написанных на стихи из "Книги томления" Коэна. Во время выступления Гласс сказал: "Я хотел, чтобы эффект от спектакля был такой, будто читатель листает книжку стихов". Вместо задника на спектакле использовались картины Леонарда Коэна. Леонард Коэн был внесен в американский Зал славы рок-н-ролла в знак вхождения его "в высший эшелон наиболее влиятельных музыкантов эпохи".
В 2011 году ему присуждена Премия Принца Астурийского.
Коэн часто говорит о том, что написание песен для него — тяжёлый процесс. Одна лишь песня The Future, по его словам, переписывалась десятки раз.
В одном из интервью Коэн рассказал следующую историю:
Несколько лет назад мы с Бобом Диланом пили кофе в Париже. В то время он исполнял песню Hallelujah на своих концертах и спросил меня, сколько времени ушло на её написание. Я сказал: «Два года, почти целиком». Он был в шоке. Затем мы заговорили о его песне I And I и я спросил: «Сколько времени ты потратил на то, чтобы написать её?» Он сказал: «Практически 15 минут». Я чуть не упал со стула.
И самое смешное в том, что я соврал. На самом деле, на Hallelujah ушло почти 5 лет. Конечно, и он соврал. У него, наверное, ушло минут десять»...


По итогам общенационального опроса, проведенного в Канаде в канун XXI века, Леонард Коэн оказался третьим в списке самых влиятельных канадцев в искусстве.
Артист не скрывает, что это, конечно, очень приятно и даже трогательно, но ему немного неловко. "Если говорить начистоту, - признается Леонард Коэн, - меня смущает большая часть всего, что я написал. Я чувствую, что мои работы иногда слишком сентиментальны. Хотелось бы, чтобы этого было поменьше. Над этим я сейчас и работаю...".

использован материал, подготовленный Татьяной Варуха, Марией Перцель и... Википедией


Сообщение отредактировал Марципанчик - Четверг, 22.09.2016, 07:39
 
ПримерчикДата: Пятница, 30.09.2016, 09:30 | Сообщение # 342
дружище
Группа: Друзья
Сообщений: 406
Статус: Offline
В израильской деревне коренному питерцу Мааяну дышится легко...

- По образованию я агроном, окончил Ленинградский сельскохозяйственный институт, - объясняет Давид. – Оттуда меня, правда, разок исключили… за сионизм...но  институт я всё-таки закончил и даже успел поработать в Пушкино по специальности.
Выезд в Израиль обошёлся Давиду Мааяну в 5 лет отсидки: вначале лагеря в Мордовии, под конец – Владимирская тюрьма.
Проходил он по т.н. "кишиневскому делу", ставшему естественным продолжением ленинградского "самолётного". Летом 1975-го был освобождён ...

28 августа 1975 года Мааян впервые ступил на землю Эрец-Исраэль. Жена с дочерью ждали его в кибуце Саад, расположенном в северной части Негева на границе с сектором Газа, но оставаться там Давид не собирался: душа требовала размаха и  Давид начал продвигать идею создания "русского" мошава.

В тот период правительство Израиля стимулировало создание еврейских поселений в Северном Синае. Давид вписался в эту программу. И вскоре стал членом мошава Приэль, основанного после Шестидневной войны на Синайском полуострове.
- В бытовом отношении на Синае было сложно, - вспоминает Мааян. – Дорог не было, телефона не было, машины…
Со временем мы обжились. Работали много  – выращивали в теплицах цветы… Вскоре, однако, начались разговоры о мире с Египтом и предстоящем выселении…
Весной 1982 года – после подписания договора о мире с Египтом - поселенческому движению на Синае пришёл конец.
Давид начал искать новое место, где можно было бы обосноваться и продолжить работать по специальности – заниматься сельским хозяйством.
Присмотрел в мошаве Аругот хозяйство, выставленное на продажу.
- Материальные возможности у нас были весьма ограниченные, - рассказывает Мааян. - Главным критерием для меня были люди.
В жителях Аругот я не ошибся: хотя мошав отнюдь не из крупных, атмосфера здесь чудесная.
Я купил маленький домик, благоустроил приусадебный участок. Посадил эвкалипты: вон какие высокие вымахали…
Разбил виноградник, стал выращивать яблоки и персики.
Занимался этим 25 лет, но в последнее время полностью сосредоточился на пчеловодстве, которым  начал заниматься еще в Приэле на Синае...
- Там моя инициатива столкнулась с противодействием, - вспоминает он. – Но так как я приобрёл короткий опыт пчеловодства ещё в России, мне очень хотелось обогатить его и развить.
В Ленинградском сельскохозяйственном институте я прослушал курс пчеловодства, успел позаниматься этим увлекательным делом в кибуце Саад.
Опыт пришел с практикой.
Сегодня пасека Мааяна известна во всей стране.
- Основная продукция пасеки – это мёд, - говорит Давид Мааян. – Без ложной скромности скажу, что мёд у меня хороший, натуральный – я не прибегаю ни к каким  уловкам, которыми обычно пользуются пчеловоды-частники и особенно – торговые сети, занимающиеся сбытом готовой продукции.
В Израиле устойчивым спросом пользуется мёд с фирменным знаком кибуца Яд Мордехай, что расположен к югу от Ашкелона неподалеку от границы с сектором Газа.
- В своё время кибуц Яд Мордехай стал компаньоном известной фирмы "Штраус", - напоминает Давид Мааян. – Эта компания и заправляет там всеми делами...

Натуральный мёд не обладает текучестью, но мало кому об этом известно.
- Что касается меда, необходимо усвоить, что в естественных условиях нормальный качественный мёд кристаллизуется (засахаривается).
В России мёд засахаривается осенью – в сентябре-октябре, в Израиле – к началу календарной зимы (в ноябре-декабре).
Если мёд засахарен – значит, он натуральный, высококачественный.
Если же мёд много месяцев подряд остается прозрачным и жидким, это верный признак того, что он прошел некую обработку, в ходе которой многие целебные качества этого продукта были безвозвратно потеряны.
- В Израиле климат жаркий, а период цветения необычайно короткий… и сегодня доказано, что именно пчеловодство приносит колоссальную пользу сельскому хозяйству и играет видную роль в защите окружающей среды, - говорит Мааян. - Пчёлы являются активными опылителями цветов – они переносят пыльцу с одного цветка на другой. Благодаря неустанному труду пчёл во многих хозяйствах Израиля выращивают замечательные фрукты и цветы сказочной красоты. Если бы не опыление, в котором участвуют пчёлы, не видать бы израильтянам ни авокадо, ни подсолнухов.
Урожаи этих культур были бы ничтожны.

- В последние десятилетия огромной популярностью пользуются побочные продукты пчеловодства – прополис, маточное молочко, пыльца, перга, забрус…
Забрус представляет собой смесь меда и крышечек восковых сот, которые распечатывают перед откачкой.
Если держать его во рту (жевать, сосать) до тех пор, пока он не потеряет вкус, можно избавиться от многих болезней.
Забрус обладает антибактериальными свойствами, санирует полость рта, способствует лечению парадантоза, гайморита, фронтита, воспаления лицевых пазух и других заболеваний, а также болезней пищевого тракта – желудка и кишечника.
Забрус также прекрасное общеукрепляющее средство, но я всегда предупреждаю, что его действие – сугубо индивидуальное: кому-то он помогает, а кому-то – нет. К тому же действие забруса длительное, а не мгновенное...
 
СонечкаДата: Воскресенье, 16.10.2016, 16:18 | Сообщение # 343
добрый друг
Группа: Пользователи
Сообщений: 208
Статус: Offline

Сегодня день рождения одного из самых известных политических деятелей ХХ века - 130 лет назад родился Давид Бен-Гурион.


«Мы сыты по горло Бен-Гурионом, — писал второй премьер-министр Израиля Моше Шарет о первом. — Но все же мир был бы гораздо скучнее без этого человека, над загадкой которого мы не перестаем размышлять».

Бен-Гурион, как бы сказали сейчас, был «политическим тяжеловесом». Он стал первым премьер-министром государства Израиль в 1949 году, а впоследствии еще дважды побывал на этом посту.
Леви Эшколь, решивший измерить политический вес Бен-Гуриона, в попугаях в армейских дивизиях, счел, что он «как премьер-министр Израиля стоит, по крайней мере, трех»...

Давид Грин —  такова его настоящая фамилия, а Бен-Гурион — псевдоним, взятый в честь еврейского полководца Бен Гориона, которого на протяжении столетий ошибочно отождествляли с Иосифом Флавием, родился в 1886 году в Варшавской губернии Российской империи.
Став активным деятелем сионистского движения, он переехал в Палестину в 1906 году, однако по достижении призывного возраста вновь вернулся в Россию, чтобы присягнуть на верность русскому императору — в противном случае его отцу пришлось бы выплатить огромный по тем временам штраф.
Выполнив свой «патриотический долг», новобранец Давид Грин дезертировал и через два месяца снова был в Палестине...

Самым важным в жизни Бен-Гуриона и одновременно самым беспокойным стал день провозглашения независимости Израиля 14 мая 1948 года.
Последний вариант Декларации независимости был утвержден за час до торжественной церемонии.
За этот час ее должны были перепечатать и доставить Бен-Гуриону. Чтобы успеть к назначенному времени, курьеру пришлось воспользоваться попутной машиной, но церемония оказалась под угрозой, когда выяснилось, что у водителя, остановленного полицейскими за превышение скорости, не оказалось прав.
Не решившись задерживать провозглашение нового государства (водитель не преминул сообщить о важности выполняемой им миссии), полицейские проявили снисхождение, и Декларация попала в руки Бен-Гуриона точно в срок...

https://www.youtube.com/watch?v=6ZDSBF5xtoo

Хотя Бен-Гурион не был религиозным человеком, однако полагал, что религию — как фактор политического влияния — рано сбрасывать со счетов. Именно поэтому он оставил в ведении раввината институт брака, освободил ортодоксов от службы в армии, а выходным днем объявил субботу.
«Я не хожу в синагогу, — говорил Бен-Гурион, — но синагога, в которую я не хожу, — ортодоксальная синагога».

А английский писатель и публицист Хаим Бермант остроумно заметил, что «хотя сам Бен-Гурион не верил в Бога, иногда можно было подумать, что Бог верит в него»...

Улицы, названные в честь Бен-Гуриона, встречаются практически во всех израильских городах. А в Иерусалиме его имя носит район, в котором находятся все министерства: «Кирьят Бен-Гурион».

Имя Бен-Гуриона носит университет, расположенный в пустыне Негев — регионе, который премьер-министр считал очень важным в стратегическом отношении и на развитие которого потратил немало сил и средств, а выйдя в отставку в 1953 году, Бен-Гурион поселился в Негеве, в киббуце Сде-Бокер, надеясь личным примером привлечь сограждан к освоению пустынных земель.

ПАМЯТИ ДАВИДА БЕН ГУРИОНА (из архива)

«Когда я нахожусь сейчас в Иерусалиме, я рад, что вижу чисто иудейский город. На центральных улицах нет чужих, сто процентов ехудим!
Со времени завоевания Иерусалима римлянами не было такого иудейского присутствия! Тоже самое происходит в Хайфе и произойдет по всей стране, если мы устоим»
. ( Из выступления Д.Бен Гуриона на заседании центра МАПАЙ в феврале 1948г.)

Это имя вспоминают чаще всего раз в году, ближе ко дню Независимости, а иногда не вспоминают и вовсе.
Давайте посмотрим на его невероятные дела, когда он провозгласил государство, когда он требовал отобрать как можно больше территорий у врага.
Как он вынужден был смириться с тем, что получил, но требовал и желал невозможного, и стремился превратить свою страну в ядерную и космическую державу, и в большей части ему это удалось.
Как он организовал трансфер арабов, а его соратники (Голда Меир и Моше Даян) ему мешали...

Давайте вспомним, как на трибуне ООН, держа в руках Тору, наш ВЕЧНЫЙ ЗАВЕТ, он сказал, что это его историческое право на эту землю, землю Эрец Исраэль.

Давайте еще раз вспомним его слова о том, что: - Ни одно правительство, ни один премьер-министр не имеет права отдавать даже самую малую пядь библейской земли, потому что она принадлежит на правах частной собственности всему иудейскому народу.

Давайте вспомним обо всем этом, потому что все происходящее в стране сегодня это кафкианский абсурд и полное предательство всего того, о чем говорил, и чем жил Давид Бен Гурион.
Верховный Суд Израиля – это позорище, это посмешище, это отрицание всего того, что утверждал, и завещал Бен Гурион.
И не нужно говорить, что это наш Верховный Суд!
В нашей стране это антиизраильский суд, суд - арабский, американский...

Этот суд не имеет ничего общего с законами Торы, с законами Израиля, с законами нашего народа, с правом любого нормального народа проживающего в своей стране...

Никогда, при Бен Гурионе не могли возникнуть все эти «Шалом Ахшавы», профессора Занды и Векслеры, Зусманы-Дискины. Отказывающиеся от своей национальной самоидентификации, и отказывающиеся от своей национальности.
Эти писатели, призывающие к бойкоту Иуды и Шомрона.
Эти кинематографисты и сценаристы с анти-израильскими кинофильмами, сделанными на государственные деньги.
Эти преподаватели колледжей не пускающие солдата – резервиста, вернувшегося с воинских сборов, на занятия в форме.
Все эти пофигисты - отказники от службы в ЦАХАЛе, и любители вторых паспортов.

Я уверен, что при Бен Гурионе ни в прессе, ни на радио никто бы не произнес слова «палестинцы».
А кто бы произнес, подобные слова при нем, получил «волчий билет» и потерял бы право работы в своей области...
Но сегодня это преступление творит «правительство Израиля»! Кнессет и телевидение...
Мы живем в стране, где арабы всегда правы, словно мы национальное меньшинство, а не реальное большинство.
Впору думать о новой войне за независимость Израиля!

И самое главное, Бен Гурион ратовал за труд ехудим на своей земле. (Прочтите его статью «Иудейский труд»).
И он бы не позволил  богачам, ради своих сверхприбылей свозить подневольных рабов со всей планеты...
Потому что именно этим израильские олигархи ставят жирный крест на существовании государства Израиль.
Если Бен Гурион признавал всю Эрец Исраэль своей исторической страной, своей родиной, то, на каком основании принимаются арабские иски с требованиями вернуть им землю?..

Видимо сегодня в стране уже есть силы, что готовы судить и осудить Бен Гуриона за его неполиткорректность?!

На каком основании правительство сносит, уничтожая Израиль, жилые дома в Иуде и Шомроне и не сносит незаконные арабские строения, на которые имеются выписанные судебные постановления!?
На основании грубого юдофобского диктата!
Или диктата «псевдо сообщества, под руководством Дж. Сороса?» Или потому, что кому то нужна нефть?
Или нужны арабы, как "псы вечной войны"?

Правительство Израиля превратилось в марионетку и стало считаться с мнением английских глобалистов о себе!?
Они предают всеми своими поступками и действиями итоги Шестидневной войны 1967 года...
Когда весь мир был потрясен силой и мощью нашей армии.

Наши права на Газу еще больше чем на Тель-Авив!
И это значит, хотите вы того или не хотите, что арабы должны об этом знать. Этого требует Тора и этого требует Коран.
Потому что следующая операция в Газе имеет смысл только в том случае, если Газа будет очищена, а нынешнее население её покинет.
И то же самое должно произойти с арабами Израиля.
Так должны вести себя настоящие сионисты, настоящие ехудим, наследники Первого и Второго Храма.
Так должны жить и чувствовать все граждане этой страны.
Страна должна обрести свои границы и свое право собрать свой народ на своей земле.
И нечего хвалиться, что мы самая демократичная страна на Ближнем Востоке!
Ничего хорошего в этом нет!..

Все демократии индивидуальны для каждой из стран.
Американская демократия отличается от китайской, а та в свою очередь от индийской, от российской и от африканской.
Но она противопоказана иудеям, потому что превращает нашу страну в чуждое нам общество.
И пора это крепко усвоить...

Не стоит самим создавать себе новый Освенцим.
Кто-нибудь может себе представить, чтобы Бен Гурион приказал разрушить наши ишувы?
Или чтобы при нем в стране было столько нелегалов?
Или чтобы раввины забыли наш закон говорящий: - Учить Тору, работая на земле!
И учить Тору, внимательно слушая друг друга!

Или чтобы иудейские клерикальные мракобесы целовались с новыми Гитлерами?
Или чтобы еврейчики - ассимилянты диаспоры не знали о том, что первейшей обязанностью ехуди является жизнь на его земле, а не в диаспоре.
И это сотворили, те американские лживые раввины, которые не позволили людям покинуть галут и уехать в государство Израиля.
Ведь именно для этого Бен Гурион провозглашал независимость, а не для того, чтобы началось новое расслоение нашего народа на всевозможные секты, на реформы, пусть они 300 раз прогрессивные.
Все это дорога в никуда!
В небытие!
Легче всего охаивать Бен Гуриона, заложив ножку за ножку, усевшись уютно на диване.
Многие выдающиеся лидеры сделали немало ошибок, но они трудились во имя своего народа. И таким был и останется Бен Гурион.
И вот об этом я хочу сегодня нам всем напомнить, вспоминая, Давида Бен Гуриона.
О том, как он выбирал жизнь!

М.Гольденберг.
 
KiwaДата: Среда, 19.10.2016, 16:50 | Сообщение # 344
дружище
Группа: Пользователи
Сообщений: 335
Статус: Offline
Мы больше никогда не будем жить «по Брежневу» –квартиры и дачи по очереди, «народные» автомобили – остались «там»...

В 70-е годы СССР выгодно отличался от многих других государств тем, что производил практически всё: от ракетоносителей до нижнего белья. И пускай продукция была зачастую неказиста, а одежда – далека от фэшн-стандартов, зато, как говорится, своя рубаха ближе к телу.
К 1980 году Советский Союз по объемам промышленного производства и сельского хозяйства занимал 1-е место в Европе и 2-е место в мире, уступая лишь США.
Мы производили больше всех в мире цемента, а советская сельхозтехника, хоть и была далека от совершенства, экспортировалась в 40 стран мира. Обвинения в том, что во времена Брежнева «было голодно и холодно», не совсем состоятельны. Да, предсказать, что в очередной раз исчезнет с магазинных прилавков, было невозможно. Дефицит и блат стали нормами жизни советских людей. Свободно купить копченую колбасу или гречневую крупу в провинции было трудновато, но все же возможно, а каким  шикарным казался новогодний стол с привезенной из столицы колбасой, зеленым горошком и добытой «в неравном бою» «Паутинкой»...
В брежневские годы реальные доходы советских граждан выросли более чем в полтора раза. «Отдыхающее» советское общество наслаждалось спокойной жизнью, обретая любовь к комфортному быту.
Население в эти годы увеличилось на 12 миллионов человек. Эпопея стояния в очереди на бесплатное жилье для 162 миллионов человек завершилась успешно.
Квартплата не превышала 3% от совокупного дохода семьи, жить становилось радостней, жить становилось веселей.
Кстати, сказать «спасибо» можно и во время очередной поездки на шашлычки на родные 6 соток – возможно, их родители получили как раз в брежневские годы.
В 1970 году на Волжском автомобильном заводе начали выпускать автомобиль «Жигули». К концу следующего года завод выпускал по 735 автомобилей ежедневно. ВАЗ-2101, прозванный в народе «копейкой», вполне реально было «достать» через «шустрых» знакомых (впрочем, как и многие другие вещи) или купить, встав в очередь. Ждать машину можно было годы или даже десятилетия, но зато каким событием становилась покупка долгожданной «ласточки»! Конечно, на автомобиль надо было еще накопить, но сделать это было реально, если потуже затянуть пояса. По крайней мере, собственный автомобиль перестал быть роскошью и утратил статус «несбыточной мечты».
26 мая 1972 года Брежнев и Никсон подписали договор по ПРО, который ограничил возможности двух держав в области создания противоракетной обороны и практически исключил возможность безнаказанного нанесения ядерного удара. После многих лет бесконечных стрессов в ожидании очередного военного конфликта наступило относительно мирное время.
Пятидневной рабочей неделей и двумя выходными многие из нас также обязаны брежневской эпохе.
В это время появился и гарантированный оплачиваемый трехнедельный отпуск, который, к слову, в США отсутствует до сих пор.
Если добавить к этому бесплатные или льготные путевки в санатории и детские лагеря, отсутствие безработицы, бесплатные высшее образование и здравоохранение, и все это на фоне относительной стабильности, то жизнь в Стране Советов представляется почти сказочной...
«Бархатные репрессии» - именно так называли борьбу с инакомыслием, которую осуществляло брежневское правительство. Когда в 1968 году академик Сахаров высказался о «постепенном сближении капитализма и социализма», его всего лишь отстранили от работы. Страшно представить, что ожидало бы ученого в сталинское время.
Пожалуй, именно в брежневское время страх почти окончательно покинул сердца советских граждан.
Многие, конечно, испытывали отвращение к бесконечным «ленинианам» и официальной пропаганде, зато как обогатилась народная среда анекдотами, за которые уже не боялись получить реальный срок...

В период "застоя" были написаны лучшие книги Шукшина, Распутина, Айтматова, Астафьева, братьев Стругацких.
А еще эпоха Брежнева подарила нам великолепные фильмы Гайдая, Рязанова, Данелия, Тарковского: «Операция «Ы» и «Неуловимые мстители», «Кавказская пленница» и «Берегись автомобиля», «Служили два товарища» и «Белое солнце пустыни», «Джентльмены удачи» и «Семнадцать мгновений весны», «Тот самый Мюнхгаузен» и «Мимино»...

И наконец, фильм, без которого просто немыслим русский Новый год, – «Ирония судьбы, или С легким паром!».
 
PonchikДата: Вторник, 25.10.2016, 01:43 | Сообщение # 345
Группа: Гости





«Писательство напоминает контактные виды спорта. Вас могут сильно поранить, но вам все равно это нравится»,­– писал когда-то один из самых моих любимых писателей ХХ века Ирвин Шоу.

Мы многого в его биографии не знали, хотя полюбили его романы, как только они появились на страницах толстых литературных журналов. Он прожил яркую и не очень долгую жизнь ­– в Америке и Европе. Судьба забросила его и на берега Палестины...

Знакомство

Когда где-то в 70-х и 80-х до нас наконец стали доходить лучшие романы Ирвина Шоу, мир уже давно знал этого замечательного писателя. А вот для нас Запад тогда был закрыт, и мы узнавали Америку по «Богач, бедняк» и «Нищий, вор», а Европу – по роману «Вечер в Византии». Потом появились и другие его романы. Они просто поражали воображение неискушенного читателя: на знакомом нам только по книгам Хемингуэя, Сэлинджера, Ремарка фоне – жизнь человека с его страстями, метаниями, осмыслением себя. Но фон тогда немножко затмевал содержание. Ведь для нас он был экзотикой.
Не помню, когда в переводе появился его первый роман «Молодые львы», в котором явственно звучит перекличка с Хемингуэем, но помню свое потрясение от «еврейской темы» – об антисемитизме мы, конечно, имели представление, вот только в книгах об этом прочитать было практически невозможно. И может быть, поэтому из историй трех героев «Молодых львов» – немца, американца и еврея, которые вступают во Вторую мировую войну и проходят ее каждый по-своему ­– меняясь и переживая все, что выпадает на долю солдат, история Ноя Аккермана трогала больше всего. То, как травили его в армии, то, как щуплый парень решил вызывать на бой каждого обидчика и драться до потери сознания, было так близко и понятно.
«– Аккерман, я ничего не имею против того, что ты убил Христа, но никогда не прощу тебе, что ты не вымыл это паршивое окно…
Ной слегка улыбнулся. “Это шутка, – подумал он, – пусть грубая, но все-таки шутка. Если они превратят это в шутку, то все еще не так уж плохо”.
Но его сосед по койке, долговязый фермер из Южной Калифорнии, сидевший, обхватив голову руками, тихо и вполне серьезно заявил:
– Это ваша нация втянула нас в войну. Так почему же сейчас вы не можете вести себя как люди?
И Ной понял, что это совсем не похоже на шутку».
Но герой справляется с антисемитами, он заставляет уважать себя и потом делит с ними все ужасы войны. В конце трагедия неминуема, и она происходит, когда, освобождая узников концлагеря, Ной видит, что могут сотворить люди с людьми.
«– Люди! – хрипло выкрикивал он, как будто это слово было каким-то магическим заклинанием против смерти и горя, чудодейственным непроницаемым щитом для его сына и жены, достойным возмездием за мучения последних лет, надеждой и залогом будущего… – Когда кончится война, миром будут править люди!
Голос Ноя возвысился до крика. Стоя посреди тенистой дороги, он кричал, обращаясь к освещенным лучами догорающего солнца ветвям немецкого леса: – Мир полон людей!»
И в этот момент раздается выстрел. Немец, прячущийся в лесу, убивает Ноя, но и сам не уходит от пули.
Конечно, в то время мы не знали, насколько автобиографическим был этот роман, впрочем, как и очень многое в творчестве Ирвина Шоу.


Бруклин и Канны

Детство Ирвина прошло в еврейском квартале Бруклина. Его отец, эмигрант из Украины, был агентом по продаже недвижимости. В семье соблюдались еврейские традиции, однако родители стремились к ассимиляции и сменили фамилию с Шамфоров на Шоу, когда Ирвину было десять лет.
Мальчик, гордившийся своим еврейством, отказывался менять фамилию до окончания школы и настоял на проведении бар-мицвы, хотя не был религиозен. Детство выдалось непростым. Отец стал жертвой Великой депрессии и разорился. С 14 лет Ирвину пришлось вместе с матерью содержать семью, подрабатывая на фабрике и в магазинах. В 1934 году Шоу окончил Бруклинский колледж и начал писать короткие диалоги для радиопьес – так начался его литературный путь.
Его дебютом стала одноактная антивоенная пьеса «Хороните мертвых», которая была поставлена в Нью-Йорке в 1936 году. Неожиданно пьеса принесла огромный успех и выгодный контракт в Голливуде. Он продолжал писать сценарии и пьесы, но проза занимала его гораздо больше. В 1942 году Шоу, убежденный пацифист, был призван в армию и до конца войны служил в спецподразделении, состоявшем из писателей и кинематографистов, которые занимались освещением событий на фронтах. Результатом этого стал не только знаменитый роман. Находясь на африканском театре военных действий, Шоу поехал в Палестину и, как выяснилось (когда до нас начали доходить первые переводные романы Шоу, мы этого еще не знали), по следам этой поездки написал один из лучших своих рассказов, но о нем чуть позже.
Мы же, неискушенные читатели и почитатели первых переводных романов Шоу, о еврейской теме в его творчестве забыли, потому что далеко не все можно было увидеть на страницах литературных журналов и достать в книжных магазинах. Гораздо позже, уже в 90-х, появился в переводе второй его роман, с которым у Шоу связана печальная страница в жизни. В гнетущей атмосфере конца 40-х – начала 50-х годов, вошедшей в историю как «маккартизм», он написал один из самых своих трагических романов «Растревоженный эфир».
Преуспевающий режиссер должен «вычистить» из своего спектакля нескольких участников, подозреваемых в симпатиях к коммунизму. В романе, как и в реальности, возникают «странные сближения». Холодная война вызвала всплеск антисемитизма в, казалось бы, антагонистических странах. В СССР евреев обвиняли в пособничестве империалистам. В США – в коммунизме. К сожалению, многие из тех, кто подвергся остракизму на обоих полушариях, были евреями.
«Почему, вы думаете, меня выделили среди остальных, мистер Арчер?.. Мистер Хатт ненавидит евреев. Когда он смотрит на меня, на его лице проступает то же самое, что я видел у нацистов в Вене. Ожидание. Ненависть. Уверенность. А пятью годами позже они отправили моего отца в печь…»
Роман был опубликован в 1951 году после того, как Шоу обвинили в коммунистических убеждениях. Главы кинокомпаний занесли его в чёрный список Голливуда. Тогда он покинул США и уехал в Европу, где прожил 25 лет, в основном, в Париже и Швейцарии. Позже Шоу заявит, что этот чёрный список только «слегка контузил» его карьеру.
Его ждало блестящее будущее: 12 романов, более 10 сборников рассказов, около 20 пьес… Шоу пользовался огромной популярностью, общий тираж его книг превысил 14 миллионов, они переведены на 25 языков, многие произведения экранизированы. Америка предстает в его романах во всей своей противоречивости, он разрушает мифы, его герои часто страдают о «неподлинности» своей благополучной жизни. Он – мастер построения сюжета, интриги. Однако, начиная с 1950-х годов, критики с пренебрежением относились к его книгам, считая, что его творчество – «полуискусство», а уж в России литературоведы презрительно называли его романы «облегченно занимательными».
Шоу отвечал на все это с иронией: «Смешно, когда критики называют меня мастером “популярного романа”. А что значит – непопулярный роман?» И еще с горечью говорил: «Необходимым для писательской работы является не только талант, но и возможность выстоять, когда тебя наказывает мир, или ты наказываешь сам себя».


Палестина и Давос

Большим открытием для меня стал рассказ Ирвина Шоу – безусловно, один из лучших его рассказов – «Медаль из Иерусалима». Американский лейтенант, в нем легко угадать самого автора, оказывается во время войны в Тель-Авиве и знакомится с Руфью, бежавшей от нацистов из Германии… Прогулки по пляжу, беседы в ресторане, споры с арабским журналистом:
«Почему, спрашивается, несчастные арабы должны в одиночку нести груз ответственности? Мы и так сделали больше, чем от нас по справедливости можно требовать. Если остальной мир действительно хочет того, чтобы еврейский народ продолжал существовать, пусть примет евреев у себя. Америка, Англия, Россия... Я почему-то не замечаю, что эти великие страны пускают к себе большие массы евреев.
– Больших масс уже нет, – заметила Руфь. – Их осталась лишь горстка…»
И только в конце рассказа красивая и нарядная Руфь, ничем не отличимая от американских девушек, рассказывает лейтенанту страшную историю гибели своей семьи и жениха в нацистской Германии и своего бегства в Палестину. Страшные картины становятся шоком для американца, много повидавшего на войне:
«Они дошли до конца пляжа. Руфь оперлась на плечо Митчелла, обула туфли, после чего они направились к ведущим на променад ступеням.
– До тех пор, пока нас не заперли в трюмах пятидесятилетнего греческого парохода, перевозившего раньше цемент, мы и понятия не имели о том, в каком положении можем оказаться, – продолжила Руфь. – Нас там было 700 человек, и мы провели в трюме больше месяца. Люди умирали ежедневно, и капитан позволял раввину и ещё троим подниматься на палубу для проведения похоронного ритуала перед тем, как бросить тело за борт. Питались мы лишь галетами и тушенкой: во всем, даже в питьевой воде завелись черви, а тела наши пошли нарывами. Старики ослабли настолько, что не могли двигаться. Дети орали день и ночь, потерявшие родственников люди то и дело начинали громко кричать, а запах, который установился в трюме, не поддается описанию. Человек, не побывавший там, просто не в силах понять, какая вонь может стоять в разгар средиземноморского лета в трюме парохода с вентиляционной системой, установленной в 1903 году в Салониках…»
Не смогла добраться до берегов Палестины и мать Руфи – история, рассказанная ею, тоже вполне реальна. «Мама плыла на португальском судне, и я, узнав о его приходе, приехала встретить её в порт Хайфы. Но англичане не позволили пароходу пришвартоваться и через шесть дней якорной стоянки вынудили его уйти. На берегу собрались тысячи родственников и друзей тех, кто находился на борту. Когда пароход стал уходить, многотысячная толпа издала такой ужасный вопль, которого мне слышать никогда не доводилось и думаю, что не доведется. Но судно так и не вышло за волнорез. – Руфь замолчала, облизала пересохшие губы и продолжила совершенно обыденным тоном: – Произошел взрыв».
Шоу с горечью пишет: «Митчелл страстно желал сказать Руфи, что пережитый ею ужас и её отвага не будут забыты, но не знал, как это сделать. Но, кроме того, лейтенант хотел быть до конца честным – хотя бы с самим собой. В глубине души он понимал, что дома в Вермонте, если ему суждено туда вернуться, эти события и люди постепенно начнут стираться в памяти и все больше станут походить на рассказы из детской книжки, прочитанной много-много лет тому назад…» Да, такие вещи быстро забываются. Но Митчелл берет из рук девушки подарок – серебряную медаль из святого Иерусалима. На память.
Так мы узнаем, что рассказы людей, с которыми он встретился во время и после войны, не прошли даром для писателя. И он возвращается в Палестину в 1947 году, на этот раз с замечательным фотографом Бобом Капой. Легендарный фотограф оставил потомкам снимки с пяти войн, побывав на фронтах Испании, второй китайско-японской войны, Второй мировой войны, войны 1948 года в Израиле, а также первой войны в Индокитае. Там его и настигла пуля, он умер с фотоаппаратом в руках.


В Израиле Шоу пишет репортажи, а легендарный фотограф снимает, и сначала эти работы появляются в журналах, а потом, в 1950 году они выпускают одну из первых книг о еврейском государстве «Репортаж об Израиле».
В Израиль Шоу возвращается еще не раз как журналист: в 1961 году, чтобы писать о деле Эйхмана, и в 1967-м, во время Шестидневной войны. Тема не отпускала его.
…Он был счастливо женат, и сын Адам, родившийся 1950-м, стал журналистом и писателем. А умер Ирвин Шоу в Давосе, в Швейцарии, в возрасте 71 года 16 мая 1984 года всемирно известным писателем. Мы в России к тому времени только начали зачитываться его знаменитыми романами…

Алла Борисова
 
ВСТРЕЧАЕМСЯ ЗДЕСЬ... » С МИРУ ПО НИТКЕ » всякая всячина о жизни и о нас в ней... » воспоминания
Страница 23 из 26«12212223242526»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz